В защиту серпа и молота

Из всех противоречий нашей жизни самое острое — между страстями властей предержащих казаться одновременно и Советским Союзом времен сталинского величия, вываренного на костях зэков, и Российской империей — воображаемой, как остров Крым у Василия Аксенова, или давно почившей, как при Александре III.

Хочется быть одновременно и как бы социалистами, вписывающими в Конституцию раздачу денег бедноте, и как бы правыми консерваторами и националистами, не допускающими левацких загибов и космополитических завихрений.

Но трудно построить русский мир — Pax Rossica а-ля империя Александра III: нужны настоящие бунтовщики, чтобы против них поднялся внутренний народ — его немногословное суровое большинство.

Где взять этих бунтовщиков?

Не покладая рук работают оперчекработники над созданием экстремистских организаций. Но получается совсем плохо. Им обидно, что ни страшной «Сети» (организация, запрещенная в РФ), ни «Нового величия» не существует в природе: их нарисовали на бумаге те, кому велено бороться с экстремизмом там, где экстремизмом и не пахнет. Приходится кидаться на активистку Ольгу Шалину и задерживать ее на 10 суток за фотографию почти двадцатилетней давности, на которой Шалина носит значок с серпом и молотом.

Как можно такое придумать? Несколько дней назад я сдал оперуполномоченному объяснительную записку об обстоятельствах написания поста, который опубликовал в фейсбуке 29 октября прошлого года. Пост тот исчез спустя несколько часов, но все-таки был скопирован некоторыми гражданами, и вот уже четвертый месяц эти граждане пишут в инстанции письма с жалобой на то, что я назвал русский язык убогим и клоачным, а Российскую Федерацию — порядком одичавшей страной.

Неужели эпитет «клоачный», примененный мной в отношении российских СМИ, мог вызвать такой отклик? Слово, кажется, понравилось всем, в том числе и многим клоачникам. Скольким учреждениям народ успел присвоить звание «клоачечной» — ведь не сосчитать!

Читая письма, я невольно вспомнил популярную в свое время цитату из Ленина об обрусевших инородцах, всегда пересаливающих по части истинно русского настроения. А пересаливают две группы.

Лидер одной для меня — г-н В.А. Ибрагимов из Курска. Его письмо с угрозами и довольно ученическим изображением мужского полового члена — о том, что такие «псевдоазеры», как я, мешают-де молчаливым «инородцам» в России ассимилироваться, ведь из-за меня, чего доброго, на всех азербайджанцев может пасть подозрение в недостаточной лояльности.

Другая группа писем адресована не лично мне, а общественному мнению. Среди них особенно выделяются два. Одно подписано лицом, возможно, не более известным, чем Ибрагимов из Курска, — неким Амирамом Григоровым, который поставил перед своими читателями в фейсбуке задачу выгнать меня с преподавательской работы за «кромешную злобу взбесившегося травоядного». Правда, уже в следующем пассаже он понижает меня в зоологической таксономии:

«Если этот энцефалитный клещ останется «наставником молодых», будущего у нас абсолютно однозначно нет никакого».

Судя по его постам в фейсбуке, Амирам Григоров не жалует евреев и азербайджанцев. Его друзья вместо сострадания и доброго медицинского совета публично предлагают господину Григорову свои уголовные услуги вроде организации для меня несчастного случая по дороге на работу.

[object HTMLElement]

Над Спасской башней горит рубиновый символ Марса.

В московском изоляторе сидит девушка с серпом и молотом на старой фотографии. Звезда российской пропаганды, отравившись, должно быть, клоачным газом, нарядилась зубастой вампирессой на этом нашем хелуине — на затянувшихся поминках по СССР и империи Александра III.