Это «жжж» неспроста

Кому и для чего понадобилось вспомнить и упростить особое мнение судьи КС Арановского

Особое мнение судьи КС РФ Константина Арановского, о котором 17 февраля с подачи газеты «Коммерсант» заговорили многие СМИ, интересно прежде всего тем, что было сформулировано еще в декабре прошлого года и широко обсуждалось на специализированных правовых интернет-площадках. Хотя «Коммерсант» и оговаривается, что «неизвестно, было ли мнение высказано до или после заявления президента о необходимости конституционной реформы», на самом деле те, кто следит за работой КС, видели этот документ на сайте КС не позже начала января.

«Коммерсант» (несмотря на уход из него лучшего знатока КС Анны Пушкарской) не та газета, для которой высказывание двухмесячной давности — «новость». Мнение Арановского тут же было отбито Дмитрием Песковым, который как бы отказался от комментария, но в том же пассаже его и сделал: «Мы исходим из того, что Россия де-юре и де-факто является правопреемницей СССР».

Эта новость «из Кремля» попала уже в топы «РИА Новости» и ТАСС.

Арановский в особом мнении по делу о праве детей репрессированных на получение жилья в том же городе, откуда были арестованы или выселены их родители, так прямолинейно проблему и не ставил. Он не утверждал, что Российская Федерация не является правопродолжателем СССР. Он голосовал за положительное решение КС 10 декабря, но высказал мнение, что Россия должна возмещать причиненный СССР вред «не как наследник государства-виновника» (в репрессиях), а «с верой в правду, из положительной ответственности и по милосердию».

Это скорее исторически-правовой комментарий, а не чисто юридический (в том упрощенно-позитивистском смысле, в каком оправдывают свои аморальные приговоры судьи судов общей юрисдикции). Порожденный им вал эмоциональных откликов возвращает нас к тому, что тема сталинских репрессий в нашем обществе, которое так или иначе состоит из потомков тех, кого преследовали и кто преследовал, публично не проговорена, не получила оценки, в том числе на «процессе по делу КПСС», когда КС под руководством все того же Валерия Зорькина в 1992 году так и не решился сформулировать своего однозначного отношения к этой теме.

На мой взгляд, такой дискурс, поднимающийся от «юриспруденции» до права в более высоком смысле, необходим и важен, и судья КС именно такая фигура, которая способна и обязана его инициировать. Но боюсь, что Арановский рискует теперь поплатиться за это должностью в ходе предполагаемого (вследствие внесения поправок в Конституцию) сокращения числа судей КС. Пусть сам председатель КС позволяет себе еще более пространные рассуждения — и не в особых мнениях, а в прессе (с консервативным оттенком), но «что позволено Юпитеру»…

Вернемся, однако, к вопросу о том,

почему «хайп» по поводу давнего высказывания возник именно сейчас.

Вероятно, это как-то связано с поправками в Конституцию, поступающими со стороны «широких масс». Мы не знаем в полном объеме, что там за предложения, но можем догадываться, что среди них может оказаться и что-нибудь вроде реабилитации роли Сталина в преамбуле к Конституции. Чтобы протащить такую поправку в какой-то более мягкой форме или, напротив, ее пресечь, кто-то из управляющих процессом, скорее всего, и извлек из материалов КС само по себе довольно путаное особое мнение судьи Арановского.

Между тем и, помимо этой возможной интриги, вопрос о правопреемстве в свете грядущего принятия поправок к Конституции оказывается очень острым. Ведь юридически можно будет поставить и вопрос о том, не окажется ли Российская Федерация с «Госсоветом» по обновленной (а на мой взгляд, в таком случае принципиально новой) Конституции уже каким-то «следующим» государством. Конечно, формулируя особое мнение в декабре, Арановский о планах изменить Конституцию знать не мог, но он еще раз напомнил, что проблема исторической преемственности и «коллективной» (если следовать очень подробному дискурсу осудивших свое нацистское прошлое немцев) ответственности в России до сих пор не решена, а вопрос о правопреемстве («наследовании») является на самом деле частью этой более важной политической проблемы.