Три претензии Кудрина: главные ошибки правительства в 2019 году по версии Счетной палаты

Счетная палата представила оперативный доклад по итогам 2019 года. Уровень исполнения расходов бюджета оказался самым низким за последние 11 лет, правительство не смогло потратить больше 1 трлн рублей и завысило данные по росту экономики и доходам граждан, а главным драйвером роста доходов государства оказалось повышение НДС. Рассказываем о главных выводах ведомства Алексея Кудрина.

Алексей Кудрин. Фото с сайта Кремля

Что случилось?

Счетная палата представила отчет об исполнении бюджета за 2019 год, а Алексей Кудрин прокомментировал его основные выводы. The Bell ознакомился с документом. Коротко рассказываем, в чем заключаются три главные претензии ведомства Алексея Кудрина.

Завышение темпов роста и доходов

Счетная палата оценила успехи российской экономики в 2019 году ниже, чем Минэкономразвития. По версии ведомства Кудрина, рост ВВП в 2019 году составил 1,3%. Минэкономразвития в январском докладе сообщило о росте ВВП на 1,4% — хотя изначально ожидало тех же 1,3%. Поправку объяснили «стабильной обстановкой в секторе животноводства» и хорошим урожаем. В 2018 году экономика росла быстрее: на 2,5%, тут оба ведомства согласны.

Прирост реальных располагаемых денежных доходов населения в 2019 году Счетная палата тоже оценила ниже 0,8% против 1,5%, которые насчитало Министерство экономики.

Бюджетный антирекорд

В 2019 году уровень исполнения расходов федерального бюджета оказался самым низким за 11 лет и составил 94,2%. По оценке Счетной палаты, правительство не смогло потратить 1,12 трлн рублей — это почти в полтора раза больше, чем годом ранее.

Хуже всего дела обстоят с расходами на экономику (253,8 млрд), оборону (не смогли потратить 236 млрд), и «общегосударственные вопросы» (232,8 млрд).

Активно тратить в 2019-м начали только ближе к концу года. При этом перекос оказался рекордным: на четвертый квартал пришлось 32,4% всех трат, в предыдущие два года — чуть меньше 31%.

На нацпроекты деньги тратили еще хуже, чем все в среднем. Запланированные расходы удалось исполнить только на 91,4% (то есть на 2,8 п.п. ниже среднего значения). Хуже всего дела обстоят с программами, которые призваны развивать цифровую экономику, производительность труда, экологию и международную кооперацию.

Кудрин и раньше критиковал правительство за неисполнение бюджета: «Я не знаю государства, где непотраченные $16 млрд, заложенные в бюджете, объясняются тем, что у них [у правительства] немножко изменились планы», — возмущался он на форуме «ВТБ Капитала» «Россия зовет!».

Глава Минфина Антон Силуанов оправдывался, что правительство отказалось от авансов и «запуливания» средств в проекты. А бывший глава Минэка Максим Орешкин и вовсе обвинил Кудрина в «передергивании»: неизрасходованные деньги переходят с предыдущего года, отсюда и триллион, объяснял он.

На презентации доклада Кудрин объяснил журналистам, что сам и ввел систему, о которой говорил Орешкин, «потому что раньше пытались во что бы то ни стало потратить» средства под конец года. Но этот подход может объяснить перенос на следующий год 200–300 млрд рублей, но никак не триллиона, добавил Кудрин.

Вредный рост НДС

Профицит бюджета в 2019 году составил 1,9 трлн рублей, или 1,8% ВВП, — как и планировалось. В 2018 году Счетная палата оценивала профицит в 2,6% ВВП.

Доходы бюджета оказались на 1%, или 200 млрд, больше ожидаемого. Рост обеспечили ненефтегазовые доходы. Ненефтегазовый дефицит уменьшился до 5,5% ВВП (это на 0,6 п.п. меньше, чем в 2018-м). Для сравнения, десять лет назад он превышал 10%.

Но главным драйвером роста ненефтегазовых доходов предсказуемо стал рост НДС. Он принес на 678 млрд рублей больше, чем в 2018 году.

«Я считаю, что НДС не надо было повышать», — заявил Кудрин на презентации доклада журналистам во вторник, 18 февраля. По его словам, о повышении налога можно было подумать, но его стоило «отложить на несколько лет, которые очень важны для поддержки бизнеса».

В том, чтобы, с одной стороны, увеличивать заимствования и повышать налоги, а с другой — тратить недостаточно ресурсов, глава Счетной палаты видит диссонанс — и это существенно влияет на макроэкономику.