Почему США оказались катастрофически не готовы к коронавирусу? Вот три причины: запоздалая реакция, бюрократическая неразбериха и политизация эпидемии

К 2 апреля количество зараженных новой коронавирусной инфекцией в США уже перевалило за 200 тысяч — это в два раза больше, чем в идущей второй Италии. За несколько дней до этого Дональд Трамп заявил, что если количество погибших от COVID-19 в стране удастся удержать между 100 и 200 тысячами человек, это будет означать, что его администрация «отлично справилась с задачей». Еще месяц назад он же уверял: «Однажды он [коронавирус] просто исчезнет, это будет чудо — он просто возьмет и исчезнет». Теперь уже понятно, что так просто этого не случится и власти страны на многих уровнях, от федеральных ведомств до властей отдельных штатов, допустили ряд фатальных просчетов. «Медуза» рассказывает, какие именно.

Заголовки последних новостей из США еще совсем недавно можно было представить себе только в самом мрачном фильме-антиутопии типа «Заражения» Стивена Содерберга:

• капитан авианосца «Теодор Рузвельт», на котором уже 100 матросов заболели COVID-19, умоляет руководство ВМС США дать его команде сойти на берег, пока не заразился весь экипаж корабля;
• на улицах Нью-Йорка появились мобильные морги;
• заключенным тюрьмы Райкерс предлагают шесть долларов в час за рытье братских могил.

Уже сейчас понятно, что США оказались катастрофически не готовы к пандемии коронавируса — несмотря на наличие огромного количества высококлассных специалистов и ресурсы самой богатой страны мира. Сложно назвать одну причину, как такое могло произойти, но журналисты, расследовавшие реакцию руководства США на пандемию коронавируса, эпидемиологи и другие профессионалы в целом солидарны во мнении, что основная проблема заключалась в том, что с конца января, когда в стране появился первый заразившийся, до начала марта не было проведено достаточно анализов на вирус. Это помогло бы купировать пандемию в самом начале.

Упущенный месяц

В первую очередь нужна была точная картина заражаемости по стране в целом. Для этого требовалось как можно скорее произвести или закупить как можно больше тестов на коронавирус, чтобы отслеживать контакты каждого нового заразившегося человека и при необходимости изолировать его от здоровых.

Но собеседники The New York Times, опрошенные для большой статьи, озаглавленной «Потерянный месяц: как из-за неспособности провести тестирование населения США оказались слепы перед COVID-19», утверждают, что на ранней стадии пандемии участники рабочей группы Белого дома по борьбе с коронавирусом уделяли вопросу анализов на заражение максимум пять-десять минут в конце каждого совещания. В этой рабочей группе были руководители нескольких федеральных агентств, в чью непосредственную задачу входит предотвращение массовых эпидемий, в первую очередь Центров по профилактике заболеваний (Centers for Disease Control, CDC) и Управления по контролю за продуктами питания и лекарственными средствами (FDA). Даже когда истинный масштаб кризиса был уже очевиден на примере Китая, а ученые и медики в самих США били тревогу, руководители этих ведомств, говорят источники NYT, не сумели адекватно оценить угрозу и представить оперативное решение.

Глава CDC, бывший военный врач и специалист по ВИЧ/СПИД Роберт Редфилд, до своего назначения в 2018 году никогда не руководил федеральным агентством. В конце января CDC сообщили, что в их лабораториях разработали наиболее точный тест на коронавирус в мире.

Однако этот тест содержал критический брак. В отличие от немецкого, который рекомендовала к использованию ВОЗ, в тесте CDC для детекции наличия коронавируса в материале мазка пациента использовались три, а не два «зонда», которые обнаруживают три небольших фрагмента генома SARS-CoV-2. Теоретически такой тест должен был быть более точным — но именно этот третий фрагмент генома вируса при анализе часто давал неопределенный результат. Тестирование пришлось срочно прекратить. Редфилд обещал срочно решить проблему — но на это у CDC ушли долгие недели.

Другая проблема была чисто бюрократической. Всего за шесть недель до того, как в США была объявлена чрезвычайная санитарная ситуация в связи с пандемией коронавируса, на пост главы FDA заступил онколог Стивен Хан. Как пишет NYT, в его ведении оказалось огромное ведомство с 15 тысячами сотрудников, которое занималось регулированием всего, от жизненно важных лекарств до собачьего корма. Именно оно должно было лицензировать частные лаборатории, которые предложили свою помощь в массовом тестировании населения — и столкнулись с неповоротливой федеральной бюрократией.

В результате к середине февраля на всю страну проводилось не больше 100 анализов по слишком строгим критериям: только люди, приехавшие из Китая или непосредственно контактировавшие с подтвержденным носителем вируса. Но к этому моменту вирус уже несколько недель бесконтрольно распространялся по Соединенным Штатам, в том числе среди тех, кто не выезжал за пределы страны.

Например, клиническая лаборатория Стэнфордского университета смогла начать тестирование пациентов на коронавирус лишь к началу марта, когда Стивен Хан наконец согласился упростить процедуру лицензирования новых тестов. К этому моменту счет заразившихся пошел уже на тысячи, а потом и десятки и сотни тысяч человек.

Бюрократические дрязги и паралич власти

Но сложность процедур лицензирования FDA не единственная бюрократическая проблема, с которой столкнулись США во время пандемии коронавируса. В 2018 году в стране была принята Национальная стратегия биозащиты. В рамках этой стратегии учреждена комиссия по выработке регламента реагирования на эпидемии и пандемии на национальном уровне, которую возглавил глава министерства здравоохранения и социального обеспечения США Алекс Азар. Именно он должен был обеспечить координацию между ключевыми федеральными агентствами, в первую очередь тех же CDC и FDA, в первые, критические недели вспышки COVID-19 в США.

Но аудит, проведенный Главным счетно-контрольным управлением США в феврале 2020 года, показал, что минздрав под руководством Азара не способен эффективно координировать работу разных федеральных министерств и ведомств из-за отсутствия реальных полномочий. Как сказала в интервью военно-аналитическому изданию Task & Purpose Аша Джордж, бывший сотрудник военной разведки США и исполнительный директор Национальной комиссии по биозащите, «одно ведомство не может просто взять и приказать другому, что делать, поэтому ставить министерство здравоохранения во главе Национальной стратегии биозащиты было ошибкой — в этой стране это никогда не сработает из-за межведомственной бюрократии».

О том, как эта бюрократическая рассинхронизация в период кризиса может проявиться на практике, было известно еще из результатов учений под названием «Багровая инфекция» (Crimson Contagion), которые с января по август 2019 года проводило министерство здравоохранения США. Учения симулировали следующий сценарий: в Китае начинается вспышка острого респираторного вируса, который быстро разносят по всему миру путешественники.

Черновой вариант отчета о результатах этих учений с пометкой «для служебного пользования» был опубликован в NYT в феврале этого года. Исход гипотетической глобальной пандемии описан так: за 47 дней с момента обнаружения первого заразившегося на территории США до объявления ВОЗ о глобальной пандемии успевают заразиться около 110 миллионов американцев. 7,7 миллиона потребуется срочная госпитализация, а более полумиллиона погибнут. Произойдет это, пишут авторы отчета, из-за того, что у федеральных властей не хватит ни средств, ни должной подготовки, чтобы эффективно отразить угрозу пандемии в США, а различные министерства и ведомства будут лишь мешать друг другу, теряя время в попытках выяснить, кто же главный.

Одним из ключевых выводов отчета, пишет Task & Purpose, была «неспособность оперативно восполнить запасы определенных товаров медицинского назначения, большая часть которых производится за пределами США». Как отмечает военный блог The War Zone, в государственных стратегических резервах США сейчас хранится не больше 12 миллионов медицинских масок класса N95 — ничтожно малая доля от потребности в них и других критически важных расходных материалов для американских больниц, принявших на себя удар коронавируса (врач больницы Элмхерст в нью-йоркском Квинсе, записавшая видео из реанимационного отделения в разгар пандемии, говорила, что ей приходится носить одну и ту же маску несколько смен подряд).

В 2009 году, во время вспышки свиного гриппа (N1H1), федеральное правительство раздало из стратегических резервов 85 миллионов таких масок — но не стало пополнять запасы, которых сегодня критически не хватает американским врачам. Врачи жалуются в соцсетях и СМИ на недостаток буквально всего — а руководство грозит им за это увольнением (и есть уже случаи, когда эти угрозы становились реальностью, пишет Bloomberg).

Политизация эпидемии

Опрос, проведенный социологической компанией Civiqs с февраля по март 2020 года, показал, что реакция американцев на пандемию коронавируса находится в строгой зависимости от их политических предпочтений: если среди избирателей-демократов «крайне озабочены» ситуацией 59%, то среди республиканцев таких всего 22%. А решения политиков отражают предпочтения их электората: исследование Университета Вашингтона показало, что губернаторы-республиканцы в среднем на 2,7 дня позже вводили в своих штатах ограничительные меры — ограничение или полный запрет на публичные собрания, закрытие школ, ресторанов, приказ оставаться дома и не выходить на улицу, — чем в штатах под контролем демократов. Как пишет медицинский журнал STAT, губернаторы, например, Техаса, Флориды и Пенсильвании либо затягивали решения о введении ограничительных мер, либо спускали их на уровень ниже, передавая ответственность местным властям.

Для многих политиков-республиканцев пандемия прежде всего вопрос экономики. Сенатор Рон Джонсон от штата Висконсин написал колонку, в которой заявил, что «смерть — это неотъемлемая часть жизни», и призвал поскорее снять ограничения, связанные с коронавирусом, чтобы не погубить американский бизнес. Рон Десантис, губернатор Флориды, сообщает газета Tampa Bay Times, принимая решение о том, закрывать или нет пляжи и увеселительные заведения штата, прислушивается не к экспертам в области здравоохранения, а к лоббистам из торговой палаты штата, которые на вопрос «закрывать или не закрывать?» отвечают: «Нельзя, чтобы лекарство было смертоноснее болезни». Правда, есть и исключения: например, республиканский сенатор от штата Арканзас Том Коттон был одним из первых американских политиков, кто еще в начале года начал призывать отнестись к пандемии максимально серьезно.

Алексей Ковалев