Бастрыкин назначил на дело об убийстве друзей фигурантов «Сети» следователя по делу Политковской

Главное (и новое) о ходе следствия

После публикаций «Медузы» о возможной причастности нескольких осужденных по делу «Сети» к смерти их друзей — Артема Дорофеева и Екатерины Левченко — пензенское управление Следственного комитета возбудило уголовное дело об убийстве девушки. Вскоре ее останки нашли рядом с местом, где два года назад обнаружили тело Дорофеева. 12 марта дела об убийстве Дорофеева и Левченко объединили и затем передали в центральный аппарат СК. «Медуза» рассказывает, что известно о ходе расследования.

В конце февраля 2020 года фигурант дела «Сети» Алексей Полтавец признался журналистам «Медузы» в причастности к убийству 21-летнего Артема Дорофеева и 19-летней Екатерины Левченко.

По словам Полтавца, в апреле 2017-го он вместе с Артемом, Катей и еще одним фигурантом «Сети» Максимом Иванкиным скрывался в Рязани, опасаясь преследования по делу о торговле наркотиками. К торговле, утверждает Полтавец, были причастны и другие участники анархистской группы «5.11». К концу месяца участники группы стали опасаться, что Дорофеев и Левченко будут свидетельствовать против них, поэтому решили их убить. Исполнять решение пришлось Полтавцу (он убил Артема) и Иванкину (тот взял на себя Екатерину), утверждает сам Полтавец.

Следователь

Председатель Следственного комитета Александр Бастрыкин лично рассмотрел дело об убийстве 19-летней Екатерины Левченко и 21-летнего Артема Дорофеева из Пензы. Это следует из постановления за его подписью, с которым 9 и 10 апреля ознакомили родителей убитых (документ есть в распоряжении «Медузы»). Из-за «особой сложности» Бастрыкин поручил расследование следственной группе, в которую вошли сотрудники СК из Пензы, Рязани и Подмосковья. Руководителем назначен полковник Сергей Солонкин — старший следователь по особо важным делам Главного следственного управления СК России.

В феврале 2019 года о Солонкине писала «Новая газета» — тогда стало известно, что следователю поручили поиск заказчиков убийства обозревателя «Новой газеты», правозащитницы Анны Политковской. До перехода в центральный аппарат СК Солонкин работал в Подмосковье. С 2013-го по 2017-й возглавлял следственный отдел Павловского Посада, затем — города Ногинска. В 2016 году признан «лучшим руководителем городского следственного отдела» и награжден медалью «За безупречную службу» второй степени.

В начале апреля Алексей Михальчик — адвокат родителей Екатерины Левченко и Артема Дорофеева — рассказал изданию «7×7», что с 16 марта не мог получить доступ к материалам дела и узнать о назначении следователя. По словам родителей, им до сих пор ничего не известно о проведенных следствием действиях.

Дела об убийстве

21-летний Артем Дорофеев и его девушка, 19-летняя Екатерина Левченко, пропали в Пензе 31 марта 2017 года. Их родители обратились в полицию и в волонтерское объединение «Лиза Алерт», занимающееся поиском пропавших. Но следов Артема и Кати обнаружить не удалось.

Исчезновение Артема и Кати

Изначально родители связали исчезновение молодых людей с обвинениями в уголовном преступлении их друзей: Михаила Кулькова и Максима Иванкина.

В ночь на 31 марта полицейские задержали Кулькова, Иванкина и их знакомого, 16-летнего Алексея Полтавца (он недавно переехал в Пензу из Омска), с наркотиками. Кульков признался, что он закладчик, и был отправлен под домашний арест. Иванкина отпустили домой к родителям под подписку о невыезде; там же несовершеннолетний Полтавец должен был дождаться приезда своей матери из Омска. Но уже на следующее утро Иванкин и Полтавец сбежали. 25 апреля их примеру последовал Кульков. В итоге Полтавец скрылся за границей, а Иванкин и Кульков отправились в Москву, где обоих задержали 5 июля 2018 года. А в начале сентября предъявили новые обвинения — об участии в террористическом сообществе «Сеть».

После задержания Иванкина и Кулькова допрашивали сотрудники пензенской полиции, занимавшиеся исчезновением Дорофеева и Левченко. Оперуполномоченный Евгений Кирюхин рассказывал родителям девушки, что, по словам Иванкина и Кулькова, из Пензы они сбежали вчетвером. Но на границе с Рязанской областью разошлись: Кульков и Иванкин отправились в Москву, а Катя и Артем — в Краснодарский край.

Об отъезде из Пензы в конце апреля 2017 года Катя рассказывала маме, Татьяне Левченко. Она написала в мессенджере Jabber, что ни в чем не виновата и они с Артемом собираются уехать. На прощание Катя пообещала и дальше писать Татьяне, но больше на связь не выходила.

27 ноября 2017 года охотник с собакой обнаружил в лесу под Рязанью тело неизвестного мужчины. В 2019-м экспертизы, включая независимую, установили, что это Артем Дорофеев.

После идентификации останков Дорофеева рязанские следователи допросили друзей и знакомых убитого, в том числе находившихся в пензенском СИЗО фигурантов дела «Сети» Михаила Кулькова и Максима Иванкина. Если летом 2018 года они говорили, что разошлись с Дорофеевым и Левченко на границе Пензенской области (Иванкин и Кульков отправились в Москву, а Артем с Катей — в Краснодарский край), то теперь, со слов адвоката Иванкина Константина Карташова, версия изменилась. Оба утверждали, что в последний раз видели Артема и Катю в Пензе еще 30 марта 2017 года и не знают, почему и куда те исчезли.

Кульков предоставил следователям образец ДНК, Иванкин отказался. Адвокат Карташов объяснил «Новой газете» это недоверием к следователям: «Первая наша реакция была — никаких ДНК, сейчас что-нибудь подтасуют, возьмут наш образец, подкинут, свяжут с убийством».

По словам источника «Медузы» в управлении Следственного комитета по Рязанской области, в свой единственный приезд в Пензу рязанские следователи обращались с вопросами по поводу убийства Дорофеева в местные СК и ФСБ. В последней «ничего интересного» им не рассказали. Расследование было фактически приостановлено.

Адвокат Иванкина Константин Карташов подтвердил, что после допросов следствие не интересовалось его подзащитным: «Не было никакой информации, ни звонков, ни предложений сделать экспертизу, ни дополнительных вопросов, ничего. Ощущение, что следствие получило исчерпывающие ответы на свои вопросы. Они узнали, что хотели, и вопросы к нам закончились».

После идентификации останков Артема Дорофеева в 2019 году в рязанском лесу искали и тело Екатерины Левченко, но безрезультатно.

Дело о ее убийстве было возбуждено только 26 февраля 2020 года — после выхода расследования «Медузы» и обращения Татьяны и Сергея Левченко в прокуратуру. А уже 4 марта сотрудники Следственного комитета обнаружили в лесу, где был найден Артем Дорофеев, новые человеческие останки. Генетическая экспертиза установила, что они принадлежат Екатерине Левченко.

Поиски

Лес, где нашли останки Артема Дорофеева и Екатерины Левченко, находится недалеко от деревни Лопухи Рязанской области.

Следы старого кострища, о котором говорил Полтавец, рядом с местом убийства Дорофеева стали одной из первых находок поисковой группы в конце февраля 2020 года. Почему на него не обратили внимания осенью 2017-го, когда нашли тело молодого человека, неизвестно. Яму, где был захоронен Дорофеев, снова раскопали. Вблизи от кострища обнаружили две садовых лопатки, которыми, предположительно, зарывали тела. А с соседних деревьев, пишет «Новая газета», срезали куски — доставали картечь. По словам источника «Медузы» в правоохранительных органах, найти дробь так и не удалось.

Полтавец признался, что сам убийства Левченко не видел. Перед этим, по его воспоминаниям, Иванкин увел девушку на 100 метров на северо-восток — с его разрешения эту и другие детали журналисты «Медузы» передали участникам поисковых действий. Останки Левченко, говорит источник в правоохранительных органах, нашли на северо-западе, в 70 метрах от ямы, где был захоронен Дорофеев.

Все кости найти не удалось — предположительно, их растащили лесные животные. Об этом свидетельствует и расположение вещей: штаны были в одной стороне, уточняет источник, шарф — в другой. Мать Кати, Татьяна Левченко, опознала шарф по фото. Также в лесу были найдены наушники — Татьяна утверждает, что ее дочь постоянно слушала музыку. Деньги — по словам Полтавца, Иванкин хотел достать из кармана Левченко одну или две тысячи рублей уже после того, как убил и закопал ее, — не нашли.

Судебно-медицинская экспертиза

Татьяне Левченко до сих пор не назвали причину смерти дочери. «Когда останки отдадут, тоже не знаю. Сказали, что будут еще какие-то экспертизы проводить уже в Москве», — говорит она «Медузе».

Причина смерти Артема Дорофеева также остается неназванной. Судмедэксперт отдела экспертизы трупов ГБУ РО «Бюро СМЭ» Рязани Сергей Мордасов, исследовавший его останки 15 декабря 2017 года, посчитал это невозможным «ввиду гнилостных изменений органов и тканей трупа». По его мнению, Дорофеев умер «во временном интервале нескольких недель — нескольких месяцев — применительно к условиям пребывания трупа при „комнатной“ температуре; при иных условиях давность наступления смерти может быть существенно иной».

В заключении Мордасов перечисляет множественные повреждения на теле Дорофеева: многофрагментарно-оскольчатый перелом костей лицевого скелета, рана в левой теменной области, рана на передней поверхности шеи с повреждением связок между телами четвертого — пятого шейных позвонков, а также — вероятно, возникшие «посмертно от воздействия зубов плотоядных животных» — утрата правой кисти, дефект мягких тканей в области правого локтевого сустава, дефект в области левого локтевого сустава, обширный дефект в области правого тазобедренного сустава и правого бедра, утрата правой стопы с частями берцовых костей.

Многофрагментарно-оскольчатый перелом костей лицевого скелета, пишет судмедэксперт, возник «от воздействия тупого предмета/предметов». Но установить, получил Дорофеев травму до или после смерти, невозможно. Аналогичная ситуация с ранами в левой теменной области и на передней поверхности шеи. «Для возможного более детального изучения механизма образования» этих травм, заключает Мордасов, «для медико-криминалистического исследования взяты кожные лоскуты с этими ранами и череп». «Более детального изучения», по словам родственников Дорофеева, так и не случилось.

Специалист бюро судебно-медицинской экспертизы Московской области, которому «Медуза» показала заключение Сергея Мордасова, назвал его «очень некачественным». «Очень скудное описание повреждений лицевого скелета, не указана площадь повреждения, нет данных медико-криминалистического исследования, не отмечено наличие или отсутствие картечи (страшно, если эксперт пропустил), не отмечены повреждения зубов. Поэтому в выводах стандартно написано от воздействия/воздействий тупого твердого предмета/предметов».

По мнению подмосковного судмедэксперта, рана на шее Дорофеева явно резаная: «Эксперт пишет, что повреждены даже связки четвертого и пятого шейных позвонков, а значит, должны быть и повреждены органы шеи: трахея, пищевод и сосуды, но врач пишет „органы шеи целы“ — это невозможно».

«Медуза» также показала заключение рязанского судмедэксперта специалисту в области судебной медицины, члену-корреспонденту РАН и бывшему директору Российского центра судебно-медицинской экспертизы Юрию Пиголкину. Из-за неполного описания характера повреждений на трупе он отказался делать выводы о том, соответствуют ли повреждения на останках Дорофеева способу убийства, который описал Полтавец. «По описанию и фотографии ничего сказать нельзя. Нужна эксгумация. Очень плохое описание повреждений в области лица и неинформативная фотография», — пояснил Пиголкин.

Исследовавший останки Дорофеева Сергей Мордасов отказался от комментариев без согласования начальства. «Медуза» отправила запрос в рязанское бюро судебно-медицинской экспертизы. Там ответили, что не могут разглашать интересующую информацию в соответствии с УПК.

Как проходит расследование

В марте журналистов «Медузы» Максима Солопова и Кристину Сафонову дважды допросили: сначала следователь из пензенского СК (ведомство занималось убийством Екатерины Левченко), затем — из рязанского (в Рязани расследовали дело Артема Дорофеева). 12 марта дела Левченко и Дорофеева объединили и вскоре передали в центральный аппарат Следственного комитета в Москву. Журналистов вновь вызвали на допрос, но отложили его на неопределенный срок из-за карантина.

Еще 10 марта корреспонденты «Медузы» по просьбе Алексея Полтавца передали следствию контакты его адвоката. По нашим данным, следователи пока не пытались допросить бежавшего из страны активиста. Журналистам Полтавец по просьбе защиты дополнительных комментариев пока не дает. При этом следователи общались с отцом и бабушкой Алины (имя изменено по ее просьбе) из Рязани, у которой в апреле 2017 года жили Иванкин и Полтавец. По словам Полтавца, в той же квартире скрывались Дорофеев с Левченко — Алина утверждает, что никогда их не видела.

Официально следствие не общалось и с осужденными по делу «Сети» из Пензы. 17 марта пятеро из них — Максим Иванкин, Илья Шакурский, Андрей Чернов, Михаил Кульков и Дмитрий Пчелинцев — сами обратились к председателю Следственного комитета Александру Бастрыкину и главе Генпрокуратуры Игорю Краснову с просьбой об их допросе.

Адвокаты фигурантов говорят «Медузе», что ответ на обращение им до сих пор не пришел. «Почему это обращение появилось? — рассказывает защитник Ильи Шакурского Сергей Моргунов. — Потому что многие средства массовой информации стали писать так, как будто он чуть ли не виновен. Была такая информация, в том числе и в вашем издании. То, что Полтавец рассказывал, что Илья голосовал [за убийство], — это ложь. Он, конечно, не знал об убийствах».

«Ребята готовы дать пояснения по поводу всех вопросов, но к ним, к сожалению, не приходят», — говорит адвокат Дмитрия Пчелинцева Оксана Маркеева. Она добавляет, что ее подзащитный уже изложил свою позицию по делу об убийствах Левченко и Дорофеева. «Когда я распечатала из вашей статьи и принесла ему фотографии, он посмотрел и говорит: „Слушайте, я даже думал вообще на другого человека“. С девушкой он вообще не общался, а молодого человека, может быть, видел когда-то пару раз», — рассказывает адвокат. По ее словам, Пчелинцев не имеет никакого отношения к убийствам и не верит, что кто-либо из фигурантов дела «Сети» к этому причастен.

В день публикации обращения пятерых фигурантов адвокат Максима Иванкина Константин Карташов сообщил, что на его подзащитного оказывается давление. 13 и 16 марта к Иванкину приходили оперативные сотрудники и предлагали ему признаться в убийстве. «Они намекали на физическую расправу. С их слов это будет выглядеть как суицид, а поскольку он состоит на учете в СИЗО № 1 как склонный к суициду, другие версии произошедшего рассматриваться не будут», — рассказал Карташов.

Сейчас, по словам адвоката, давление на Иванкина прекратилось. Карташов надеется, что будет проведено расследование и выяснены все обстоятельства убийства Дорофеева и Левченко. «Если чем-то можно помочь, мы поможем», — говорит он, поясняя, что его подзащитный настаивает на своей невиновности.

Неизвестные оперативные сотрудники в середине марта приходили также к другому фигуранту дела «Сети» Андрею Чернову — об этом сообщил его адвокат Станислав Фоменко. Защитник еще одного фигуранта Михаила Кулькова — Игорь Кабанов — рассказал, что психолог СИЗО Маркина попыталась выяснить у его доверителя, причастен ли он или другие фигуранты к убийствам Дорофеева и Левченко. Получив отрицательный ответ, Маркина, по словам адвоката, поставила Кулькова на учет как лицо, склонное к суициду, и отправила его в одиночную камеру. Адвокат Фоменко не ответил на звонки «Медузы». Защитник Кабанов рассказывает, что Михаил Кульков по-прежнему находится в одиночной камере.

«Я направил официальный запрос начальнику СИЗО, чтобы он дал ответ, на каком основании Михаила поместили в одиночную камеру. На сегодняшний день ответ не поступил», — добавляет Кабанов. По его словам, Кульков чувствует себя нормально и готов дать показания.

«Медуза» отправила запрос в центральный аппарат Следственного комитета, попросив ответить, в какие сроки и что следствие намерено делать дальше, чтобы установить обстоятельства преступления.

Авторы: Кристина Сафонова, Максим Солопов

Иллюстрация: Настя Григорьева