Original Material
Удаление дочки
Президент Казахстана убрал с дороги своего главного конкурента в борьбе за власть — старшую дочь Нурсултана Назарбаева
Утром 2 мая президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев внезапно лишил депутатских полномочий спикера верхней палаты парламента Даригу Назарбаеву. Теперь она точно не сможет стать президентом страны. Это согласовано с отцом?
Старшая дочь президента стала главой Сената чуть больше года назад, на следующий день после того, как ее отец, бессменный президент страны в течение 29 лет Нурсултан Назарбаев, подал в отставку в прямом эфире, передав власть как раз Токаеву.
Часть экспертов тогда предположили, что Токаев — транзитный вариант президента, а Дарига через время его подвинет: пост председателя Сената как раз дает прямой путь к президентству в случае внезапной отставки главы государства (сам Токаев именно такой путь и прошел). Корреспондент «Новой» был в их числе. Сейчас пришло время признать, что эта гипотеза была ошибочной. Вот что случилось за этот год.
Версия о том, что Дарига может стать следующим президентом, строилась на том, что Токаев полностью подконтролен Нурсултану Назарбаеву, а тот, в свою очередь, хочет сохранить власть в руках своей семьи. Со временем между Акордой (резиденцией президента) и Библиотекой (Библиотека первого президента — новый офис Нурсултана Назарбаева) начали возникать некоторые трения, которые лишь добавляли масла в огонь: Токаев в целом выступал как полноценный реформатор, что не очень вязалось с предыдущей ставкой на стабильность.
Новый президент провозгласил концепцию «слышащего государства», разрешил некоторые митинги и даже приблизил к себе несколько представителей гражданского общества — официально через Совет общественного доверия и неофициально — через систему нештатных советников. При этом
публично Токаев позволял себе критиковать некоторые проекты своего предшественника, но никогда не пересекал «красную линию», переходя на личности.
В свою очередь, Назарбаев, публично выказывая поддержку Токаеву, по факту был доволен далеко не всеми шагами своего протеже: до сих пор точно неясно, по чьему указанию в июне прошлого года задержали больше четырех тысяч человек на протестах против результатов президентских выборов, однако без кивка из Библиотеки это сложно было себе представить. Неизвестно также, кто приказал забрать из дома гражданского активиста Дулата Агадила зимой этого года и увезти в камеру якобы за неуважение к суду (однако за это даже не задерживают): через несколько часов Агадил скончался в отделении полиции, а его похороны превратились в манифестации с грубыми задержаниями. Токаев, к слову, публично принес соболезнования семье Агадила, однако согласился с официальной версией смерти, что речь идет о внезапном сердечном приступе.
В это же время Дарига Назарбаева на посту главы Сената развила бурную активность, критикуя и программу цифровизации Казахстана (Токаев тоже был ею недоволен), и работу правительства, и железные дороги. Ударами непосредственно по президенту это не выглядело, но усиление присутствия Назарбаевой в публичном политическом поле давало возможность предполагать, что она, пользуясь поддержкой семьи, укрепляет свои позиции на будущее и пытается перехватить повестку у Акорды.
Одновременно с этим активно раскручивалась информационная кампания по поводу того, что 18 марта 2020 года на расширенном заседании проназарбаевской партии власти «Нур Отан» Нурсултана
Назарбаева либо попросят вернуться самого, либо убедительно будут молить о том, чтобы он поменял Токаева на свою дочь.
Насколько такой сценарий действительно разрабатывался, мы вряд ли узнаем, но он уже в момент первых слухов о новом варианте «рокировки» выглядел крайне рискованным. По позициям Назарбаевых сильно ударила собственная семья.
Сначала младший сын Дариги Назарбаевой Айсултан публично заявил, что его дед — на самом деле его отец. Министру информации и коммуникаций Даурену Абаеву в прямом эфире канала «Хабар» (принадлежит Дариге Назарбаевой) пришлось публично заявлять, что у Айсултана проблемы с употреблением наркотиков и слушать его не стоит — но это был лишь дополнительный удар по имиджу всего клана.
В дальнейшем Айсултан использовал свой фейсбук уже не для разоблачений, а для извинений перед всеми (а 2 мая и вовсе удалил свою страничку), но тут начались проблемы со старшим сыном Нурали: его и саму Даригу английское следствие обвинило в том, что они через недвижимость в Лондоне, общая стоимость которой приближается к 100 млн долларов, отмывали деньги. В суде эти обвинения удалось опровергнуть, однако это был еще один сильнейший удар по Дариге Назарбаевой и любым ее амбициям.
В таких условиях рассчитывать на какие-то законные способы усиления власти Дариге Назарбаевой было сложно,
а теперь и вовсе случился коронавирус, который окончательно повернул партию в пользу Касым-Жомарта Токаева.
Политолог Виктор Ковтуновский в беседе с «Новой» обращает особое внимание на то, что Токаев почти сразу после начала эпидемии COVID-19 ввел в стране режим чрезвычайного положения, что вообще не требовалось для объявления карантина. «Неожиданным стало и то, что после введения режима ЧП Токаев практически единолично узурпировал всю законодательную власть в стране, — говорит Ковтуновский. — Он подписал ряд указов, которые наделяют его безграничной властью, в том числе и в сфере компетенций парламента. А дальше неожиданным стало полное молчание на этот счет Нурсултана Назарбаева, который самоизолировался от ситуации».
Ковтуновский также обращает внимание, что Дарига Назарбаева в апреле сделала запрос в Конституционный совет. Публично содержание запроса не раскрывается, однако, по словам политолога, из того, что известно, речь шла о «разграничении предмета регулирования законов и подзаконных нормативных правовых актов». «Я прямо связываю это с теми указами, которые во время режима ЧП издал Токаев», — говорит эксперт.
Могло ли это стать с точки зрения Токаева тем триггером, после которого он пошел на обострение ситуации? Политический эксперт Айдос Сарым в комментарии для «Новой» называет эту гипотезу «искусственной», поскольку парламент усиление полномочий Токаева одобрил без малейшего проявления недовольства. Но и он, и Ковтуновский считают решение о снятии полномочий с Дариги достаточно смелым шагом со стороны президента — не менее смелым, чем введение режима чрезвычайного положения. «Вообще, этот шаг напрашивался в последнее время, система очищается от токсичных активов, — говорит Айдос Сарым. — Уже давно пора понять, что с таким антирейтингом нет никаких шансов для реализации каких-то амбиций».
Тем не менее снятие Дариги Назарбаевой со своего поста было абсолютно внезапным для всех (тут можно говорить, что Токаев прибег к любимому приему своего предшественника: важные вещи делать или в пятницу вечером, или и вовсе в выходные).
Ключевой вопрос в том, насколько это согласовано с отцом Дариги Назарбаевой.
«Тут возможны варианты. Если Нурсултан Назарбаев по-прежнему управляет ситуацией, то это решение точно было им одобрено, с ним все согласовали, — предполагает политолог Досым Сатпаев. — Пока Назарбаев все контролирует, нет никакого двоевластия, есть полутранзит, при котором все политические и бизнес-элиты смотрят на его решения. Однако если его хватка начинает ослабевать — в том числе из-за здоровья, — элита может встать на сторону Токаева».
Это может привести и к смелым инициативам со стороны самого президента: Виктор Ковтуновский также считает, что сложно себе представить такое решение «проблемы Дариги» при «дееспособном первом президенте». В свою очередь, Айдос Сарым отмечает, что отсутствие публичной реакции со стороны Библиотеки как раз и говорит о том, что там в курсе и согласны с происходящим. Кроме того, Токаев публично через твиттер поблагодарил Даригу Назарбаеву за ее работу: этот церемониальный жест также намекает на то, что перед нами не игра ва-банк, а осознанное и одобренное всеми сторонами решение.
Важными остаются ответы еще на два вопроса.
- Во-первых, кто станет новым главой Сената?
Это станет известно в начале следующей недели, и Айдос Сарым полагает, что новым спикером станет «чисто техническая фигура» — под стать самому статусу верхней палаты парламента. Досым Сатпаев призывает посмотреть на нового главу Сената внимательнее: «Если это будет человек из команды Токаева, то можно говорить о его усилении. Если некая нейтральная фигура, то, возможно, речь о сохранении статуса-кво».
Впрочем, даже появление человека не из «команды Токаева» на посту спикера Сената может говорить лишь об усилении позиций второго президента. Политический журналист и обозреватель Никита Шаталов пишет, что Дарига Назарбаева на посту спикера Сената была предупреждением элитам. «Либо вы поддержите преемника, либо получите дочь в качестве президента. Сейчас, видимо, гарантийный период прошел, Токаев в достаточной степени укрепился, никого больше страховать нет необходимости», — считает Шаталов.
- Второй вопрос — что теперь будет с карьерой самой Дариги Назарбаевой?
«Есть вариант — уйти в частную жизнь или общественную деятельность, что маловероятно, учитывая ее характер, — говорит Сарым. — Возможно, это будет некая должность при отце вроде главы президентского фонда». Давать Назарбаевой должность во главе партии «Нур Отан», к примеру (меньше чем через год в стране должны пройти парламентские выборы. — Ред.), сейчас опасно, поскольку это может привести к еще большему недовольству в обществе: протестные настроения и так растут из-за кризиса, спровоцированного пандемией коронавируса.
Третий вариант — публичное преследование Дариги Назарбаевой со стороны действующей власти — пока маловероятен.
«Конечно, в Узбекистане тоже была дочь президента, которая всех достала, — проводит аналогию Досым Сатпаев. — Но там сам Ислам Каримов санкционировал арест Гульнары. Здесь так не будет».
«Другое дело, что, когда Нурсултан Назарбаев совсем отойдет от дел, ситуация для Дариги Назарбаевой станет очень опасной, поскольку элиты могут окончательно переметнуться к Токаеву. Теперь он для них — вполне реальная альтернатива, к кому примкнуть: причем даже не за тем, чтобы его поддержать, а за тем, чтобы выступить против кого-то из клана Назарбаевых».
Однозначно одно: на любых предположениях о том, что Дарига Назарбаева может стать президентом, теперь можно ставить крест.
Айдос Сарым предполагает, что бессмысленны теперь и разговоры о двоевластии: «Токаев уже через многое прошел. А его интеллигентность не нужно путать с мягкостью или нерешительностью». Не стоит, однако, забывать, что это Казахстан, так что восточная интеллигентность всегда может оказаться скрытым коварством — от любой из сторон.