«Наша обязанность — как можно меньше потерять»

— Расскажите, что нас ждет и когда.

— Вы же не считаете меня пророком. Ситуация ведь определяется не нашей профессиональной средой, а совершенно нам неподвластной, непонятной. Что такое эта эпидемия, этот вирус — так никто и не знает. Ситуация у всех тяжелая. У нас не состоялось много замечательных концертов, мы, как и весь мир, с сожалением просим артистов перенести выступление, подождать. Неопределенности больше, чем определенности.

— То есть никакой ясности по поводу следующего сезона?

— Министр культуры Ольга Борисовна Любимова говорит в своих интервью, что в сентябре планируется — конечно, с ограничениями — открыть театры и концертные залы. Музеи — еще раньше. Хочется надеяться, что ее планы могут являться для нас ориентиром. Понятно, что от нее не все зависит, решающее слово — за Роспотребнадзором. В последних правилах, выпущенных 26 мая, написано, что развлекательные мероприятия если и начнутся до января, то с ограничениями. Я хорошо знаю позицию нашего музыкального сообщества, поскольку постоянно общаюсь по зуму с директорами филармоний. Все осознают необходимость считаться с эпидемией, про которую никто не может сказать, когда она закончится. И все за то, чтобы в каком-то формате начинать деятельность музыкальных коллективов и концертных залов.

— В случае с классическими музыкантами ограничения, диктуемые социальной дистанцией, — чуть ли не самые болезненные. «Вне закона» оказываются многолюдные коллективы — оркестры, хоры. Теперь на сцены будет допущена только камерная музыка?

— Все очень индивидуально. В большинстве российских городов залы и сцены небольшие, поэтому необходимость социальной дистанции, конечно, очень сильно ограничивает количество музыкантов. С другой стороны, я смотрю видео и фотографии из некоторых немецких городов, где коллективы пусть в сокращенных составах, но уже начали репетировать, выступать онлайн, записываться.

— Я на днях слушала выступление Владимира Юровского и музыкантов его берлинского оркестра на немецком радио RBB. Составы такие: квинтет, секстет, октет, максимум 15 человек.

— В июне в Берлинской филармонии состоится концерт памяти Мариса Янсонса, трансляцию которого, я думаю, мы все с удовольствием будем смотреть. Денис Мацуев будет играть Концерт Шостаковича. Это очень важное событие. На его приезд получено специальное разрешение, он первым из российских артистов выступит в Германии после ослабления карантина.

— Прямо живьем?

— Да, но концерт, конечно, будет без публики.

— Но играть Мацуев будет без маски?

— В Германии о масках во время репетиций и выступлений речь не идет. Ведущие берлинские оркестры совместно с немецкими медицинскими институтами сделали исследование, в котором очень убедительно, подробно и профессионально анализируются все противоэпидемические меры, которые они предлагают: что делать на этапе подготовки оркестра, что делать в момент выхода на сцену. Там много чего есть, но масок нет, потому что все понимают, что в масках оркестр работать не может.

— Какие прогнозы по допустимому количеству публики в зале?

— Может быть установлен показатель не количества, а необходимой социальной дистанции. Например, если она полтора метра, то это означает очень маленькую заполняемость: слушателей надо сажать через ряд друг от друга, а внутри ряда — не через один стул, а через два или даже три. Зависит от ширины стульев. С такой дистанцией в августе собираются начать работать некоторые европейские залы, это примерно 25–30 процентов загрузки. Меньший вариант ограничений — рассаживать публику в шахматном порядке. Так и в самолетах предлагали. Тогда это примерно 50 процентов загрузки. Но даже 50 процентов — очень трудная ситуация для абонементного сезона.

Надо помнить о том, что специфика филармонической жизни — в абонементной системе. Театры ведь не продавали в феврале билеты на следующий сезон, как это делали филармонии всего мира. А у нас в Московской филармонии, несмотря на карантин, достаточно хорошо проданы абонементы. Даже в апреле и мае, то есть в разгар карантина, на сайте была куплена почти тысяча абонементов. И нам надо постараться сберечь всех тех людей, которые так расставляют приоритеты, что готовы подстраивать свои планы ради концерта, который состоится через 4–6–9 месяцев. Ну что мне вам рассказывать.

Для меня основная задача — сохранить веру наших слушателей в концертную жизнь, в филармонию. Если будет разрешено 50 процентов загрузки зала, будем думать. Например, можно делать концерты два раза за вечер — такое решение приняли в некоторых городах Германии. Но тут тоже куча вопросов: не каждый оркестр и солист могут играть два раза подряд. В любом случае мы исходим из того, что наша обязанность — как можно меньше потерять. Сохранить нашу концертную жизнь. Вопрос же так не стоит — или как нам хочется, или никак. Мы готовы к любым трудностям и будем пытаться их преодолеть как можно более достойно и удобно для слушателей и музыкантов. Мы далеки от недовольства, праздности и возмущения.

— Наступило лето. На открытом воздухе сейчас, наверное, проще организовывать концерты. Вы про это не думали?

— Вы знаете, все-таки вопрос акустики у нас решающий. Но мы бы хотели в своем зале начать что-то делать до сентября — если нам разрешат. Можно было бы уже в августе попробовать камерные концерты с минимальной загрузкой и максимальной дистанцией. Да, возможно, мало кто придет. Но это был бы очень важный для нас опыт. Посмотреть на малом количестве людей, как все сделать точнее и правильнее — и с точки зрения атмосферы, и с точки зрения четкости работы всех служб. Чтобы нигде не было узких мест. Мы готовы принять очень серьезные и, надеюсь, не вызывающие отторжения противоэпидемические меры. Организовать социальную дистанцию на входе, в туалетах. И вопрос с одеждой можно решить так, как в Европе он давно решен безо всякого вируса, — когда одежду складывают в мешки и ставят рядом с собой. Или просто одетыми остаются — это тоже возможно в порядке исключения. Много чего можно решить.

— В начальный, нестрогий период самоизоляции вы провели серию онлайн-концертов из пустого зала Чайковского, которые очень недепрессивно выглядели. У вас есть отличная съемочная команда, грамотные ведущие. И про шахматную рассадку думать не надо. Это ведь заманчивый опыт на будущее?

— Если мы почувствуем, что такой формат востребован, то, конечно, будем продолжать. Но вопрос в том, захотят ли этого люди, которые уже устали от своих квартиры, телевизора, компьютера. Сейчас мы продолжаем трансляции записей — правда, не онлайн, а из каталога. Но мы стараемся сопровождать их какими-то новыми вступлениями, комментариями — чтобы это было хоть немножко сегодняшнее.

— Все ли музыкальные коллективы переживут эту ситуацию?

— В России государственные музыкальные коллективы продолжают получать зарплату. Я знаю, что в Англии есть планы распустить на несколько месяцев коллективы без содержания. В Америке тоже. Думаю, для вас не секрет, что в России уникальное отношение к культуре. Другое дело, что музыкант без полноценной творческой жизни себя чувствует психологически очень дискомфортно. Все хотят хотя бы начать репетировать, готовить новые программы, кто-то в августе-сентябре приглашен на европейские фестивали.

— В августе-сентябре музыканты уже смогут свободно ездить через границы? А к нам смогут приезжать гастролеры?

— Мне самому ответ на этот вопрос очень интересен. Но на сегодняшний день, насколько я знаю, не опубликовано никаких планов на этот счет. Важно же не просто чтобы разрешили кому-то приехать. Важно, чтобы разрешили приехать без двухнедельного карантина. Потому что вряд ли нам удастся пригласить какого-то артиста за две недели до концерта. А в России пока такой порядок.

— Вы пересматриваете планы на следующий сезон? У вас есть план A, план B, план C?

— Ну, вы знаете, что следующий сезон с сентября по июнь у нас полностью спланирован. Дат свободных очень мало. На те, которые были, перенесли некоторые из отмененных из-за карантина концертов. Запланированный на это лето фестиваль Генделя перенесли ровно на год — на июль 2021 года. Мы просчитываем разные ситуации. Понятно, что без потерь не обойтись. Но важно не потерять главное — слушателей и музыкантов, а для этого сезон в том или ином виде обязательно должен открыться.