In society

How to move on to the intensive development of the country

June 15, 2020 Igor Yakovenko

In a previous article, I tried to substantiate the importance of the transition from extensive to intensive development of the country. What cultural practices are needed for this?

Mastering economic thinking. The ability to see the world through the prism of economic relations

The initial carriers of Russian mentality were not included in the system of economic relations. Economic thinking was alien to them. This is not about professional immersion in the modern market economy, but about the consciousness of an ordinary Russian in the framework of his picture of the world. In Soviet times, the weighted average intellectual in the economy did not mean anything. He was read by a course of political economy of capitalism and socialism. On this, his immersion in the economy ended. Technicals worked in their field, humanities in their own. And the economy in the Marxist-Leninist interpretation was a strange appendix to their knowledge.

Behind this is the installation of everything related to money, ascending to the Russian aristocrat, and then the intellectual. The idea that economic institutions are important for them was poorly filed in their heads. For this there are managers, accountants, bank employees, i.e. People are engaged in business, unworthy of an aristocrat, nobleman, intellectual. In tsarist Russia, economic thinking was inherent in merchants, industrialists, bankers managing estates, fists and few officials. In the USSR, where the State Planning Plan replaced the market, only those who were related to foreign trade were forced to practice economic thinking. As well as in the shadow business. Under the Soviet regime, the word "worker" was steadily associated with an steel or turner - the salt of the earth. And an accountant or planning is a person busy with a strange job. The Soviet man had no idea about the current price of Troika ounce of gold or barrel of oil, about the competitiveness of products manufactured at our enterprises. It didn’t matter to him.

In society with a market economy, one cannot afford not to comprehend the economic measurement of its being. This threatens with big losses. Let us recall the various pyramids: “Lord” (V. Solovyova, 1992), MMM (Mavrodi, 1993), from which 13 million depositors suffered. People who fell on these crook strategies were simple -minded and economically illiterate. And it is not surprising, because they were from the USSR.

The lack of economic thinking forms appropriate behavior. A person lives "from salaries to salaries" and is convinced that money exist only to spend it. He does not see the instrument in the money. If he suddenly got rich, he would spend “beautifully”. If a significant amount falls on a person with traditional Russian mentality, he loses calm. We need to urgently get rid of money. A man - drink and take a walk. A woman is to waste dresses and women's things. To increase capital is a line of the capitalist. To show enterprise, invest in business and make a profit - this all lies beyond our traditional culture. In the first post -Soviet years, only a few Russians wanted to become shareholders, to open their cafe or workshop.

Today, the Russian banking system has arisen the problem of Zakrediti. He is also associated with archaic consciousness. Many Russians, like children, live in the horizon "here and now." And if they are offered to take something attractive, and give (in parts and significantly about the amount of the amount) it will be necessary later, then there is no strength to resist. On the contrary, a person inscribed in economic relations evaluates future risks, benefits and advantages and makes a reasonable decision.

Note that the pre-revolutionary peasant hated a peer fist precisely because he borrowed from his fist, he could not pay him and fell into Babal. The intellectual-narodovolets denounced a fist-fist, not asking the question: why does the Russian Greek, German or Jew do not bother? Maybe you should not destroy the fist, but to teach peasants to live in the world of the financial market? Such thoughts were unacceptable for people who sought to stop the course of the historical process.

Combinatorial thinking

An entrepreneur, self -employed, leader or person who does not trust the directive authorities to make decisions for him, inclined to do it on his own, considers different options for his behavior. This is called combinatorial thinking. Which is better: to stab the piglet now and sell it in the market or wait for the prices to grow up for the holiday? Doing a house in summer or autumn? The more options you consider and the more clearly your analysis, the more chances to choose the optimal solution. Ideally, each person should have the skills and competencies necessary for choosing the best solutions.

Until 1917, these skills were formed and supported by the merchants, entrepreneurs, small and medium merchants. Combinators thought a fist. In Soviet times, combinatorial thinking was deliberately profanated. Ostap Bender, the obviously negative character of the novel “Golden Calf”, is called the “Great Combinator”. Combinatorial thinking is a sign of trading, crook. The Soviet man was used to listening to the wise destination of the Secretary General and follow the path that the party will indicate.

Combinatorial thinking today brings up entrepreneurial activity. Analysts, economists, large management think combinators. Although the profanity of combinatorial thinking is not so obvious, he is still not taught. Actual censorship in the media and on television does not contribute to the development of evaluation skills in our culture: which is the option of politics to us is more profitable for us. Our bosses are more likely to proceed from the fact that the masses should stand in the stall and there is nothing to master the competencies of “large people”. The concept of optimization is associated with combinatorial thinking.

Dominant of optimization

Our behavior is usually determined by habits or a successful precedent. The idea of ​​how this line of behavior is optimal does not have. Meanwhile, the same result can be achieved in different ways. Some methods or technology are more effective, others are less. The optimization dominant requires the question of: how to do the work optimal. Go along the usual path or choose another? Different solutions suggest a different result, but can give rise to risks, problems, and require additional resources. Optimizing thinking takes into account these circumstances. Optimization also requires the criterion. The easiest is the ratio of costs and results.

Unfortunately, in our country, neither parents nor school form in children thinking with dominant optimization. They are explained that they need to obey parents and teachers, behave correctly. It is assumed that the concept of “correctly” is self -evident. Meanwhile, the dominant of optimization must be laid in the child’s consciousness from childhood, oriented it with examples and tasks to choose the optimal solution in each case.

Legal nihilism and immoral consciousness

We Russians are not inclined to see and call a spade a spade if we have especially unsightly or dangerous realities. At heart, we know that our compatriots are not inclined to meticulously fulfill laws, respect someone else's and state property, tell the truth, only the truth and nothing but the truth ... But in general we have a wonderful people. And if not for the bad bosses and embezzlers, everything would be fine.

This is psychotherapy. The reality is that the authorities are deceiving citizens. Citizens are deceiving power. This is not my moral assessment, it is a call to call a spade a spade, since it is important in the context of the problem of intensification of the country's development.

A dynamic society cannot be corrupt. Corruption and historical dynamics of the country are simply incompatible. If corruption is in principle allowed by citizens, then it permeates society from top to bottom, violates all social and economic mechanisms, replaces the goals of the activity. In the north of Europe, the accelerated development of the economy, historical dynamics manifested in the second half of the 17th century. The reasons are European mentality and the victory of the Reformation. Later, Catholic countries entered the phase of accelerated development through the Great French Revolution. The common legal consciousness and a fairly high ethical level of society were common to these countries. Note that in the eastern countries, where a high level of corruption has long been developed, where traditionally neglect of the law, modernization processes do not begin spontaneously. They demand the introduction of severe police measures.

We turn to the example of Singapore. The leader of the country Lee Kuan Yu, having launched the modernization (1965-1990) and encouraging foreign investors, abolished customs tariffs, which led to the bankruptcy of domestic ineffective enterprises and the coming of foreign high-tech companies to the country. But in order to achieve this, it was necessary to curb the corruption traditional for Singapore. Created a special independent body to combat corruption in the highest authorities. The judicial corps was completely replaced, the salaries of judges and government officials were sharply raised, and criminal communities were harshly suppressed. Lee Kuan Yu planted the principle of equality of all before the law, including senior officials and his relatives.

In parallel, the education reform was carried out, housing construction was exposed. As a result, Singapore entered the ten richest states in the world. The upbringing of citizens was a special care of power. If you threw garbage on the ground, the first fine of 2000 Singapore dollars (1 SGD of about 0.7 US dollars). The import of chewing gum was banned into the country (as part of the fight against garbage). For the transition of the road in the wrong place - a fine of $ 500. Theft, violence and drugs are the death penalty. This is the price of the movement of a traditionally corrupt Asian society into the space of modern historical dynamics.

In the violently growing China, which in front of his eyes turns into an economic superpower, a no less impressive struggle against corruption is underway. In 2014, a special service to combat corruption was created. In the first year of work, 157 senior state officials and 53 thousand average were convicted of corruption. Over the first year of work, $ 160 billion returned to the country's budget. According to human rights activists, in 2018, more than 16,000 people were executed in China for crimes in the field of corruption. In addition to the death penalty, serious terms of imprisonment are from 12 years to life.

As we see, the excess of traditional instincts enshrined in the experience of centuries is a terrible and bloody work. If we want to minimize the scale of repression, it is necessary to deploy serious work aimed at the field of education and a change in public climate. For the development of their country, Russians need another morality, another ethics, and another legal consciousness.

But today it would be a mistake to talk about the general level of morality for different social layers of Russians, our society is split into those in power and subject, rich and poor, to people of high culture and common people. And at the level of understanding what is happening, at the level of the action of individuals, it is also split.

A mature moral consciousness involves an internally integrated society in which each person realizes himself an element of the whole. He is interested in strict observance of the rule of law, the effectiveness of state bodies, etc. But this is not in Russia. Therefore, when a Russian traveling around Europe throws an empty pack from the cigarette out the window of his car, and the driver of the car traveling after him calls the police post and reports the number of his car, then our person simply does not understand this. For what? He will not get anything from this! To imagine that the European proceeds from the fact that it is his country and in his interests to make the visitor master its norms is difficult for our person.

At school, he knew that there are schoolchildren, and there are teachers. Schoolchildren have solidarity, which requires prompt and forbids to inform Mary Ivanna that "Sidorov is attributing." When he became, he understood older: there are bosses and we are - rupture. The duty of every normal person is mutual assistance and solidarity in the eternal cause of confrontation with the authorities. In adulthood, he is imbued with the belief that the “boyars” who have overwhelmed and plundered everything that was possible are to blame for everything. Moreover, often the claim is not that the boyars are stealing, but that they steal "not according to the rank." A simple Russian cannot explain in a different Russian reality. In our world, group solidarity and mutual assistance is possible, which, of course, opposes the legality and goes beyond the law. The policeman will help the policeman, a taxi driver - a taxi driver. This is our immoral consciousness.

The origins of such consciousness are traditional peasant mentality. It is dangerous, but not shameful to steal from a master or in the state. And the deception of a merchant or other person was considered as valor. It is a sin to steal your own and deceive them. [1] This system of values ​​is no different from the taboo of “rat -based” in the culture of the “zone”.

In the USSR, the thesis was propaganda: "The state belongs to the people, to every ordinary person." This did not convince anyone. But the USSR sunk into oblivion. And another legal consciousness, another morality among Russians are not yet formed. This requires real measures to eradicate corruption, to form a culture of political activity of citizens, the development of political competition and the traditions of democracy. We need real accountability of politicians and officials to society. It is necessary to eliminate the existing distance between the "bosses" and ordinary citizens. In order for trips to work ministers, governors and mayors in the subway and buses, so that the resignations of large officials convicted of the assistance of “their” oligarchs are the norms that they flew to the sea on an airplane of a familiar businessman. What do we see in practice? Oligarchic capitalism and corruption, permeating all the pores of our society. But with such realities, the intensive development strategy of Russia is simply unrealistic! And there are few hopes for changes, because, unlike Ukraine, we do not have mass protests against our being.

The immorality of our society is combined with legal nihilism. This is not surprising, because the bearer of the traditional Russian consciousness in the legal sphere is ignorant. Firstly, no one taught him this. And secondly, "the law that was drawn up, where you turn it out there."

There is such a concept: "The legalism of consciousness." Culture historians argue that the legalism of consciousness/thinking was formed in ancient Rome. In the most general sense, this vision of the surrounding reality through the prism of law. A person thinks the right, assesses what is happening in legal categories and builds his behavior in accordance with the norms of law. This has nothing to do with the Russian reality. Traditionally, "our man" urged him to judge "not by law, but by conscience." The norms of the law diverged from the ideas of the lower justice. Over the twentieth century, most Russian peasants moved to cities, mastered a letter, gained city professions. However, the attitude to the right as an alien essence, unable to “simple man”, remains. After all, legal consciousness destroys the universe of a traditional person.

Roman law underlies Western European civilization. This is what A.A. writes about this Susokolov: “The young European states initially relied on the norms of Roman civil law” ... where “a category of private property was developed in detail, and above all, land of private property. This influenced the fate of the peasant community: “facilitated its collapse and prevented it from turning into a legal entity.” [2]

In our country, the development of the legal awareness and legal culture of society is not yet visible. Meanwhile, in modern society, responsibility is necessary for every person. This should be taught in all educational institutions. Legal thinking should become part of the culture of Russian society. Without this prospects for intensive development, the country does not have.

The ability to consolidate

In a democratic society, the authorities are dealing with a wide palette of organizations expressing certain positions of different layers of society. There is a dialogue, search for a balance of interests. The sustainable historical dynamics of the country's development involves the rootedness of such traditions and institutions. The ability to realize their interests, the ability to consolidate and the development of legitimate methods of struggle and promotion of these interests is one of the most significant features of a mature civil society. In our society, there is no tradition of consolidation. The unification of citizens in the name of any goals, interests, tasks does not apply to our rooted and legitimate practices. Informal communities, undoubtedly, can arise, but the formalization and development of the associations that arose “from below” gives rise to a sense of irrational danger.

In fact, the danger is quite rational. Russian reality is the atomization of subjects in the face of highly organized power. Such realities have centuries. Первые века Новгородская и Киевская Русь воспроизводили модели города-государства. В них власти в лице князя противостояло вече, выражавшее волю, мнение и оценки горожан. Мог быть и епископ, и городской совет (некий аналог сената). Жизнь разворачивалась в диалоге этих ветвей власти. Исходно вече было неотъемлемым элементом города. Каждый свободный мужчина имел и реализовывал свое права участия в вече.

Но история нашей страны сложилась таким образом, что с перемещением центра на северо-восток демократические традиции Киева и Новгорода были разрушены. Начинается этот процесс с Андрея Боголюбского и завершается Иваном Грозным. Вечевые традиции вырывались с корнем. Вспомним карательную экспедицию Ивана Грозного в Новгород, т.е. новгородский погром 1572 г. Царь уничтожал невинных людей для назидания, для профилактики.

Для того чтобы выкорчевать способность россиян к самоорганизации, потребовались столетия. В итоге слово «вечевик» стало ругательством, а любая, не предписанная властью, консолидация людей — предвестником бунта. Фраза унтера Пришибеева «Больше трех не собираться!» выражает политическую философию традиционной российской власти.

В постпетровскую эпоху подданные, прежде всего благородные сословия, могли создавать свои союзы по интересам с санкции власти. Например, Российское библейское общество (1813) или Императорское Вольное экономическое общество (1765). Что же касается «людишек», то им надлежит смирно стоять в стойле. Только вырванный революцией Манифест 17 октября 1905 года даровал гражданские свободы: свободу совести, слова, собраний и союзов.

Советская эпоха принесла новое закрепощение. Формально в СССР была широкая палитра общественных организаций. Однако все они существовали с санкции власти и под ее надзором. К примеру, в сферах, где общественная самоорганизация представлялась нежелательной (например, национальные землячества в Москве или молодежные союзы в РПЦ и других конфессиях), ничего подобного не было. А любые оппозиционные, антисоветские объединения (например, Украинская хельсинская группа) были вне закона.

Постсоветские годы, казалось бы, принесли перемены. Однако вектор эволюции политического режима, изменения общественного климата носит сегодня вполне определенный характер. Свобода совести гарантирована. Но со временем обществу указали на то, что «русский — значит православный». Из страны выдавили иностранных проповедников. Активно используется законодательство о тоталитарных сектах. Власть борется со Свидетелями Иеговы. По нашей традиции общество (вне госструктур) должно быть атомизировано. Люди не имеют права объединяться и действовать по своей инициативе. Ведь самоорганизация потенциально опасна и может быть направленна против действующей власти.

Выразительна история правозащитного движения. Оно возникло в СССР как часть диссидентского противостояния режиму. В первые десять-пятнадцать лет постсоветской эпохи дела шли более или менее нормально. Однако в 2012 году был принят закон «Об иностранных агентах», в соответствии с которым власть начала широкое наступление на нежелательные организации. В результате развернуто давление на старейшую общественную организацию «Мемориал» (создана в январе 1989 г.), на Движение «За права человека» (учреждено в ноябре 1997 г). Власть четко дает понять, кто желателен, а кто не желателен, а всего лишь терпим. Bye.

В России любое значимое решение принимает Власть. Самоорганизация не рассматривается как священное и безусловное право граждан, ограничение которого возможно в исключительных и строго оговоренных законом случаях, а как терпимое, в случае если это полезно, явление.

Ориентация на динамику

В советскую эпоху понятия «индустриализация» и «интенсификация» прочно вошли в пропагандистский словарь. Массовый человек знал, что расти и развиваться — хорошо. Но это было на уровне официальной риторики. Жизнь человека складывалась из семейной жизни, работы, общения, которые обрамляли нашего человека и составляли существо традиционного бытия. Что-то менялось, появились телевизоры, мотоциклы. Но завод, на котором работал еще отец, должен оставаться вечно. Закрытие предприятия или, не дай Бог, переезд на новое место — нечто невообразимое. У нас такого никогда не было и не должно быть.

Ориентация на динамику предлагает качественно иной вектор жизненной активности. Развитие возможно в том случае, если большая часть общества не декларативно, а сущностно включена в задачи динамизации. А это означает оптимизацию, повышение эффективности, поиск новых решений. Если в СССР какой-нибудь рабочий начинал систематически перевыполнять план, товарищи по цеху доходчиво объясняли ему, чтобы он с этим завязывал. В противном случае всем поднимут нормы выработки.

Массовый человек, во-первых, не постигал, что это принесет ему лично, во-вторых, не видел опасности от неспешного и неизменного следования привычным моделям. В обществе плановой экономики и всеобщего дефицита любая продукция оплачивалась государством, а потом могла годами пылиться на складах. Это никого не волновало.

Зрелая рыночная экономика создает принципиально иной контекст. Здесь интенсификация объективно необходима просто для того, чтобы выжить. Причем автор новых идей и технологий зарабатывает весомые деньги и может создать собственный бизнес. Это тебе не советская премия размером с месячную зарплату.

Образ селфмейдмена

Мы живем в культуре, в которой отсутствует позитивный образ предпринимателя — селфмейдмена. Возможно, кто-то слышал что-либо о Генри Форде. Книга о Генри Форде вышла в 1935 году и с тех пор не переиздавалась. В эпоху, когда автомобиль стоил очень дорого и был достоянием элиты, Генри Форд поставил своей целью производство простого и дешевого автомобиля, доступного среднему американцу. Форд модели Т выпускался с 1908 по 1927 год; было выпущено более 16 млн экземпляров. Что знает средний россиянин про Форда или Уильяма Левита, создателя проекта дешевых и просторных домов? А ведь создатель дома «американской мечты» построил более 140 тысяч домов!

Кто в нашей стране продвигает образ Илона Маска? Википедия характеризует его следующим образом: «Американский предприниматель, изобретатель, инженер и миллиардер». Марка Цукерберга описывает как молодого программиста, предпринимателя и миллиардера. Это яркие, талантливые, состоявшиеся люди. Они не только разбогатели, но принесли людям радость и удобства. Причем источник их богатства — не родственные связи или бандитские практики. Они поднялись за счет идей, которые смогли предложить потребителю, предпринимательских талантов и организаторских способностей. Их судьбы должны вдохновлять и побуждать молодых и энергичных к действию.

Мы же живем в обществе, пронизанном завистью, которая базируется на крестьянской максиме уравнительности, с устойчиво негативным образом «богатея», который конечно же вор и мздоимец. Никаких других источников богатства носитель традиционного сознания не признает.

В нашей стране тоже есть вдохновляющие примеры становления бизнеса за счет таланта и трудолюбия. Но где те телеведущие, которые знакомят россиян с нашими героями? Кто говорит молодым людям: много и напряженно учитесь. Оттачивайте свои творческие способности. Осваивайте менеджмент, и кто-то из вас обязательно станет нашим Илоном Маском? Для развития страны чрезвычайно важна система продвижения образа удачливых и талантливых селфмейдменов, создавших свой бизнес и вносящих вклад в благосостояние общества.

Стратегические цели отдельного человека и всего общества

Для интенсивного развития страны важно понимание людьми жизненно важных целей, как отдельного человека, так и всего общества. На уровне наших обыденных представлений цели государства, в идеале, состоят в том, чтобы простому человеку жилось хорошо. А живем мы бедно, особенно в глубинке.

Как понимают причины этого россияне с традиционным сознанием? Простые граждане бедны потому, что начальники воруют без меры, а надо делиться. Надо окоротить богатых, прижать политиков и чиновников, больше платить простому человеку. Иными словами, ключевая проблема — в распределении доходов.

Добавим, что у многих россиян в головах закрепилось пропагандистские клише нашей власти о том, что государственные компании — их общая собственность. Хотя объяснить, в чем заключаются их права собственника, они не в состоянии. За рамками традиционного сознания россиян находится понимание того, что жизнь «простого человека» наладится лишь тогда, когда в России сформируется конкурентный рынок частных компаний. Только тогда будут стимулы к развитию предприятий, технологий, к выпуску пользующейся спросом продукции.

We turn to history. Европа пережила такое специфическое явление, как революция цен в XVI веке. В Испании за XVI век цены выросли в 3,5-4 раза. Во Франции в 2,5 раза при росте зарплаты на1/4. Причина — резкий рост доходов государства. За 150 лет в Испанию из Перу и Мексики вывезли 180 тонн золота и 17 тыс. тонн серебра. Среди причин революции цен называют также рост населения после эпидемии чумы, урбанизацию на стыке XV и XVI веков, приток серебра и меди, добытых в южно-немецких землях с 1460 года. Эти события привели к экономическому и политическому переделу на континенте. Португальские и испанские товары оказались неконкурентоспособными, что способствовало упадку промышленности. А Голландия и Англия возвысились за счет доходов с продаж. Голландия и Англия развивали и совершенствовали производство. В итоге золото и серебро, награбленное в Америке переместились в небогатые, но динамичные протестантские страны Севера Европы.

Российские историки, излагающие процессы промышленной революции в Англии, любят повторять, что Англия ограбила колонии и на полученные капиталы обеспечила резкий рывок в промышленном развитии. В этих соображениях есть доля истины. Однако промышленной революции предшествовала британская аграрная революция XV-XVI веков. Развивалось высокотоварное сельское хозяйство. Распространялся севооборот и травосеяние, использование минеральных удобрений. Важным фактором стал новый технологический уровень производства. В Испании ничего подобного не было.

Что делали испанцы со свалившимися с неба деньгами? Они их интенсивно тратили. Тратили на самые разные вещи и удовольствия. В итоге деньги переходили в руки производителей всего того, что потребляли испанцы. Прежде всего, это были протестанты голландцы. Затем англичане. Однажды деньги, падающие с неба закончились, а привычка «жить красиво» осталась. Тут Испания и обнаружила себя захудалой экономической провинцией Европы. Войны Контрреформации длились долго и закончились в 1648 году Вестфальским миром. Отметим, что Испания и Португалия смогли более или менее интегрироваться в Европу лишь в 70-е годы прошлого века. В Европейский союз эти страны вступили во второй половине 80-х годов.

Политологи и экономисты объясняют отставание России от развитых стран в уровне жизни совсем не так, как полагают россияне с традиционным сознанием. Ученые констатируют, что сегодня в России и большинстве постсоветских стран сложился грабительский общественный строй — «кронизм» или олигархический капитализм. Его основа — государственные компании (в России на их долю приходится около 70%). Но они приносят в казну всего несколько процентов от общей суммы налоговых поступлений. Зато они служат источником сверхприбыли для частных компаний олигархов, получающих сверхвыгодные госзаказы за счет налогоплательщиков. Чтобы оплачивать такие госзаказы, простые россияне отдают государству в форме налогов и прочих отчислений треть начисленной заработной платы. При этом важно подчеркнуть, что у менеджеров государственных компаний, в отличие от акционеров частных, нет стимулов снижать себестоимость продукции и повышать ее конкурентоспособность.

Но россияне с традиционным сознанием не воспринимают олигархический капитализм как причину своего низкого уровня жизни. Они не усматривают причину стагнации нашей экономики в сложившихся в России общественных отношениях. Им привычнее винить в этом «коварный Запад». И, соответственно, они не готовы проявлять политическую активность. Этим они отличаются от армян, грузин и украинцев, стремящихся сегодня выйти из тупика олигархического капитализма.

Чтобы Россия встала на путь интенсивного развития, необходимо разрушать это традиционно-архаическое понимание россиянами нашей реальности. Помочь им осознать, что в современном мире динамическое развитие возможно только в условиях конкуренции, как экономической, так и политической, при реальном контроле за работой бюрократии со стороны граждан и избранных ими представительных органов. В противном случае Россия окажемся на периферии мира. А это означает нищету, деградацию, бегство специалистов и прочие радости отсталых государств.

***

Назовем еще несколько частных, но важных моментов. В нашей стране профанирована ориентация на собственный интерес . В культуре россиян остались черты общинного крестьянского сознания, как, впрочем, и воззрений русских интеллигентов XIX века. Вопрос «Что я буду с этого иметь?» у нас всегда маркировал еврея, для которого якобы закрыты высоты русской духовности. Коммунисты использовали эти средневековые пережитки для продвижения марксистско-ленинской утопии. Вспомните слова комсомольской песни «Раньше думай о Родине, а потом о себе». Считалось, что собственный интерес — черта обывателя и карьериста, буржуа. Но это было лишь декларацией. Представители партийной номенклатуры, продвигавшие этот лозунг, на практике больше заботились о себе.

Ориентация на свой интерес нормальна и естественна для людей. Надо лишь, чтобы люди были равны перед законом, а их интерес не был криминальным, не шел в разрез с интересами общества. Ориентация на свой интерес служит стимулом развития и науки, и искусства, и экономики. Она в нашем сознании должна быть реабилитирована.

Наконец, надо упомянуть присущие традиционному российскому обществу патернализм, потребность в Хозяине , который блюдет порядок и «дает всем жить справедливо». Социально беспомощное большинство формулирует этим запрос на опеку, который отливается в устойчивые формы жизни и политической практики. Чаще эти рефлексы встречаются у пожилых людей. Молодежь уже сформировалась в другую эпоху. Тем не менее, патернализм в нашем обществе пока не изжит и мешает развитию России.

__________________________________________

[1] А.А.Сусоколов. Культура и обмен: Введение в экономическую антропологию. М.2006.

[2] А.А. Сусоколов. There. С.134.

Photo: Russia. Moscow. Участники форума "Открытые инновации 2019" в инновационном центре "Сколково". Виктория Виатрис/фотохост-агентство ТАСС