Брать всех, кто кричит «Свободу!»

В Петербурге приговор по делу «Сети» закончился протестами и массовыми задержаниями. Репортаж «Медузы»

22 июня в Петербурге вынесли приговор двоим фигурантам дела «Сети»: 25-летнему программисту Виктору Филинкову и 28-летнему промышленному альпинисту Юлию Бояршинову. Филинков получил семь лет колонии, Бояршинов — пять с половиной. После приговора у здания суда начались массовые задержания активистов, поддерживающих осужденных. «Медуза» рассказывает, как вынесение приговора превратилось в первую после начала пандемии массовую акцию протеста в Петербурге.

Юлия Бояршинова и Виктора Филинкова привезли во 2-й Западный окружной военный суд в Петербурге около девяти утра — за три часа до заседания.

— Доброе утро! — крикнули им девушки из группы поддержки фигурантов дела «Сети».

Конвой быстро завел подсудимых внутрь здания через черный ход, не дав ничего ответить. У главного входа постепенно собирались активисты — некоторые приехали поддержать обвиняемых во время приговора из других городов. В толпе мелькали футболки с надписями «Ваш электрошок не убьет наши идеи» и «Везде менты», у некоторых на защитных масках было написано «ФСБ — главный террорист». Около 11:30 перед судом собралось уже около 50 человек.

— Свободу политзаключенным, — начал скандировать активист Павел Кристевич, молодой человек в черном берете с пером.

Затем Кристевич быстро зажег красный фаер и приковал себя к ограждению парка, разбитого у здания суда. «ФСБ — главный террорист», — скандировал он. Кричалку подхватили в толпе, кто-то включил на телефоне песню «Это пройдет» панк-группы «Порнофильмы» — она стала гимном движения в поддержку фигурантов дела «Сети».

Активист подбросил в воздух кипу листовок в защиту подсудимых и начал спокойно общаться с полицейскими, которые все это время пытались кусачками перекусить наручники. На это у них ушло не меньше пяти минут. «******** [офигенные] наручники, ребят», — комментировал усилия полицейских Кристевич.

Незадолго до начала заседания полицейские все-таки увели активиста в автозак. В суд никого из группы поддержки не пропустили: из-за ограничений, связанных с коронавирусом, в зал смогли попасть только близкие обвиняемых и несколько журналистов — помимо «Медиазоны», которая вела видеотрансляцию заседания, большинство из них представляли государственные каналы. Например, журналистов НТВ на заседание пустили без очереди. Машину телеканала у суда встретили криками «Позор». «А Юлик с Витей выйдут погулять?» — спрашивал кто-то у полицейских, стоящих у двери суда.

Около 12 часов в зал вошла тройка судей во главе с Романом Мурановым. Оба подсудимых слушали его слова в наручниках. Виктор Филинков, одетый в футболку с надписью «You are a terrorist» показывал в камеру сердечки. Юлий Бояршинов улыбался адвокату и напряженно вслушивался в приговор.

Судья зачитал решение меньше чем за десять минут. Дрожащим голосом он признал обоих виновными. Филинкову, не признавшему вину, дали семь лет колонии общего режима, Бояршинову, который вину частично признал, — пять с половиной лет. Приговор может быть обжалован в течение 10 суток, подытожил судья.

Его последние слова утонули в скандировании «Свободу политзаключенным» — у здания суда за приговором следили по видеотрансляции, прислушиваясь к тихим словам судьи. Происходящее в толпе сравнивали с радиосообщением о начале войны с Германией — оно прозвучало ровно 79 лет назад. Полицейские, добавляя параллелей, как заведенные повторяли в громкоговорители просьбы разойтись — из-за угрозы распространения коронавируса и «проведения несогласованного мероприятия». На слова полицейских почти никто не обращал внимания. Некоторые в ответ требовали прекратить дело «Сети».

К суду подтянули полицию в полном защитном обмундировании — у многих под шлемами были медицинские маски, а на руках перчатки. Почти сразу начались задержания. Одним из первых в автозак отвели молодого человека, который попытался исполнить на гитаре «Это пройдет». Следом задержали нескольких девушек, некоторых полицейские протащили по асфальту. Одной из задержанных оказалась Яна Сахипова — супруга Юлия Бояршинова. Из толпы полицейских спрашивали, не стыдно ли им задерживать девушек. Те в ответ говорили, что их провоцируют на задержания, — а между собой обсуждали, что «брать» будут всех, кто кричит «Свободу» или стоит на газоне.

Всего у суда выстроилось порядка 30 полицейских в касках и бронежилетах. Активистов с журналистами, которые ждали, когда осужденных выведут из здания, было всего на несколько десятков больше. С периодичностью в минуту-две людей задерживали — за попытку сыграть что-то на барабанах (активисты продолжили барабанить и в автозаке), за маску, целиком скрывающую лицо, или выкрикивание лозунгов. Некоторых брали просто так — по указанию вышестоящих полицейских, командовавших задержаниями.

Первый автозак быстро заполнился. Задержанные снова завели «Это пройдет» и начали тарабанить по стенам — машина быстро уехала под крики «Позор». В следующем автозаке место тоже быстро кончилось — задержанные жаловались, что внутри нечем дышать. Передать им воду полицейские тоже не разрешили. Параллельно в автозак заводили все новых задержанных.

«Как вас так воспитали фашистами?» — спрашивали у полицейских, которые жестко крутили протестующих или волокли их по асфальту. «Полиция с народом», — робко предполагали другие активисты. «Вы выполняете преступные приказы», — пытались убедить полицейских третьи. Те почти не реагировали, только иногда требуя, чтобы им «не мешали работать». «Быть ментом — позор», — говорили им вслед.

Всего полиция задержала 30 человек. Активистов у суда становилось меньше с каждой минутой — в толпе начали спрашивать, может ли кто-то занять деньги на оплату штрафа после задержания. Желающие помочь быстро находились.

В это время прямо между шеренгой полиции и протестующими отец осужденного Николай Бояршинов давал интервью журналистам. Приговор сыну он воспринял спокойно, подчеркнув, что ничего, кроме реального срока, и не ждал. «Это не конец и не начало. Это очередной этап. Будем продолжать пытаться что-то делать, чтобы ребят освободили», — сказал он и добавил, что продолжит выходить в одиночные пикеты в поддержку сына.

Около 13 часов Филинкова и Бояршинова завели в полицейский ГАЗ и увезли от здания суда. «Вы будете свободны», — на прощание им пообещали еще не задержанные активисты.

Те, кого задержали, на момент публикации продолжали находиться в автозаках у отделов полиции. Как минимум в одной из машин активисты устроили «несогласованную дискотеку» под песню белорусской группы Contra La Contra с рефреном «Из черной резины сделана власть, она сделана из ментовских дубинок».

Павел Мерзликин