Во всем виноват Собянин

«Медуза» рассказывает, как мэр Москвы пытался справиться с коронавирусом — а в итоге навредил своему имиджу и поссорился с Путиным

Весной 2020 года мэр Москвы Сергей Собянин оказался одним из самых частых героев публикаций и сюжетов, посвященных борьбе с коронавирусом в России. Москва первой начала вводить карантинные ограничения, которые стали брать за образец другие губернаторы — именно их федеральные власти фактически назначили ответственными за борьбу с коронавирусом. Спецкоры «Медузы» Андрей Перцев, Фарида Рустамова и Анастасия Якорева рассказывают, как мэр Москвы и его подчиненные работали во время эпидемии, одновременно заботясь о собственном имидже, — и к каким последствиям для самого Собянина это привело.

Почти главный по коронавирусу

14 марта Сергей Собянин стал первым заместителем премьера Михаила Мишустина в созданном в тот же день правительственном координационном совете по борьбе с коронавирусом. На следующий день Владимир Путин организовал при Госсовете рабочую группу во главе уже с самим мэром Москвы — в нее входят и правительственные чиновники, включая вице-премьеров Андрея Белоусова, Татьяну Голикову и Дмитрия Чернышенко. «У многих возникло представление, что Собянин — главный по борьбе с вирусом, ведь рабочая группа создана при „президентском“ Госсовете, она выше премьерского совета», — говорил в марте «Медузе» чиновник администрации президента.

Чтобы установить субординацию, Кремлю пришлось публично разъяснять, кто же в вертикали старший по эпидемии: пресс-секретарь президента Дмитрий Песков сообщил журналистам, что главный все-таки премьер Мишустин. «Госсовет, естественно, это регионы, и здесь будет налажена работа с регионами. Это такой рекомендательный орган, чтобы распространить наработки на регионы, получить точку зрения, информацию», — так описал он функции группы.

Поскольку борьба с коронавирусом была, по официальным сообщениям Кремля, прерогативой губернаторов, Собянин так и остался ее фронтменом. «Он очень эффективно проводит совещания группы. Расставляет акценты, что приоритетно, что нет. Мозги у него работают хорошо, тут Собянин молодец, ничего не скажешь», — рассказывает «Медузе» один из участников совещаний рабочей группы Госсовета.

Близкий к Кремлю источник «Медузы» на основе своих бесед с губернаторами утверждает, что главы территорий больше ценили мероприятия с Собяниным, чем заседания правительственного совета во главе с Мишустиным: «Это небо и земля». «У Мишустина постоянно звучали упреки к цифрам: „У вас вот в таблице 185 зарегистрировано, а вы говорите 183 — а почему так?!“ Куча времени уходит на это счетоводство, он все меряет цифрами. Но не все процессы можно оцифровать. А они технократы — мол, оцифровка наладит все. Губернаторов, у которых все горит, это бесит, что человек тратит половину совещания на то, чтобы сверять цифры», — объясняет он. Впрочем, обида на Собянина у губернаторов тоже проскальзывала: многие считали, что вирус в их регионы приходит из Москвы, и даже призывали остановить с ней транспортное сообщение.

«Два органа — координационный совет при правительстве [где Собянин был замом Мишустина] и рабочая группа Госсовета [которую Собянин возглавлял] — возникли скорее от управленческой безрукости. В Госсовете группа возникла из-за того, что изначально было принято решение о некой децентрализации — чтобы губернаторы сами брали на себя ответственность за решения по борьбе с эпидемией. Но как же правительство, не может же остаться в стороне? Отсюда и вся эта неразбериха, система, показавшая катастрофическую неэффективность», — констатирует собеседник «Медузы», близкий к Кремлю.

Опрошенные «Медузой» чиновники и собеседники, близкие к мэрии, правительству и Кремлю, сходятся в том, что Сергей Собянин получил лидерство в коронавирусной повестке естественным образом. «Он был просто более опытный и ресурсный», — говорит близкий к Кремлю источник «Медузы». Бывший правительственный чиновник отмечает, что премьер Михаил Мишустин и не стремился к какому-то лидерству в этом вопросе: «Он только получил пост, разбирался в работе, он не стал еще полноценным премьером, Собянин хотел и мог брать на себя ответственность».

Первоначально, по словам близкого к мэрии собеседника «Медузы», давние друзья Собянин и Мишустин остро воспринимали конкуренцию между собой, но потом у них, по выражению чиновника, «отлегло». Они вместе перед совещанием в Коммунарке 24 марта убеждали президента перенести голосование по поправкам к Конституции и «обнулению» с 22 апреля (как планировалось изначально) на неопределенный срок. Совместные усилия принесли плоды: 25 марта президент обратился к нации и все-таки перенес голосование.

«Это не Европа. Это Азия»

В Москве, по словам собеседника, близкого к мэрии, Сергей Собянин настроился вводить самые жесткие ограничения — вплоть до остановки метро, ввода войск и установки комендантского часа. Об этом писали и «Ведомости», хотя сами московские чиновники официально это неоднократно отрицали. Образцом для Собянина стали карантинные меры в государствах Азии — и прежде всего в Китае; об этом рассказали несколько источников «Медузы» в Кремле, мэрии, а также близкий к правительству собеседник.

«Китай, Сингапур — в принципе, на их практики Собянин ориентируется давно, еще со времен работы губернатором в Тюменской области, там эти традиции до сих пор сохраняются. Это не Европа, это Азия. Это азиатский стиль урбанизма, это азиатский карантин», — говорит человек, работавший в президентском полпредстве в Уральском федеральном округе и хорошо знакомый со стилем работы Собянина. Близкий к президентской администрации источник называет политиков, на которых ориентируется московский мэр: действующего председателя КНР Си Цзиньпина и бывшего премьер-министра Сингапура, уже покойного Ли Куан Ю.

Впрочем, прибегнуть к самым жестким мерам — например, к остановке метро или вводу войск, — Собянин так и не решился. Дело было не столько в его личной позиции, сколько в отношении федерального центра, который с опаской относился к серьезным карантинным ограничениям, уверены два собеседника «Медузы», близкие к администрации президента.

«На уровне Кремля проходили совещания с эпидемиологами: что лучше делать — выбрать стратегию вырабатывания коллективного иммунитета или карантинные меры», — вспоминает события трехмесячной давности близкий к правительству собеседник «Медузы». Близкий к администрации президента источник тоже помнит эти события: «Никто не понимал, насколько все серьезно, поэтому брать на себя ответственность в центре никто не хотел, ее спустили вниз. На совещании эпидемиологов голоса [сторонников карантина и менее жестких мер] разделились поровну». У Собянина в это время «перед глазами уже стояла Италия», вспоминает правительственный источник.

Указ о введении в Москве режима повышенной готовности Собянин подписал 5 марта — и сделал это первым среди глав регионов. На тот момент в России был официально зарегистрирован только один больной коронавирусом — мужчина, приехавший как раз из Италии. Поначалу ограничительные меры включали в себя самоизоляцию для людей, приехавших из 11 стран, но постепенно их перечень разрастался. С 29 марта в городе ввели режим самоизоляции для всех жителей, закрылись заведения общепита, парикмахерские и непродовольственные магазины.

«Кто-то назовет это паникерством, но он реально быстро среагировал на то, что происходило за рубежом, и осознал это. Большинство же чиновников заняли выжидательную позицию», — так описывает реакцию Собянина близкий к мэрии источник «Медузы». «У него больше всех информации было, и он умеет ее анализировать», — хвалит мэра его знакомый.

При этом близкий к администрации президента источник говорит, что сейчас тогдашние опасения Собянина выглядят, мягко говоря, преувеличенными: «В мэрии ждали сотен тысяч смертей, большого Бергамо, но этого не случилось».

Знакомый мэра отмечает, что именно из-за опасений сверхвысокой заболеваемости в мэрии не продумывали, в частности, серьезную помощь бизнесу. «В мэрии не понимали потери, включая летальные исходы, не понимали, кого спасать. У них был сценарий, когда будет полная жопа и они вообще не будут помогать малому и среднему бизнесу — просто денег не будет, и это с повестки уйдет. Это как война — кого надо спасать, бизнес или людей? Если бы 50 тысяч человек умерло, никто бы про ваш малый бизнес не вспоминал».

Нельзя сказать, что мэрия вовсе не помогала бизнесменам: например, власти отменили арендную плату за землю и нежилые помещения, находящиеся в собственности города, пообещали компенсировать налог на имущество и выделить субсидированные кредиты. Но, судя по всему, поддержка малому и среднему бизнесу не очень помогла — только на главных торговых улицах Москвы уже закрылись 112 магазинов и кафе.

Руководитель пресс-службы мэрии Гульнара Пенькова не ответила на вопросы «Медузы».

Разобщенные советники

Основным советником мэра Москвы по вопросам борьбы с коронавирусом стала его заместитель по социальному развитию Анастасия Ракова, которой подчиняется департамент здравоохранения. «Ракову он слушает!» — так человек, хорошо знакомый с Собяниным, с ходу ответил на вопрос «Медузы» об основном консультанте мэра по вопросам борьбы с эпидемией.

По словам собеседника, близкого к администрации президента, Анастасия Ракова — советница московского мэра не только в вопросах пандемии, но «вообще во всех вопросах». Сама Ракова во время борьбы с эпидемией превратилась в публичную персону (чего раньше не было): она давала интервью, снималась в телесюжетах.

«Замы Собянина исторически не суперпубличные люди, они выполняют план по медиа — и на этом все, сильно старались не отсвечивать. Ракова вышла в паблик по воле Собянина; в том числе это делается, чтобы вывести ее на большую политическую арену как отдельную единицу. Сделать ее спикером по теме „короны“ нужно было и для того, чтобы хоть как-то уменьшить количество спекуляций из-за многочисленных косяков, чтобы продемонстрировать открытость», — утверждает близкий к мэрии источник.

Самой Раковой публичность неприятна, сходятся несколько собеседников «Медузы». «Она не любит людей, зато любит компьютеры», — говорит о ней знакомый мэра.

При этом именно Раковой принадлежит идея сообщать о числе выздоровевших в Москве утром, а об умерших — ближе к ночи. «Это заточено под журналистов, чтобы это не попадало на передовицы, чтобы поменьше писали. То, что в ночи написано, никто же не читает», — говорит собеседник, близкий к мэрии. Поначалу Ракова сама каждое утро сообщала о количестве выздоровевших, записывая об этом отдельные интервью, чтобы позитивные новости ассоциировались с ней, — но потом отказались от этого из-за энергозатратности процесса.

Появление заместителя мэра на телеэкране привело и к побочным эффектам: оппозиционный политик Алексей Навальный обнаружил, что гардероб чиновницы может стоить около 15 миллионов рублей, тогда как ее официальный доход за пять лет составляет семь миллионов.

И все же официально профильными для Раковой вопросами в период эпидемии оставались медицина и здравоохранение. Значительную же часть других сфер — взаимодействие с бизнесом, цифровые пропуска, пиар-блок, политику и рабочую группу Госсовета — курировала вице-мэр и глава аппарата мэрии Наталья Сергунина. За работу транспорта и строительство новых клиник — тоже важные в период эпидемии темы — отвечали вице-мэры Максим Ликсутов и Андрей Бочкарев.

«Собянин довольно много делегирует и очень доверяет своим заместителям», — говорит близкий к мэрии собеседник. По его словам, Собянин старается не проводить крупных совещаний с участием многих чиновников, он предпочитает отдельные встречи с профильными замами.

Но несмотря на многолетний совместный опыт работы, в период эпидемии деятельность команды Собянина оказалась катастрофически несогласованной, отмечают несколько собеседников «Медузы». «Работа была разобщенной, дикая рассогласованность действий, что и порождало многочисленные ошибки. Оголилось огромное количество проблем и конфронтаций», — говорит собеседник, близкий к московскому оперативному штабу.

«Главная проблема Москвы — несогласованность действий внутри городских структур: комитета госуслуг, депздрава, волонтеров, департамента торговли и т. д. Особенно это стало явно, когда начались истории со штрафами, с „Социальным мониторингом“», — рассуждает источник, близкий к правительству.

Провальная забота

Если поначалу жители Москвы более-менее сдержанно относились к действиям мэрии по борьбе с эпидемией, то к середине весны явно рассогласованную работу московских чиновников критиковали уже повсеместно.

Одна из самых резонансных историй — столпотворение в метро после введения обязательных пропусков для пользователей общественного транспорта. Тогда Сергей Собянин косвенно обвинил в этом сотрудников ГУВД. «Утром из-за проверочных мероприятий, проводимых ГУВД, в метро образовались очереди, что в нынешней ситуации очень критично. Переговорил с начальником ГУВД, попросил организовать работу таким образом, чтобы дальнейшие проверки не приводили к массовому скоплению людей», — написал мэр в твиттере. В полиции при этом неофициально называли виноватой в очередях саму мэрию.

Собеседник, близкий к мэрии, объясняет, что запуск цифровых пропусков курировала вице-мэр Сергунина, но за проверку пропусков и взаимодействие с полицией отвечал вице-мэр по вопросам региональной безопасности Александр Горбенко, и ответственность за очереди в метро во многом лежит на нем — и на общей несогласованности действий московских чиновников друг с другом.

Шквал критики вызвала и программа «Социальный мониторинг», которая должна отслеживать самоизоляцию людей с подозрением на коронавирус. У многих пользователей приложение не устанавливалось на смартфоны, другим начали приходить штрафы, даже когда они находились дома. Введение этого приложения также курировала вице-мэр Сергунина. «Ей показали сингапурскую программу, которая отслеживает каждого заболевшего и его контакты. Эта программа в открытом доступе показывает всем, в том числе самим гражданам, где ходил зараженный человек. Но в мэрии решили, что это слишком жесткое вмешательство в персональные данные и что нужно сделать что-то более гуманное. А получилось то, что получилось, департамент информационных технологий так все криво сделал», — заявляет источник «Медузы», близкий к мэрии.

К концу третьего месяца карантина критику и насмешки вызывало все больше значимых действий московского мэра. Хотя актуальная политическая сатира нехарактерна для российских телевизионных юмористов, пародию на Собянина и Путина выпустил популярный шоумен, ведущий Первого канала Максим Галкин. Его ролик имел огромную популярность и набрал в инстаграме 6,5 миллиона просмотров, после чего некоторые российские СМИ принялись удалять со своих сайтов заметки, в которых рассказывалось об этой пародии. По данным издания The Bell, это делалось по звонкам чиновников мэрии и администрации президента. Спасать репутацию Собянина бросился также художественный руководитель Театра наций Евгений Миронов. Большой друг вице-мэра Сергуниной, он мог сделать это по ее просьбе, говорит собеседник «Медузы», близкий к московскому штабу («Медуза» связалась с представителем Миронова и направила ему вопросы об этом, на момент публикации материала ответ на них не был получен).

Для кремлевского чиновника очевидны провалы в пиар-сопровождении борьбы с эпидемией: скандал с «Соцмониторингом», обвинения в адрес горожан в несоблюдении мер изоляции. Он считает, что ошибки здесь допустила Анастасия Ракова как главная советница мэра: «Она очень трудоспособная, эффективная, решительная. Проблема в том, что ее окружение говорит, что она во всем права. Поэтому она часто пробивает неверные решения, никого не слушая. Здесь решительность выходит боком».

Работа по пиару и коммуникациям с населением во время эпидемии коронавируса провалена, соглашается собеседник, близкий к московскому штабу. «Все ограничения, тот же „Социальный мониторинг“ — ну выйдите к людям, скажите по-человечески, что да, мы там-то облажались, но мы делаем это ради вас и вашего здоровья, мы все исправим. Но нет, они так не могут, это выше их сил».

Одна из основных причин этого провала — конфликтные отношения между Раковой и Сергуниной, утверждают собеседник в администрации президента и близкий к мэрии источник «Медузы». Несмотря на то, что формально Ракова больше не курирует политический блок мэрии (с 2018 года эта сфера перешла к Сергуниной), она все равно сильно на него влияет.

Так, по словам двух близких к мэрии собеседников, пиаром мэрии занимались технологи Анастасии Раковой, которая, перейдя на работу в социальный блок, все равно сохранила контакты с политтехнологами, сотрудничавшими с ней, когда она еще курировала политическое направление. Например, в соцсетях департамента здравоохранения и соцзащиты можно обнаружить десятки качественных видеороликов, похожих на социальную рекламу (по данным собеседников «Медузы», их производством занимался политтехнолог Михаил Черепанов; связаться с ним не удалось).

При этом размещение публикаций в телеграм-каналах и соцсетях лояльных блогеров перешло от Раковой к политическому блоку мэрии, который курирует Сергунина. «Критика противников карантинных ограничений, черный пиар — это все их [работа]», — отмечает источник «Медузы», близкий к мэрии.

Свежих открытых данных по рейтингам Собянина в Москве нет, при этом в рейтинге доверия политикам в целом по стране, по данным «Левада-центра» в мае, московский мэр показатели улучшил — с 2% в январе 2020 года до 4% в мае (у Владимира Путина за тот же период доля доверяющих ему граждан упала с 35% до 25%). Однако два близких к Кремлю источника со ссылкой на закрытые исследования говорят, что к концу мая рейтинги Сергея Собянина в Москве начали падать.

Жизнь по своему графику

Открытие предприятий того же малого бизнеса в рамках снятия ограничений Москва организовала по собственному графику, который мало совпадал с рекомендациями по снятию ограничений от федерального Роспотребнадзора. Например, как первый этап выхода из карантина было подано возобновление работы промышленных предприятий и строек, тогда как по рекомендациям Роспотребнадзора на первом этапе должны открываться небольшие магазины и фирмы в сфере услуг, например парикмахерские. До парикмахерских в Москве открылись и крупные торговые центры, которые по федеральным рекомендациям должны открываться на втором этапе снятия ограничений.

Мэрия не следовала не только порядку, но и условиям отмены карантинных мер, рекомендованным правительственным ведомством: этапы должны соответствовать определенным значениям коэффициента распространения вируса. В какой-то момент мэрия задерживала снятие ограничений, но потом достаточно быстро стала опережать графики Роспотребнадзора — скажем, почти сразу после парикмахерских в городе открылись летние веранды кафе и ресторанов, а на этой неделе начали работу внутренние помещения сферы общепита, а это уже третий этап снятия ограничений.

При этом самому мэру пришлось поучаствовать в съемке телесюжета непосредственно на веранде кафе, хотя еще совсем недавно он говорил об опасности преждевременного снятия ограничений. По словам хорошо знакомого с Собяниным человека, глава города сделал это, чтобы «внушить горожанам уверенность, ведь паника хуже пандемии».

Главный санитарный врач Москвы Елена Андреева в политике московской мэрии по борьбе с коронавирусом большой роли не играла, говорит собеседник «Медузы», близкий к московскому оперативному штабу. По его словам, она лишь выполняла роль звена в передаче методов московской мэрии на федеральный уровень Роспотребнадзора. Мэрия публично апеллировала к Андреевой только в момент введения режима самоизоляции, когда Собянина обвинили в незаконном ограничении передвижения граждан.

В качестве примера отношения к Андреевой собеседник приводит встречу Собянина с рестораторами, на которой она также присутствовала. По его словам, мэр, обращаясь к санитарному врачу, призвал проверять соблюдение ресторанами санитарных ограничений, но «со здравой логикой» — а рестораторы в ответ засмеялись и захлопали.

«Снимать ограничения по собственному графику — полное право Собянина, федеральный Роспотребнадзор же только рекомендует, дальше каждый регион решает сам», — рассказывает собеседник «Медузы», близкий к правительству.

«С ним [Собяниным] сложно решать вопросы, он считает, что прав только он. Я хочу все свое, я знаю все лучше всех — такая у него позиция», — говорит тот же собеседник. Например, в Роспотребнадзоре считали, что всех приехавших из-за границы нужно было отправлять в двухнедельную обсервацию, как в других регионах. Москва на это не пошла, вместо этого велев людям самоизолироваться дома, хотя некоторых случаев заражения таким образом можно было избежать, продолжает собеседник «Медузы».

Другой собеседник, близкий к мэрии и правительству, подтверждает: «Если другие губернаторы, которые послабее, Роспотребнадзора побаиваются, то на Собянина [глава Роспотребнадзора Анна] Попова наехать не может: все же понимают, что он такой типа вице-премьер по Москве. У них с Поповой неплохие отношения, но партнерские, она ему не начальник. Строго говоря, надавить на Собянина может только один человек — это президент, с правительством они общаются на равных».

Выходить из графика ограничений с опережением Собянину действительно пришлось после разговора с президентом — о голосовании по поправкам к Конституции и «обнулению» путинских сроков, которое должно пройти с 25 июня по 1 июля. По сведениям «Медузы», мэрия планировала отменить пропускную систему с 15 июня, после празднования Дня России. Однако в итоге пропуска отменили уже с 9 июня; после этого в столице открылась сфера услуг и общепита.

«Собянин не эмоциональный и очень расчетливый, он солдат Путина, совершенно эффективный человек, человек системы. Система такое решение приняла, он будет выполнять. Но при этом разгребать-то потом ему», — говорит «Медузе» знакомый мэра.

Отношения с Путиным

Несколько источников, близких к администрации президента, и собеседник в Кремле говорят, что отношения между президентом и мэром столицы во время карантинных ограничений серьезно испортились. «Началось все еще в январе, когда Путин собеседовал претендентов на премьерский пост — одним из самых вероятных кандидатов был Сергей Собянин. Но он дал понять, что хотел бы видеть своим преемником в Москве Анастасию Ракову, а такие решения принимает президент, он не любит, чтобы его к чему-то подталкивали. Потом Путину быстро наскучила борьба с эпидемией, ему нужно было скорейшее открытие экономики. Здесь позиция мэра противостояла президентской», — объясняет один из собеседников, близких к Кремлю. По его словам, несовпадение позиций президента и мэра стало очевидным, этим стали пользоваться и аппаратные противники Собянина.

Кроме того, мартовское лидерство московского мэра в коронавирусной повестке и ориентация губернаторов на Собянина тоже насторожила Кремль: ситуация стала восприниматься как действия главы столицы в гонке президентских преемников. «Собянин действительно оказался на подъеме, на пике. Это стало выглядеть как полноценная заявка на преемничество. В конкурирующих башнях быстро воспользовались ситуацией — президент тоже не любит рвения в гонке преемников», — говорит в беседе с «Медузой» кремлевский чиновник.

В итоге, по словам другого собеседника, близкого к администрации президента, в близком окружении Путина стало общим местом сваливать проблемы на московского мэра: «Он нагнал паники, пришлось вводить карантин, начались проблемы в экономике, поползли вверх протестные настроения. Это очень удобно: во всем виноват Собянин».

Публично претензии никак не транслировались, но мэр Москвы, по мнению его знакомого, быстро понял ситуацию и скорректировал поведение. «Он дошел до своего предела — своих полномочий, компетенций и своей аргументации. До какого-то момента тебя слушают, а потом окно возможностей закрывается. Стена. Нужно либо уходить, либо подстраиваться», — признает собеседник «Медузы».

«Сейчас проще ругать Собянина — сломал экономику; может, и правда по его инициативе все позакрывали и перегнули палку, — заключает источник, близкий к правительству. — Но, может, он действительно Москву спас!»

Авторы: Андрей Перцев, Фарида Рустамова и Анастасия Якорева

Редактор: Петр Лохов