«Меня хотят заставить избавиться от животных». В Белгороде власти пытаются применить зоозащитный закон против волонтера

Управление ветеринарии Белгородской области подало иск против хозяйки приюта для животных и потребовало его ликвидировать — якобы он создан незаконно. Чиновники в иске сослались на требования нового зоозащитного закона, принятия которого волонтеры долго ждали.

Наталья Пчелкина на протяжении многих лет пытается решить проблему, которую так и не решили пока российские власти – проблему бездомных животных. В ее частном доме, во дворе в сараях и вольерах живут тридцать две собаки и четырнадцать кошек. За ежедневный труд без выходных и отпусков Наталья не получает ни копейки, да еще и зачастую тратит на лечение и содержание кошек и собак собственные деньги. Муж и сын поддерживают Наталью, а неравнодушные белгородцы периодически покупают корм для питомцев и оказывают помощь с их перевозкой.

Законных приютов нет

В Белгородской области нет ни одного приюта, несмотря на то, что федеральный закон «Об ответственном отношении к животным» уже вступил в силу. С начала 2020 года бездомных кошек и собак положено отправлять только в должным образом оборудованные приюты. Они должны иметь официальный статус, называться приютом, а не временной передержкой, и отвечать многочисленным требованиям. В регионе есть частные и официально зарегистрированные муниципальные передержки, не соответствующие нормам закона. В них содержатся только собаки. Для кошек нет даже временных передержек.

Чиновники не решили эту проблему, да еще и мешают горожанам самостоятельно спасать выброшенных на улицу кошек и собак. Региональное управление ветеринарии подало в суд на волонтера Наталью Пчелкину и потребовало ликвидировать «незаконный приют» в частном доме. На Пчелкину написали жалобу соседи Александр и Ирина Коноваловы, они сообщили, что собаки громко лают, а одна из них однажды перепрыгнула через забор и оказалась у них во дворе.

Приют или нет?

9 июля состоялось предварительное судебное заседание, на котором Наталья попыталась объяснить, что ее дом не приют, а животные, находящиеся в ее доме и дворе — ее собственность. Наталья рассказала «МБХ медиа», что никогда не называла свой дом приютом. Однажды в сюжете местного телеканала журналисты и вовсе назвали ее дом питомником, хотя питомник – это место, где разводят породистых животных. Наталья подчеркнула, что за слова журналистов и тех, кто пишет о ней в соцсетях, она не в ответе. Волонтер заявила, что у всех кошек и собак есть ветпаспорта, где она указана в качестве хозяйки. Наталья Пчелкина и юрист Николай Юреня, представляющий ее интересы в суде, заявили, что российские законы не ограничивают количество кошек и собак, которое можно содержать в квартирах и частных домах.

«Чиновники ссылаются на статью 13 ФЗ 498 «Требования к содержанию домашних животных», где указано, что предельное количество домашних животных в местах содержания животных определяется исходя из возможности владельца обеспечивать животным условия, соответствующие ветеринарным нормам, — говорит Юреня. — Но, чиновники не предъявили доказательств нарушения норм. Они предъявили акты проверок, где указано, что собаки у Натальи находятся в вольерах и не бегают беспорядочно по территории, собаки и кошки привиты, фактов антисанитарии тоже не обнаружено. У меня возник вопрос, зачем тогда они предъявили эти документы? Они заявили, что это доказательство того, что в доме у Натальи Пчелкиной находится приют. Но это не доказательство, так как наличие большого числа животных, обнаруженных при проверке, еще не дает основания утверждать, что там находится приют».

Николай Юреня заявил, что сотрудники управления ветеринарии указали, что число животных периодически меняется, а на содержание и лечение животных средства перечисляют пользователи соцсетей, что тоже якобы является доказательством наличия приюта. Но так как российские законы не запрещают гражданам отдавать своих животных или заводить новых в любое время и в любых количествах, и не запрещают получать помощь от других людей, то эти аргументы кажутся юристу весьма зыбкими.

Еще более сомнительным кажется Юрене факт подачи иска не прокуратурой, а управлением ветеринарии, которое, по его словам, не имеет такого права и в соответствии с пунктом 1 части 1 ст.134 ГПК РФ судья должен был отказать в принятии искового заявления.

Собака как улика

«Коноваловы жаловались в разные инстанции, в том числе в полицию, — говорит Наталья. — Полицейские мне рассказали, что была жалоба, что какая-то кошка пришла в огород Коноваловых и справила нужду на грядки. Как Александр Коновалов определил, что это моя кошка, я не знаю. Однажды на их участке оказался алабай, Коноваловы заявили, что он сбежал от меня. А мои алабаи сидят в вольерах с двухметровым металлическим ограждением. Это видели и проверяющие. Я могла их не пускать, но я хотела показать, что все в порядке, что у меня привитые, стерилизованные собаки. Мне пришлось забрать ту собаку, потому что я опасалась, что ее усыпят. Я считаю, что Коноваловы специально привезли собаку, потому что реальный компромат собрать не смогли. Меня хотят заставить избавиться от животных, но я буду бороться до конца!», — говорит Наталья.

Сам Александр Коновалов не смог встретиться с корреспондентом «МБХ медиа» , но в переписке сообщил, что Пчелкина обещала перевезти собак в другое место, но потом в «грубой форме сказала: «пошли бы вы, это мой дом, что хочу, то и делаю», на что я ей сказал, что будем тогда в правовом поле разбираться. Алабай перепрыгнул через сетку и через огород спокойно пришел к нам во двор, это все записано на видео и запротоколировано полицией».

После просьбы корреспондента предоставить видео и ответить на уточняющие вопросы Коновалов заблокировал его в сети. Семья Коновалова разговаривать с «МБХ медиа» также отказалась.

Опасный прецедент

Пока что за бюджетный счет в регионе не построено ни одного приюта. В Белгороде работает муниципальный пансионат временного содержания, где всего 80 мест и большая часть из них занята. В пансионат принимают только собак, выловленных на улице по официальным заявкам от населения. Приют в селе Нелидовка, который губернатор Белгородской области пообещал построить к лету этого года, так и не построен. Чиновники сослались на трудности в связи с пандемией коронавируса. Весной 2020 года зооволонтеры создали организацию «Добрый дом» и арендовали помещение для содержания собак. Но для собак, принятых от частных лиц в «Добром доме», всего десять мест, а желающих привезти найденных на улице животных намного больше. Куда в таком случае Наталья должна отдать своих собак – непонятно. Белгородские зоозащитники опасаются, что если решение суда будет не в пользу Пчелкиной, то возникнет опасный прецедент. В регионе достаточно волонтеров и у многих соседи предъявляют претензии, пишут жалобы в надзорные органы.

Следующее заседание суда состоится 29 июля.