Девятый круг РУСАДА

Как глава Российского антидопингового агентства Юрий Ганус стал врагом государства

Странно не то, что на Юрия Гануса и его агентство наехали, а то, что это случилось достаточно поздно. Он успел основательно разворошить осиное гнездо, и теперь рой обратно уже не загонишь. Теперь уже кто кого, хотя ресурсы сторон несопоставимы. Если вкратце, то после опубликования аудиторского отчета по результатам проверки финансовой деятельности Российского антидопингового агентства его глава в глазах общественности предстал чуть ли не коррупционером и расхитителем, неоднократно превышавшим свои полномочия. Аудит был заказан учредителями РУСАДА в лице Олимпийского и Паралимпийского комитетов России. Юрий Ганус посчитал, что выводы, дискредитирующие агентство и его лично, — это заказ, призванный расправиться с ним как с руководителем, лишить агентство независимости и переформатировать его деятельность в духе, удобном для высшего спортивного чиновничества.

Мало нам было международных скандалов, инициированных внешними «врагами», — внутренний может иметь неменьший резонанс с последствиями, чуть ли не равными самым грандиозным разоблачениям и отстранениям. Потому что смещение Юрия Гануса, какими бы причинами оно не было бы вызвано и какими причинами ни обставлено, отнюдь не порадует головную международную организацию и будет, скорее всего, воспринято ВАДА как крайне нежелательное действие.

А дело именно к этому и идет — 5 августа наблюдательный совет РУСАДА должен определить судьбу генерального директора и направление дальнейшей деятельности. Понятно, что новый курс не будет отличаться от прежнего — жесткого и бескомпромиссного лишь на словах, — а контакт с ВАДА придется налаживать по сути заново. В свете еще не окончательно утраченных надежд принять участие в токийской Олимпиаде хотя бы в нейтральном статусе нынешний внутрироссийский скандал с неизбежным международным эхом если кому и сыграет на руку, то только самым ярым ненавистникам России.

Но конфликт длится уже давно, как минимум год, а переход его в открытую фазу с применением выходящего далеко за рамки обычной полемики инструментария был, по сути, неизбежен.

Все дело, конечно, в личности Юрия Гануса и в той позиции, которую он занял, попав осенью 2017-го на столь необычный для себя пост. Думаю, он ни сном ни духом не предполагал, что будет руководить такой сложнейшей структурой, да еще в кризисный период, создавая, по существу, новую организацию. Я почти уверен, что масштабов проблемы он тоже не представлял.

За спиной у Юрия Гануса, окончившего Высшее инженерное морское училище имени С.О. Макарова, Санкт-Петербургский государственный университет, Международный банковский институт, Юридический институт МВД, институт подготовки профессиональных корпоративных директоров, был не один десяток серьезных должностей в разнообразных бизнес-структурах. Одно только перечисление может занять половину страницы. Именно эту кандидатуру одобрило ВАДА, несмотря на то, что в области спортивного менеджмента, не говоря уже о деятельности, как-то связанной с антидопингом, Юрий Ганус замечен не был. Но сам род его занятий говорил хотя бы о том, что опыт у него имеется и что независимую позицию на новом поприще выстроить и отстоять он сможет.

На что рассчитывали российские учредители и те лица, что стояли за ними, доподлинно не известно. Но, согласившись с кандидатурой Гануса, они, возможно, считали, что назначенец с опытом работы в финансово-хозяйственной и юридической сфере знает пределы своих полномочий и углубляться в проблему, докапываясь до ее истоков, не будет. Потому что люди, утверждавшие его кандидатуру, прекрасно понимали и, очевидно, рассчитывали, что дебютант тоже быстро поймет, за какие границы заходить нельзя. Заявлять, что мы против допинга и будем прямо-таки нещадно с ним бороться, воспитывая в обществе нулевую толерантность по отношению к этому страшному явлению, — одно. Делать что-то реальное — совсем другое.

На Гануса, похоже, рассчитывали как на косметолога. А он, получается, ни с того ни с сего попер как танк.

Ему сказали, что надо навести порядок в организации, руководствоваться международными стандартами и всеми силами бороться с допингом, — он и начал это делать. Да еще практически сразу вышел в публичное поле и действительно начал бороться в силу своего понимания и осознания нового назначения как миссии. Или даже так — как Миссии. В этом, конечно же, было больше донкихотства, нежели трезвого и осторожного подхода к многоярусной и многозначной глубинной проблеме, на этом этапе жизни страны практически нерешаемой.

Наломал дров Юрий Александрович? Наверное, наломал. Делал ли ошибки и неосторожные шаги? Наверняка делал. Не учел менталитета и косности спортивного сообщества, для которого нулевая толерантность по отношению к допингу — просто какие-то слова, не имеющие к России никакого отношения? Очевидно, не учел. Но ему разъяснили, что без нормально функционирующего его подразделения не может быть полноценного присутствия российского спорта в международном спортивном пространстве, — и он принял это как основу. Добавлю — как основу принял не просто восстановление агентства в правах, а действительно независимое его функционирование без всяких дополнительных условий и особенностей менталитета.

Пока все гадали, кто дал Юрию Ганусу карт-бланш и кто за ним стоит (потому что не может нормальный человек просто так, без прикрытия, кидаться на амбразуру), переформатированное агентство Гануса основательно прошерстило темные углы, дисквалификации раздавало направо и налево, чем заслужило одобрение ВАДА и глухой ропот части спортивного сообщества. Чем больше Юрий Александрович завоевывал доверие международных структур, тем сильнее он чувствовал сопротивление внутри страны и тем активнее вел себя в публичном пространстве. Несомненным успехом было восстановление РУСАДА в правах, но успех был временным. Ганус начал раздражать, и чем дальше, тем больше.

Постепенно до его недоброжелателей дошло, что никакие большие люди за Юрием Ганусом не стоят. Постепенно и сам он понял, что защищаться должен тоже сам.

Оратор он, мягко говоря, неважный, но по ходу общения с аудиторией некую формулу Ганус все-таки выработал. Исходил он из логики, и первая линия обороны заключалась в следующем: если допинг — зло и приносит России одни беды, то, борясь реально с этим злом, он защищает национальные российские интересы. Логика действительно безупречная, но никого ею не испугаешь и ни от кого она не защитит. Это Юрий Александрович тоже понял достаточно быстро. Как понял и то, что никто особо и не пытается менять антидопинговую культуру, и чем глубже он и его соратники погружались в материал, тем меньше они чувствовали себя защищенными.

От своего Ганус тем не менее не отступал, что казалось как минимум странным. Он то ли не понимал, что его стремление действовать строго по закону вызывает по меньшей мере отторжение, то ли решил продолжать миссию по принципу «вода камень точит». Иногда хладнокровие ему изменяло — ничем иным нельзя объяснить прямое обращение к президенту страны с призывом незамедлительно начать реформировать спортивное движение, которое оказалось на краю пропасти. Надо ли объяснять, что призыв этот был обращен в пустоту и что поддержки он не дождется?

Реакция большой части спортивного сообщества тоже была предсказуемой — ишь, куда посмел обратиться! Ишь, на что замахнулся — на само существование скрепы! Он что, единственный борец со злом? Кто ему такие полномочия делегировал? Да кто он вообще такой? Ему что, «лавры» Григория Родченкова спать не дают? Под чью дудку он пляшет — не под дудку Запада ли? Он что, в руководители ВАДА метит, «сдавая» своих соотечественников? От ВАДА все зло, а он только и знает, что выполняет его абсурдные и дискриминационные требования. Надо с ВАДА воевать, а не со своими!

С ВАДА между тем воевать серьезно никто и не собирался. Потому что ресурса для такой войны, как и плана «Б», у власти нет.

Послать подальше всех этих «инквизиторов» — одно, а что делать дальше, никто не знает.

Юрий Ганус, как бы ни относиться к его позиции в отношении вывода российского спорта из кризиса, придерживался линии «очиститься и остаться». То есть заявляемой на всех уровнях государственной линии — но только на словах. А Ганус пытался еще и делать, невзирая ни на что, и за ценой готов был не постоять.

После того как Россия получила страшный удар в виде разоблачения частично сфальсифицированной базы данных Московской антидопинговой лаборатории с перспективой четырехлетней дисквалификации, российские спортивные власти решили дать отпор в виде иска в Спортивный арбитражный суд. Наблюдательный совет РУСАДА, в который Ганус не входит, подготовил необходимую документацию. Генеральный директор обязан был подписать это обращение, и Ганус подписал. Присовокупив к этому свое особое мнение, что он с этим решением не согласен. Афронт означал, что Юрий Ганус пошел ва-банк, окончательно поссорился со спортивными властями и обрубил пути к отступлению.

Я никоим образом не хочу записывать в ретрограды руководство ОКР и ПКР: у них есть свои резоны быть недовольными действиями Гануса, бурная деятельность которого, по их мнению, часто идет во вред стране, а пиара в ней намного больше, чем реального дела. Но позиция «он слишком много на себя берет», выражавшаяся лишь косвенно, в конце концов превратилась в прямое противодействие.

Похоже, Юрию Ганусу недвусмысленно намекнули, что ему пора подавать в отставку, — без лишнего шума и пыли. Ганус в ответ закусил удила.

Странно, что такой опытный функционер не почувствовал опасности, когда учредители объявили о необходимости провести аудит. Спокойствие генерального директора в начале акции может быть объяснено тем, что предыдущие проверки серьезных нарушений не выявляли — он и в этот раз думал, что дело ограничится техническими погрешностями. Опускаю детали, как согласовывалась кандидатура организации, которая должна была проводить аудит. Так или иначе, он был проведен, и в публичное пространство просочились сенсационные его результаты в виде обнаружения в РУСАДА серьезных финансовых нарушений за 2018 и 2019 годы, в том числе возможного личного присвоения Юрием Ганусом 110 миллионов рублей, завышенной суммы расходов на такси в сумме 11 миллионов рублей, нецелевого расходования средств, злоупотребления служебным положением.

Патриотическая общественность взвилась, Юрий Ганус ринулся в контратаку, а Олимпийский комитет России не нашел ничего лучшего, чем опубликовать конфиденциальный (!) отчет на своем официальном сайте.

Публикация имела целью подтвердить, что ничего не придумано, что это официальные выводы, сделанные на основе глубокого аудита, проведенного по международным стандартам. На то, что выводы о нарушениях сопровождаются словами «предположительно» или «возможно», не стоит обсуждать внимание как на мелочи: ваш герой и борец со злом — коррупционер.

Собственно, примерно так же начиналось и развивалось знаменитое «театральное дело Серебренникова» — даже предъявленные Юрию Ганусу пока в качестве претензий суммы отчасти совпадают. Правда,

«спортивное дело» еще не превратилось в уголовное и, скорее всего, вряд ли превратится, если Юрий Ганус сам покинет свой пост. Но он уже успел не раз и не два заявить, что делать этого не собирается.

Дальше начался многостраничный «обмен любезностями». Учредители считают, что это была обыкновенная плановая проверка без всякой подоплеки, и им непонятна взвинченная реакция фигуранта, чьи объяснения имеют целью уйти от существа вопроса. Ганус считает, что это по сути рейдерский захват, наезд темных сил, которые материализовались в позиции ОКР.

Из пространного ответа РУСАДА на обвинения следует, что аудит проведен тенденциозно, без учета специфики организации и ее конкретной операционной деятельности, что в нем приведены сведения, могущие нанести вред работе РУСАДА. Тут есть резон: деятельность антидопингового агентства по сути своей не может быть полностью прозрачной и открытой для всех. Из этого легко сделать вывод, что возможна коррупционная составляющая, но, как опять же справедливо замечено в ответе РУСАДА, намеки здесь недопустимы. Обвинили — доказывайте, что договоры с контрагентами в сумме 53 и 57 миллионов рублей пошли на личное обогащение руководителя организации, что затраты на такси и командировки завышены, что сумма, затраченная на углубленную корректировку английского языка, в том числе персонально главы РУСАДА, не относится к числу необходимых расходов.

Юрий Ганус сейчас как волк в загоне. Он бросается из крайности в крайность, он обвиняет, защищаясь, он даже вспомнил своих предшественников Никиту Камаева и Вячеслава Синева, ушедших из жизни зимой 2016-го с разницей в две недели.

Намека на странность их ухода функционеры такого масштаба себе еще не позволяли, это вообще фигура умолчания. Ганус сказал, что самоубийством кончать жизнь не собирается, а в случае чего его посмертным запискам доверять не следует — как написанным против его воли.

Кто-то может посчитать подобные заявления истерикой, но человек, владеющий некоей секретной информацией, возможно, просто защищает свою жизнь еще и таким нетривиальным образом. В общем, как может, так и защищается.

Он не герой. Не враг государства. Не злодей. Он просто уперся «во имя защиты национальных интересов» — как он их понимает. Иногда это может быть очень опасным.

И еще один штрих, характеризующий позицию и деятельность Юрия Александровича Гануса на нелегкой стезе борьбы со злом. Когда Мария Ласицкене прошлым летом забила тревогу по поводу нарастающей катастрофы с российской легкой атлетикой, первым, кто поддержал чемпионку, был именно Юрий Ганус. И не просто поддержал, а рассказал о последствиях, к которым может привести страусиная позиция тогдашнего руководства ВФЛА. Всего он сказать не мог, но из текста было ясно: не признаются в обмане сейчас — платить придется в несколько раз больше. И если бы только платить…

Тогда Юрию Ганусу сверху пояснили, что ему нужно заниматься своим делом и не лезть туда, куда не надо.

Прав оказался тот, кто полез.