Вырвиглазные фасады

В Калининграде реконструировали историческое здание «Кройц-аптеки» — получилось так эксцентрично, что теперь постройку обсуждает вся страна

В Калининграде завершается реконструкция довоенного немецкого здания «Кройц-аптеки»: инвестор перестраивает практически превратившийся в руины дом в современный бизнес-центр. Журналистка Екатерина Медведева из местного издания «Новый Калининград» по просьбе «Медузы» рассказывает, как разрушали и восстанавливали «Кройц-аптеку» и почему уже на завершающей стадии проекта эта реконструкция вызвала столько критики — так, что в дискуссию об одном калининградском фасаде включились известные российские общественники, блогеры и журналисты.

Фармацевт Петренц и его дом

Летом 2001 года в Калининграде обрушилась часть перекрытий в заброшенном здании на улице Фрунзе. Это случилось в тот момент, когда несколько местных жителей разбирали стены на кирпичи. Один из мужчин погиб под завалами. После этого городские власти заявили, что собираются снести дом, известный в Калининграде как «Кройц-аптека». Горожан это возмутило: в калининградских газетах появились критические статьи, начались обращения жителей в администрацию города. В итоге чиновники отказались от этой идеи, и спасенное здание продолжало разваливаться естественным образом. Спустя почти два десятка лет калининградцы снова заговорили о «Кройц-аптеке» — но теперь уже из-за ее реновации.

Дом № 53–57 на улице Фрунзе в Калининграде называют «Кройц-аптекой» из-за ныне уже утраченной надписи на лицевой стене дома «Kreuz-Apotek». Эту выцветшую вывеску, по необъяснимым причинам не закрашенную в советский период, местные гиды любили демонстрировать туристам во время пеших экскурсий. «Вся улица Кенигштрассе (сейчас улица Фрунзе, — прим. „Медузы“) была одной из самых красивых улиц в Кенигсберге (довоенное название Калининграда). Она соединяла Россгартенский рынок и Королевские ворота и считалась богатой — там в основном жили зажиточные бюргеры. В наше время здесь сохранилось очень много исторических зданий, которые имеют статус памятников архитектуры», — рассказал «Медузе» калининградский краевед Иван Скобей.

То, что сейчас считается «Кройц-аптекой», на самом деле остовы двух смежных зданий. В довоенное время эти два дома и еще одно примыкающее к ним здание создавали архитектурный комплекс на перекрестке Кенигштрассе и переулка Кенигсек (сегодня — Угловая улица). По данным краеведа и автора книг об истории и архитектуре региона Алексея Губина, первое здание было построено в 1888 году. По версии немецкого архитектора Балдура Кестера, написавшего книгу об архитектуре Кенигсберга, все дома появились в период с 1900 по 1905 год. До наших дней одно из строений не дожило — сейчас на его месте типовая пятиэтажка.

Здания были исполнены в модном тогда в Кенигсберге югендштиле с элементами барокко. Каждый из домов имел боковой флигель и два выхода — на улицу и во двор. В переулок вел двухарочный проезд: большой тоннель для экипажей и поменьше — для пешеходов. «У дома был интересный барочный фронтон, фасад был украшен лепниной над окнами в виде солнца, цветов и рельефами с геральдическими символами, — перечисляет в беседе с „Медузой“ уникальные элементы этого архитектурного комплекса Иван Скобей. — На балконах были установлены оригинальные кованые ограждения».

На верхних этажах этого доходного дома располагались квартиры, а нижние этажи занимали конторы и магазины. Со второй половины 1930-х годов несколько помещений на первом этаже комплекса было отведено под аптеку, которая, как и все здание, принадлежала фармацевту, доктору наук Адольфу Петренцу. Сам фармацевт жил в квартире над аптекой на втором этаже. Впрочем, уточняет Скобей, ему не встречалось ни одного документа, подтверждающего, что Петренц владел зданием целиком, поэтому доподлинно утверждать это нельзя.

При этом на старых фото видно, что аптека занимала первый этаж крайнего правого здания — того, что до современности не дожило, — а в здании посередине были другие магазины. Но в наше время вывеска, закрашенная во время реконструкции 2019 года, располагалась на крайнем доме слева. По словам Ивана Скобея, есть два варианта — либо аптека переезжала из помещения в помещение, либо занимала сразу несколько.

Также на первом этаже дома располагались магазины Кенигсбергского хлебозавода и Сельскохозяйственного объединения домохозяек. Согласно адресной книге Кенигсберга за 1941 год, в доме в это время имели квартиры практикующий врач, коммерсант, строительный техник, инспектор имперского банка, водитель грузовика и две вдовы.

«Кройц-аптека» практически не пострадала во время бомбардировок британской авиации в 1944 году и устояла во время штурма Кенигсберга советскими войсками в апреле 1945-го. «Позже здание несколько раз мелькало в кадрах советских фильмов о войне, — рассказывает историю здания Скобей. — Хотя сам фасад с надписью не показывали, зато киношникам понравилась имевшаяся в доме арка. Именно у нее ночью оказываются герои фильма „Первый день мира“ — как раз вовремя, чтобы помочь попавшей в беду немецкой женщине. А в другом произведении — „На дорогах войны“ — арку показывают днем. Прямо под ней киношники разместили полевую кухню».

Спаситель аптеки

В советское время здание «Кройц-аптеки» использовалось как жилой дом. «В 1964 году в здании была столовая № 30, — объясняет „Медузе“ начальник отдела научной информации областного госархива Варвара Егорова. — Это же заведение общепита значится в телефонных книгах в этом доме и в 70-е. Судя по документам, вплоть до 1985 года в доме № 53–55 по улице Фрунзе то и дело выдавали комнаты в качестве служебного жилья».

В 1987 году дом был расселен для капитального ремонта, который так и не случился. «По рассказам старожилов, когда-то на тот момент на первом этаже дома были парикмахерская и знаменитая на весь Калининград пельменная, — рассказывает Иван Скобей. — После расселения дом какое-то время стоял пустым, но во вполне приличном виде, и даже можно было увидеть интерьеры этой пельменной. Но вскоре после того, как здание вывели из состава жилищного фонда, там стали собираться маргинальные личности. Потом случился пожар, начали гнить перекрытия. Постепенно пустующее здание стало ветшать и разрушаться».

В 2002 году объект культурного наследия перешел в собственность компании «Жилпромстрой». Инвестора обязали отреставрировать фасад «Кройц-аптеки». В 2007 году собственник разобрал западную стену здания, пояснив это работами по консервации объекта. Проект реконструкции дома под офисный центр согласовали с главным архитектором города и Службой охраны памятников только в 2008 году. Проект не выносили на общественные слушания, но инвестор заявлял, что он разработан при участии немецких архитекторов — правда, без подробностей.

Через год специалисты снова обследовали здание и признали его состояние полностью аварийным. Ремонтные работы, однако, так и не начались. Городские власти неоднократно грозили инвестору расторжением договора, но вернуть здание в муниципальную собственность удалось только в 2015 году. Причем назначенную судом компенсацию за ущерб зданию в полмиллиона рублей к тому времени уже обанкротившийся экс-владелец в бюджет так и не выплатил.

После этого городские власти пять раз выставляли почти полностью разрушившийся остов здания на торги. Так, в ноябре 2015 года начальная цена за «Кройц-аптеку» составляла почти 11,2 миллиона рублей. При этом само здание продавалось всего за рубль, а основная часть стоимости лота добавлялась за земельный участок. Желающих приобрести объект с обременением в виде охранного статуса не было, поэтому вскоре власти снизили цену до 8,5 миллиона рублей, а затем и вовсе до трех.

Осенью 2016 года, когда износ здания достиг уже 92%, его все-таки продали с аукциона гендиректору местного сельхозпредприятия Сергею Сухомлину за 3,11 миллиона рублей. Он пообещал к 2019 году реконструировать здание, сохранив исторический фасад.

Дух места

Новый собственник заявил, что будет перестраивать историческое здание под трехзвездочную гостиницу и офисный центр. Он запустил сайт проекта реконструкции «Кройц-аптеки», где можно было почитать историческую справку о ней и посмотреть варианты эскиз-проектов реконструкции.

Инвестор утверждал, что намерен восстановить имеющуюся часть старинных фасадов, модернизировать помещения и достроить к ним новый корпус. Сухомлин надеялся, что в результате реновации памятника архитектуры повысится пешеходная привлекательность улицы Фрунзе и появится «мощный импульс» для возвращения ей статуса центрального проспекта. «Реставрация главного фасада и сохранение планировки позволят сберечь „дух места“, повысят культурную привлекательность объекта и территории в целом», — говорилось на сайте проекта.

Всего на конкурс было представлено три эскизных проекта реконструкции «Кройц-аптеки», созданных калининградскими архитекторами. Одна концепция предлагала выполнить практически всю современную часть здания в минималистичной манере из стеклянных панелей и только с торца добавить немного светлого клинкера. Другой проект предусматривал максимальное восстановление исторического облика здания с угловой пристройкой в стиле баухаус и мини-садом на крыше — именно за него проголосовал областной градостроительный совет.

Однако за основу будущей реконструкции по итогам закрытого конкурса была взята идея архитектора Анны Бельской из мастерской «Квадр», которую до этого поддержали многие члены градостроительного совета. Этот проект включал в себя постройку пятиэтажной гостиницы на 71 номер и коммерческих помещений с полезной площадью 3,9 тысячи квадратных метров. «Мы сознательно отказались от восстановления восточной части здания в его историческом облике и применили более воздушное решение торца здания, чтобы не перегружать открывающийся вид», — говорилось в описании проекта.

Как заявил «Медузе» советник губернатора Калининградской области по архитектуре Вячеслав Генне, никто обсуждение эскиз-проекта от общественности не скрывал: «Были публичные обсуждения этого проекта, был градсовет. Инвестор мог бы вообще конкурс не устраивать, но так решил, потому что действительно хотел как лучше: изучить предложения, узнать мнения. И то, что было выбрано, меня совершенно удовлетворяет в части подхода, когда не стали придумывать подделку под антиквариат. Сохранили то, что реально осталось, и новое сделали в современном виде. Это соответствует основным канонам Венецианской хартии».

В декабре 2017 года «Кройц-аптека» обросла строительными лесами, а инвестор заявил, что уже готовый проект реконструкции отправлен на госэкспертизу. Правда, к публичному обсуждению одобренного экспертами проекта приступили только в апреле 2018-го. Разрешение на «приспособление объекта культурного наследия» региональная Служба охраны памятников выдала еще через год. Из-за отсутствия возможности организовать подземный паркинг в этом разрешении речь уже шла не о гостинице, а только о бизнес-центре.

За это время у здания успела обрушиться часть парадного фасада. Власти сделали вывод, что это произошло из-за нарушений при проведении противоаварийных работ, но собственник тут же пообещал, что все утраченные элементы будут восстановлены. Сергей Сухомлин также пообещал сделать на отремонтированном фасаде похожую на оригинальную табличку «Kreuz-Apotek», поскольку выяснилось, что старую надпись на стене сохранить не получится.

Здание-робокоп

Весной 2019 года подрядчик наконец приступил к реконструкции здания. Сроки окончания работ на объекте постоянно переносили, и на время о «Кройц-аптеке» калининградцы забыли. Вспомнили о доме только летом 2020 года, когда с его фасада частично сняли леса и строительную сетку, обнажив довольно яркие цвета оштукатуренных стен. Весь калининградский сегмент соцсетей взорвался от количества высказываний по поводу внешнего вида обновленной «Кройц-аптеки». Многие пользователи крайне критично отнеслись к выбранному цветовому решению, которое не соответствовало картинкам на эскизах, где исторический фасад был выполнен в светло-бежевых тонах с нежно-зелеными вставками — тогда как в реальности он предстал с насыщенно-желтом, зеленом и сером. Для кого-то неприятной неожиданностью стал весь облик фасада, а кто-то, наоборот, встал на защиту инвестора и проектировщиков.

Краевед Иван Скобей считает, что проектировщикам изначально стоило идти не по пути перестройки, а по пути восстановления исторического облика, как в случае с отстроенным из руин зданием Калининградского областного историко-художественного музея. «Конечно, то что сделано, — это лучше, чем вообще ничего. Но изначально-то в проекте было все хорошо, а потом почему-то собственник все переиграл и удешевил, — считает Скобей. — Получилась какая-то порнография: налепили все, что можно, и безвкусно покрасили».

С таким мнением не согласен архитектор и участник движения «Прусское наследие» (неофициальное общественное сообщество, участники которого борются за сохранение историко-культурного наследия региона) Олег Ли, который полагает, что «Кройц-аптека» — образец пусть и не идеально реализованного, но «фундаментально правильного подхода» к симбиозу новой и старой архитектуры.

Архитектор уверен, что тот объем критики, который обрушился на инвестора, совершенно не заслужен. «Цвет, на мой взгляд, вопрос наименее важный — всегда можно перекрасить, — рассуждает Ли. — Относительно стоимости, объема и важности всех проделанных работ — это вообще несоразмерный повод для критики. И совершенно не обязательно совсем строго ориентироваться на исторические аналоги. Собственник взял руины, которые были готовы нас покинуть в течение ближайших лет, и вернул их к жизни. Да, „Кройц-аптека“ жива как Алекс Мерфи из фильма „Робокоп“ — в том смысле, что от нее немного осталось. Но это не вина собственника. „Кройц-аптека“ теперь будет стоять еще лет сто. Это уже само по себе достижение».

С собственником «Кройц-аптеки» Сергеем Сухомлиным «Медузе» связаться не удалось. Его телефон был выключен, а на вопросы «Медузы», отправленные по электронной почте, отвечать он не стал. Ранее инвестор также отказался давать в прессе оценку выбранной для фасада здания цветовой гаммы, но отметил, что действует в рамках прошедшего госэкспертизу проекта. «Это проект, прошедший государственную историческую и строительную экспертизу. Все остальное — это веселые картинки. Вы их можете нарисовать миллион. А мы с вами видим реализацию проекта, утвержденного службой по охране памятников», — пояснил «Калининград.Ru» Сухомлин. Автор эскиз-проекта реконструкции здания Анна Бельская заявила «Медузе», что «по просьбе заказчика не дает интервью»: «Думаю, что его [Сергея Сухомлина] ситуация с шумом вокруг этого объекта несколько напрягает», — пояснила архитектор.

Дискуссия по поводу нового облика «Кройц-аптеки» довольно быстро вышла за пределы региона. Уроженец Калининграда и живущий в Лондоне российский журналист Олег Кашин у себя в фейсбуке присвоил реновации «Кройц-аптеки» статус «постройка года в масштабах страны», а блогер-урбанист Илья Варламов назвал реконструкцию здания «вопиющим ******** [провалом] города Калининграда». «Помимо того, что рабочие серьезно исказили фасад памятника, они уничтожили историческую вывеску. <…> В общем, убили здание — просто уничтожили. Могли просто снести. То, что уцелело во время войны, снесли наши современные ******** [глупые люди]. Ну, полнейший ****** [провал]», — заявил Варламов в своем видеоблоге.

Реконструкция «Кройц-аптеки» — самый яркий пример прохладного отношения к памятникам архитектуры в Калининградской области, полагает историк, ученый-москвовед и член экспертного совета фонда сохранения исторического наследия «Внимание» Павел Гнилорыбов. «В реставрации существует множество подходов, но нельзя так откровенно „домысливать“, бравировать новыми объемами, кричать и выделяться ярко-лимонным цветом, — сказал он „Медузе“. — Если уж действительно ничего поделать с аварийным зданием нельзя, нужно строить что-то максимально спокойное, не выделяющееся, „удариться в Скандинавию“. А сейчас получилось надгробие, напоминающее о когда-то существовавшем здесь памятнике».

Гнилорыбов добавляет, что прошлой откровенной неудачей стало строительство в Калининграде синагоги. Здание, которое тоже сильно отличалось от первоначального проекта, возвели в 2018 году на месте синагоги, разгромленной в Хрустальную ночь. «Впрочем, Калининград выделяется странным подходом к сохранению наследия: настоящие жемчужины гибнут, но вместо реставрации действительно важных объектов создаются симулякры — пестренькие домики в Железнодорожном, Рыбная деревня, „ганзейские“ фасады и фальшивый фахверк. При этом государственный орган, который обязан все это защищать, массово отказывает памятникам в постановке на учет, — рассудил Гнилорыбов. — В итоге это приведет к ситуации, когда руинами станет и прусское наследие, и российское, а мы будем смотреть на вырвиглазные фасады — „сочинения по мотивам“ начала XXI века».

Первоначальная идея реконструкции «Кройц-аптеки» потерялась в ходе доработки эскиз-проекта, уверен председатель регионального Союза архитекторов Петр Черненко: «Основная идея проекта Бельской была убита. Изначально в эскизном проекте было противопоставление существующего старого объекта и большого этого стеклянного параллелепипеда. Контраст был и по плоскостям фасадов, и по материалу, и по цвету. На углах здания должно было быть больше стекла — за счет этого они как бы сливались с улицей и не выглядели такими тяжелыми».

Советник губернатора по архитектуре Вячеслав Генне, напротив, считает, что капитальный ремонт домов в местном поселке Железнодорожный — удачный пример восстановления довоенных построек в регионе.

Генне отмечает, что в Калининграде «есть социальный запрос» на восстановление исторического облика города, хотя есть случаи, когда общество спокойно относилось к современным элементам на историческом здании, — так, ГЦСИ пристроил стеклянную шахту к зданию казармы «Кронпринц». «Ни у кого же глаза не кровоточат по этому поводу? А могли бы сделать башню какую-нибудь с черепичной крышей, с полукруглыми окошками и ковочкой», — заметил Генне. Он добавил, что сам не наблюдает «особого осуждения» жителями региона реновации «Кройц-аптеки»: «Обыкновенная практика — люди обменялись мнениями. У нас просто программа вот этого краеведения местного построена на критике чьей-то работы, причем любой — что ни сделай, все равно им все не понравится».

Зато глава региональной Службы охраны памятников Евгений Маслов реновацию здания «Кройц-аптеки» называет «новым шагом»: «Я не приведу другого примера синтеза исторической и современной архитектуры у нас в регионе. А более значимого объекта уж точно нет вообще». Обсуждать ее внешний вид, полагает Маслов, сейчас слишком рано — работы еще не завершены, а давать оценки всей реставрационной концепции слишком поздно: «В свое время государственная историко-культурная экспертиза проекта 21 день висела на нашем сайте для изучения и публичного обсуждения — все желающие могли высказать свое мнение, в том числе по цветовым решениям, по концептуальным подходам. И никто ничего не высказал тогда. Теперь постфактум люди начинают что-то писать — это меня немножко удивляет». Он добавляет что критики реконструкции «как дамы маникюр выбирают — такой оттенок подходит, такой не подходит».

«Времена меняются — принимаются новые решения. У нас когда-то и Зимний дворец был не бирюзовый, как сейчас, а красно-коралловый. Почему бы и нет?» — заключает глава калининградской Службы охраны памятников.

Екатерина Медведева, «Новый Калининград»