В первой декаде сентября 2000 года, в ходе Второй чеченской войны, российские военные проводили "зачистку" в селе Старые Атаги. Это лишь одна из многих трагедий, которые пришлось испытать жителям Чечни в те годы. О событиях того времени, о том, как тогдашний председатель правительства России, а затем президент страны Владимир Путин спасал Чечню от "террористов" - в воспоминаниях очевидцев, записанных правозащитниками.​

Заявленной целью второй "второй чеченской кампании", как принято было говорить в Москве, была борьба с терроризмом, спасение мирных жителей Чечни от бандитов, захвативших власть в республике.

Чеченцы не имели смартфонов с функцией видеозаписи и выходом в интернет, чтобы показывать в режиме реального времени, что на самом деле делали российские военные на территории республики. Чтобы доказать факты военных преступлений, правозащитникам и журналистам приходилось проводить настоящие расследования, скрупулёзно собирая факты и свидетельства очевидцев.

Многие из свидетельств теперь хранятся в архивах правозащитного центра "Мемориал". Данные, о которых пойдёт речь, основаны по большей части на рассказах тех самых гражданских лиц, которых Россия взялась "защищать". Из них следует, что армия боролась не только с вооруженным чеченским сопротивлением, участников которого в Кремле называют "боевиками". Российские войска калечили жизни, уничтожали имущество тысяч безоружных людей, избивали и пытали стариков, женщин, детей.

Ракетный обстрел Грозного

21 октября 1999 года взрывы прогремели в нескольких районах Грозного. Ракеты поразили центральный рынок, мечеть, родильный дом. Убитых и раненых – сотни. Считать трупы не успевали, многие тела родственники сразу забирали хоронить.

"Люди впоследствии еще два-три дня искали своих. Находили куски тел. Опознавали маму, тетю, сестру их по курточкам, по заколкам на волосах" (писатель Полина Жеребцова в интервью "Кавказ.Реалии").

Вот что передавали в те дни с места событий корреспонденты Радио Свобода:

"В мечети поселка Калинина в часы вечерней молитвы оказалось около 60 человек. 41 погиб"; "одна из ракет взорвалась во дворе единственного в Грозном действующего родильного дома. Жертвами стали 13 женщин и 15 новорожденных малышей" (Хасин Радуев).​

"Удар по Центральному рынку Грозного застал людей под конец базарного дня, когда все после работы торопятся сделать необходимые покупки"; "[в больнице] мы застали чудовищную картину: залитые кровью полы и огромное количество раненых. Раненых, убитых и умирающих прямо на наших глазах людей подвозили каждую секунду" (Андрей Бабицкий).

Обстрел колонны беженцев

29 октября 1999 года российские войска нанесли удар по колонне беженцев.

Сначала военные пообещали старейшинам села, что позволят желающим выйти из зоны боевых действий. Однако, когда колонна людей и машин двинулась в районе Ачхой-Мартана по направлению к границе республики, военные внезапно отменили своё обещание. В 10 часов утра им объявили: выпускать никого не будут.

"Машины и люди начали расползаться. В это время в небе появилось два самолета. Они поднимались и опускались много раз и бомбили колонну" (Зина Хамидова).

"Мама, посмотри, самолеты впереди, и от них белый пар, они собираются бомбить" (сын Луизы Бакаевой).

"Людей в машинах, которые были впереди нас, убило насмерть. В той, которая была позади нас, - тоже насмерть, там лежали изуродованные трупы" (Луиза Бакаева).

"Значит им дали приказ бить по беженцам на трассе" (отец Луизы Бакаевой).

Цитаты взяты из заявления Зины Хамидовой и Луизы Бакаевой от 26 ноября 1999 года комитету "Гражданское содействие". Опубликовано на сайте ПЦ "Мемориал".

Обстрел Курчалоя, Аргуна, Старых Атагов и Алхан-Юрта

Курчалой, в ночь с 30 на 31 октября совершен авианалёт на дом с беженцами. "Мемориал" приводит три заявления.​

"Мы не знаем, чего от нас хотят: где беженцы – туда и бьют. Что им от нас надо?" (Малкан Солтанераева).

"Я 30 лет строилась, работаю в больнице всю жизнь. И вот за секунды осталась на улице. Поставил бы на мое место Ельцин или Путин свою дочь, жену. Мы не террористы, а мирные люди" (Т. Исраилова, владелица дома, приютившая беженцев).

"Мы приехали на своей машине, но наша машина попала под бомбежку и разрушена на куски, а машина ведь не бандит и не террорист" (Коку Южкова).

Аргун, 11 ноября 1999 года российская артиллерия обстреляла село. На въезде и выезде в село солдаты открывали огонь по местным жителям. "Мемориал" приводит два заявления, одно из них подписано шестью очевидцами.

"Погибла моя 14-летняя племянница Ясоева Хадижат. В наш дом попало семь снарядов градовых шариковых" (Саламбек Ясоев).​

"[Сына] расстреляли, даже не остановив машину. Требуют за его труп выкуп. У нас таких денег нет" (Зулат Агамирзоева).

Старые Атаги. Авиабомбежки и артобстрелы российской авиации в период с 27 октября по 8 ноября 1999 года унесли жизни 17 человек. Приводится обращение главы администрации села, где также приведён список из 17 погибших и 51 раненого на 9 ноября (в их числе женщины и дети).

"Если мировое сообщество не откликнется на зов чеченского народа, то российская империя со своими замашками перехлестнет все мыслимые и немыслимые границы человеческого разума" (из обращения жителей села Старые Атаги).

Алхан-Юрт. 8 ноября 1999 года в результате артобстрела на трассе Баку-Ростов погиб 21 человек, ранено много женщин, детей и стариков. Рассказы очевидцев записаны 10 ноября сотрудниками чеченского отделения "Мемориала" в Урус-Мартане.

"Мы стояли на базаре торговали мясом. Почти два часа не могли подняться с земли из-за непрерывного артобстрела" (Салман Дудаев и Магомед Мусаев).

Обстрел села Гехи

8 ноября 1999 года село Гехи Урус-Мартановского района подверглось обстрелу с использованием шариковых игольчатых и вакуумных бомб. Уничтожен целый квартал, больницу, детский сад, разрушила жилые дома. А в это время по телевидение сообщало, что в Гехи убиты 15 боевиков.

"Если наши дети не успеют отомстить за нас, то наши внуки отомстят, если внуки не успеют, то правнуки" (Али Зипаев).

"Уже 400 лет воюет Россия с чеченцами. Чеченский народ устал от этих кровопийцев" (Рихалат Джабхаева).

"Российские стервятники наносят бомбовые и ракетные удары именно там, где живут мирные люди" (Лечо Шагириев).

"В связи с нанесением бомбовых ударов «‎земля-земля»‎ разрушен полностью квартал, убит крупный рогатый скот, куры, утки и т.д. Накануне зимы мы остались без крова и без хозяйства" (Г.Малика).

Оригиналы этих и других заявлений местных жителей переданы 28 ноября 1999 года в Тбилиси члену Совета ПЦ "Мемориал" Александру Соколову руководителем чеченского отделения "Мемориала" Ибрагимом Яхъяевым. Заявления написаны их авторами и подписаны, некоторые подписи заверены печатями глав администраций населенных пунктов. Ситуации в Гехи касаются семь заявлений, под одним из них стоит 12 подписей.

Российские военные в Алхан-Юрте

1 декабря село Алхан-Юрт в Урус-Мартановском районе взято в кольцо. К этому времени там находилось около тысячи мирных жителей.

Российские военные грабили местных жителей, вывозили даже легковые машины. Требуя дать им водку, неоднократно избивали 65-летнюю Лейлу, накануне получившую осколочное ранение при артобстреле села.

За две недели в селе были убиты 40 человек.

"Совершенное военнослужащими федеральных войск в течение последующих двух недель нельзя назвать боевыми действиями: разрушения и поджоги, разграбление и вывоз имущества", - характеризует произошедшее в Алхан-Юрте ПЦ "Мемориал".

О трагедии в Алхан-Юрте свидетельствуют показания четырех жителей села, записанные представителем "Мемориала" в Ингушетии.

Расправа над жителями поселка Новые Алды

То, что происходило в Новых Алдах 5 февраля 2000 года, федеральные власти назвали "проверкой паспортного режима". На деле документы местных жителей редко интересовали прибывших туда сотрудников ОМОНа. Какой бы ни была цель этих силовиков, в результате их спецоперации погибло, по разным данным, от 56 до 82 гражданских лиц.

"Человеческим языком не разговаривали, от них водкой воняло невозможно. До того были пьяные – на ногах еле стояли" (Макка Джамалдаева).

"После всех этих ужасов я не смогу с уважением относиться к русским. Вряд ли мы уживемся в одном государстве" (Луиза Абулханова).

"Лейла в истерике падала, каталась по земле, хохотала и кричала по-чеченски и по-русски: 'Маму мою убили!'" (Асет Чадаева).

"Они убивали и сжигали людей, не спрашивая документов. Два брата пенсионного возраста, Магомедовы Абдула и Салман, были заживо сожжены в своем доме. Их останки уместились в полиэтиленовый пакет" (Марина Исмаилова).

"Я обмывала трупы. В основном стреляли в голову – в глаза, в рот" (женщина, попросившая не указывать её имя).

"Голову мальчика [семи лет] до сих пор не могут найти" (Малика Лабазанова).

"На случай, если насиловать будут, я заранее привязала к себе гранату" (Асет Чадаева).

Цитаты очевидцев приведены в докладе ПЦ "Мемориал" о зачистке в Новых Алдах.

Убийство жителей села Катыр-Юрт

В начале февраля 2000 года российские военные под руководством генералов Владимира Шаманова и Якова Недобитко обстреляли село Катыр-Юрт Ачхой-Мартановского района. Катыр-Юрт был накануне объявлен "зоной безопасности".

4 февраля в село направились вооруженные отряды чеченского сопротивления. Военные дали противнику войти в Катыр-Юрт, при этом позже утверждали, что "заманили его в ловушку" - и начали массированный обстрел населенного пункта, который продолжался трое суток.

При этом в Катыр-Юрте находилось в это время около 25 тысяч мирных жителей и беженцев.

Как отметил председатель совета ПЦ "Мемориал" Александр Черкасов на мероприятии, посвященном 20-й годовщине тех событий, тогда эту операцию преподнесли как "блестящую победу" и "разгром чеченских боевиков". Однако при ближайшем рассмотрении стало понятно, что это "тяжкое преступление" и "большая человеческая трагедия".

Месть жителям Шуани

24 июля 2000 года подверглось артобстрелу село Шуани Ножай-Юртовского района. Этому событию, по данным федеральных сил, предшествовало нападение отрядов чеченского сопротивления на военные объекты.

Затем в село вошли военные, которые избивали местных жителей, грабили их и уничтожали имущество. Тогда сельчане пожаловались в прокуратуру. Однако 11 августа село вновь обстреляли – военные дали им понять, что "зачистка" делается в отместку за жалобу.

"Мужчин избивали на наших глазах… Крови было столько, что на них вымокла одежда" (Напсат).

"Перестреляли наших коров, весь скот, даже кур. На наших глазах они делали себе какие-то уколы" (Лайла).

"Как дети кричали и плакали в тот день! Я не могу об этом вспоминать (…). Все это продолжалось 8-10 часов. Я не знаю, как они за такое короткое время могли нанести столько ущерба" (соседка Лайлы).

"Били и издевались над людьми. И над женщинами, и над стариками" (Салман).

Опрос жителей Шуани проводили сотрудники ПЦ "Мемориал" 28 августа 2000 года. В изложении цитируют восемь свидетелей.

"Зачистка" Гехи

И опять Гехи. Войска приступили к "зачистке" села 8 августа 2000 года – после того, как на мине подорвался российский бронетранспортер. Грабежи, избиения, похищения.

В течение трёх дней из домов забирали мужчин, привозили их во временный фильтрационный пункт. Там их избивали и пытали, добиваясь либо признания в причастности к вооруженным формированиям, либо доносов на односельчан. По данным главы администрации, всего из села Гехи забрали 57 человек, из них двое были убиты и трое пропали без вести.

"Я сказал, что перенес инфаркт, просил не бить по сердцу. Они после моих слов именно по сердцу и старались попасть" (Магомед).

"Ударили золовку. Муж попытался защитить ее: 'Ребята, она же женщина!' Солдаты обругали его матом, ударили прикладом, потом били ногами". (Роза Тепсуркаева).

"Если ты человек с чувством собственного достоинства, то они тебя будут избивать, у них такие понятия. То, что чеченцы всегда умели постоять за себя, больше всего им и не нравится" (Ризван Дадахаев).

Местных жителей опрашивали сотрудники ПЦ "Мемориал". На сайте приводятся выдержки из рассказов 13 человек.

"Зачистка" Турты-Хутора

26 августа 2000 года российские военные вошли в село Турты-Хутор Ножай-Юртовского района. Боевиков не нашли, однако грабили местных жителей, жгли пустующие дома, ссылаясь на "приказ сверху", проявляли демонстративное неуважение к местным обычаям и религиозным нормам. Забрали лекарства из сельского медпункта.

"Федералы вошли в мечеть в грязной обуви и забрали оттуда брезент и носилки, которые нужны нам для похорон" (Сельский фельдшер).

"Таких злых варваров я в жизни еще не видел. Один из федералов, кто уводил их, говорит: ‘Я застрелю любого, кто подойдет на расстояние 50 метров’" (Муса Джумаев).

"Здесь каждый житель – мой бывший ученик, а меня при них оскорбляли!" (Раиса Сулейманова).

Рассказы жителей Турты-Хутора записывала 29 августа 2000 года сотрудник ПЦ "Мемориал" Наталья Эстемирова. Представлены свидетельства шести человек.

Пытки в Черноречье

С 30 августа по 1 сентября 2000 года военнослужащие внутренних войск МВД РФ производили "зачистку" в пригороде Грозного.

"Мы не можем утверждать, что все задержанные в эти дни в Черноречье не имели отношения к чеченским вооруженным формированиям, противостоящим федеральным силам. Однако совершенно очевидно, что задержания проводились неизбирательно по принципу - 'вначале нахватать побольше людей, а потом выбить из них признание'", - характеризует эти события "Мемориал".

"За руки, связанные сзади, они меня подвесили на дереве и стали бить дубинками" (Апти).

"Бислан говорит, что смутно понимал, что в рот ему вливали краску (…). Это не люди были, они хуже зверей" (Борис Мурзабеков).

"Находясь в подвале, слышали крики женщин, над которыми издевались на заправке" (Ислам).

"Когда я уже терял сознание, мне давали немного отдохнуть и опять начинали бить. Сознание я все-таки потерял. Тогда они сняли с меня обувь, сели на спину и стали бить по пяткам" (Рустам Мурзабеков).

Опрос жителей Черноречья проводили сотрудники ПЦ "Мемориал". Процитированы рассказы 12 человек.

Зачистка в Старых Атагах

4-8 сентября 2000 года проведена "зачистка" села Старые Атаги, сорпровождавшаяся обстрелом села, разрушениями домов, грабежами, избиениями и пытками жителей. Военные без суда казнили по крайней мере одного мужчину.

"Заходили в дом с пустыми рюкзаками, а выходили – с полными. Все, что осталось, было разбито, изрезано ножами" (Жена Рамзана Ахмадова).

"Зачем им нужны детские вещи, непонятно! Неужели собираются отсылать их домой, своей семье?" (Султан).

"Я задала вопрос военным: 'Почему вы издеваетесь над людьми, воруете, мародерствуете?' они говорят, что Путин велел им самим здесь собирать зарплату" (Айна Демильханова).

"Забирают из дома совершенно невинных людей, многие из них пропадают бесследно. А если кому-то и удается вернуться домой, то он бывает покалечен избиениями и пытками" (Малика Кадырова).

"Мемориал" приводит восемь рассказов очевидцев, записанных сотрудниками правозащитного центра.

Кавказ.Реалии в Facebook

Кавказ.Реалии в YouTube

Кавказ.Реалии в Instagram

Корреспондент сайта Кавказ.Реалии беседует с председателем Совета Правозащитного центра "Мемориал" Александром Черкасовым, который в годы второй войны в Чечне участвовал в сборе информации от очевидцев.

- С какими сложностями сталкивался и сталкивается "Мемориал", опрашивая местных жителей - свидетелей тех трагических событий?

- Сейчас жителям Чечни небезопасно общаться с "нежелательными людьми". Легальная работа в Чечне невозможна для тех, кто объявлен врагами Рамзана Кадырова и его режима. Есть местные организации, которые занимаются делами, связанными с первым этапом второй чеченской войны, ещё до установления режима Рамзана Кадырова. У них весьма ограниченные возможности. Однако накоплен значительный массив сведений.

- Удалось привлечь к ответственнности виновников военных преступлений?

- Были возбуждены только единичные дела при общей тотальной безнаказанности российских военных. Группа Ульмана ушла до приговора. Спецназ остался безнаказанным. В деле Худякова-Аракчеева Аракчеев отбыл срок, а Худяков скрылся до приговора.

Справка: Группа капитана спецназа ГРУ Эдуарда Ульмана, по данным следствия, в 2002 году застрелила шестерых мирных жителей. Ульман сбежал, в 2007 году он был приговорен заочно и объявлен в розыск. Бывшие офицеры внутренних войск МВД Сергей Аракчеев и Евгений Худяков были приговорены в 2007 году к 15 и 17 годам тюремного заключения за убийство троих жителей Чечни в 2003 году. Аракчеев был освобождён по УДО в 2013 году, Худяков скрылся и был задержан лишь в 2017 году.

- Насильственных исчезновений во вторую войну в Чечне было от трёх до пяти тысяч, но на это количество у нас есть только четыре судебных решения, касающихся виновных, - проджолжает Александр Черкасов, - А дальше, поскольку Рамзан Кадыров привел к лояльности оперативно-розыскное бюро номер два (ОРБ-2), там просто оказалось некому расследовать такого рода преступления. На четыре тысячи исчезнувших - всего четыре судебных решения, то есть безнаказанность 99,9 %.

Есть решения Европейского суда по правам человека, примерно три сотни. Они позволяют утверждать, что исчезновения людей в Чечне представляют собой распространенную систематическую практику, являются преступлением против человечности, не имеющим срока давности.

- Однозначной статистики по жертвам второй кампании нет. Но каковы основные версии: сколько примерно погибло мирных жителей, сколько бойцов сопротивления, сколько российских военных?

- Государство не вело такую статистику ни по первой, ни по второй войне. По числу жертв штурма Грозного, с декабря 1994-го по март 1995-го - от 20 до 29 тысяч погибших. Если сложить с оценками потерь во всех последующих событиях первой чеченской, то общее число погибших составит от 30 до 50 тысяч. Это данные "Мемориала" и правозащитной группы Сергея Ковалёва. По второй войне, с осени 1999-го по по весну 2000-го года есть данные Human Rights Watch - от 6,5 до 10 тысяч погибших.

"Мемориал" вёл свою сплошную хронику насилия. Учитывая, что мы охватывали не всю территорию республики, то вводили поправочные коэффициенты, и в результате дали общую оценку погибших - от 15 до 25 тысяч человек, гражданское население. Бойцов сопротивления мы включаем туда же, потому что они все формально гражданские лица. Но их среди погибших минимальное количество. От трех до пяти тысяч исчезнувших - это предполагаемые боевики, которых похищали, дабы узнать какие-то сведения о подполье, и потом уничтожали. Этм данные входят в нашу оценку.

Российских военных к концу первой чеченской войны погибло до пяти с половиной тысяч человек. Они учтены в книге "Неизвестный солдат Кавказской войны" по всем силовым структурам, причём это были поименные списки. По второй войне таких списков нет, но оценки примерно те же, примерно 6 тысяч погибших.

- Насколько справедливо утверждение о том, что вторая война ещё продолжается, хотя и в пассивной фазе (учитывая ситуацию с похищениями в кадыровской Чечне)?

- Если говорить о войне и наличии воюющих сторон, то можно считать рубежом 2006-2007 год. В 2007 резко снизилось количество похищенных, в том же году в Чечне прекратили деятельность федеральные силовые структуры. С тех пор в Чечне всё делалось руками структур, подчинённых Кадырову. На самом деле одни говорят про 2009 год, про окончание режима контртеррористической операции. Но я бы сказал, 2007 - год окончания того самого сепаратистского конфликта, который был с начала 1990-х. Тогда произошел переход в другую стадию, в другую реальность, - говорит правозащитник Александр Черкасов.

***

За годы обеих войн тысячи чеченцев пропали без вести в результате спецопераций. Их увозили бесследно. Информацию о них собрала ассоциация "Матери Чечни" в книге "Чечня: Тени исчезнувших". Эти женщины уже более 20 лет разыскивают своих братьев, отцов, сыновей. Найденных – единицы, из них ни одного живого.

И сегодня в Чечне происходят массовые задержания, исчезновения молодых людей, которых позже находят в основном либо в полиции и кабинетах чиновников, либо вообще не находят. По признанию главы республики Рамзана Кадырова, он должен "довести до конца" планы Путина. А президент не скупится на награды для шлавы Чеченской Республики: в июле 2020 года Кадыров удостоен звания генерал-майора - за "высокую эффективность" в том, что касается координации действий силовых структур.

Новостное приложение Кавказ.Реалии.
Скачать