«Он хватал меня за живот и говорил: „Что это?“»

Как партнеры заставляют девушек худеть и толстеть

В России около 26% женщин так или иначе ограничивают себя в питании, чтобы похудеть. В США 20% женщин переживают из-за собственного веса, 29% — сидят на диете. Желание похудеть может быть связано с низкой самооценкой, стандартами красоты в обществе или с давлением окружающих. Часто женщины пытаются изменить свою фигуру, чтобы соответствовать ожиданиям мужей, партнеров или родственников. «Холод» рассказывает, как живут женщины, чей вес контролировали их близкие.

Чтобы не пропускать главные материалы «Холода», подпишитесь на наш инстаграм и телеграм.

Десять лет назад Ольга Карпова (имя изменено по просьбе героини) жила в Самаре. Ей было 19 лет, она училась в университете и подрабатывала официанткой в кафе. Однажды она поехала в соседний город Тольятти на концерт группы Infected Mushroom. Никто из самарских друзей Ольги туда не собирался, и она написала знакомому из Тольятти. «У нас были общие приятели, мы пересекались на вечеринках, я читала его в ЖЖ, — говорит она. — Я знала, что он тоже собирается на этот концерт». Так она начала общаться с Антоном (имя изменено). Он был на семь лет старше, работал в фирме, которая продавала компьютерную технику, играл на гитаре и катался на сноуборде. По словам Ольги, он «производил впечатление человека серьезного, умного». Они стали переписываться, несколько раз Ольга приезжала в Тольятти, чтобы вместе погулять. У них завязались отношения, и примерно через полгода Антон предложил Ольге переехать к нему.

«Мы решили, что я буду дважды в год ездить домой сдавать экзамены в университете, — вспоминает Ольга. — В Тольятти я устроилась работать в кафе. Мы стали жить в квартире Антона — он как раз тогда купил собственное жилье». Она старалась работать как можно больше — брала полные смены с утра до позднего вечера, подменяла коллег, когда они брали отгулы. «Я ведь жила в его квартире, — говорит Ольга, — вот и старалась вносить свой вклад, покупать продукты. Еще я почти каждый день убиралась». Но Антон был недоволен: он часто напоминал Ольге, что она зарабатывает меньше, чем он, и предлагал ей начать работать по семь дней в неделю.

Вскоре начались и другие сложности. «Когда мы только познакомились, Антон постоянно говорил мне, какая я красивая, — вспоминает Ольга. — А теперь начал намекать, что мне нужно немного похудеть. Мы гуляли с его друзьями, и девчонки говорили: "Оля такая худенькая, ты что, ее не кормишь?". А он отвечал: "Да нет, ей бы еще пару кило сбросить"».

Ольга рассказывает, что с детства переживала из-за фигуры. «Раньше я была очень худой, — говорит она. — В школе смеялись, говорили, что я выгляжу как "из Освенцима". Я мечтала, чтобы у меня появились "женственные" формы». В 18 лет гинеколог прописал Ольге противозачаточные препараты из-за проблем со здоровьем. Она слегка набрала вес, и теперь уже, наоборот, почувствовала себя «слишком большой». «Однажды моя подруга посмотрела на меня в шортах и сказала: "Ты такая толстая!" — рассказывает Ольга. — Знакомые акцентировали внимание на том, что я поправилась, шутили. Мне казалось, что я выгляжу ужасно, я судорожно пыталась похудеть, сидела на диетах». Когда проблемы со здоровьем закончились, прежний вес вернулся сам собой. Но Ольга по-прежнему чувствовала себя неуверенно. Когда Антон говорил, что ей нужно похудеть, ей казалось, что с ее фигурой на самом деле что-то не так.

«Когда мы познакомились, я весила 57 кг при росте 173 см, — говорит она. — Пока мы были вместе, я постоянно сидела на диетах. Мы часто ссорились, и тогда я переставала есть вообще — просто кусок в горло не лез. Я могла съесть за день одно печенье "Юбилейное". Я много курила, это отбивало чувство голода. У меня кружилась голова, была слабость. При этом я набирала себе побольше смен на работе. После ссор мы могли не разговаривать неделями, и мне просто не хотелось находиться дома в этом молчании».

В такие периоды вес Ольги снижался до 50 кг. Потом они с Антоном мирились. Ольга пыталась рассказать ему, что ей было очень грустно, когда они не разговаривали. Он отвечал: «Зато смотри, как ты похудела». Ей и самой нравилось подходить к зеркалу и видеть, что она стала болезненно худой. «Мне казалось, что Антона привлекает "героиновый шик", — говорит Ольга. — Он скидывал мне фотографии девушек из интернета и своих знакомых, говорил: "Смотри, какая красивая"». Ольге хотелось стать похожей на них. Если ей казалось, что она съела слишком много, она могла подолгу лежать в ванне, плакать, рассматривать свои бедра и живот. «Мне казалось, что я огромная», — говорит она.

По словам Ольги, Антон и сам постоянно пытался похудеть. Следил, чтобы она не готовила калорийную еду, часто спрашивал: «Я толстый?». Он рассказывал, что в 18 лет был «полноватый, с большими щеками». Потом «взял себя в руки и похудел», но продолжал постоянно волноваться, не торчит ли у него живот. «У него была обычная фигура, — говорит Ольга. — Не сказать, чтобы очень стройный. Я так похудела, что рядом с ним была похожа на богомола. При этом он иногда хватал меня за живот и говорил: "Что это?"». Ольга вспоминает, что у нее был «впалый живот и руки как нитки». Иногда она осознавала, что зашла слишком далеко в своем желании похудеть. «Однажды я увидела себя на фотографии и подумала, что выгляжу неестественно, мне показалось, что я похожа на тощего гремлина», — говорит она. Но потом эти мысли исчезали, и она вновь начинала ругать себя за то, что она «толстая».

По словам Ольги, Антон предлагал ей не только похудеть, но и «улучшить» внешность другими способами. Например, спрашивал, не хочет ли она «накачать жопу». «Еще он говорил, что не привык к девушкам с маленькой грудью, — говорит Ольга. — Мол, у всех, с кем он встречался раньше, был большой размер. Он хотел, чтобы и у меня был такой же. Я недоумевала: как он хочет, чтобы я похудела, но чтобы грудь при этом стала больше?». В ответ на это он советовал «взять кредит и сделать силиконовую грудь».

Ольга считает, что в те годы у нее были проблемы с самооценкой — из-за этого критика Антона так сильно на нее влияла. «У меня была небогатая семья, я комплексовала из-за того, что считала себя не очень талантливой, — вспоминает она. — Казалось, что он более взрослый, умный и успешный». Когда Ольга окончила университет, она устроилась работать в логистическую компанию, стала зарабатывать больше, чем в студенческие времена, а руководители часто ее хвалили. Она почувствовала себя увереннее и поняла: ей не нравится, что они с Антоном изначально были в неравных условиях. «Я всегда помнила, что живу не в своей квартире, — говорит она. — Несколько раз Антон выгонял меня из дома. Подруга дала мне ключи от квартиры, где раньше жила ее бабушка, и я ночевала там, на матрасе, который вечно сдувался. Это была квартира в бараке, там не было не то что интернета, но даже воды в туалете». Ольга подумала: может быть, если они переедут в новый город и оба начнут все с нуля, у них получится построить равноправные отношения. Антон давно уже предлагал уехать в Москву, и она решилась.

После переезда ее карьера пошла в гору. Теперь она зарабатывала больше Антона, и ему это не нравилось. «Он просил у меня денег на ремонт машины, я покупала ему футболки в подарок, — говорит она. — При этом он постоянно критиковал меня, когда я покупала что-то себе на собственные деньги. Говорил, что я стала "крутая москвичка" и покупаю себе слишком дорогое мыло».

Он продолжал критиковать ее фигуру, часто предлагал сесть на диету и «качать попу». «Как-то мы ездили в гости к его бабушке, и она удивилась, что я такая худая, — говорит Ольга. — Он сказал: "Все правильно, так и надо"». Ольга заметила, что больше не хочет проводить с ним время — по дороге с работы ходит кругами, чтобы подольше не возвращаться в квартиру. В конце концов, через пять лет отношений, она решила с ним расстаться — надоели постоянные упреки и оскорбления.

«Странно: пока мы были вместе, при любом стрессе я переставала есть, — говорит Ольга. — Аппетит пропадал. Но когда мы разъехались, я тоже нервничала, мне было трудно в чужом городе без друзей. Но ела я почему-то нормально». Сейчас Ольге 30 лет, она по-прежнему живет в Москве. С тех пор, как отношения с Антоном закончились, Ольга немного набрала вес. Она также заметила, что молодые люди постоянно обращают на нее внимание, делают комплименты. «Сейчас я встречаюсь с парнем, который все время говорит, что я выгляжу прекрасно и мне не надо ничего в себе менять, — говорит она. — И все-таки иногда я открываю фотографии худеньких девочек, которых мне ставил в пример Антон, и начинаю думать о диете. У меня вечно такое ощущение, как будто я должна худеть».

Ольга рассуждает: с самого детства ей сначала говорили, что она слишком худая, потом — что она толстая и нужно похудеть. «У меня сформировалось представление, как будто фигура — это очень важно, — говорит она. — Как будто она может быть "хорошей" и "плохой" и нужно постоянно что-то делать, чтобы ее поменять».

Не хуже, чем машина

Как считают психологи, с детства каждый человек начинает усваивать определенные модели поведения и и социальные установки, которые считаются «нормальными» для его гендерной роли. Девочкам часто говорят, что нужно быть аккуратными и следить за внешностью. Мальчиков учат, что нужно быть сильными и смелыми. Это называется гендерной социализацией. «В наше время женская гендерная социализация на постсоветском пространстве предписывает женщине довольно высокий уровень объектности, — говорит Мария Новикова, психолог и специалист клиники Mental Health Center. — Это значит, что она должна быть удобной, должна соответствовать заданным стандартам. Некоторые люди рассуждают примерно так: "Ты моя женщина, значит, ты должна быть не хуже, чем моя машина"». Чтобы быть «хорошей», нужно соответствовать определенным критериям.

Стандарты женской красоты во все времена были разными. Сегодня, по словам Новиковой, они нереалистичны. Кинематограф и пресса транслируют образ худого спортивного тела без растяжек и складок. «Американская культура сейчас стала декларировать diversity — многообразие и толерантность, — говорит психолог. — Но по-прежнему любая главная героиня фильма — как правило, стройная белая девушка. Именно она привлекает героев-мужчин, вокруг нее строится главная любовная линия. У нее может быть подружка, которая не вписывается в стандарты красоты. Но это скорее комедийная героиня, а не покорительница сердец».

Из-за того, какие стандарты красоты транслирует культура, в обществе складывается ложное убеждение, будто бы каждая женщина может выглядеть так же, как стройные героини фильмов. «Этот нереалистичный образ начинает восприниматься как норма, — говорит Новикова. — Хотя для большинства женщин он просто физиологически недостижим». В обществе, где женщина воспринимается как объект, соответствие такому нереалистичному стандарту многие начинают воспринимать как обязанность.

Стандарты красоты могут стать рычагом давления в отношениях, где есть эмоциональное насилие. «Такие отношения построены на власти одного человека над другим», — говорит Новикова. Тот, кто хочет обладать властью, может использовать в своих интересах требования, которые общество предъявляет к людям определенного гендера — в данном случае требования к женщине «быть стройной и подтянутой». «Это популярный инструмент абьюза, — объясняет психолог. — Не нужно бить партнера, не нужно ему что-то запрещать. Достаточно просто сказать девушке, что она толстая. Или пригрозить: "Не буду тебя любить, если ты поправишься". Это — способ получить контроль над человеком». Самое сложное в такой ситуации для жертвы — заметить, что ей манипулируют. «Человеческая психика адаптивна, — говорит психолог. — Нам, как правило, не хочется верить, что нас заставили что-то делать. Человек склонен до последнего верить, что он "сам так хотел", это происходит автоматически. Нужен очень высокий уровень рефлексии, чтобы распознать и осознать психологическое насилие самостоятельно».

Постоянные диеты, вина за съеденное, искаженный образ собственного тела — все это может привести к расстройствам пищевого поведения. Это может быть анорексия, булимия, компульсивное переедание и другие расстройства. В России нет точной статистики, сколько человек страдают от тех или иных РПП, но точно известно, что каждые 62 минуты один человек в мире умирает от РПП, а у половины людей, страдающих РПП, диагностируют разные виды депрессии. «Если у человека РПП ограничительного типа — например, анорексия, — у него может снизиться самооценка. Энергетический ресурс истощается, не хватает энергии для радости и активной деятельности, — говорит Новикова. — Могут начаться соматические нарушения: проблемы с ЖКТ, нарушения перистальтики кишечника, проблемы со сном и актуализация хронических заболеваний».

По словам психолога, часто в такой ситуации люди обращаются к психологам и психиатрам в последнюю очередь. Пациенты могут долго ходить по врачам и пытаться выяснить, отчего у них болит желудок или выпадают волосы, и не связывать это со своим пищевым поведением.

Например, Катерина Мироненко их Хабаровска рассказывает, что пять лет назад села на жесткую диету. Когда у нее начались резкие боли в животе, она сначала пыталась пить обезболивающие. Потом обратилась к гастроэнтерологу. И только когда врач узнал про ее «похудение» и предложил лечь в психиатрическую клинику, поняла, что ей не стоило жестко ограничивать себя в питании.

«Осталось только похудеть»

Катерине Мироненко 27 лет. По ее словам, она решила «худеть», потому что устала от замечаний и упреков молодого человека, с которым тогда встречалась — он говорил ей, что она «слишком много ест».

«Мы начали встречаться, когда мне было около двадцати, — вспоминает Катерина. — Он сам тогда был очень крупным, его вес доходил до 142 кг. Из-за этого он плохо себя чувствовал, у него была одышка». Врач посоветовал Игорю (имя изменено) сбросить вес. Он исключил из рациона сахар, стал ограничивать себя в еде и заниматься дома с гантелями. «Я на него не давила, меня вообще не беспокоила его фигура, — говорит Катерина. — Для меня важно было только то, какой он человек. За полгода он похудел на 45 кг, стал стройным и накачанным. А я, наоборот, слегка поправилась. И тогда он стал попрекать меня каждым пельмешком». Катерине запомнилось, как Игорь говорил ей: «Посмотри на меня и посмотри на себя, ты вроде как девушка, а выглядишь гораздо хуже». Когда он ужинал шпинатом, а она — жареной картошкой, упрекал: «Ты себя не контролируешь, все в рот несешь». Периодически он пытался ограничивать ее порции: взвешивал их на весах, отмерял порции по пять-шесть пельменей. Когда Катерина ела то, что он не считал полезным, говорил: «Это все у тебя вылезет на весах», или спрашивал: «Ты в штаны потом влезешь?».

Так продолжалось несколько месяцев. «Сначала я не обращала внимания, я не переживала из-за фигуры, — говорит Катерина. — Но если человеку 99 раз сказать, что он свинья, на сотый раз он захрюкает». Она стала стесняться своей фигуры, начала носить балахоны. Перестала наряжаться и краситься, потому что не хотела привлекать к себе внимание. «Игорь говорил, что девушка должна быть маленькой и хрупкой, — говорит Катерина. — Что, мол, с ростом мне повезло, осталось только похудеть». Он настаивал на том, чтобы Катерина начала заниматься спортом. Она предложила вместе пойти в спортзал, но Игорь ответил: «Тебе не стремно будет идти жиром трясти? Сначала похудей, а потом пойдем». Тогда она стала заниматься йогой дома. Он будил ее в восемь утра и контролировал, чтобы она не пропускала занятия.

Однажды вечером она купила пачку чипсов, и Игорь в очередной раз начал критиковать ее пищевые привычки. «Я сказала: "Если захочу, похудею так, как тебе и не снилось", — вспоминает Катерина. — Он ответил: "Ну давай, попробуй"». После этого, по ее словам, она около месяца питалась огурцами, капустой и запаренной гречкой без соли. Изначально Катерина весила 80 кг при росте 160 см. За месяц на капусте и огурцах вес уменьшился на шесть кг, и этот результат ее очень вдохновил. Катерина решила попробовать голодание, чтобы худеть еще быстрее.

«Я пила очень много воды, чтобы заглушать голод, — говорит она. — Думала, поэкспериментирую пару дней, а потом снова начну есть. Но я чувствовала себя хорошо и бодро. К тому же, я читала, что один день голодовки — это сразу минус килограмм. Так что я не ела целую неделю». На восьмой день, по словам Катерины, она «сорвалась»: в гостях у бабушки «съела все, что можно». «На следующий день после этого срыва я возобновила голодовку, — говорит она. — А еще через пару дней начались ужасные боли в области желудка и кишечника». Обезболивающие не помогали — по ее словам, она не могла «ни встать, ни сесть» из-за боли. Через несколько дней Катерина обратилась к гастроэнтерологу, и ей поставили диагноз: хронический панкреатит. Выяснилось, что кроме этого у нее начались проблемы с печенью и почками. «Врач узнала о моей диете и предложила на месяц лечь в психиатрическую клинику, — рассказывает Катерина. — Она хотела исключить нервную анорексию. Но я не решилась на лечение».

Врач прописала Катерине лечебную диету — вареные и тушеные овощи, супы, нежирное мясо. Она стала следовать предписаниям. Игорь говорил: «Когда вылечишься, можно продолжить худеть уже более осознанно, есть же "правильное", лечебное голодание». Но Катерина твердо решила: больше никаких жестких ограничений и голодовок.

Сейчас Катрина вспоминает: Игорь старался контролировать не только ее рацион. «Он вообще часто пытался указывать, как мне одеваться, какие книги читать, — говорит она. — Я тогда этого не замечала. Мы были очень молоды, когда начали встречаться». Но, по ее словам, она не считает своего бывшего молодого человека тираном и не винит его в том, что сорвала себе здоровье диетами. «Он же не пристегивал меня к батарее, — говорит она. — Не морил голодом. Я сама довела себя до такого состояния. Не хочу полностью перекладывать на него вину». По ее словам, с возрастом у Игоря прошло желание все контролировать. Он перестал критиковать ее привычки и даже извинился за то, что все время намекал ей, что нужно похудеть.

«После той истории я еще какое-то время чувствовала вину, когда ела, — вспоминает Катерина. — Иногда снова думала сесть на жесткую диету. Но старалась гнать от себя эти мысли, говорила себе, что здоровье важнее всего». По ее словам, повзрослев, она стала меньше прислушиваться к чужой критике и научилась относиться с любовью к себе и своему телу.

«С Игорем мы в итоге расстались, — говорит она. — Но не из-за похудения. Просто стало ясно, что у нас разные цели и приоритеты, нам оказалось не по пути. Сейчас я замужем, и супруг никогда не критикует мою внешность».

«Толстых никто не любит»

Внешний вид и фигура могут стать рычагом давления не только в романтических отношениях. Часто люди с самого детства начинают сталкиваться с критикой своего тела со стороны родителей. Одних детей ограничивают в еде, других — наоборот — заставляют есть даже тогда, когда им не хочется. «Часто людям кажется, что дети питаются хаотично: сегодня едят только макароны с сосисками, завтра — не едят вообще ничего, — говорит психолог Мария Новикова. — На самом деле это нормально. Человек, не страдающий от нарушений пищевого поведения, сам чувствует, когда и что ему нужно есть, если не запихивать в него еду насильно». Но, как объясняет Новикова, если сажать ребенка на диету или закармливать, когда он не голоден, эта естественная настройка может сбиться. Человек теряет связь с собственным телом, он перестает прислушиваться к себе и доверять своим ощущениям. «Если у человека есть детский опыт пищевого насилия, он с большей вероятностью может позже оказаться в абьюзивных отношениях, — говорит психолог. — Если человек привык ориентироваться на внешние сигналы и не доверять себе, он проще поддается манипуляциям».

Анастасии Якименко (имя изменено по просьбе героини) 20 лет, она живет в небольшом украинском городе. Анастасия рассказывает, что с самого детства родители говорили ей, что нужно «меньше есть». «У меня есть брат, мы двойняшки, — рассказывает она. — У нас обоих всегда был хороший аппетит, и когда мы приходили в гости, мама с папой нас упрекали за столом, при всех. Мама говорила: "Не ешьте столько", все вокруг начинали над нами шутить. У меня краснели щеки, хотелось поскорее уйти домой». По словам Анастасии, они с братом оба были «пухленькими детьми». Папа говорил, что для мальчика это «еще не страшно», а вот «девочке нужно быть худой». Отец «помогал» Анастасии худеть: во время летних каникул будил ее рано утром с криком: «Рота подъем! Идем на пробежку». «Он говорил нам с братом, чтобы мы записывали все, что съели за день, — рассказывает она. — А потом комментировал эти списки. Мне было обидно не только за себя, но и за брата. Папа мог при других детях сказать ему: "Какой ты кабан!"».

Отец рассказывал Анастасии, что в детстве и сам однажды серьезно заболел и из-за этого сильно набрал в весе. Но потом стал заниматься баскетболом, вытянулся и похудел. «С тех пор он постоянно занимается спортом, — говорит Анастасия. — Он очень гордится собой и не переносит полных людей. Смотрит на них и говорит: "Как хорошо, что я не такой».

В детстве Анастасия не понимала, почему родители хотят, чтобы она похудела, и сопротивлялась их давлению. Но в 13 лет она и сама начала думать, что выглядит «плохо», и стала сидеть на жестких диетах. « Я тогда весила 79 кг, и это правда немало, — говорит она. — К пятнадцати годам я похудела на 20 кило, но мне все еще казалось, что я толстая. Да и папа говорил, что прогресс есть, но нужно сбросить еще». Анастасия придерживалась «правильного питания» и каждое утро выходила на полуторачасовые пробежки — теперь уже сама, без отца. В подростковом возрасте у нее начались гинекологические проблемы, сбился менструальный цикл. Врач сказала, что это может быть связано с диетами — из-за нехватки нужных элементов во время формирования организма начался гормональный сбой. Ей прописали гормональные препараты, и за полгода вес увеличился на 30 килограммов.

«Пока я была "худая", мама хвалила меня, говорила, что я "похорошела", — вспоминает Анастасия. — Папа тоже говорил, что я молодец. Когда в 17 лет я снова набрала вес, у нас начались скандалы. Родители кричали: "Что ты с собой сделала?". Мама говорила, что меня никто не возьмет замуж, потому что все любят худеньких».

Анастасия рассказывает, что, стоило ей прийти на кухню, родители начинали на нее кричать. Она перестала есть вместе с ними — стала закрываться в своей комнате. Заметив, что набирает килограммы, она перестала общаться со старыми друзьями. «Я ездила в университет в соседний город, — говорит она. — А со своими старыми приятелями из родного города не виделась почти полтора года. Я боялась показаться им на глаза, боялась увидеть на их лицах удивление». После пар в университете Анастасия отправлялась в спортзал и занималась по несколько часов. Она надеялась, что похудеет и тогда снова сможет общаться с друзьями. «Я была очень подавлена и никому ничего не рассказывала, — говорит она. — Но моя университетская подруга заметила, что со мной что-то происходит. Она долго расспрашивала меня, и в конце концов я не выдержала и обо всем ей рассказала. Она стала поддерживать меня, каждый день говорила, что я красивая и хорошая, что мой вес меня не портит».

Анастасия увидела, что близкой подруге не важно, какая у нее фигура. Постепенно ей стало спокойнее, она начала снова выходить на улицу. «Мне казалось, я потеряю репутацию среди друзей из-за того, что потолстела, — вспоминает она. — Казалось, что родители не любят меня из-за того, что я толстая. А значит, толстые люди никому не нужны». Но друзья ничего не сказали ей об изменениях во внешности — она поняла, что их отношение к ней не изменилось.

«Сейчас я чувствую себя хорошо, — говорит она. — Я стараюсь заниматься спортом и питаться сбалансированно. Да, я все еще полненькая. Но чувствую себя уверенно. Мне нравится модно одеваться и краситься». Анастасия рассказывает: когда она подходит к зеркалу и делает макияж, мама злится. Говорит: «Чему ты радуешься? Ты на себя смотрела?». «Мне кажется, маме не нравится ее собственная внешность, — предполагает Анастасия. — Поэтому ее раздражает, что мне нравится моя». Летом, когда у Анастасии появился молодой человек, мама предложила ей: «Худей побыстрее, чтобы ему с тобой было не стыдно». Отец Анастасии тоже продолжает критиковать ее внешность. Недавно во время ссоры он предложил платить ей по две тысячи гривен (около 5,5 тысячи рублей. — Прим. «Холода») за каждые сброшенные 10 кило. «Мне до сих пор обидно из-за этого, — говорит Анастасия. — Но теперь я говорю родителям, что это мое дело, как я питаюсь. Мне хочется быть здоровой и хочется привести себя в форму. Но для себя, а не для них».

«Женщины любят сладкое»

Чаще всего, когда женщины сталкиваются с критикой своей фигуры и веса, речь идет о том, что нужно «похудеть». Но бывает и наоборот — людям с астеническим телосложением говорят, что они «слишком худые», что у них «кожа да кости» и им надо больше есть. «Все зависит от того, какие стандарты есть в обществе или в данной семье или группе людей, — говорит психолог Мария Новикова. — Бывает так, что девушка выросла в семье, где ее закармливали и говорили, что надо набирать вес, а потом она встречает молодого человека, который усвоил другую "норму" и хочет вступать в отношения только с "худыми" девушками». Бывает и наоборот — если партнеру нравятся женщины «с формами», он начинает давить на женщину, даже если ей самой комфортно в ее обычном весе. «Важно помнить: любые требования изменить пищевое поведение — это не "забота о здоровье", — объясняет Новикова. — Это вообще не связано с едой. Это вопрос власти одного человека над другим».

С такой ситуацией столкнулась Ксения Жданова (имя изменено по просьбе героини) из Казани. «Я вышла замуж в 18 лет, — рассказывает она. — Обычная история: начала встречаться с парнем из университета, забеременела. Мы оба были рады ребенку и решили пожениться». До свадьбы Ксения и ее муж не жили вместе, она не была близко знакома с его семьей. Через пару недель замужества она поняла, что ей кажутся странными и непривычными пищевые привычки его родных.

«У меня дома никогда не было культа еды, — говорит Ксения. — Я всегда ела, когда голодная. Пища для меня была источником энергии. Оказалось, что в семье мужа еда — часть обязательного ритуала». Теперь каждую неделю Ксения участвовала в семейных застольях: на тарелках были пироги, манты, эчпочмаки. Ксении постоянно подкладывали еду, говорили, что ей нужно больше есть, потому что она «очень худая». «Первое время мы жили с его мамой, — вспоминает Ксения. — И она чуть ли не насильно заставляла меня есть овсянку, хотя я ее терпеть не могу. Но она говорила, что это полезно для желудка, и не оставляла меня в покое». Когда Ксения просила не насыпать ей сахар в чай, его все равно насыпали тайком, а супруг приносил домой сладости, чтобы съесть после ужина, и обижался, если она от них отказывалась. Говорил: «Но ведь женщины любят сладкое!».

«Еще хуже стало, когда я родила ребенка, — говорит Ксения. — Беременность не повлияла на мою фигуру, я осталась стройной. Просто такая конституция. И тут выяснилось, что мужу нравятся "женщины в теле" и он надеялся, что я стану "больше". Он говорил, что я не женственная, выгляжу, как подросток. А как еще нужно выглядеть в 18 лет?».

Когда дома Ксения ходила в шортах, супруг и его родные говорили, что у нее «ножки-спички», называли «дохлятиной» и «худобзей». Ей дарили одежду, которая ей велика, и говорили: «Поправишься — будешь носить». «Муж часто говорил о моей фигуре с отвращением, — вспоминает она. — Я и сама начала чувствовать себя уродливой. Перестала носить короткие вещи, надевала балахоны и свитера, чтобы казаться хоть немного крупнее». Ксения старалась есть больше и даже ставила себе будильник, чтобы не забыть про еду. Она заставляла себя есть, даже когда не чувствовала себя голодной. На семейных застольях через силу ела плов и эчпочмаки, чтобы не выслушивать комментариев родственников. «Однажды на ужине с родственниками я так объелась, что через пару часов меня начало тошнить, — говорит она. — От жирной пищи и переедания у меня постоянно была изжога». Муж считал, что Ксения не хочет много есть, потому что «сидит на диетах», хотя она много раз объясняла, что, когда переедает, чувствует себя вялой и слабой.

«Ребенка тоже постоянно пытались накормить, — говорит она. — У него был диатез, и ему нельзя было есть сладости. Я просила не угощать его, но родственники исподтишка подслащивали его еду. От этого у него краснели щеки и руки».

Ксения чувствовала себя обманутой. Она думала, что вышла замуж за человека, который любит ее такой, какая она есть. Но теперь ей стало ясно, что он не готов принять ее внешность и привычки. «Сначала я думала, это со мной что-то не так, — говорит Ксения. — Но потом поделилась своими переживаниями с мамой. Она медик, и я доверяю ее мнению по поводу здоровья». Мама сказала Ксении, что ее вес в норме и что ей не надо слушать, что говорят другие, и «толстеть» против воли. Тогда Ксения стала спрашивать у знакомых, не кажется ли им, что она слишком худая. Все как один говорили, что все в порядке. «И тут я стала понимать, что проблема — не в моей фигуре, а в наших отношениях с мужем», — говорит она.

Пытаясь разобраться, в чем проблема, она стала читать статьи по психологии, подписалась на феминистические паблики, узнала про бодипозитив. «Через полтора года брака я осознала, что муж и его семья постоянно пытаются меня контролировать, — говорит она. — Я предложила супругу вместе пойти к психологу, но он отказался. Ему казалось, что у него нет проблем». После двух лет брака Ксения решила развестись. Муж пытался удержать ее, но так и не смог признать, что мог быть в чем-то не прав. «Он говорил: "Погуляла и хватит, пора домой", — вспоминает она. — Не предлагал ничего менять, решать проблемы».

После развода Ксения долго еще стеснялась надевать короткую юбку и ходить на пляж в купальнике. Казалось, что все вокруг будут смотреть на нее и осуждать ее «худобу». «Но постепенно я поняла, что всем все равно, никому не интересно меня разглядывать», — говорит она. Сейчас Ксения продолжает питаться так, как ей хочется, и больше не задумывается о том, что выглядит «неправильно». Ее сын иногда ездит на каникулы к бабушке — бывшей свекрови Ксении. Там его продолжают угощать жирным пловом и эчпочмаками. «Он приезжает немного округлившийся, — говорит она. — И шутит над тем, что бабушка его постоянно кормит».

Клинический психолог Юлия Лапина объясняет: не важно, заставляют ли женщину «худеть» или «толстеть». Большой разницы нет. Основная проблема — в том, что в таких ситуациях женщина становится не субъектом, а объектом. «Если в обществе женщина становится вещью, она должна содержать себя в определенном виде, чтобы поднимать статус партнера или оправдывать его инвестиции, — говорит психолог. — В отношениях, где есть партнерство и равноправие, женщина не считает внешность своим единственным и главным ресурсом. Партнера интересуют в ней другие качества». Это не значит, что в равноправных отношениях нельзя обсуждать изменения во внешности жены или мужа. Но в таких отношениях, объясняет Лапина, проблемы можно обсудить без манипуляций и давления и выяснить, что произошло и почему партнера это беспокоит.

По словам Лапиной, тело и фигура часто могут стать поводом для конфликта в отношениях. Как правило, в таких случаях причины разногласий лежат глубже, и у каждой пары они свои. «Например, кто-то воспринимает брак и отношения как инстаграм-проект», — говорит Лапина. В таком случае тело партнера — это маркер социального статуса. «Правильная» фигура ассоциируется с успехом и богатством. Человек волнуется, «что скажут люди», если его партнер выглядит «неправильно». И, вступая в отношения, он как бы подписывает негласный договор и начинает злиться, когда вторая сторона этот договор нарушает.

Другой случай — когда человек с помощью микроагрессии сбрасывает напряжение и выплескивает раздражение. «Раздражение копится в любых отношениях, — говорит Лапина. — Проще перенести его на тело, чем обсуждать другие причины, которые труднее сформулировать». Бывает также, что при взгляде на тело партнера у другого человека просыпаются собственные тревоги: например, его недовольство собственным телом. «Встречаются и клинические случаи, — говорит Лапина. — Например, "дисморфофобическое расстройство по поводу внешности другого человека", body dysmorphic disorder by proxy». В таком случае человек становится зациклен на физических недостатках другого. Ему кажется, что с телом этого человека что-то не так и это надо срочно исправить». Такое расстройство можно сравнить с фобией — причина тут не во внешности партнера, а в том, что для конкретного человека что-то становится фобическим стимулом.

Случается и такое, что определенная форма тела становится для человека сексуальным фетишем. Это может быть тип фигуры, размер груди или, например, возраст. В некоторых парах партнеры могут свободно обсудить свои сексуальные пристрастия и найти решения: развод, открытые отношения или просто принятие ситуации. В других случаях это может стать проблемой, и человек может начать винить себя и свое тело в том, что оно не привлекает партнера.

«Что тебе мешает похудеть?»

Лиане Винокуровой 18 лет, она живет в Якутске. Еще в школе она начала переживать из-за своей фигуры. До 14 лет она занималась легкой атлетикой и чирлидингом, а потом из-за травмы бросила спорт и немного прибавила в весе. «Моя мама всегда была склонна к полноте и после родов она резко набрала вес, — рассказывает Лиана. — Но потом похудела с размера XL до XS. Она стала выглядеть очень миниатюрной по сравнению со мной». Мама говорила Лиане: «Я женщина рожавшая, и у меня получилось похудеть. А ты молодая, ты легко можешь это сделать».

Лиана занимается организацией праздников и молодежных вечеринок. Она рассказывает, что год назад на одном из проектов познакомилась с молодым человеком, который ей понравился. «Мы много общались во время работы, сблизились, — говорит она. — Я знала, что у него много подруг, постоянно меняются девушки. У него была репутация "ветреного" парня. Но я все равно начала с ним встречаться: подумала, вдруг что-то изменится».

Сначала Костя (имя изменено) казался ей очень заботливым. Каждый вечер он спрашивал, что она хочет на ужин, и заказывал еду. Часто это была пицца, бургеры или роллы. «Я начала набирать в весе. Когда я прибавляю, у меня первым делом увеличиваются грудь и попа, — говорит Лиана. — Он говорил, что ему это нравится. Подкладывал мне побольше еды и называл меня "Мое золото"». Костя говорил Лиане, что ее «фигура становится лучше и лучше». «Мне это нравилось, — говорит она. — Раньше я постоянно сидела на диетах. А теперь мне казалось, что я встретила человека, которому я нравлюсь такой, какая я есть».

Через пару месяцев у Лианы и Кости начались бытовые конфликты, они стали часто ссориться из-за мелочей. Костя не хотел убираться и говорил, что этим «должна заниматься девушка». Лиана не понимала, что происходит — ей казалось, ничто не предвещало проблем. «Я подумала: вдруг у него есть кто-то еще? — рассказывает она. — В итоге не сдержалась и залезла в его телефон. Оказалось, я была права — он изменял мне с моей же подругой».

Она решила ничего не говорить Косте — ей казалось, если она улучшит что-то в себе, будет доброй и понимающей, молодой человек образумится. «Но однажды на вечеринке я много выпила и уехала ночевать к сестре, — рассказывает она. — И Костя вдруг заявил, что это я ему изменяю. Да еще и с собственной сестрой. Это звучало абсолютно дико, я подумала, что он не в себе. Конечно, после этого мы расстались».

Через несколько месяцев Лиана встретила Костю на мероприятии, которое проходило за городом. В тот вечер они оба выпили, и Костя сказал, что ему надо с ней поговорить. «Мы отошли в лес, и он начал просить прощения за свое поведение, — говорит она. — Он говорил, что не хотел со мной расставаться, и сестра тут ни при чем, просто у него были свои причины. Я на тот момент уже не хотела с ним встречаться, но мы решили, что останемся друзьями». Позже Лиана спросила, что же все-таки было причиной их расставания. По ее словам, он ответил: «У тебя фигура не очень, не возбуждает». Выяснилось, что, когда Лиана стала набирать вес, у нее не только выросла грудь, но и появился «жирочек на животе», и молодому человеку это не понравилось.

«Когда я это услышала, я почувствовала себя так, как будто наступил конец света, — говорит Лиана. — Я решила, что я жирная. Мне было так обидно: когда мы начали встречаться, я была маленькая, худенькая. А теперь казалось, что я превратилась в клушу. И ведь он сам меня кормил». Лиане окончательно перестала нравиться собственная внешность, несколько месяцев она была в подавленном состоянии и даже думала о самоубийстве. По ее словам, она обратилась к психиатру, и ей поставили диагноз «депрессивное расстройство» и прописали препараты.

«Мне стало лучше, — говорит она. — Но на этом проблемы не закончились. В начале этого года я начала встречаться уже с другим парнем. Я по-прежнему стеснялась своей фигуры, не показывалась ему голой при свете». Новый молодой человек говорил Лиане, что с ее телом все хорошо, и что ему важно, чтобы она сама чувствовала себя комфортно.

«Но потом он увидел мои старые фотографии и заговорил совсем по-другому, — вспоминает она. — Он спрашивал: "Ты же была такая худая, что тебе мешает снова похудеть?"». Эти отношения продлились около месяца. Новый молодой человек постоянно предлагал Лиане заняться спортом, предлагал разные диеты и даже «неделю посидеть на воде». Говорил: «Мы же договаривались, что ты начнешь худеть». «Я отвечала ему, что не буду морить себя голодом, что мне важнее мое здоровье, — говорит Лиана. — Тогда он сводил все к шутке, говорил, что я слишком серьезно воспринимаю его слова». Но потом он снова возвращался к этой теме. Однажды Лиана спросила напрямую: «Почему ты так хочешь, чтобы я похудела?». Он среагировал агрессивно, начал возмущаться: «Ты думаешь, мне приятно, что мне друзья говорят, что у меня девушка с лишним весом?».

«На этом мы и расстались, — говорит Лиана. — Я посоветовала ему искать себе куклу Барби. А потом узнала, что и он тоже тайно встречался с моей подругой — но уже с другой». С тех пор Лиана, по ее словам, «много думала, копалась в себе». Она решила, что за последние годы потратила слишком много сил и нервов на мужчин, которые не хотели принимать ее такой, какая она есть. «Я решила, что мне некуда спешить, — говорит она. — Я еще успею найти человека, который меня полюбит. А если не найду — буду одна. В этом нет ничего страшного».