«Чувствовала себя питомцем на поводке»

Как родители следят за детьми с помощью гаджетов

На рынке есть много устройств и мобильных приложений, которые позволяют родителям контролировать, чем занимаются их дети: какие сайты они посещают, куда ходят гулять. Некоторые программы даже позволяют прослушивать детские разговоры. В опросе, проведенном Исследовательским центром Пью, 48% родителей в США признаются, что хотя бы раз просматривали звонки и сообщения на мобильных телефонах своих детей. 39% процентов родителей пользовались специальными приложениями, чтобы следить за их интернет-активностью и ограничивать ее, а 16% использовали гаджеты, чтобы наблюдать за геолокацией ребенка. «Холод» рассказывает, как живут дети, за которыми постоянно следят их родные, и как приложения для слежки влияют на отношения внутри семьи.

Чтобы не пропускать главные материалы «Холода», подпишитесь на наш инстаграм и телеграм.

«Два года назад я стала бояться свою маму, — говорит Наталья (имя изменено по просьбе героини). — Целыми днями думала о том, что, возможно, прямо сейчас она следит за мной и слушает, что я говорю». Наталье 16 лет, до недавнего времени она жила в Нижневартовске. Она вспоминает: с самого детства мама пыталась контролировать, чем она занята, куда ходит и с кем общается. «Она забирала у меня мобильный телефон, — говорит Наталья. — Читала переписку, проверяла историю поисковых запросов в браузере, смотрела фото». Если маме не нравилось, какие слова ее дочь употребляет в сообщениях, она делала замечания. Изображения, которые казались ей неуместными, она могла удалить. Когда Наталья шла гулять с друзьями, мама часто звонила ей и писала смс, чтобы узнать, где она находится и не случилось ли с ней ничего плохого. Такая забота утомляла, но Наталья старалась относиться к этому с пониманием. «Мама просто всегда слишком сильно за меня переживала», — говорит она.

«Когда мне было 14 лет, мама установила мне на телефон приложение, которое могло за мной следить, — вспоминает девушка. — Она не спрашивала моего разрешения, просто загрузила программу». Оказалось, что с помощью приложения мать может круглосуточно отслеживать геопозицию Натальи и через динамик прослушивать, что происходит вокруг дочери — как она отвечает на уроках и о чем говорит с подругами.

«После уроков я шла прогуляться с друзьями, а мама начинала звонить и допрашивать: почему я не иду домой, с кем я пошла, куда, — вспоминает Наталья. — Мне постоянно было тревожно, я стала бояться вообще куда-либо ходить». Если в разговоре с друзьями Наталья употребляла слова, которые мама считала «плохими», дома ее ждал серьезный разговор. «Я стала прятать телефон поглубже в рюкзак или, наоборот, держать в руках и постоянно зажимать динамик пальцем, — говорит она. — Еще через приложение мама могла записывать мои телефонные разговоры и потом слушать. Это было так неприятно, что я перестала общаться с друзьями по телефону».

По словам Натальи, в семье начались постоянные конфликты. Она просила маму удалить приложение, убеждала, что «это ненормально». Мама отвечала, что все, что она делает, — на благо дочери. «Ко всему прочему, программа еще и работала со сбоями, — вспоминает Наталья. — Например, я пришла домой, звоню маме. А она не верит, что я дома, потому что ей приложение показывает мою геопозицию в другом месте. Оно могло посреди дня показать, что я куда-то ушла с уроков. Мама ругалась, а я говорила ей: “Позвони учителям, спроси, пусть они тебе подтвердят, что я никуда не ходила”».

Так продолжалось примерно полгода. Как рассказывает Наталья, у нее появилось ощущение, что за ней постоянно следят. Ей было неуютно даже дома — казалось, что она нигде не может побыть в одиночестве. «Я стала очень нервной, — вспоминает она. — Появились неприятные ощущения в области груди. Иногда я внезапно испытывала сильное чувство паники просто так».

Наталья больше не гуляла с друзьями после школы, не разговаривала по телефону. Примерно через полгода мать перестала так активно следить за жизнью дочери — стало ясно, что ничего необычного в ней не происходит. Постепенно она совсем забыла про приложение, и Наталья удалила его, ничего ей не сказав. Но даже теперь, несколько лет спустя, она по-прежнему не любит разговаривать по телефону или транслировать друзьям в мессенджерах свою геопозицию.

«Сейчас я уехала в другой город учиться, — говорит Наталья, — так что мама больше меня не контролирует, это стало бесполезно. Но, хотя история с приложением осталась в прошлом, мне кажется, отношения с мамой у нас уже не станут прежними. Я больше никогда не смогу доверять ей так, как раньше». По словам Натальи, ей больше не хочется быть честной с матерью. «Зачем говорить правду, если она все равно верит не мне, а приложению, которое делает ошибки?» — рассуждает она.

«Моя забота и твоя свобода»

Программа, которой пользовалась мать Натальи, называется «Где мои дети». Это российское приложение, которым на сегодняшний день пользуются уже в нескольких десятках стран. Оно насчитывает 1,2 млн активных пользователей по всему миру, а количество скачиваний в Google Play превысило 10 млн.

«Где мои дети» работает в связке с другим приложением — «Pingo». Первое устанавливается на родительский телефон, второе — на телефон ребенка. Приложения позволяют родителям видеть, где находится их ребенок, следить за уровнем заряда аккумулятора на его телефоне. С помощью приложения родитель может послать ребенку громкий сигнал, если у него отключен звук или он не слышит звонка. «Если у вашего ребенка Android, то вам будут доступны еще несколько интересных функций, — говорится на сайте приложения. — Запись разговоров ребенка по мобильному и запись звуков вокруг него, а также еженедельный отчет о времени в том или ином приложении на смартфоне». На устройствах Apple этих функций нет. Как поясняют в компании «Рефрэш», разработавшей приложение, «в смартфонах Apple функция недоступна, так как производитель запрещает управление своими девайсами с других устройств при помощи разработок сторонних компаний».

Уточнение После публикации текста из обзора приложений на сайте «Где мои дети» пропало утверждение, что в программе есть функция записи разговоров ребенка по мобильному (архивная копия). В самой компании-разработчике «Холоду» сообщили, что у них никогда не было возможности прослушивать телефонные разговоры, а публикация в блоге на сайте содержала ошибку. При этом в сентябре 2019 года техподдержка приложения утверждала, что «Включить прослушивание при звонке ребенка больше невозможно» (копия переписки в группе «ВКонтакте»). В компании «Холоду» сказали, что такой вариант прослушки стал результатом технической ошибки, которую «выявили и устранили». «Такой функционал не задумывался никогда и не будет поддерживаться в приложении», — заверили разработчики «Где мои дети».

По словам создателей, приложение должно помогать родителям, чьи маленькие дети самостоятельно ходят в школу или на прогулки. Создатель программы Вадих Гиниатулин уверен, что родители, которые знают, где находятся их дети, будут реже звонить им и спрашивать: «Ты где?». Он говорит, что, создавая приложение, позаботился и об интересах детей — программа устроена так, что ее нельзя установить на телефон ребенка без его ведома. «Вы должны поговорить со своим ребенком и сказать: это не тотальный контроль и не диктатура, а моя забота и твоя свобода, — говорит предприниматель. — У меня будет больше информации, и я буду меньше беспокоиться, реже тебе звонить и отпускать тебя гулять подольше. Чем меньше волнений, тем меньше ограничений».

В материалах на сайте приложения «Где мои дети» говорится о том, что установка программы должна быть добровольной. Авторы утверждают, что «в России, например, уже более 700 тысяч детей дали свое согласие на установку приложения “Pingo”».

Родителям советуют не использовать прослушку и запись разговоров, если детям больше 12 лет. Авторы материалов подчеркивают, что эти функции нужны для экстренных ситуаций, когда ребенку может угрожать серьезная опасность, а не для того, чтобы постоянно следить за ним. Родителям предлагают обсуждать с детьми, какие функции приложения они хотят включить, а какие — выключить. «Прослушка — основной камень преткновения в попытках родителей договориться с детьми об установке приложения. Если ребенок категорически против этой функции — не настаивайте. Лучше предложите ему вместе с вами отключить функцию прослушивания в настройках», — говорится на сайте.

Но на практике многие родители используют приложение совсем по-другому.

«Когда мне было 12 лет, родители увидели на YouTube рекламу приложения “Где мои дети” и решили установить его, — говорит Оксана (имя изменено) из Москвы. — Они сказали, что это для безопасности, и я согласилась. Но родители не сказали мне, что через него можно прослушивать разговоры».

Оксана рассказывает: однажды она возвращалась из школы вместе с подругами. По дороге они обсуждали уроки и учителей. «Я редко использую матерные слова, но в тот раз не сдержалась и пару раз выругалась, — говорит Оксана. — И тут мне пришло сообщение от мамы: она предупреждала, что дома собирается серьезно со мной поговорить».

Оказалось, что мама слышала весь разговор. «У меня забрали мобильный телефон, — говорит Оксана. — Прочитали все переписки, удалили аккаунты в соцсетях. Мама долго говорила мне, что ругаться матом очень нехорошо, и на пять месяцев забрала смартфон». Когда срок наказания истек и родители вернули Оксане телефон, они продолжили следить за ее перемещениями и прослушивать разговоры. Из-за этого в семье часто происходили ссоры. Оксана говорит, что теперь ей было трудно общаться с друзьями так же свободно, как раньше. Она всегда думала о том, что ее могут прослушивать. Из-за этого она стала чувствовать себя лишней в компаниях. По ее словам, она «потеряла связь с друзьями», ей было одиноко.

Полтора года назад Оксана заметила, что чувствует себя странно. Она говорит, что стала часто испытывать беспричинную тревогу, у нее появились навязчивые мысли. «Я стала очень требовательна к себе, — вспоминает она. — Стала как будто озабочена порядком вокруг меня, постоянно расставляла и раскладывала все по местам». Во время планового медосмотра психиатр сказал, что у Оксаны ОКР — обсессивно-компульсивное расстройство, при котором у человека появляются навязчивые мысли или действия. Многие специалисты считают, что люди, испытывающие сильную тревогу или страдающие от депрессии, находятся в группе риска развития ОКР. Чаще всего это расстройство впервые проявляется, когда человек переживает сильный стресс и тяжелые события.

«Я занималась с психологом, — говорит Оксана. — Мы разбирали специальные техники для снижения тревоги. Сейчас я чувствую себя намного лучше, мое расстройство уже не доставляет мне серьезных сложностей. Хотя сначала, когда симптомы только появились, было тяжело».

Родители Оксаны, поговорив с психиатром, решили, что психологические трудности у дочери появились из-за большой учебной нагрузки и дополнительных занятий. «Я и правда много учусь, — говорит она. — Но мне кажется, что приложение с прослушкой тоже повлияло на мое состояние. У кого угодно начнется расстройство, если за ним будут следить».

Сейчас Оксане 14 лет. Приложение «Где мои дети» все еще установлено на ее смартфоне. Но со временем родители перестали ее прослушивать. «Я домоседка, — говорит она. — Не так уж часто куда-то хожу. Так что там особенно нечего слушать». Родители продолжают проверять, какими приложениями пользуется Оксана и сколько времени в них проводит. Она говорит, что «привыкла к такому раскладу», но все равно скучает по тем временам, когда приложения не было. «Раньше родители интересовались мной — спрашивали, как дела и как прошел день, — говорит она. — А теперь я ощущаю скорее постоянный контроль, чем интерес».

«Родители не в себе»

«Где мои дети» — одно из самых популярных «родительских» приложений на рынке, но далеко не единственное. Сегодня в мире существует около 600 приложений, которые позволяют так или иначе отслеживать местоположение ребенка и контролировать, чем он занимается в интернете и какими программами пользуется на смартфоне. Кроме приложений, есть еще встроенные функции на мобильных устройствах, сервисы, которые операторы связи предлагают пользователям, и специальные опции в операционных системах компьютеров.

Программное обеспечение для родительского контроля появилось на рынке еще в 1990-е годы. Одну из первых «родительских» программ — Net Nanny — разработали в Канаде и начали продавать в 1995 году. Это был веб-браузер, который мог фильтровать контент, блокировать изображения 18+ и ненормативную лексику. К концу 2000-х годов функции и приложения для родительского контроля стали доступны не только на ПК и ноутбуках, но и на мобильных устройствах. В 2007 году американский мобильный оператор Verizon предложил клиентам использовать фильтры, блокирующие контент, не подходящий для детей. В 2009 году компания Apple стала выпускать смартфоны со встроенными функциями родительского контроля. Вместе с развитием GPS-навигации в смартфонах стали популярны приложения, которые могут не только фильтровать контент, но и отслеживать местоположение ребенка.

В 2008 году появилось американское приложение Life360 — одна из самых популярных в мире программ, в том числе, и родительского контроля. Life360 позволяет следить за тем, где находятся ваши родные. Также вы можете отправлять друг другу сигнал SOS в критической ситуации. К 2018 году количество активных пользователей приложения достигло 18 миллионов человек.

В 2019 году на Reddit началась большая дискуссия вокруг приложения. В ветке под названием «Родители не в себе» появилась запись со скриншотом переписки между студентом и его мамой. «Не покидай территорию кампуса, — писала она. — Настрой приложение Life360 так, чтобы оно постоянно отслеживало твою геолокацию». Студент ответил, что эта функция и так уже включена в настройках. «Мне пришло уведомление, что ты отключил геолокацию, — писала мать. — Пожалуйста, включи ее обратно». Автор скриншота уточнял, что ему 18 лет и он учится в колледже. Запись собрала больше 32 тысяч реакций и около двух тысяч комментариев: многие пользователи говорили, что контролировать жизнь взрослых детей с помощью приложения неэтично.

Крис Халлс — создатель приложения Life360 — узнал об этой дискуссии и создал на Reddit собственную ветку, где предложил задать ему любые вопросы по поводу приложения. Когда его спросили, как он относится к тому, что для многих родителей Life360 становится инструментом психологического насилия, он ответил, что до сих пор «эти вопросы не поднимались». В другом ответе он объяснил: «Я понимаю, что бывают случаи, когда люди злоупотребляют приложением, но все-таки я горжусь тем, что делает наша команда. Я сам и многие другие пользуются программой, потому что она делает жизнь проще и дарит спокойствие». Позже он дал комментарий изданию Washington Post и объяснил: по его мнению, люди, говорящие о психологическом насилии, — это всего лишь «маленькая группа, которая не отражает настроений основной аудитории приложения».

Детский клинический психолог Ирина Катин-Ярцева объясняет: если в семье возникли проблемы из-за родительских приложений и гаджетов, то проблема — не в гаджетах. Это лишь инструменты, которые можно использовать разумно, а можно — во вред себе и ребенку. По словам Катин-Ярцевой, нет ничего плохого в трекинговых приложениях, если они используются только ради безопасности. «Мы все живем в разных городах и районах, — говорит она. — Бывают места, где действительно велики шансы подвергнуться нападению». Но совсем другое дело — когда родители пользуются приложениями, чтобы постоянно держать ребенка под контролем.

«Бывает так, что родитель не просто волнуется за ребенка, а хочет полностью контролировать, как он себя ведет, когда находится вне дома, — говорит психолог. — Это может быть связано с высокой тревожностью родителя. Возможно, в какой-то ситуации человек почувствовал себя совершенно беспомощным, и это так глубоко в нем засело, что он неосознанно пытается контролировать все вокруг». Бывает также, что ребенка не воспринимают как отдельную личность. «В таком случае родитель ощущает ребенка частью самого себя, — объясняет Катин-Ярцева. — Ему кажется естественным принимать все решения за ребенка: как ему общаться, с кем дружить. Для ребенка это тяжелая ситуация, она может привести к неприятным последствиям. Человек не учится жить самостоятельно, принимать решения, он становится довольно беззащитным». Тот, кто не привык сам контролировать свою жизнь, может не научиться прислушиваться к себе и к сигналам своего тела. По словам психолога, в будущем у такого человека больше шансов оказаться в опасной ситуации, чем у того, кто привык доверять себе.

Если ребенок сопротивляется контролю, в семье могут начаться конфликты. В конце концов они могут даже привести к физическому насилию — как со стороны родителей, так и со стороны ребенка. Ребенок, которого пытаются контролировать, может замкнуться в себе, научиться виртуозно врать. «Чем больше родитель нарушает границы ребенка, тем тяжелее могут быть последствия», — говорит Катин-Ярцева.

Марина (имя изменено) из Энгельса считает, что чрезмерное желание контролировать жизнь дочери — это именно то, что заставило ее родителей установить трекинговое приложение на ее телефон . «Мне 17 лет, программа стоит у меня уже два года, — говорит Марина. — Через нее родители почти каждый день прослушивают меня и мою сестру. Они часто говорят, что мы с сестрой ведем себя как-то “не так”, мол, мы много смеемся и обсуждаем корейских музыкантов». Марина объясняет: родителям не нравится, что она «несерьезная». Они говорят, что нужно думать об учебе и поступлении в университет, а не «обсуждать своих корейцев».

Кристине (имя изменено) 14 лет, и она живет в Ейске. Она рассказывает, что мама заставила ее установить приложение, потому что ей стало казаться, что дочь ее обманывает. «Я не знаю почему, — говорит Кристина. — У нас были хорошие отношения, я ничего от нее не скрывала. Четыре года назад у меня появился отчим, он почему-то стал постоянно говорить, что я “неправильно воспитана”, “лазаю не пойми где, не пойми с кем”. Постепенно и мама стала так думать».

Кристина вспоминает: несколько месяцев назад мама стала намекать ей, что она «слишком много общается с мальчиками». Спрашивала: «Ты же знаешь, кто так делает? Ты же не хочешь быть такой?». Вскоре после этого она увидела на YouTube рекламу приложения «Где мои дети» и решила его установить. «Прослушку она не использовала, — говорит Кристина. — Но все равно это было ужасно. Я заходила в гости к друзьям, а она начинала звонить мне и расспрашивать, чем я там занимаюсь. Если у меня переставал ловить интернет, она получала об этом уведомление, звонила, ругалась и требовала, чтобы я шла домой».

Отношения Кристины с мамой испортились. «Стоило мне куда-то пойти, она звонила и кричала: “Почему ты не сказала мне, куда идешь?” — вспоминает Кристина. — Я отвечала: “Зачем я тебе буду говорить, если ты сама можешь посмотреть?”». Мама часто угрожала, что включит функцию прослушки и выяснит, что ее дочь обсуждает с друзьями. «Я нормальный ребенок, — говорит Кристина. — Прихожу домой вовремя, помогаю родителям. Мои друзья ничего предосудительного не делают. Мне всегда было нечего скрывать, я не боялась рассказывать маме, если выпила немного алкоголя, она знает, что у меня есть вейп. Я не понимаю, почему она стала меня в чем-то подозревать».

Кристина спорила с мамой, ругалась, несколько раз удаляла приложение, после чего мама решила записать дочь к психиатру, потому что та стала «агрессивной». «Врач диагностировал у меня депрессию, — говорит Кристина. — Прописал таблетки. Я и сама заметила, что стала очень дерганой и напряженной. Мне кажется, это естественно, когда за тобой вечно следят».

В похожей ситуации оказалась и Анна (имя изменено) из Москвы. «С помощью приложения мама подслушала, как мы играли в “правду или действие” с друзьями — я тогда говорила о своей ориентации», — говорит она. Анне 14, она бисексуальна. Она и раньше говорила об этом маме, и та реагировала на это очень резко. Когда мама подслушала разговор Анны с друзьями, это стало поводом для очередной ссоры.

«Приложение “Pingo” стоит у меня с февраля, — говорит Анна. — Моя мама увлекается мистикой, и как-то раз она отправила мою фотографию какой-то подруге, а та сказала, что за мной якобы ходит какой-то утопленник. Мама стала волноваться, говорить, что меня “нужно отслеживать”, и предложила поставить приложение. Я сначала особенно не сопротивлялась — я не понимала, сколько из-за него будет проблем». Теперь, по словам Анны, она не может даже зайти в магазин за лимонадом — мама видит, что дочь в супермаркете, и думает, что та покупает энергетические напитки. Из-за этого они ссорятся. Однажды Анна страдала от бессонницы и несколько ночей просидела в интернете с телефона. Мама узнала об этом через приложение и отругала ее.

«Мне было не по себе, все время казалось, что мама прослушивает меня, даже когда она обещала, что не будет пользоваться этой функцией, — говорит Анна. — Было постоянное напряжение. Как-то раз я удалила приложение, но мама заставила меня снова его скачать. У меня началась настоящая истерика. Я показала маме серию “Черного зеркала”, где мать все время следит за дочерью с помощью микрочипа. Но она только отмахнулась, сказала: “Убери от меня свои страшилки”». Сейчас приложение у Анны по-прежнему стоит, но после долгих споров с мамой ей удалось отключить некоторые функции — мама больше не может прослушивать разговоры Анны и смотреть статистику использования приложений.

Анджела (имя изменено) из Севастополя говорит, что родители использовали разные гаджеты, чтобы знать, где она находится и чем занимается, с ее детства. «С пяти лет мы с сестрой носили часы с GPS-навигатором и прослушкой, — говорит она. — Еще родители сами решали, с кем нам общаться, а с кем — нет. Если мы шли куда-то с друзьями, они требовали имена и номера телефонов всех, с кем мы будем гулять». Анджела говорит, что из-за этого чувствовала себя лишней в компаниях. Если весь класс шел на экскурсию или на праздник, родители могли ее не отпустить.

«В детстве мне это казалось нормальным, — говорит она. — Но потом взрослеешь и понимаешь, что все твои друзья выходят погулять просто так, без навигаторов. Им не приходится предоставлять родителям всю информацию и номера телефонов своих приятелей. Начинаешь чувствовать, что с тобой что-то не так». Она рассказывает, что из-за ограничений и родительского контроля у нее было мало друзей. Она не ходила в школьные походы, не участвовала в мероприятиях после уроков, и одноклассники просто про нее «забывали».

Однажды очередное трекинговое приложение дало сбой и показало, что Анджела гуляет по городу во время учебы. На самом деле она в это время была в школе. Мама стала звонить ей, учителям и даже директору школы. «Все засуетились, урок был сорван, — говорит Анджела. — Было очень неудобно перед всеми. Я много ругалась с мамой, сказала, что выкину GPS-часы. Она говорила, что хотела как лучше и что я неблагодарная, так что в итоге я начинала чувствовать себя виноватой».

По словам Анджелы, постепенно она научилась врать родителям и обманывать трекинговые приложения и часы. Например, отключала динамик и говорила, что это помехи со звуком. Отключала GPS-навигацию на время, предварительно «зафиксировав» свою геопозицию в определенном месте. «Контроль родителей сильно на меня повлиял, — говорит Анджела. — Я так привыкла постоянно врать, что это стало частью моей жизни. Я могу обманывать незнакомых людей без причины. Еще, когда я научилась обманывать приложения, у меня стало сносить башню от свободы. Я могла болтаться где-то до четырех утра, хотя утром в школу».

Сейчас Анджеле 14 лет. В свой день рождения она серьезно поговорила с родителями и потребовала, чтобы они удалили трекинговые приложения и отключили прослушку. «Они ругались, говорили: “Да ты должна говорить нам спасибо каждый день!” — вспоминает она. — Но в итоге все-таки согласились перестать за мной следить». Но даже сейчас, когда Анджела идет гулять, ей приходится оставлять родителям номера друзей и каждые полчаса звонить и сообщать, что с ней все в порядке. «У меня заботливые родители, — говорит она. — Но я чувствую себя питомцем, на которого надели ошейник. Теплые отношения, искренние разговоры, посиделки с мамой — всего этого у нас нет. Это невозможно в такой обстановке». Анджела твердо решила: после девятого класса она поступит в колледж в другом городе и уедет от родителей, а часы с GPS-навигатором с собой не возьмет.

«Зачем я это делаю?»

Представители компании «Рефрэш» — разработчика приложения «Где мои дети» — в ответ на вопросы «Холода» написали: «Запретить родителям заботиться о своих детях нельзя, но можно научить их делать это разумно, не нарушая права ребенка и не ломая его психику. <...> Мы хотим, чтобы дети и родители больше общались, выстраивали отношения друг с другом, договаривались и доверяли друг другу». По словам представителей компании, на сайте приложения статью «Как получить согласие ребенка на отслеживание с помощью “Где мои дети”» прочитали больше миллиона раз, а видео «Прекратите кричать на ребенка!» набрало 3,7 млн просмотров. С помощью этих материалов «Рефрэш» продвигает «принципы позитивного родительства» и учит родителей «пользоваться сервисом с умом».

В сентябре приложение «Где мои дети» стали активно обсуждать в соцсетях. Все началось с того, что на его странице в Google Play появилось несколько отзывов, в которых пользователи, представившиеся родителями подростков, рассказывают, что они избили своих детей, услышав, чем они занимаются. Пользователи Twitter опубликовали скриншоты, и после этого многие подростки стали жаловаться, что родители за ними следят.

Представители компании говорят, что им известно о том, что в соцсетях подростки критикуют приложение и жалуются на нарушение границ. В письменном ответе от «Рефрэш» говорится: «Этот челлендж с рассказами детей о том, что кого-то избивали родители, начался с двух фейковых отзывов троллей в Google Play. Пользователь твиттера под ником Маленький дельфин опубликовал скриншоты с ними как пруф и собрал тысячу репостов на откровенном фейке. Дети-тиктокеры решили хайпануть на этой теме и рассказали истории из отзывов как реальные. Таким образом социальные сети наполнились фейковыми рассказами о том, “как кого-то избили из-за приложения”». В компании считают, что многие люди, написавшие подобные комментарии, «никогда не были пользователями приложения».

В компании подчеркивают: приложение Pingo невозможно установить так, чтобы ребенок этого не заметил. В любой момент он может запретить программе доступ к данным GPS и микрофону. При этом, по словам представителей «Рефрэш», эти функции не рассчитаны на то, чтобы постоянно следить за жизнью ребенка, — они нужны для чрезвычайной ситуации. «Сервисом пользуются не только родители и их дети, но и взрослые, — утверждают в компании. — Кто-то едет в дальнюю командировку, беспокоится о безопасности и хочет, чтобы его близкие всегда знали, где он. Кто-то заботится о престарелых родителях или других больных родственниках, которым нужен присмотр». Также в компании рассказали, что недавно в одной из казахстанских школ приложение помогло родителям выяснить, что учительница во время урока ругалась матом на их детей, и разобраться в ситуации.

«Родителям, которые устанавливают трекинговые приложения, в первую очередь, нужно ответить себе на вопрос: “Зачем я это делаю?” — говорит детский психолог, специалист клиники Mental Health Center Евгения Чмутова. — Если я начиталась страшилок про маньяков и группы смерти и испытываю повышенную тревогу без реальных причин, значит, мне стоит разобраться с этой проблемой. А прослушивать звонки и разговоры ребенка — это нарушение его личных границ». Чмутова объясняет: здоровая забота — это нормально. Приложения с GPS-локатором могут быть полезны. Но важно обсудить с ребенком, зачем вы их устанавливаете. «Нужно договориться с ним, что вы не будете следить за его жизнью, — говорит психолог. — Что это приложение на случай, если ребенок потеряется или у вас не получится с ним связаться». Если ребенок маленький, стоит научить его безопасно пользоваться интернетом и в разумной степени ограничить время, которое он там проводит, считает Чмутова. Но это совсем не значит, что можно взламывать его страницу в соцсетях и читать переписку. Лучше попросить его разрешения добавиться в друзья и постараться выстроить доверительные отношения — чтобы ребенок не боялся рассказать родителям, если что-то произойдет.

«Если ребенка сильно контролируют, читают его переписку, прослушивают, это всегда отражается на жизни семьи, — объясняет психолог. — Это сигнал ребенку: “С тобой что-то не так, я тебе не доверяю”. Это может унижать, обижать и злить. В такой ситуации ребенок вряд ли когда-нибудь сам расскажет родителям о своих проблемах». При таком контроле, по словам Чмутовой, у ребенка может появиться тревога, чувство одиночества, постоянное чувство вины, ощущение, что он все время делает что-то «не так».

Чтобы найти грань между заботой и контролем, психолог рекомендует ответить себе на вопрос: угрожает ли ребенку реальная опасность? «Если вы догадываетесь, что у ребенка проблемы с одноклассниками, что он подвергается буллингу, можно спросить его об этом и попросить сделать скриншоты, — объясняет она. — Если вы увидели, что он выпивал или принимал наркотики, есть смысл на время ввести какие-то ограничения. Но не стоит устраивать слежку или читать переписку, просто чтобы что-то “проверить”. Такое может быть допустимо, только если есть очень веские основания думать, что жизни и здоровью ребенка что-то угрожает».

Многие родители считают, что у них получается не переходить грань, пользуясь трекинговыми приложениями. «У меня трое сыновей, — говорит Евгения Нежельцева из Железногорска. — Старшему 12 лет, среднему — 11, младшему — шесть. Когда старший ребенок пошел в школу, у нас появились смарт-часы, чтобы я могла следить за его перемещениями». Правда, через полгода сын сказал: «Хватит тотального контроля», — и отказался носить часы. Евгения не возражала. Через несколько лет она решила установить приложение Family Link, которое контролирует, какими приложениями пользуется ребенок и сколько времени в них проводит. «Я поставила его, когда увидела в телефоне сына недетский контент, — говорит Нежельцева. — Теперь некоторые приложения у него под запретом, а в некоторых он может проводить ограниченное время. Если я вижу, что он много играет в онлайн-игры, я их отключаю».

Евгения говорит, что следит за тем, с кем переписываются ее сыновья и какие сайты открывают. Но прослушкой она не пользуется — считает, что это унижение ребенка.

У Анны Горячевой из Саратова тоже трое детей — две дочери и сын. Дочерям — 15 и 11 лет, сыну — 7. Горячева использует приложение Zenly, которое следит за их перемещениями. «Я объяснила им, что это никак не повлияет на их свободу, главное — соблюдать договоренности, — говорит она. — Так что они не были против. В приложении они и сами могут посмотреть, где находятся их родители. Напряжения в отношениях у нас нет, наоборот, я стала меньше названивать им и спрашивать, где они». По словам Горячевой, пару раз с помощью приложения она видела, как дети прогуливают уроки, и поговорила с ними об этом. Но серьезных конфликтов не возникало.

«Им ведь хочется гулять самостоятельно, ходить на занятия вне школы, — объясняет она. — Я тоже хочу, чтобы они ходили, но волнуюсь за них. Когда я им это объяснила, они сами согласились, что с приложением всем будет лучше».

Евгения Двойцова из Рязани установила приложение Family Link 10-летнему сыну и 12-летней дочери. «Раньше они пользовались моим Google-аккаунтом: выкладывали на YouTube видео, подписывались на каких-то блогеров, которые мне совершенно не нужны, — говорит она. — Я решила создать им собственные аккаунты, указала, что создаю их для детей, и Google предложил мне вместе с детским аккаунтом установить эту программу». По словам Двойцовой, сначала дети были не против — наоборот, радовались, что мама решила завести им персональные аккаунты. Но потом расстроились и даже начали злиться: оказалось, что теперь им доступен только детский YouTube, а мама может контролировать, сколько времени они проводят в разных приложениях, и блокировать некоторые из них. «Я настроила время сна, так что с 22:00 до шести утра по телефону можно только звонить, — говорит Двойцова. — Слежу, в какие игры они играют. В наказание могу заблокировать их телефоны. Они говорят, что ненавидят Family Link и мечтают поскорее его удалить. Но я стараюсь объяснять им, для чего нужно это приложение».

Двойцова говорит, что никогда не использовала приложения с прослушкой, потому что «лучше всего, когда ребенок сам рассказывает о своих проблемах». С другой стороны, она допускает, что в некоторых ситуациях «прослушивание не является излишней мерой, так как сейчас подростки — акселераты, и лучше быть в курсе того, что они обсуждают с другими и иметь возможность предотвратить нежелательные последствия».

Как объясняет клинический психолог Ирина Катин-Ярцева, даже если родитель воспользовался функцией прослушивания, это нужно обсудить с ребенком. «Например, случился форс-мажор, — говорит она. — Ребенок ушел со двора, вы не можете ему дозвониться и никак с ним связаться, у вас небезопасный район, и есть все основания волноваться, что могло что-то случиться. Если в такой ситуации вы ненадолго включили прослушку, потом лучше рассказать об этом и объяснить: “Извини, я очень беспокоилась, и на минутку включила прослушку. Давай мы договоримся, как будем действовать в таких ситуациях, чтобы больше такого не повторялось”». По словам психолога, главное — помнить, что ребенок — субъект, а не объект. С ним можно договариваться, обсуждать правила так, чтобы это не ущемляло его достоинства. Главное — заботиться о его безопасности, а не пытаться жить за него его жизнью.