Original Material
Библиотека Сатаны 5: Возвращение в библиотеку Сатаны
Еще три книги, которые страшно даже брать в руки
Руслан Ерофеев. Хтонь. Человек с чужим лицом. М.: Яуза, 2018
Слово «хтонь» применительно к современной русской литературе чаще всего вызывает ассоциации с прозой Юрия Мамлеева и творчеством его собратьев по Южинскому кружку. Руслан Ерофеев развивает эти славные традиции, превращая их в кинематографичный трэш.
Первая часть романа — в буквальном смысле новеллизация мемов про дурку и санитаров. Следователь Артем Казарин просыпается в палате от страстных поцелуев Леонида Ильича Брежнева. Придя в себя, он понимает, что помимо покойного генсека его окружает значительное количество буйнопомешанных, и вспоминает, что охотится на опасного сексуального маньяка.
Тихий городок Светлопутинск начала 80-х годов содрогается от жутких злодеяний анонимного убивца. С изощренной жестокостью он издевается над жертвами, заживо расчленяет, производит лоботомию и превращает в безвольных кадавров. Освободившись из психиатрической лечебницы, следователь Казарин с удвоенным усердием бросается на поиски маньяка. Обложившись томами оккультной литературы, он приходит к выводу, что все происходящее имеет мистическую подоплеку. В деле оказываются замешаны древнеегипетский перстень, неизвестно как оказавшийся в краеведческом музее провинциального города, и евреи.
Еврейская тема исчерпывающе раскрывается в неожиданном флэшбеке ко временам Александра I. Из него мы узнаем, как граф Аракчеев издевался над крестьянами во славу Антихриста, а крестьяне боролись с крысозомби. В этой же главе подробно описываются погребальные традиции простонародья и некоторые темные обряды, распространенные среди жидовствующих на Руси.
После краткого исторического экскурса сюжет резко возвращается к Артему Казарину, который перевоплотился в Андропова, и тут начинается самое интересное. Но об этом мы вам не расскажем, поскольку сухой пересказ не способен передать величия авторского замысла.
Концептуальный размах Ерофеева поистине впечатляющ. С подчеркнутой небрежностью он описывает метафизическую изнанку позднесоветской повседневности, населенную инфернальными зэками, инкарнациями Жиля де Рэ, карликами-шаманами и пришельцами-онанистами. Товарищ Андропов рассуждает о Марке Аврелии, а советские менты обсуждают с «урками» Батая и Набокова на допросах, что добавляет пущей красочности эпопее.
Особенно хорошо удались Ерофееву описания сцен некрофилии и других сексуальных излишеств. Замечателен, например финал своеобразного ритуала спиритизма: «Кровавый лилипут тем временем оседлал искалеченный труп милиционера и вырвал у него пальцами гортань с чудовищной силой, какой иногда обладают карлики. Потом натянул ее на свой огромный, как у осла, орган, словно презерватив, и начал совокупляться с мертвым телом».
Размашистый авторский почерк ярко проявляется в речевых оборотах. Некоторые из них когда-нибудь войдут в золотой фонд русской словесности. Например, «чтобы вдохнуть прелестный букет ароматов» привокзального бомжа по кличке Нашатырь «Казарину пришлось изрядно попотеть», а за сотню страниц до этого «морда Занюхина стремительно меняла цвета, будто задница хамелеона на раскаленной сковородке». Подобные жемчужины в изобилии рассыпаны на протяжении всего романа.
Как уже было сказано в самом начале, «Хтонь» отлично подходит для экранизации. Искренне надеемся, что талантливые режиссеры жанра ужасов обратят на нее свое внимание. Фактически книга представляет собой готовый сценарий с основательно прописанными мизансценами и сочными диалогами.
Творение Руслана Ерофеева очень подробно исследует метаморфозы отечественного бытия вкупе с богатым фольклорным и оккультным материалом.
Эта книга должна стоять на полке у каждого уважающего себя ценителя «русского запредельного», рядом с произведениями Михаила Елизарова и старшего лейтенанта В. П. Пидоренко.
Света Саветина. Женщина-мышь. АСТ, 2010
Креативные директора рекламных агентств иногда обнаруживают в себе писательский талант. Хуже всего, когда результаты таких озарений печатаются тиражом 7 000 экземпляров в издательстве АСТ. Светлана Саветина, автор произведения «Женщина-мышь», на своем сайте прямо заявляет, что ее задачей было «создание пляжного чтива для selfmade woman 35+».
«Пляжное чтиво» с первых строчек оборачивается чудовищным в своем великолепии потоком сознания. Рассказчица с сумасшедшей скоростью вещает про своих любовников, попугая и знаменитостей, покоренных невероятным обаянием. Сложно представить, кому было бы интересно наблюдать за безудержным самолюбованием Светланы Саветиной, кроме ее ближайшего окружения, выведенного в книге под псевдонимами. Даже выбирая название для книги, новоиспеченная писательница скромно намекает на духовную близость с Брюсом Уэйном. Желающие узнать формулу таких головокружительных успехов будут сильно разочарованы. Светлана предпочитает не раскрывать секреты побед, вероятно, опасаясь конкуренции.
Перелистнув страницу с эпиграфом из Иоанна Лествичника, мы знакомимся с Мариной, топ-менеджером в преуспевающей московской фирме. Волею судеб и начальства ее отправляют на неопределенный период времени в Пермь. Как можно догадаться, такое назначение не вызывает у нее бурного восторга. Скрепя сердце, Марина покидает годами проверенную команду и едет поднимать рекламную отрасль в провинции.
Дабы развеять у читателя возможные сомнения, девушка сразу оговаривает, что за панцирем из наглости и сарказма она прячет тонкую и ранимую натуру, пребывающую в ожидании большой и чистой любви. Искомое настигает ее почти сразу по приезде в лице Боба, двухметрового обладателя «лица сложной архитектуры и глаз, исключающих скудоумие». Столь выдающиеся качества дополняются огромной машиной черного цвета. В первый же вечер знакомства москвичка понимает, что она обрела свое счастье.
Дальнейшее повествование сводится к унылому перечислению небывалых свершений Марины на новом месте. Прежде всего — количеству выигранных тендеров, а также идиллической совместной жизни с Бобом. Как ни странно, книга заканчивается отнюдь не хэппи-эндом, а трагической развязкой в духе Ремарка.
Градус абсурда накаляется благодаря регулярному использованию англицизмов. Описывая свое похмелье, Марина утверждает, что она is not available now, в то время как состояние средней паршивости не иначе как medium well.
«Женщину-мышь» по всем признакам смело можно назвать энциклопедией жизни столичного креакла в эпоху поздних нулевых. Главная героиня цитирует Пелевина, любит живопись «Лотрека», демонстрирует свою причастность к богемной тусовке и не брезгует иногда закинуться бодяженным коксом. Помимо духовной жизни не забывает она и про материальную культуру. Красный Jeep Wrangler — предмет особенной гордости Светланы, как и коллекция элитного парфюма численностью 87 флаконов. Эти незамысловатые описания скромных мелкобуржуазных радостей сегодня послужили бы отличным топливом для разгорающейся классовой ненависти.
Елена Логунова. Руссо туристо, облико морале. М.: Эксмо, 2011
Русские туристы за границей давно стали отдельным жанром анекдотов. Сложно представить, сколько на эту тему написано юмористических романов, но для знакомства с их основными особенностями достаточно будет одной книги.
Две легкомысленные подружки Индия и Алла приезжают в Вену, чтобы отдохнуть и завести «курортные романчики». Отпуск не ладится с самого начала. Сперва Аллочка травится несвежим апфельштруделем в кондитерской, а через некоторое время ее слабоумная соратница падает с колокольни, на которую забралась, дабы отыскать обратный путь в гостиницу. Несчастная Индия напрочь теряет память после такого такого неожиданного происшествия и отправляется бомжевать на улицы австрийской столицы.
В дальнейших событиях принимают участие многочисленные близкие горе-путешественниц в лице сообразительных бабушек и братьев-полицейских. Все они справляются с задачей поиска загулявшей туристки куда лучше венской полиции.
Австрийцы в романе производят впечатление редкостных растяп, способных, однако, моментально разрешить любые национальные противоречия, даже между горячими кавказскими диаспорами. Для того чтобы группировки чеченцев и грузинов перестали конфликтовать из-за украденного велосипеда, оказалось достаточно эмоционального монолога стража порядка.
Роман Елены Логуновой наводит на невеселые размышления. Безотрадно осознавать, что дорогие соотечественники могут выпутаться из неприятностей за границей только благодаря наличию высокопоставленных родственников. Этот сюжет совершенно не нов и обыгран бессчетное количество раз в других произведениях более именитых авторов.
К превеликому сожалению, в «Руссо туристо» нет ни кровожадных карликов, ни грандиозных оргий, зато в большом количестве имеются чудаковатые австрийцы. Едва ли эта книга послужит хорошим путеводителем по городу Моцарта и Фрейда, но в этом нет большой необходимости, поскольку русский турист выберется из любой передряги.
«Руссо туристо» пригодится тем, у кого есть знакомые немцы либо австрийцы, владеющие русским языком. Они сделают множество интересных открытий относительно быта своих родных стран.