Original Material
«Приложите рецепт к больному месту»
В России заканчиваются лекарства в аптеках. Не только от ковида и ОРВИ: обзор ситуации по регионам
Собкоры «Новой» сообщают: рецепты выписывают, но чтобы купить лекарства, человеку с температурой приходится целыми днями бегать по аптекам — как правило, безрезультатно. Не хватает препаратов, помогающих не только при лечении ковида и гриппа с ОРВИ, нет средств для разжижения крови, которые жизненно необходимы людям, страдающим тяжелыми заболеваниями, и многих других. Жители регионов России пытаются купить таблетки в Москве, но и здесь их уже нет. В аптечных сетях говорят, что все уходит в больницы, в больницах же считают каждую упаковку, а что-то предлагают докупать родственникам. Региональные власти проблему признают, но сделать ничего не могут.
МОСКВА
«А вы просили отложить?»
Фавипиравир — препарат под номером один в рекомендациях Минздрава для этиотропного лечения пациентов с коронавирусом — это терапия, направленная на устранение самого вируса.
Продается под торговыми названиями «Коронавир», «Арепливир» и «Авифавир» по цене от 5 до 14,5 тыс. рублей.
Среди других рекомендаций — гидроксихлорохин (один или в сочетании с антибиотиком азитромицином), набившие оскомину специалистам препараты интерферона-альфа, ремдесивир и умифеновир. Последний — известен под торговым названием «Арбидол», и ВОЗ его даже не рассматривала в качестве возможной терапии ковида, а остальные из перечисленных препаратов, согласно предварительным результатам исследования ВОЗ, не показали существенного влияния на смертность, продолжительность госпитализации или необходимость искусственной вентиляции легких.
Единственный рекомендованный ВОЗ препарат с доказанной эффективностью от ковид-19 идет в рекомендациях Минздрава для патогенетической терапии (направлена на устранение или подавление механизмов развития болезни). Это дексаметазон — глюкокортикостероид, который назначается больным с затрудненным дыханием. Там же рекомендуются препараты из группы низкомолекулярных гепаринов — например, «Гепарин», «Клексан», «Фраксипарин». Это антикоагулянты, препятствующие свертыванию крови и образованию тромбов. В сентябре Национальные институты здравоохранения США начали исследование лечения осложнений от ковида с помощью этих препаратов: пока их называют «многообещающими», но ни точной дозировки, ни данных о снижении смертности с помощью этих препаратов нет.
Для симптоматического лечения Минздрав предлагает обычное жаропонижающее — парацетамол, который также рекомендуют в качестве самостоятельной терапии респираторных заболеваний.
Но не все из перечисленных препаратов можно найти в столичных аптеках.
В конце октября стало известно, что в аптеках почти не осталось «Клексана», а его назначают, например, беременным женщинам по показаниям, не связанным с ковидом.
Минздрав говорит, что «ситуация под контролем, больницы препаратом обеспечены».
По заданию редакции я попыталась купить «Клексан» в какой-нибудь из московских аптек.
На сайте aptekamos.ru я нашла его в виде раствора для инъекций в двух аптеках из сети «Авиценна Фарма». В аптеке на Дубровке фармацевт отрезает: «Нет в наличии». Взамен предлагает дженерик — российский «Квадрапарин». «Клексан», говорит, недавно закончился: «Ожидаем каждый день. Когда будет — никто не знает».
Я объехала 15 аптек по всей Москве, и ни в одной из них этого препарата не было.
Сейчас на сайте aptekamos.ru также нет ни одного предложения.
Не смогла я купить и «Фраксипарин» — другой низкомолекулярный гепарин. Одно предложение на всю Москву — аптека «Кристикон» у метро «Верхние Лихоборы». «Вы просили его отложить?» — первое, что спрашивает фармацевт. Все оставшиеся упаковки уже забронированы кем-то, осталась всего одна. Стоит она 6100. Это последняя упаковка, и когда лекарство будет еще, неизвестно: «К сожалению, поставщиков нет».
Наудачу захожу в соседнюю аптеку, «Мира-Фарм». Снова вопрос: просила ли я отложить? «А вот, для кого-то откладывали, но никто так и не пришел за ней», — находится одна свободная пачка за 11 583 рубля. Почти в два раза дороже, чем в предыдущей. Аптека, кстати, социальная.
Аптека «Солнышко», метро «Улица 1905 года». Здесь должен быть «Гепарин». «Угу, 47 рублей», — отвечает уставшая фармацевт. Я удивляюсь: гепарин в интернет-аптеках стоит около полутора тысяч. Оказывается, есть только мазь, в ампулах его нет. Никаких других препаратов от ковида также нет, кроме парацетамола. Одна полоска стоит 12 рублей.
Цветной бульвар, «Векфарм». «Ге-па-рин», — разделяя слоги, произносит фармацевт, нажимая на клавиатуру одним пальцем. Он есть, 1167 рублей. «Но он продается с нашей картой за 500 рублей». Спрашиваю, смогу ли зайти за препаратом на днях. Фармацевт теряется: «Может, не пропадет, может, месяц не будет, может, каждый день будет. Мы ж ничего не знаем, — вздыхает она. — Что дают — радуемся». «Клексана», например, нет: «Раз в месяц получаем, может. Скупают сразу. Потому что при коронавирусе назначают».
Так везде — почти во всех аптеках с нескрываемой усталостью говорят о пропавших из ассортимента лекарствах.
КОММЕНТАРИЙ
Были — и больше нет. Есть, но скоро пропадут. Когда будут и будут ли — неизвестно.Зато дексаметазон в Москве найти нетрудно: в таблетках его продают в 800 аптеках, в виде раствора — в 165. Для лечения ковида, согласно временным рекомендациям ВОЗ, его можно применять в любой форме. Когда организация назвала его единственным показавшим эффективность препаратом от коронавируса, многие воодушевились: в России он стоит копейки (мне продают упаковку таблеток за 42 рубля) и все еще доступен. Но назначают его пациентам с синдромом цитокинового шторма — острой иммунной реакцией на вирус, которая может привести к смерти. В таком состоянии люди уже, как правило, находятся в больнице. Да и ВОЗ рекомендует применять его «больным с крайне тяжелыми формами болезни».
Антон Родионов
терапевт, Первый Московский государственный медицинский университет имени И.М. Сеченова
— Низкомолекулярные гепарины — препараты не таблеточные, они для инъекций, это препараты, которые обычно вводятся в условиях стационара. Есть, конечно, ситуации, когда эти препараты используются пациентами в домашних условиях, но это довольно редкие случаи. Я сейчас не беру коронавирусную инфекцию, я про мирное время. Ну, конечно, такие пациенты, которые кололи эти лекарства дома, сейчас потеряли нужный препарат. Но главное — чтобы гепарины не пропали в стационарах. В большинстве случаев в амбулаторных условиях можно использовать таблетированные антикоагулянты, которые в аптеках есть.
Такая же история с дексаметазоном. Все схемы использования дексаметазона, которые есть в разных рекомендациях — и в американских, и в российских, — основаны на внутривенном введении. Применение дексаметазона в таблетках не изучено и не стандартизовано (временные методические рекомендации Минздравадействительно предусматривают только внутривенное применение дексаметазона, но Национальные институты здравоохранения СШАи ВОЗдопускают его использование в таблетках.* — Ред.*).
Универсальных схем и клинических исследований нет, поэтому, конечно, каждый пытается конструировать схему лечения из того, что ему доступно на сегодняшний день. Весной мы говорили, что таблетированные антикоагулянты не надо использовать, но сейчас уже сдались и готовы согласиться с тем, что в некоторых ситуациях можно применять и таблетки.
Использование «Клексана» у беременных женщин — это, честно говоря, исключительно российская практика. Кардиологи всячески выступают против лечения повышенного Д-димера у беременных «Клексаном». В 90% случаев этого делать не нужно.
Люди скупают эти препараты затем же, зачем в марте бросились покупать крупу и туалетную бумагу.
На мой взгляд, это звенья одной цепи. Люди понимают, что универсальной, всепобеждающей схемы лечения коронавирусной инфекции нет, поэтому пытаются самостоятельно по крохам отлавливать информацию в интернете, чем можно было бы лечиться. И в панике скупают все, что упоминают в средствах массовой информации. Что, на мой взгляд, совершенно неправильно. Потому что все эти препараты — и антикоагулянты, и гормоны, и тем более антибиотики — это препараты, которые должны назначаться врачом. Это не препараты для самолечения.
Лилит Саркисян,«Новая»
САНКТ-ПЕТЕРБУРГ
«Не наше дело».
Судя по многочисленным жалобам горожан на горячую линию по коронавирусу и в единую справочную службу о наличии лекарств в Северной столице, самые часто назначаемые препараты от ковида (фавипиравир, таваник, левофлоксацин, метипред, азитромицин и др.) с прилавков петербургских аптек исчезли около месяца назад. Перебои в поставках как дорогих антибиотиков, так и дешевых жаропонижающих подтверждают фармацевты крупных городских аптечных сетей («Озерки», «Здоровье», «Невис», «Первая помощь», «Петербургские аптеки», «Фармакор»).
Петербуржцам, по их словам,
с начала октября в будние дни от получаса до часа приходится дозваниваться в аптечную справку, чтобы узнать, в какой из городских аптек на текущий день есть в наличии тот или иной препарат.
Утром 16 ноября у меня это заняло 40 минут ожидания в телефонной очереди. При этом ни в одной аптеке города не оказалось ни фавипиравира, ни таваника, ни метипреда. Только в двух заведениях осталось по несколько упаковок азитромицина и левофлоксацина, но провизоры порекомендовали мне забронировать дефицитные лекарства прежде чем сорваться за ними. В противном случае вероятность успеть добраться в аптеку и купить необходимые средства крайне мала.
По наблюдениям фармацевтов, сегодня пациентам с легкой формой течения коронавируса врачи чаще всего выписывают антибиотики с действующим веществом азитромицин. Тем, кто перешел в стадию средней тяжести, но все еще лечится амбулаторно, — левофлоксацин. Именно их покупатели расхватывают в первые два-три часа после поступления в аптеки.
— Я заболела в конце октября, — рассказала «Новой» пожилая петербурженка Людмила Воронцова. — 4 ноября компьютерная томография выявила у меня более 30% поражения легких. Врач назначил мне левофлоксацин — 750 мг один раз в день в течение 10 дней. То есть всего две пачки, но даже одну в аптеках Петербурга муж найти не смог. После обзвона справочных выяснилось, что ближайшее место, где можно купить лекарство, — Москва. В итоге сын купил билет на самолет и полетел за антибиотиком для меня в столицу.
Как сообщил «Новой» глава Ассоциации российских фармацевтических производителей Виктор Дмитриев,
проблема с отсутствием в продаже лекарств от коронавируса касается не только Петербурга и Ленобласти, она имеет федеральный масштаб.
По его словам, помимо возросшей потребности населения в этих препаратах, их острая нехватка в российских аптеках связана с тем, что все антибиотики и противовирусные препараты уходят в первую очередь в лечебные учреждения, а лишь затем остатки поступают в розничную продажу.
— Их недостаточно, эти поставки не покрывают реальную потребность пациентов в медикаментах, — говорит Дмитриев. — К тому же кроме тех, кто реально болеет и нуждается в лекарствах, в России есть еще значительная доля встревоженных людей, закупающих лекарственные препараты впрок.
В петербургском Комитете по здравоохранению «Новой» объяснили, что все аптеки розничной продажи лекарств — негосударственные, поэтому ведомство не несет ответственности за наличие там товара и за его цену: «Только четыре коронавирусных препарата входят в минимальный ассортимент лекарственных препаратов, обязательный к наличию в аптеках всех форм собственности, — прокомментировала «Новой» пресс-секретарь комитета Ольга Рябинина». — Список препаратов утвержден постановлением правительства РФ. Отсутствие таких лекарств чревато штрафами. Контроль за обеспечением минимального ассортимента осуществляет Росздравнадзор».
Нина Петлянова, «Новая»
РОСТОВ-НА-ДОНУ
С лекарствами и в больницах проблемы.
Власти признали, что в городе не хватает лекарств.Причина дефицита — перераспределение товара в пользу учреждений здравоохранения. Об этом стало известно в ходе встречи и.о. главы города Юрия Овчинникова с представителями аптечных сетей.
Поводом для встречи стали многочисленные жалобы горожан на отсутствие в аптеках Ростова таких препаратов, как фавипиравир, риамиловир и гидроксихлорохин. В муниципалитете проблему признали. Замглавы горадминистрации по социальным вопросам Елена Кожухова рассказала, что чиновники проверили более сотни аптек и не наши там указанных препаратов. Более того, лишь в отдельных аптеках, по словам Кожуховой, нашлись гриппферон, арбидол, ингавирин, антикоагулянты прямого действия (ксарелто, эликвис).
Причиной дефицита лекарств владельцы аптечных сетей называют приоритетные поставки в ростовские больницы — именно в стационары в первую очередь направляются необходимые препараты.
Однако, по данным «Новой газеты», и медицинские учреждения Ростовской области не в полной мере обеспечены лекарствами.
По словам медиков, работающих с больными корнавирусной инфекцией, больше всего проблем с антикоагулянтами — препаратами, которые предотвращают образование тромбов и признаны важным компонентом антиковидной терапии.
Ростовчанка Ксения Б. рассказала, как искала для своей тети препарат клексан. Женщина с третьего ноября лежит в госпитале с ковидом, последние несколько дней — в реанимации. В больнице препарата для нее не нашлось. Отчаявшись, семья обратилась за помощью в соцсети. Так удалось найти требуемые 30 шприцев по 0,4 мл.
— В Ростовской области только в Гукове у людей осталось 4 ампулы после лечения, — говорит Ксения. — В итоге нашли в Дагестане. Там у нас живут родственники. Состояние тети сейчас стабильное.
У Людмилы Ш. ситуация сложнее: она федеральный льготник, страдает тромбофилией, пережила 20 операций на левой ноге, две тромбоэмболии. Несколько лет назад женщине установили специальный фильтр, который улавливает крупные тромбы, но не мелкие. Жизненно необходимый Людмиле эноксапарин натрия она не может получить с 22 сентября.
— Купить его невозможно. Один раз выручили друзья. Сейчас я вынуждена временно пользоваться гепарином, что дестабилизирует свертывающуюся систему и приводит к снижению антитромбина III, это же было отражено в анамнезе.
Схему лечения Людмиле подбирали в ФГБУ РосНИИ ГТ ФМБА Санкт-Петербурга. Она не хочет думать о том, что будет, если нужное ей лекарство не появится в аптеке в ближайшее время. В управлении здравоохранения Ростова-на-Дону Людмиле так и не смогли дать вразумительного ответа, когда смогут обеспечить ее жизненно необходимым препаратом.
Представители аптечных сетей пообещали городским властям, что примут все необходимые меры в работе с фармкомпаниями и их дистрибьюторами, чтобы обеспечить возросший спрос. Предприниматели также заявили о готовности завозить лекарства из других регионов.
Елена Романова, «Новая»
ЕКАТЕРИНБУРГ
Рецепт — словно карта сокровищ.
Эта осень принесла с собой рост заболеваемости коронавирусом, заставив жителей Среднего Урала проходить запутанные квесты. Задания в них разнообразием не отличаются, но уровень сложности зашкаливает.
Почувствовав недомогание, жители Екатеринбурга и области для начала должны дозвониться в поликлинику и дождаться приезда врача. Если этот уровень пройден, заболевшие уральцы получают на руки рецепт, в котором прописаны медикаменты, с помощью которых они должны восстановить здоровье.
А вот дальше — не для слабонервных.
СООБЩЕНИЕ ГУБЕРНАТОРА КУЙВАШЕВА
Рецепт, словно карта сокровищ, водит свердловчан от аптеки к аптеке.— Практически все врачи при назначении лечения коронавируса выписывают одни и те же лекарства, — рассказала Мария З., заведующая одной из аптек Екатеринбурга. — В основном это арбидол, азитромицин и гриппферон. И люди потоком идут к нам, узнают, что ничего нет, уходят в следующую аптеку… Некоторые настолько устали от беготни в поисках нужных препаратов, что даже не пытаются узнать дополнительную информацию, чем можно заменить выписанное лекарство.
Фармацевт считает, что всегда можно заменить отсутствующее лекарство аналогом, те же противовирусные можно найти на любой вкус и кошелек.
— С градусниками тоже проблема, — удивляется Мария. — Ртутные за полгода только один раз к нам пришли, сразу раскупили. Куда они уходят, не понимаю. Может, в больницы? Всех обязали измерять температуру, но в организациях ведь используют бесконтактные термометры, а ртутные-то куда? Еще мы наблюдаем ажиотажный спрос на антибиотики. Люди бегают по аптекам, ничего найти не могут, так хоть антибиотики берут. Нам нельзя их продавать без рецептов, а врачи не выписывают, мол, ждите, пока будут серьезные показания. Но мы продаем, надо же как-то людей спасать.
Елена (имя изменено. — И. Д.), врач-терапевт из Нижнего Тагила, рассказывает: у них есть стандарты лечения, от которых они не имеют права отходить. Есть список лекарств, которые обязаны выписывать. Ей жаль людей, но помочь им в этой ситуации сложно.
— Время, которое я могу потратить на одного пациента, строго ограничено, — объясняет Елена. — Мне бы и хотелось объяснить человеку, как лучше себя лечить от ковида, а потом восстанавливаться после болезни, но на это время не предусмотрено. Я сама болела летом, восстанавливаюсь до сих пор. Однажды я попыталась одной из пациенток выписать лекарства, которые помогли мне и моим родным, а она начала возмущаться: мы посмотрели в интернете, их нет в списке рекомендованных минздравом для лечения коронавируса. Поэтому мы и пишем в рецепты только то, что есть в списке.
Возмущение по поводу бесконечного поиска лекарств достигло такого накала, что губернатор Куйвашев на официальной странице в инстаграме пообещал, что теперь все необходимые медицинские препараты будут доставляться больным на дом и бесплатно.
«В аптеках не найти тех или иных лекарств, — понимает губернатор. — К сожалению, сезонный рост заболеваемости гриппом и ОРВИ, напряженная ситуация с COVID-19 действительно спровоцировали ажиотажный спрос в рознице, мы его фиксируем. В отдельных случаях лекарства пропали в аптеках и из-за того, что люди скупали их впрок, часто без назначения врача.
Мы внимательно относимся к этой ситуации и делаем все, что в наших силах. Недавно мы получили от федерации дополнительно 162,2 млн рублей на лекарства для пациентов с коронавирусом, которые болеют дома. Мы уже закупили большинство необходимых препаратов. С 13 ноября их начнут раздавать пациентам с COVID-19.
В больницах Свердловской области есть запас лекарств для лечения пневмонии на два месяца, а также интерферонов и противовирусных — на один месяц.
Кроме того, мы работаем с представителями аптечных сетей и производителей лекарств. Рассчитываю, что в ближайшее время ситуация улучшится — крупные поставки по основным позициям ожидаются уже на следующей неделе».
По официальным данным, 15 ноября в Свердловской области коронавирусом заразился 341 человек. Всего с начала пандемии COVID-19 диагностирован у 41 012 жителей региона, умерли 899 человек.
Изольда Дробина, «Новая»
ОМСК
Срок «успокоительных» истек.
Дефицитом лекарств в Омской области областная власть озаботилась в начале ноября. Признал эту проблему губернатор Бурков на встрече с представителями аптечных сетей региона, отметив, что она — не локально омская, ситуация крайне острая по всей стране. Причина проста: фармкомпании предпочитают продавать лекарства дорого, крупными партиями с наименьшими затратами — им невыгодно везти медикаменты в Сибирь.
Глава региона взялся решать эту проблему с помощью «личных связей»: отправил от своего имени письма всем фирмам — производителям лекарств — государственным и частным, чтобы они включили Омскую область в планы поставок. Александр Бурков считает, что его статус и авторитет возьмут верх над коммерческими интересами: предприниматели постесняются отказать в просьбе.
Насколько этот расчет оправдался, трудно сказать: в соцсетях омичи по сей день продолжают жаловаться на нехватку и дороговизну лекарств.
За время, прошедшее после встречи с аптекарями (она состоялась 2 ноября), в федеральных и местных СМИ появилось несколько исполненных оптимизма заявлений областного главы. Последнее прозвучало 13 ноября в эфире канала «Россия 24».
«В стационарах, — сказал губернатор, — большой проблемы с лекарствами нет». А вот для жителей Омской области, которые лечатся амбулаторно (а таковых — подавляющее большинство), проблема эта, признал Бурков, по-прежнему острая. Хотя 9 ноября в бюджет области поступили из федерального бюджета 72,5 млн рублей на закупку лекарственных препаратов для больных COVID-19, пока отоварить их не получается, «потому что у дистрибьюторов нет лекарств, а у производителей они расписаны на длительный период». Глава области повторил: «Приходится работать на личных связях — напрямую с каждым производителем». Пока от такой работы толку немного, но он надеется, что все будет хорошо: «Через неделю бесплатные лекарства от COVID-19 смогут получать пациенты, лечащиеся на дому».
Заметим, это — только надежда: больных коронавирусом омичей давно уже не умиротворяют подобные заявления: срок такого рода «успокоительных» истек.
Вот некоторые комментарии:
Пациент 13.11.2020 22:59:11 «Я не доживу».
Наблюдательный 14.11.2020 02:22:28 «Надо добавить к заголовку: «пациенты, которые к тому моменту останутся живыми».
Гость 14.11.2020 8:07 «А как быть тем, кто ждет результатов анализов на ковид из лаборатории по 7–10 дней? А как быть тем, у кого потеряны результаты лабораторных исследований? А как быть тем, кто со всеми признаками ковида не попадает в квоту отбора мазков на ковид? Они будут получать лечение на дому бесплатно ))) или самостоятельно свои проблемы решать — искать лекарства, ждать врачей и скорую помощь?»
Участь тех, кто страдает заболеваниями, схожими по симптомам с COVID-19, но не признанными таковыми, пожалуй, еще печальнее: по их рассказам, в поисках препаратов приходится объезжать десятки аптек, иногда — заказывать антибиотики в других регионах. Их настроения выразил самый «облайканный» коммент на сайте РИА «Омскинформ»: «Черт бы побрал наш минздрав. Когда наконец в Омске можно будет купить Цефтриаксон? Я с температурой и пневмонией должен по всему городу искать лекарство. И самое главное, что все зря — купить его все равно не удается. Что это за вариант геноцида, когда больные предоставлены сами себе? Да, врачи лекарства выписывают, только бумажным рецептом не вылечиться.
Надоело смотреть по ТВ это московское благополучие, где все по полочкам. А что делать жителям остальной России? Умирать?»
Георгий Бородянский,«Новая»
КРАСНОЯРСК
На бесплатные лекарства трехмиллионному краю федеральные власти нашли денег в три раза больше, чем на охрану хабаровского губернатора
В Красноярском крае Роспотребнадзор фиксирует наивысший в РФ уровень коллективного иммунитета к коронавирусу (65,3%), но нет ответа, как это может сочетаться с тем, что регион продолжает удерживать лидерство в Сибирском федокруге (и 8-е место в стране) по количеству заражений, а темпы прироста по-прежнему положительные. На прошлой неделе в крае развернули 965 дополнительных коек (всего 6488 коек), на этой неделе появится еще 250. В Минусинске на пожертвование Хазрета Совмена (золотодобытчика, работавшего в крае, бывшего президента Адыгеи) также откроют лабораторию для тестирования на COVID-19.
С 13 ноября в крае возобновлена практика бесплатной выдачи медикаментов пациентам на амбулаторном лечении. Если весной, по словам главы крайздрава Бориса Немика, на это 20 млн дал региональный бюджет, то 9 ноября в край поступило 107 млн из федбюджета.
По информации, полученной «Новой» в минздраве края, медработники (звено поликлиник), родственники больных либо волонтеры развозят по домам арбидол, ингавирин, коронавир, антибиотики первой линии (более серьезные дают только в стационаре). Всего обещано 10 наименований, включая также антикоагулянты и гормональные препараты (в зависимости от рекомендаций врача). Назначают лекарства в соответствии с 9-й версией рекомендаций по лечению коронавируса. В поликлиниках «Новой» подтвердили, что
пока для бесплатной выдачи больным на дом поступили жаропонижающие (парацетамол), противовирусные, антибиотики. Другие лекарства для более сложных случаев придут позже.
Министр Немик подчеркнул, что задача поставлена доставлять лекарства в день постановки диагноза, не позже. Основная проблема в том, что медикаменты на дом привезут только тем, у кого COVID-19 подтвержден лабораторными тестами. А добиться их очень непросто. И даже если мазок возьмут, результата можно ждать неделю и больше.
«Дорожная карта» заболевшего выглядит так. Сначала ему предписано обратиться в поликлинику и вызвать врача на дом. Но люди пытаются дозвониться часами, нервов не хватает, и бросают это дело. Идти на прием — это очереди по 4–6 часов. Даже если у тебя ничего серьезного, в очереди вирус найдешь. Очередь на рентген или КТ — такая же.
Поскольку информативность тестов вызывает большие вопросы, многие не видят смысла их добиваться, болеют дома, к врачам не обращаясь. А те, кто делает платные анализы, и за лекарства в состоянии заплатить. Однако если у вас 37° и выше, ни в одну платную лабораторию вас не пустят: температуру измеряют на входе.
Немик заявил, что выделенных денег хватит на 14 тыс. больных. Если считать по сегодняшнему приросту (330) — на 42 дня (но это если предположить, что все они будут лечиться дома, а прирост не увеличится). Деньги даны до конца декабря, и их должно вроде хватить, но со скрипом. Для сравнения: на охрану врио хабаровского губернатора Дегтярева хабаровский краевой бюджет даст 33 млн. Это к вопросу о приоритетах. Весь Красноярский край — это 3,2 Дегтярева, такой курс в стране.
Но это хотя бы ослабит нагрузку на аптеки, и тем, кто лечится сам, будет чуть полегче искать препараты. Их проблематично купить с марта:
весной не было парацетамола, других жаропонижающих, в июле — арбидола, который прописывают при коронавирусе чаще всего; полновесный же дефицит противовирусных препаратов, витаминов (элементарной аскорбинки, витамина D), антибиотиков разразился в Красноярске в середине октября.
Завозимые лекарства моментально сметали с полок. Заканчивались или закончились и складские запасы. Это «Новой» подтвердили тогда в трех аптеках разных сетей. Невозможно было найти арбидол, гриппферон, ингавирин, триазавирин, азитромицин, сумамед, левофлоксацин. В интернет-аптеках — та же картина.
Сейчас, обзванивая все аптеки и склады, шанс найти препараты есть. Но не все. Люди ищут с рук на «Авито», договариваются в соцсетях с переболевшими, забирая у них остатки, и т.д. По словам пресс-секретаря самой крупной фармацевтической сети (30% рынка региона) «Губернские аптеки» Анатолия Патюкова, Красноярску удалось договориться с производителем арбидола «Фармстандартом», и действительно в начале ноября в аптеки поступило 45 тыс. упаковок. Кроме того, был перебой с гормональными жизненно важными препаратами, в частности с преднизолоном. В минздраве рассказали, что для льготников закупили метилпреднизолон, который взаимозаменяем с преднизолоном.
16 ноября на заседании оперштаба губернатор Усс затребовал список поставщиков недостающих препаратов и заявил, что будет лично звонить им всем — просить, требовать, настаивать. «Мы должны использовать всю социалистическую методику тех времен, когда мы жили в условиях дефицита. Если 2 из 10 звонков дадут результат — хорошо».
Алексей Тарасов, «Новая»
ВЛАДИВОСТОК
Маска, антисептик и спаси Господи.
— Арбидола нет. И сумамеда.
— А...
— И аналогов. И когда будет, не знаем.
«Улов» в крупнейшей аптечной сети Владивостока две недели назад оказался невелик: «Магний B6» и аскорбинка (при ковиде надо укреплять сердечко и пить витамин C, конечно, но...). Фармацевты все вопросы покупателей знают заранее. Правда, уже в прошлый понедельник в рабочий чат приходит благая весть: «В «Монастырев» завтра завезут арбидол!» — и ответ: «В «Аптеку низких цен» завезли сегодня». В среду еще одна счастливая новость: «В «Аптеке 25» появился ингаверин».
Но такие поставки — как польские сапоги в советское время. Они как бы есть, а через пару часов их уже нет.
Чтобы добежать к открытию аптеки и забрать свой арбидол по предзаказу, люди просят подстраховать их на работе.
Кто не успел, тот опоздал и пьет аскорбинку. Противовирусные препараты и антибиотики всех видов в дефиците, последние несколько дней стало чуть получше, но все равно. Коллеги везут все из Москвы.
И такой ажиотаж объясним. Приморье накрыла вторая волна коронавируса. Если в 20-х числах октября мы огорчались суточным показателям в 120–125 заболевших, то сегодня такие цифры приняли бы за благо. 26–28 октября показатели увеличились до 180+ заболевших. 2 ноября перевалили «психологический барьер» в 200 официально зарегистрированных случаев. И с тех пор ниже уже не было. Выздоравливает при этом хорошо если половина. А сколько еще человек не попадает в официальную статистику, потому что к ним не приезжают терапевты и не берут тесты… Врачей винить сложно: бригад не хватает, а больных слишком много.
Чтобы были ясны масштабы бедствия: в травмпункты и поликлиники, например, ежедневно приходят ковидные и контактные; некоторые даже не особо шифруются.
Однако врачам, которые не работают в «красной зоне» ковидных госпиталей, тесты на коронавирус, по их словам, не проводят и препараты для профилактики не выдают. Масочка, антисептик и Господь Бог, спасите и сохраните.
Несмотря на все увещевания краевых властей, люди дома не сидят. А в ближайший четверг ожидается снегопад, метель, гололед. И что это значит? А то, что каждый доктор, медсестра, санитарка в травмпункте — на такой же передовой.
Плюс ко всему прочему существуют административные барьеры. С 1 июля в России введена обязательная маркировка лекарств (ныне уведомительная) через систему «Честный ЗНАК». Как вы понимаете, даже если в мирное время государство решает поразвлечься с использованием интернет-технологий, добром это не кончается. Но если без уведомлений о штрафах ГИБДД или заявления на заключение брака на «Госуслугах» мы как-нибудь проживем, то с медикаментами дело совсем другое. Летом случались перебои в поставках, но терпимые. А как грянул гром, мужик таки перекрестился: в начале ноября премьер-министр Михаил Мишустин постановил упростить режим маркировки, теперь она не обязательная, а уведомительная. Легче пока не стало, ведь это больницы и аптеки используют заявительный, упрощенный режим. А для дистрибьюторов порядок уведомления прежний.
Заходишь на сайт одной из крупнейших в Приморье аптечных сетей «Монастырев.рф» и читаешь обращение, собственно, основателя, Александра Монастырева. Он как раз и пишет: «Правительство РФ ввело новые правила продажи лекарственных средств, теперь все поставки и продажи лекарственных препаратов должны проходить через фиксацию в электронной государственной системе МДЛП. Постоянные сбои в работе данной системы привели к задержкам и срывам поставок лекарственных препаратов в аптеки по всей стране».
Везде увеличены сроки поставок, в колл-центры не дозвониться. Конечно, объемы закупок сети увеличивают. Но когда еще те лекарства дойдут… Монастырев говорит, что «критическая ситуация в фармотрасли будет продолжаться еще несколько недель». Правда, это сообщение висит с 26 октября.
Валерия Федоренко, специально для «Новой»