Пандемия дошла до предстоятеля

Кончина Сербского патриарха: роль политического фактора

90-летний Сербский патриарх Ириней (Гаврилович) стал первым предстоятелем поместной православной церкви, чью жизнь унес коронавирус. Кончина патриарха последовала в 7 часов утра 20 ноября. В этот же день его московскому собрату Кириллу исполнилось 74 года.

Предстоятель РПЦ надежно защищен режимом жесткой самоизоляции на подмосковном объекте «Скит», охраняемом ФСО. Сербский патриарх от коронавируса никак не прятался.

По одной из версий, заражение могло произойти 1–2 ноября в столице Черногории Подгорице, куда предстоятель прибыл на погребение местного сербского митрополита Амфилохия, скончавшегося от... коронавируса. На тех богослужениях присутствовала и представительная делегация Московского патриархата во главе с управляющим его украинской частью митрополитом Антонием.

Шокирующей особенностью этих богослужений, собравших тысячи людей, было полное и категорическое попрание всех санитарных норм, которые так тщательно насаждались властями Черногории. У этой маленькой балканской страны, чей бюджет в основном пополнялся за счет туризма, и так сложилась не очень позитивная репутация — она занимала 5-е место в мире по числу тяжелых случаев течения ковида в пересчете на душу населения. Во время отпевания Амфилохий находился в открытом гробу, день и ночь к его телу прикладывались люди.

Среди них был и патриарх, и временно управляющий Черногорской митрополией епископ Иоанникий, который, разумеется, через несколько дней сам слег с коронавирусом.

После отпевания, носившего, помимо прочего, характер политической демонстрации, в Черногории прогнозируемо началась вспышка заболеваемости. Уже 13 ноября власти ввели комендантский час и жестко ограничили работу общественных заведений. А 15 ноября заразившийся патриарх Ириней был переведен на искусственную вентиляцию легких, причем у него отказало сердце, работа которого с того момента также поддерживалась аппаратными способами. Срочно из Москвы в Белград десантировалась группа военных врачей с большим опытом лечения тяжелых ковидных больных. Но ничем помочь 90-летнему старцу они уже не смогли — его кончина была лишь вопросом времени. Неслучайно первые сообщения о ней в сербской прессе появились уже 19-го, когда врачи продолжали поддерживать на вегетативном уровне жизнедеятельность организма патриарха.

Если версия о заражении в Подгорице окажется верной, то из этого придется сделать ряд печальных выводов. Последний год жизни стал для 82-летнего черногорского владыки Амфилохия годом сомнительного политического триумфа. Если раньше он пользовался репутацией аскета и ученого богослова, то на протяжении 8 месяцев 2020-го с головой погрузился в политику. По его благословению, а часто и при его непосредственном участии по всей стране организовывались демонстрации («литии») против нового черногорского закона о свободе вероисповедания, за которыми прочитывался совсем другой подтекст.

Закон стал благовидным предлогом для мобилизации накануне выборов просербских сил в Черногории.

Эти силы не принимают евроатлантический курс страны, по большому счету не признают ее независимости, мечтая о возрождении «великой Сербии» под эгидой и на средства России. Как уже писала «Новая», в организацию беспорядков в Черногории был вложен немалый «кэш» неизвестного происхождения, доставлявшийся в том числе по горным тропам, слабо контролируемым малочисленной черногорской погранслужбой. По мере разогрева протестных настроений Амфилохий напрямую начал проклинать президента Мило Джукановича и призывать свою паству голосовать за просербский альянс «За будущее Черногории».

В результате три просербские партии взяли на парламентских выборах 31 августа незначительное большинство в парламенте, чего достаточно для фактического отстранения Джукановича от принятия ключевых решений. Амфилохий служил благодарственные молебны и ожидал отмены невыгодного для Сербской церкви закона о свободе вероисповедания. Новая власть, впрочем, его так и не отменила, хотя обещает…

Но вернемся к патриарху Иринею. Традиционно в русской православной среде принято с особым уважением относиться к сербским патриархам. Этот «бренд» сильно укрепил скончавшийся в 2010 году патриарх Павел, который действительно вел предельно скромный образ жизни, ездил в храм на троллейбусе, раздавал нищим все свои деньги. Патриарх Ириней на его фоне выглядел несколько более «элитарно», хотя по сравнению с патриархами московскими и он являл собой недосягаемый идеал скромности и аскетизма. В его карьере был небольшой опыт зарубежного служения (он учился в Афинском университете), и жесткие церковные консерваторы считали его либералом. Вопреки традиции Сербской церкви, сформированной кровавой историей взаимоотношений сербского и хорватского народов, Ириней довольно спокойно и даже доброжелательно относился к католической церкви — пусть и редко, но участвовал в экуменических молитвах и даже был награжден грамотой католического фонда Pro Oriente, продвигающего «миссию на Востоке». По самому болезненному для сербов вопросу — косовскому — он также занимал сдержанную и сбалансированную позицию.

Удержание Сербского патриархата в орбите своего влияния — приоритетный вопрос не только для Московской патриархии, но и для Кремля. Считается, что Сербия остается последним союзником РФ в Европе, хотя сами сербские власти не проявляют стабильности в этом вопросе, периодически заговаривая об ассоциированном членстве страны в ЕС (такой статус имеет, например, Украина). В свою очередь, и Сербский патриархат, финансово зависимый от Москвы, поддерживает позиции РПЦ на международной арене — не признает автокефалию церкви Украины и осуждает намерения Константинопольской патриархии предоставить такую же автокефалию «раскольническим» церквям Северной Македонии и Черногории. Но в позиции Сербского патриархата тоже нет того уровня стабильности, какой нужен Москве. Например, он не поддержал разрыв канонического общения с Константинопольским патриархатом, который провозгласила РПЦ в 2018 году, таким образом приостановив глобальный раскол мирового православия, на что был готов пойти патриарх Кирилл.

По предварительным данным, местоблюстителем патриаршего престола в Белграде станет митрополит Дабро-Боснийский Хризостом (Евич), имеющий умеренно промосковскую ориентацию. Однако наиболее вероятным кандидатом на патриарший престол называют митрополита Загребского и Люблянского Порфирия (Перича) — гораздо более прозападного.

Возможно, по традиции Сербской церкви патриарха определит жребий (именно так был избран Ириней). Подобный же способ избрания, предполагающий не только голосование грешных людей, но и как бы прямое Божественное вмешательство, установил для московских патриархов Поместный собор 1917–1918 гг. Этого постановления никто не отменял, но патриарх Кирилл, еще будучи местоблюстителем, категорически исключил его использование при своем избрании в 2009-м. Кстати, это еще один повод для особого уважения Сербской церкви со стороны чад РПЦ…

Пока остается неясным вопрос: кого сможет направить на погребение патриарха Иринея Московская патриархия.

При жестко авторитарной модели ее руководства, выстроенной патриархом Кириллом, его не менее жесткая самоизоляция ведет к параличу церковного управления.

Кроме того, высшие иерархи откровенно боятся заразиться. Как раз сегодня, в день рождения Кирилла, коронавирус унес жизнь одного из ближайших его сподвижников, бывшего заместителя председателя Отдела внешних церковных связей, а ныне митрополита Татарстанского Феофана (Ашуркова). Он стал уже 7-м иерархом РПЦ, не пережившим пандемии.

Достоверно известно о заражении еще двух предстоятелей поместных церквей (также в очень преклонных летах) — архиепископа всея Албании Анастасия и архиепископа всея Эллады Иеронима. Оба госпитализированы в один и тот же госпиталь «Эвангелизмос» под Афинами. Данные же о заражениях среди епископата РПЦ строго засекречены. По неофициальным сведениям, сейчас болеет около 40 епископов.