Последний победитель

Памятник в Ростове Виктору Понедельнику поставили еще при жизни

Кусочек кинохроники из киножурнала «Новости дня» все болельщики со стажем помнят, не заглядывая в интернет: навес с левого фланга, форвард выпрыгивает выше всех и головой отправляет мяч в противоход вратарю. Ничего особенного, если бы не антураж: Париж, стадион «Парк де Пренс», финал первого Кубка Европы, СССР — Югославия, дополнительное время, 10 июля 1960 года, воскресенье. В Москве, правда, в этот момент уже наступил понедельник, и с золотого гола форварда под той же фамилией в советском футболе началась новая эра. Дальше на тех хроникальных кадрах победители во главе с Игорем Нетто под дождем довольно резво совершают круг почета, но, по воспоминаниям Понедельника, они едва ковыляли, а капитан специально срезал дистанцию — сил бежать не было.

Таких деталей больше и вспомнить некому — Виктор Владимирович Понедельник, скончавшийся в субботу 5 декабря на 84-м году жизни, был последним из остававшихся в живых победителей первого Кубка Европы.

Золотой гол он, конечно, выделял, но больше всего гордился тем, что с этого момента советский футбол признал весь мир.

Это был третий матч Виктора Понедельника за сборную СССР. 19 мая в дебютном «товарняке» парнишка из Ростова-на-Дону отгрузил Польше в «Лужниках» три гола. С хет-трика в сборной не начинал никто, даже самые великие. 22 мая Понедельник без бокала шампанского отметил свое 23-летие. На сборах в подмосковных «Озерах» его поселили со Львом Яшиным. В четвертьфинале первого официального континентального турнира команда должна была дважды сыграть с испанцами, но Франко в последний момент отказался отправлять свою сборную в Москву, так что в «финал четырех» вышли без нервотрепки.

6 июля на марсельском «Велодроме» в полуфинале Кубка Европы дебютант снова забил, закрепив крупную победу над сборной Чехословакии. Следом был триумф в Париже, осенью 1960-го — два товарищеских матча, снова с голами Понедельника. Он забивал в пяти подряд первых своих официальных встречах за сборную — своего рода рекорд.

Золотой пас ему отдал Михаил Месхи, что тоже символично. Месхи плохо знал русский, а Понедельник неплохо знал грузинский, которым овладел еще в эвакуации. В Тбилиси они с матерью и сестрой оказались, чудом успев сесть в последний эшелон, когда немцы уже были на окраинах Ростова. Футбол начался для Вити в Тбилиси (стадион «Динамо» был рядом), как и школа. Грузия навсегда стала для него вторым домом.

Есть и другие совпадения, которые подарила Виктору Понедельнику необыкновенная весна 60-го. 29 мая, ровно через неделю после его дня рождения, вышел первый номер еженедельника «Футбол», который стал самым популярным изданием в СССР, распространявшимся исключительно в розницу. Через семь лет еженедельник стал называться «Футбол-Хоккей», еще через 17, после знаменитого Льва Филатова, его возглавил… Виктор Понедельник.

Писатель Александр Нилин как-то назвал Понедельника везунчиком, но, не в обиду замечательному Сан Палычу, везение, пожалуй, только к самым первым годам Понедельника в сборной и относится. На сборы его, игрока команды класса Б «Ростсельмаш», вызывали еще в начале 1958-го — в преддверии чемпионата мира — на всякий случай. И он ведь мог туда попасть, и точно бы пригодился — гения Эдуарда Стрельцова по облыжному обвинению показательно посадили в тюрьму, карьера Никиты Симоняна подходила к концу, но дорогу на чемпионат мира Понедельнику перегородила первая операция на колене. Нового вызова пришлось ждать два года.

Их со Стрельцовым сдвоенный центр мог бы произвести в Швеции-58 фурор, но как случилось, так случилось. Вместе они выйдут на поле, уже играя за ветеранов. В таком матче где-то ближе к середине 70-х я их и видел. Смотрелись два выдающихся центрфорварда, реализовавших свой потенциал едва ли наполовину, впечатляюще, даже с учетом того, что матч был выставочный.

По нынешним меркам Виктор Понедельник не отличался какими-то особыми физическими данными. Да, высокий, атлетичный, прыгучий, координированный, но не скажешь, что быстрый и очень техничный. Зато с мощным ударом, умением выбрать позицию, с голевым чутьем, ничуть не мешающим работать на команду:

голевых пасов у него не меньше, чем голов, которых у него за сборную ровно два десятка за 29 игр в форме национальной сборной.

Конечно, первое пятилетие 60-х даже при наличии таких звезд, как Воронин, Иванов, Яшин, Шестернев, Метревели, могло стать пятилетием Понедельника. На следующий год после Парижа возглавляемая Гавриилом Качалиным сборная в турне по Южной Америке катком прошлась по сборным Аргентины, Уругвая и Чили. Аргентинцам в Буэнос-Айресе на «Ривер Плейт» Понедельник второй свой гол забил бисиклетой — Метревели с правого фланга пасовал Иванову, но уже проскочивший за линию мяча Понедельник перехватил передачу, неотразимо пробив через себя в падении. Высыпавшая на поле после финального свистка толпа вмиг разорвала майки победителей на сувениры, а особо охранявшие главного героя встречи полицейские сами сделали то же самое с его майкой под номером 9.

Увы, чемпионат мира в Чили 1962 года не задался всей сборной, пусть Виктор Понедельник и забил два гола и четыре раза ассистировал партнерам. Проигрыш хозяевам в четвертьфинале стоил места Качалину, но еще обиднее спустя два года стал итог финала второго Кубка Европы. Под руководством Константина Бескова сборная СССР на пути к «финалу четырех» прошла Италию и Швецию, в «Лужниках» Понедельник забивал обеим сборным, Швеции вообще дважды. Полуфинал с Данией играли в Барселоне, и по счету это было копией Марселя-1960: три безответных гола, и один из них — на счету Понедельника.

Финал на «Сантьяго Бернабеу» задержали на полтора часа. Ждали каудильо, а диктаторы и лидеры авторитарного типа, как известно, любят показательно опаздывать, это характерная их черта. Сборную СССР обязали выиграть — только с этим условием партийные бонзы и разрешили лететь в «фашистское логово». Все было за хозяев, включая ревущий 80-тысячный стадион. Бесков выбрал сугубо оборонительный вариант; придавленные ответственностью игроки, похоже, перегорели и пропустили решающий мяч от Марселино за шесть минут до финального свистка.

На следующий день после прилета Бескова сняли. Понедельника, не считая двух «товарняков» в Алжире, в сборную больше не вызывали — его позицию в 65-м доверили Анатолию Банишевскому. Через год, уже после чемпионата мира, спустя пять минут после начала товарищеского матча с ГДР Понедельник символично уступил место Анатолию Бышовцу.

Ну и где тут везение, если всей карьере Понедельника в большом футболе пять-шесть лет? Я ждал дебюта форварда в любимом «Спартаке», куда он перешел в январе 1966-го, но не дождался — перезагрузить карьеру из-за травм и давно мучившей его бронхиальной астмы не удалось. Кто знает, как бы все сложилось, останься Понедельник в ЦСКА в 1961-м, но столичным армейцем он пробыл ровно сутки — вопрос решался на уровне ЦК КПСС, и спецоперация по возвращению народного любимца в Ростов завершилась успешно.

То, что он играл только за ростовские «Ростсельмаш» и СКА, делает Понедельнику честь, но на союзном уровне он так и остался без регалий.

Слышать уникальный репортаж Николая Озерова из Парижа по малости лет я не мог, телетрансляцию из Мадрида тоже не видел — по большому счету, футбол для меня начался с чемпионата мира в Англии в 1966-м, где Понедельника уже не было. Но я читал первые его репортажи в «Советском спорте» начала 70-х. Как говорил сам экс-форвард, из футбола он не ушел, а просто сменил амплуа. Гены отца, известного журналиста, все-таки сказались, и здесь Виктор Владимирович Понедельник добрался до верхней точки карьеры футбольного обозревателя, возглавив популярнейший еженедельник. Правда, его «Футбол-Хоккей», в котором он не изменял филатовским традициям, кончился ровно через 30 лет после первого выпуска — такой в 90-м получился юбилей и первой победы, и издания.

До того как болезнь окончательно не сломила донского бомбардира, он был на виду. Его награждал Рубиновым орденом УЕФА Мишель Платини. Ему аплодировал Киевский дворец искусств во время церемонии жеребьевки Евро-2012. Ему дарили скакунов, тепло принимали в каждом городе, не говоря уже о родном Ростове, где в 2015-м открыли персональный памятник на стадионе «Олимп-2». Он занимал разные футбольные должности, в основном общественные, дружил с Майей Плисецкой, Кириллом Лавровым и Евгением Леоновым, играл в шахматы с Михаилом Талем и Тиграном Петросяном, он написал — естественно, сам — четыре книги, какое-то время имел непосредственное отношение к футбольной тематике — да-да, не удивляйтесь — в «Новой газете».

Кстати, про фамилию. По семейной легенде это писарь с устатку или спьяну ошибся, вписав в графу «фамилия» день недели. И бывший крепостной, оказавшийся на Дону где-то в 60-х годах позапрошлого века, стал Понедельником.

А его потомок про любимую игру написал однажды так: «Футбол мы любили больше, чем себя в нем». Лучше не скажешь.