Площадь позора

РСПП продолжит борьбу с табличками «Последнего адреса» (11х19 см) в суде

Исполнительный вице-президент «профсоюза миллиардеров» (РСПП), профессор Высшей школы экономики Дмитрий Кузьмин опубликовал в популярной газете кровью сердца написанный текст. Под заголовком «Конвейер "Последнего адреса" надо остановить!» Если упустить время, с болью пишет профессор в популярной газете, наши города превратятся в кладбища. Шутка ли — уже более тысячи табличек (каждая — размером с почтовую открытку) висит по стенам наших домов; еще немного осталось; только в 37–38-м годах на пике Большого террора было уничтожено (по официальным данным) 681 692 человека…

К слову скажу,

лучший путь был бы — не расстреливать сограждан вовсе, и на таком кладбище жить потомкам не пришлось бы ни при каких условиях.

Но площадь одной таблички — 11х19 см, 0,021 квадратного метра. Если укатать ими Москву, получится примерно 18 009 квадратных метров. Красная площадь — для сравнения — всего 24 750 квадратов. Тоже немного, в сущности, еще и место останется для парадов.

Можете не беспокоиться, господин Кузьмин. Живите спокойно.

Подписался он под своим текстом просто: «Внук расстрелянного красного офицера», без иных титулов. Да разве спрячешься! Оказывается, вице-президент Кузьмин уже два года насмерть стоит и под разными предлогами не дает разрешения на установку четырех (0,08 квадратного метра в сумме) табличек на стене дома, принадлежащего Российскому союзу промышленников и предпринимателей. Об этом в прямом эфире «Эха Москвы» эмоционально рассказал инициатор движения «Последний адрес» Сергей Пархоменко.

Но с автором заметки в «Московском комсомольце» Кузьмина он не связал.

То есть у РСПП оставалась-таки сказочная возможность — промолчать; не все узнали, кто и с какими доводами защищает наше право жить бездумно и беспамятно.

Только разве можно не вляпаться в грязь, если такая дивная возможность вдруг открылась!

И РСПП подает на радиостанцию «Эхо Москвы» иск в суд, требуя защитить свою честь, достоинство и деловую репутацию.

В чем же усматривают господа миллиардеры покушение на их деловую репутацию, честь и достоинство?

Я изучил со всей возможной внимательностью исковое заявление. Ссылки на законы, нормативные документы… Восемь страниц! И ни строчки — о чем, собственно, речь идет, даже самой фамилии Пархоменко тоже нет. Написали бы: «Эхо Москвы» распространяет недостоверную информацию, клевещет, будто мы пытаемся похоронить память о жертвах сталинизма, переписываем историю, оправдываем репрессии…

Нет!

А вообще просят полмиллиона рублей возмещения да еще 6 тысяч судебных издержек, причем о «чести и достоинстве» вспоминают только в самом конце, в назывном порядке. В юридические чащи входить не буду, впереди суд, чего доводы защиты раскрывать. Но о том, что руководители РССП, кажется, полностью потеряли способность оценивать свои слова и поступки, сказать, думаю, стоит.

И, так сказать, по процедурному вопросу.

Когда-то не скажу дружил — в общем, был близко знаком с Егором Тимуровичем Гайдаром. Понимаю, что не все за это меня сейчас одобрят, но я сейчас о другом. Так вот, рассказывал мне Гайдар, как в декабре 1992-го уволили его из правительства, и никакой Ельцин не защитил. Возвращается он домой, понятно, расстроенный, а где-то около 12 ночи приходит друг и соратник, вице-премьер. Прошли на кухню, выпили, и говорит Егору друг и соратник (который в правительстве остался): «Давно хотел сказать тебе, что ты неправ…»

Нашел время и место!

Пока в бюро РСПП разве что Анатолий Борисович Чубайс проявил адекватность. Написал письмо своему президенту Шохину. «Учитывая, что данный спор уже перерос из частной переписки в публичный конфликт, затрагивающий репутацию и РСПП, и каждого из нас, считаю, что позицию Союза по данному вопросу необходимо обсудить и определить на ближайшем заседании Бюро Правления РСПП. Более того, считаю принципиально важным и правильным вопросы такого уровня накала и резонанса в обязательном порядке рассматривать на Бюро Правления до обращения в судебные инстанции от имени Союза.

Информирую Вас, что пока обсуждения данного вопроса не произошло, я не могу занять позицию в поддержку обращения РСПП в суд».