Original Material
24 билборда на границе совести. Расследование «Протокола»
Мы вскрыли схему «крышевания» рекламной индустрии в Краснодаре. Какое отношение к этому имеет главный архитектор Краснодара Наталья Машталир? Кто и как уродует Краснодар мигающей рекламой? Это материал про взятки, незаконные судебные решения и утраченные надежды.
Глава I. Проболталась
11 августа 2020 года в telegram-канале «Туподар» появилась публикация с ссылкой на Facebook. Житель Краснодара Вера Сердечная написала, что к её дому приехали рабочие и собираются устанавливать рекламную светодиодную конструкцию, а разрешение на нее выдал главный архитектор города Наталья Машталир.
В комментариях начался скандал. От Натальи Машталир потребовали «отреагировать на безобразие ибо доколе». Сама Наталья не замедлила появиться в комментариях и отреагировать.
Адвокат Михаил Беньяш задал Наталье Машталир вопрос: что за суд имел наглость засудить администрацию и не назовет ли наш демократичный архитектор номер дела? Он рассказывает: «Это вызвало странную реакцию у неё. Она занервничала, стала несколько высокомерно уходить от ответа и предложила подать письменный запрос в администрацию».
На следующий день ситуация разрешилась и Вера Сердечная написала, что фундамент конструкции снесен, а потому первый пост она удалила. И пост был действительно удален, но скриншоты остались.
Как адвокат Михаил Беньяш не имеет права отправлять адвокатские запросы в своем интересе. Потому он заключил соглашение с редактором «Протокола» Александром Савельевым.
Глава II. Предприниматель и суды
После этого был отправлен запрос в администрацию Краснодара и в департамент архитектуры. Параллельно аналогичные запросы писали «Свободные медиа».
В комментариях Наталья Машталир говорила, что обратился в администрацию предприниматель, тогда как выдано разрешение было физическому лицу Роману Губенко. Он же является директором и соучредителем крупного оператора наружной рекламы в Краснодаре – ООО «Медиатрон».
Зачем физическому лицу рекламная конструкция? Что он с ней делать будет? К тому же предприниматели обычно судятся в арбитражных судах, а в суды общей юрисдикции как физические лица идут только в том случае, если планируют дать взятку судье, а само дело провернуть тайно и скрытно. Или может Наталья перепутала и не может отличить предпринимателя от физического лица?
Глава III. Тревожные звоночки
Одновременно адвокат Михаил Беньяш и главный редактор «Свободных медиа» Марк Небесный подали запросы в департамент архитектуры Краснодара. Михаил просил сообщить обращался ли Губенко с заявлением на установку рекламной конструкции на улице Дзержинского? Отказывали ли ему? Выступал ли он как физическое лицо или индивидуальный предприниматель? Оспаривал ли Губенко этот отказ в суде? Если да, то в каком именно: в районном суде или в арбитражном? Вопросов возникло очень много. Такой же запрос был направлен на имя главы города.
На следующий день стали происходить странные вещи. Марку Небесному стал звонить известный в городе издатель портала «Юга.ру» Евгений Руденко с просьбами отозвать запрос. Михаил Беньяш вспоминает: «Мне сначала позвонила женщина, представившаяся жителем улицы Дзерджинского, и также очень просила отозвать запрос. Она сказала, что её об этом просят из «Медиатрона» — компании, которая пыталась разместить конструкцию возле ее дома и она к этой просьбе присоединяется, поскольку конфликт исчерпан. Я деликатно ей отказал и уже вечером мне стал звонить непосредственно сам директор и хозяин «Медиатрона» Роман Губенко. То самое физическое лицо, на чьё имя было выдано разрешение. Из разговора с Романом я понял, что у него есть на руках запрос, который я направил в администрацию города и департамент архитектуры. Лицо, передавшее ему этот запрос категорически не хочет на него отвечать, требуя чтобы Роман Губенко «договорился» со мной об отзыве запроса. Договорится не получилось. Для нас адвокатов, воля клиента — закон. Даже если он и такой как Савельев. Звонки продолжались. Теперь уже от моих коллег и все с той же просьбой».
Чем настойчивее звучала просьба, тем отчётливей Михаил понимал, что эта информация представляет очень большой общественный интерес. Он решил, что раз решение суда прячут и не хотят выдавать — значит за этим решением кроется какая-то афера.
В конце концов, убедившись, что запросы отозваны не будут, департамент ответил на них. Изучив их редакция «Протокола» поняла, что комментарий Натальи Машталир о том, что «пишите запрос и мы на все ответим» — не более чем отговорка, чтобы не давать ответ на крайне неудобный вопрос. Наталья не ответила ни об обжаловании решения, ни о местах размещения рекламных конструкций, ни о том, почему предприниматель с коммерческим спором обратился в районный суд, а департамент архитектуры проигнорировал это.
Само решение, которое к тому времени еще не появилось на сайте, Наталья присылать не стала, сославшись на то, что в нем находятся адреса рекламных конструкций, которые являются «персональными данными».
Глава IV. Маркеры коррупции
Есть так называемые коррупционные маркеры – наиболее типичные условия, говорящие, что непосредственно в этом эпизоде имеет место взятка, сговор или злоупотребление.
Самым первым из них является рассмотрение дела судом с нарушением подведомственности. Экономические споры между предпринимателями рассматривает арбитражный суд, все остальные – суды общей юрисдикции, те самые районные суды. В арбитражных судах процесс еще относительно открытый, а суды общей юрисдикции стремятся его закрыть при первой же возможности. Арбитражные суды выкладывают в сеть вообще все постановления, а районные суды только итоговые решения и приговоры, причем не все.
Маркер второй. Решение по делу с признаками коррупции, районным судом не выкладывается и всячески скрывается. Оно скрывается не только от общественности, но и от прямого руководства, которому может не понравится, что судья принял идиотское решение, взял взятку, а с куратором своим не поделился.
Маркер третий. Если истец дал взятку судье и ответчику, то это решение обжалуется за пределами срока на подачу жалобы. Чтобы её не удовлетворили, это логично.
По внутренним отчетам все получается чисто: администрация дело проиграла и даже подала жалобу. Но суд срок на ее подачу не восстановил. Администрация сделала вид, что выполнила работу, а суд сделал вид, что это правосудие и все довольны.
Почему коррупционеры стараются не допускать рассмотрения апелляции, в целом понятно. Купить клерка юридическом отделе муниципальной службы или департамента, дешевле, чем апелляционную коллегию. К тому же это лишняя огласка, привлечение дополнительных лиц и афера может выйти из-под контроля.
Так мы сталкиваемся с судьёй ленинского районного суда Краснодара Олегом Устиновым. В Краснодаре он известен тем, что помог снять с арестованного счёта Цапков 92 миллиона рублей.
На сайте Арбитражного суда Краснодарского края дел, рассмотренных с участием предпринимателя Романа Губенко и департаментом архитектуры Краснодара, нет. Зато на сайте Ленинского районного суда Краснодара, дел, рассмотренных с участием физического лица Романа Губенко и департаментом архитектуры Краснодара девять штук.
Семь из них – это оспаривание действий администрации. И все они рассмотрены судьей Олегом Устиновым. Шесть исков были удовлетворены, по одному дело было прекращено.
Когда мы стали заниматься этим делом, на сайте Ленинского районного суда этих решений не было. Чтобы получить решение, пришлось писать жалобу на имя председателя краевого суда. Решение пришло по почте и появилось на сайте, в отличие от удовлетворенных решений по еще двум делам.
Изучив все решения, мы можем вам рассказать, каким образом была реализована схема, лишившая бюджет Краснодара десятков и сотен миллионов рублей.
Глава V. Предпринимательская неопределённость
С получением разрешения на установку рекламной конструкции «через суд» есть одна, законным образом не решаемая, проблема.
По закону «О рекламе» договор на установку и эксплуатацию рекламной конструкции на объектах недвижимости принадлежащих государству или муниципалитету, осуществляется на основе торгов. Оператору наружной рекламы для получения разрешения необходимо заключить договор. Причем договор этот должен быть заключен в ходе аукциона или конкурса, а стартовая цена аукциона рассчитывается по специальной формуле утвержденной решением городского собрания Краснодара.
Операторы наружной рекламы не очень любят такие аукционы. Если их проводить честно, то конкуренты в ходе торгов поднимут цену, а если проводить нечестно, то придется тратиться еще и на взятку. А если платить взятку, то зачем оплачивать договор? И так, и так расходы.
24 земельных участка для размещения рекламных конструкций, которые арендует Роман Губенко, имеют свою небольшую историю. В 2013 году, право аренды на них предоставила администрация Краснодара некому Владимиру Ивахненко – краснодарскому бизнесмену. Потом он переуступил права аренды на них предпринимателю Галине Симоновой, а она в свою очередь, поняв, что получить от администрации разрешения на эти участки слишком проблематично, в 2018 года переуступила их Роману Губенко.
За разрешением на установку конструкций Губенко пошел в Ленинский суд, к своему старому другу судье Устинову. В августе 2019 года иск был удовлетворен. То, что закон о рекламе, говорит про аукционы или конкурсы, удовлетворяя иск, судья Устинов просто проигнорировал. Вроде бы ничего особого. Очередное сомнительное решение, но реальность оказалась еще веселей. Мы продолжили копать и в картотеке дел арбитражных судов нашли ещё одно дело.
В этом деле Галина Симонова оспаривала действия департамента архитектуры Краснодара, которыми ей было отказано в выдаче разрешения на установку рекламных конструкций на 24 земельных участках, арендуемых ею у администрации Краснодара. Это те самые участки. И адреса, и кадастровые номера и номера договоров аренды совпадают.
В августе 2013 года судья регионального арбитражного суда Ольга Левченко отказала в удовлетворении иска, сославшись на все тот же закон о рекламе – разрешение только через аукцион. Решение судьи Левченко было обжаловано вплоть до кассации и везде было оставлено без изменений.
Это, вероятно, не законно. ИП Губенко — правопреемник ИП Симоновой по всем правоотношениям, которые связаны с полученными от нее правами аренды на участки, включая и правопреемство, по исчерпанию спора о выдаче разрешения. Суд уже высказал свою позицию о выдаче разрешений и суд в их принудительной выдаче ИП Симоновой отказал и этот отказ, в равной степени действенен и для ее правопреемника Губенко. Гражданский процесс прямо запрещает повторное рассмотрение дела между теми же сторонами, по одному и тому же предмету, и по тем же основаниям.
В нашем же случае мы имеем, два решения суда: арбитражного от августа 2013 и районного от августа 2019 года. Одно законное, другое нет. Одно было дважды обжаловано, осталось в силе и вот уже семь лет спокойно лежит в картотеке арбитражных дел, а другое пряталось, не обжаловалось и получено было лишь после жалоб.
Департаменту архитектуры, для того чтобы выиграть дело в Ленинском суде, достаточно было сделать одну вещь: положить перед судьей Устиновым выписку из ЕГРЮЛ на Романа Губенко, а также решение арбитражного суда от августа 2013. Для того, чтобы отменить решение Устинова, департаменту архитектуры достаточно было просто подать в срок апелляцию и приложить к ней те же документы. Ничего этого сделано не было.
Главный редактор «Свободных Медиа» Марк Небесный, направил на имя Натальи Машталир журналистский запрос, на предмет того, было ли решение судьи Устинова обжаловано. Она ответила, что на заседании рабочей группы при главе Краснодара принято решение об отсутствии основания для обжалования решения Ленинского суда.
У нас осталось еще два вопроса, а потом мы перейдем к морали:
Вопрос 1. Какую сумму недополучил бюджет города из-за того, что суд обязал выдать разрешение на 24 рекламные конструкции без проведения аукциона? Вам стало интересно, какую сумму комиссия при главе города сочла недостаточно существенной, чтобы принять решение отказаться от обжалования постановления судьи Устинова?
В решении городской Думы Краснодара есть формула расчета стартовой цены аукциона, мы подставили к ней имеющиеся данные и получили сумму 59 978 880 рублей. И это без торгов! При конкурентных торгах она вполне могла быть увеличена ещё на 20-30%, а может и больше. Итого, из-за халатного отношения к своей работе со стороны сотрудников департамента архитектуры, бюджет города не досчитался минимум 60 миллионов рублей. Это годовой бюджет школы или больницы. Это деньги на все то же благоустройство города. На дороги. На парки, скверы и раздельный сбор мусора. Деньги на все то, на что в бюджете Краснодара всегда их не хватает.
И вопрос номер 2. Какую сумму в среднем заработает Роман Губенко продавая рекламу на своих двухсторонних светодиодных конструкциях размером 3х6 метров? Разрешение выдано на 10 лет. В среднем, если одна сторона монитора сдается за 10 000 руб. в день, то эта сумма высчитывается по формуле: 365 (дней) х 24 (конструкции) х 2 (стороны) х 10 (лет) х 10 000 рублей, что равно 1 752 000 000 рублей.
Глава VI. Мораль
Департамент архитектуры существует как раз для того, чтобы операторы наружной рекламы и застройщики не уродовали Краснодар, а если им захочется обременить город очередным многоквартирным убожеством или уродливой рекламной конструкцией, то чтобы в бюджет города при этом велись отчисления.
В деле 24-х конструкций мы видим суд и чиновники словно забыли о базовых положениях закона и сделали все от себя зависящее, чтобы проиграть и слить судебный процесс. И суд, и чиновники забывают о положениях подведомственности, закрывают глаза на то, что в районном суде их засуживает коммерсант, забывают про закон о рекламе, хотя кто как не Наталья Машталир должна знать его лучше всех и под конец, чиновники из департамента архитектуры не в состоянии сделать самое элементарное — вовремя подать апелляционную жалобу.
Доказать, что Роман Губенко в течении последних пяти лет заносит взятки судье Устинову, а также руководству департамента архитектуры, что ведет к многомиллионным потерям бюджета, мы к сожалению, не можем. Но доказать то, что и Наталья Машталир, и юристы департамента архитектуры, и судья Устинов, катастрофически некомпетентны, мы смогли. И если они столь некомпетентны, то почему их должен содержать налогоплательщик?
Мы подали заявления в следственный комитет по признакам злоупотребления полномочиями со стороны работников департамента архитектуры. Мы прекрасно понимаем, что на наше обращение последует очередная убогая отписка, идиотизмом не сильно отличающаяся от позиции всех чиновников в этом деле. Но даже такая отписка имеет свою цену.
Мы не хотим посадок. Мы просто предлагаем Наталье Машталир, а также юристам, представляющим департамент в суде, уволиться по-хорошему. Видно же, что муниципальная служба – это не ваше. Слишком большая нагрузка, да и еще искушений много.
Мы искренне надеемся, что глава города Евгений Первышов, не станет покрывать весь этот правовой разврат, а поможет Наталье Александровне принять правильное решение. И если у нее не хватит на то своей воли, то примет кадровое решение сам.
Мы понимаем, что глупо просить о том же судью Олега Устинова, но жалобу на то, что он не может отличить арбитражный процесс от гражданского, да и еще забывает решения на сайт выкладывать, мы все-таки отправили.
Роману Губенко мы предлагаем просто заплатить в бюджет Краснодара ту сумму, от оплаты которой его избавил судья Устинов. Вы известный меценат. Конечно сумма не маленькая – 60 миллионов, но она у вас есть. Так будет по-честному и избавит нас от лишней писанины и видеомонтажа, а героев этого расследования от расходов на адвокатов и передачки.