или Операция «Ы», успешно проведенная журналистами, блогерами и правозащитниками

5 января «Новая газета» опубликовала статью « Мухаммад, Аиша и чеченская полиция », в которой мы рассказали о том, что в отделе полиции № 2 по Октябрьскому району Управления МВД России по г. Грозному (далее — ОП № 2) уже почти три месяца незаконно удерживается 14-летняя жительница Дагестана Жасмина Сейидова.

Она была задержана 13 октября вместе со своим сожителем 30-летним Исламом Исахановым. В этот же день сотрудники полиции задержали беременную жену Исаханова Биназиру Хамидову, ее брата Анзора Хамидова, а также брата Ислама Исаханова Ибрагима.

Задержанию предшествовала спецоперация по уничтожению четырех жителей Чечни — Магомеда Цураева, Рамзана Муртазалиева, Майрбека Имамурзаева и Магомеда Магомадова, по данным 1-й службы ФСБ РФ (контрразведка), летом этого года вернувшихся из Сирии в Россию.

Ислам Исаханов предоставил боевикам для убежища свой недостроенный дом в Октябрьском районе Грозного, а его беременная жена Биназира Хамидова кормила и обслуживала «гостей» мужа. Как долго боевики скрывались в доме Исаханова, неизвестно. До октября прошлого года никакой оперативной информации о связях с подпольем самого Исаханова ни у МВД по Чечне, ни у ФСБ не было. Установить место нахождения четырех боевиков, по словам главы Чечни Рамзана Кадырова, удалось только благодаря бдительности местных жителей. 12 октября сотрудники транспортного ОМОНа Росгвардии по ЧР обследовали по наводке местных жителей дом Исаханова и напоролись на боевиков. В результате перестрелки двое сотрудников погибли, один получил ранение и, по словам спикера чеченского парламента Магомеда Даудова, остался инвалидом. Все четыре боевика были уничтожены подоспевшим подкреплением.

Владельца дома Исаханова, его жену, его «вторую жену» — несовершеннолетнюю Жасмину Сейидову — и остальных родственников доставили в ОП № 2. Через несколько дней беременную Биназиру Хамидову привезли в городскую больницу, где у нее случились преждевременные роды (плод погиб). С тех пор Ислама Исаханова, его брата Ибрагима и Биназиру Хамидову никто не видел.

По информации «Новой газеты», подтвержденной несколькими источниками, они могли стать жертвами кровной мести, осуществленной родственником одного из погибших 12 октября сотрудников Росгвардии.

Факт гибели Ислама Исаханова был подтвержден только в это воскресенье в телевизионном репортаже ЧГТРК, где сообщалось, что он погиб в той самой спецоперации.

Девочка из комнаты отдыха

40-минутный репортаж был посвящен торжественному возвращению домой 14-летней Жасмины Сейидовой, прожившей в ОП № 2 три с лишним месяца.

Ее мать, Гюльнара Фермановна Сейидова, узнала о задержании дочери от родственников Биназиры Хамидовой 14 октября.

Буквально сразу она выехала в Чечню. Женщине удалось встретиться с начальником угрозыска ОП № 2 Анзором Дышниевым, а также с заместителем начальника ОП № 2, куратором криминальной полиции Сулейманом Дубаевым. Разумеется, ни один, ни другой не представились ей при встрече.

Однако Дышниев ранее проходил в качестве свидетеля по делу о похищении и пытках Ислама Умарпашева, интересы которого представлял Общественное объединение «Комитет против пыток», именно по фотографиям из этого дела Гюльнара Сейидова позже и опознала Дышниева.

Дубаев же был настолько неосторожен, что дал женщине свой телефон, на который зарегистрирован и мессенджер WhatsApp. На аватарке вотсапа Дубаева — его фотография в парадной форме с наградами. Установить личность по этой фотографии не составило никакого труда.

Полтора месяца Гюльнара ездила как минимум дважды в неделю в Чечню, чтобы передать своей дочери еду и одежду, и все время созванивалась с Сулейманом Дубаевым, который обещал, что Жасмину Сейидову скоро опустят. Но сроки освобождения все время сдвигались, а потом Дубаев и вовсе перестал отвечать на звонки женщины. Когда же родственники Биназиры Хамидовой рассказали Гюльнаре о ее страшной смерти, та решила перейти к более активным действиям по спасению дочери.

Администраторы телеграм-канала «Адат» связали женщину с правозащитниками Комитета против пыток и с журналистами «Новой газеты». По совету журналистов Гюльнара начала фиксировать все свои разговоры с сотрудниками полиции, с приемной главы Чечни Рамзана Кадырова, куда она обратилась еще в начале декабря (штамп на уведомлении о вручении письма датирован 8 декабря прошлого года), записывать на диктофон все разговоры с сотрудниками ОП № 2, когда делала передачи для дочери.

Гюльнара загрузила в свой телефон все возможные программы, позволяющие отслеживать ее перемещение и посылать сигнал тревоги на случай похищения, устанавливать личность звонящего по номеру его телефона. Именно таким образом Гюльнара смогла определить данные сотрудника чеченского СУСКа, который позвонил ей после выхода публикации «Новой газеты», уточнил информацию о похищении дочери и… пропал.

Женщина готова была даже купить очки либо ручку со встроенной камерой, чтобы записать на видео свой поход в ОП №& 2, но журналисты ее отговорили,

так как использование такой техники незаконно даже для сбора доказательств тяжкого преступления.

Почти два месяца Гюльнара фиксировала каждое свое действие и собрала достаточно доказательств, подтверждающих факт нахождения ее дочери у сотрудников чеченской полиции. Ей удалось даже передать записку и получить ответ от Жасмины, а также голосовые сообщения от нее, доказывающие, кроме всего прочего, самый важный факт: девочка жива.

Уже понимая, что дочку просто так не освободят (в приемной Рамзана Кадырова Гюльнаре сказали, что против нее пытаются завести уголовное дело), мать решилась наконец и на заявление в Следственный комитет России. Однако, учитывая, что СКР с тех пор, как Кадыров был назначен главой Чечни, вынес сотни отказов в возбуждении уголовных дел по аналогичным заявлениям, тем самым позволив уйти виновным в тяжких преступлениях от ответственности, мы опасались, что заявление только ухудшит ситуацию, подвергнет угрозе жизнь Жасмины Сейидовой и загонит в угол чеченские власти.

Они на тот момент явно забыли о существовании этой девочки, а сотрудники полиции без указаний сверху не знали, что с ней делать (надо сказать, довольно распространенная ситуация для Чечни).

По сведениям мамы, Жасмину Сейидову предположительно поселили в отдельской комнате отдыха с диваном и телевизором (на втором этаже, напротив кабинета начальника ОП № 2 Имрана Кутрашева), хорошо кормили (домашней едой и даже блюдами из ближайших ресторанчиков), приносили ей фрукты, одежду, книги.

В некоторых голосовых сообщениях, рассказала мать, слышно, как девочка выговаривает сотрудникам, что ей принесли не те йогурты, которые она любит.

О незаконных задержаниях в Чечне широко известно. Именно эта практика, уникальная для остальной России, лежит в основе всей репрессивной системы, созданной в Чечне для запугивания населения.

Задержание несовершеннолетних, в том числе девушек, также не является для Чечни экстраординарным событием. Я могу привести пример 16-летней Мархи Тимуркаевой.

СЛУЧАЙ 16-ЛЕТНЕЙ МАРХИ ТИМУРКАЕВОЙ
Марха Тимурхаева заявила в ходе судебного заседания о своем незаконном задержании 25 мая 2017 года сотрудниками Заводского отдела полиции Грозного.

Марха провела в отделе полиции более трех недель, жила в «красной комнате», отдельно от задержанных по тому же делу юношей. Потом ее отпустили.

При этом прокурор восприняла ее показания как рядовое событие, а судья прервал допрос свидетеля со словами о том, что «в данном судебном заседании предметом рассмотрения является другое преступление; если вы хотите, чтобы действиям сотрудников полиции была дана законная оценка, обратитесь в следственные органы».

Показания Мархи Тимуркаевой были подтверждены другими свидетелями.

Я могу привести много документально доказанных примеров задержания в Чечне несовершеннолетних. Наравне со взрослыми они заявляют, что подвергаются страшным пыткам. Чаще всего детей отпускают (завести уголовное дело против несовершеннолетнего, тем более сфабрикованное, сложно: все следственные действия должны осуществляться не просто с адвокатом, а с законным представителем — родителем или опекуном).

Однако мне известны случаи задержания несовершеннолетних и их последующей смерти.

В случае с Жасминой Сейидовой приходилось опасаться не только активно внедряемой чеченскими властями практики наказания родственников и пособников боевиков через так называемую кровную месть — горский обычай, который чеченские власти извратили до неузнаваемости и, по сути, превратили в ритуал круговой поруки. Помимо всего прочего, Жасмина Сейидова была свидетелем того, что трое других людей — ее сожитель, его беременная жена и его брат — также были задержаны, а потом оказались мертвы. Освободить девочку могла только огласка, но она не должна была привести к ликвидации нежелательного свидетеля.

Исходя из этой задачи, в публикации «Новой газеты» от 5 января был сделан упор на тот факт, что Жасмина Сейидова была «выдана замуж» 13-летней, что ее муж — педофил с манией величия (он переименовал себя в честь пророка Муххамеда, а Жасмине дал исламское имя Аиша — отсылка к легенде о 6-летней жене пророка).

Куда смотрели при этом родители девочки и есть ли они вообще, непонятно, говорили мы. Для усиления главного посыла (девочка стала жертвой педофила, а не сотрудников полиции) Комитет против пыток послал в Чечню адвоката Наталью Добронравову, которой удалось переговорить с руководителями ОП № 2.

Те никак не могли понять, откуда адвокат узнала про девочку и даже не отрицали, что она находится в соседней комнате.

Адвокат четко дала понять, что эту ситуацию необходимо решить мирно и такая возможность у чеченских властей пока еще есть.

После этого в ситуацию включились многочисленные, преимущественно исламские, паблики. На разных каналах — Telegram, YouTube и т.п. — информацию об удерживаемой в Чечне несовершеннолетней дагестанке подхватили влиятельные мусульманские блогеры, которые призывали главу Чечни освободить девочку и давили на чувствительную для Кадырова тему — ведь он позиционирует себя самым главным последователем милосердного пророка и его сунны.

Чеченские власти внимательно отслеживали поднявшуюся в пабликах шумиху и восприняли ее куда более спокойно, чем обычно воспринимают публикации в российских СМИ. По крайней мере никаких публичных опровержений ни статьи в «Новой газете», ни других сообщений о насильно удерживаемой в Чечне Жасмине Сейидовой от чеченских властей и местных журналистов не последовало. Молчание длилось до 21 января, пока по совету блогеров мать Жасмины не выложила видеообращение к главе Чечни, слезно умоляя отпустить дочку домой.

Это стало последней каплей, реакция Рамзана Кадырова была молниеносной, а главное — именно той, которой все мы добивались.

Он дал поручение спикеру чеченского парламента Магомеду Даудову немедленно вернуть матери живую Жасмину Сейидову.

«Хвала Всевышнему, опасность миновала!»

Смотреть 40-минутный репортаж о том, как Магомед Даудов отпускает Жасмину на свободу и при этом тщательно переводит стрелки с действий чеченских полицейских на мать, отдавшую 13-летнюю дочку замуж за «террориста», без улыбки невозможно (хотя ситуация, конечно, печальная во всех смыслах). Особенно нелепо выглядит официальная версия о том, где же находилась девочка последние три месяца. Ее озвучивает с подачи Магомеда Даудова сама Жасмина и делает это, как будто читает наизусть стихотворение, заданное в школе на дом.

По версии чеченской стороны, Жасмина Сейидова все эти месяцы находилась у пациента своего мужа — некоего Саида. Она жила в его доме три последних месяца, гуляла с дочерью Саида по Грозному и вообще никак не была ограничена в свободе передвижения. При этом «сотрудники полиции проводили ее опросы и другие положенные по закону следственные действия», говорит Магомед Даудов. Этому поддакивают представители дагестанской общественности, вызванные чеченскими властями для процедуры освобождения и передачи девочки матери.

Сама мать из соображений безопасности категорически отказалась приехать в Грозный, говорит Даудов. Он обвиняет в этом Комитет против пыток и ссылается в репортаже на запись своих телефонных разговоров с матерью. Один из них он даже дает прослушать. Но не только Магомед Даудов записывал свои разговоры с матерью. В первом разговоре (его он не решился озвучить в репортаже) Гюльнара Сейидова прямо говорит Даудову о том, что она встречалась с Анзором Дешниевым и Сулейманом Дубаевым в ОП № 2 по Октябрьском району г. Грозного, и они ей сказали, чтобы ничего не предпринимала и ждала, когда они сами отпустят Жасмину. Даудов в этой записи никак не возражает и ни о каком Саиде, у которого девочка якобы находилась все это время, не говорит. И только когда Гюльнара Сейидова упоминает о Рамзане Кадырове, к которому обращалась за помощью еще в декабре, Даудов спохватывается: «Глава Чечни не был в курсе этой ситуации!»

— Сегодня после рузба-намаза (пятничной молитвы. — Е. М. ), — говорит Даудов, — Рамзан Ахматович поручил мне, сказал: оказывается, какая-то 14-летняя девочка была замечена в той ситуации (имеется в виду октябрьская спецоперация по уничтожению четырех боевиков с последующим задержанием владельца дома и его родственников. — Е. М. ). Разберись и передай девочку родителям.

— Магомед, — отвечает ему Гюльнара, — но мне Сулейман другое говорил.

— Что говорил Сулейман, я не знаю; если у тебя есть его номер, передай его мне.

— Он игнорировал последний месяц мои звонки, когда я ему звонила и спрашивала, когда он мне дочку отдаст.

— До этого, значит, — отвечает Даудов, — у него не было поручения…

Есть в выступлении Даудова один тревожный момент. Я думаю, неслучайно спикер чеченского парламента сказал следующее: «Дагестанские правоохранители должны заняться безопасностью девушки, так как есть косвенные данные о том, что ее жизни может угрожать опасность со стороны бандподполья Дагестана… Мы передаем вам ее при одном условии. Чтобы рядом был представитель правоохранительных органов. Хвала всевышнему, последние шесть человек из этой банды вчера уничтожены. И ей действительно угрожала опасность. Они, вот эти, которые вчера были уничтожены, там по разговорам они думали, что дом мужа (в Октябрьском районе. — Е. М. ) сдала скорее всего вторая жена (Жасмина. — Е. М .). Якобы по ее наводке, она как бы новенькая, может, она засланная была, понимаете? Но хвала всевышнему, опасности для нее мы не видим, по крайней мере на территории Чеченской республики, но мы не знаем <что там в Дагестане>…»

Путь из Сирии лежит через Одессу

Шесть боевиков, которых упоминает Магомед Даудов и которые, по его словам, якобы подозревали Жасмину Сейидову в том, что именно она сдала их силовикам, были ликвидированы 20 января.

В тот же день глава Чечни Рамзан Кадыров отчитался перед президентом Путиным об этой операции как о своей личной заслуге и приписал весь успех патронируемому им Полку патрульно-постовой службы имени Ахмата Кадырова (ППСП им. А. Кадырова). Сотрудники ППСП действительно приняли участие в последнем этапе этой многомесячной операции, которую изначально разрабатывала и вела 1-я служба ФСБ РФ совместно с Национальным террористическим комитетом.

Летом прошлого года контрразведка получила информацию о переправке из Сирии в Россию через украинскую границу (предположительно через морской порт Одессы) нескольких групп чеченских боевиков. Они были хорошо вооружены (у убитых боевиков нашли, например, пистолеты фирмы «Глок») и профинансированы. В Чечне они должны были поступить под руководство полевого командира Аслана Бютукаева, находящегося с 2007 года в федеральном розыске, и на какое-то время затаиться в Чечне. По мнению одного из высокопоставленных сотрудников МВД по СКФО, который сам когда-то участвовал в спецоперациях против Бютукаева и проинформирован о последних событиях, чеченские боевики вернулись из Сирии для подготовки масштабного теракта в России.

Аслан Бютукаев возглавлял созданный Шамилем Басаевым диверсионно-террористический отряд «Риядус Салехин», который был расформирован после его смерти и заново воссоздан уже Доку Умаровым. Именно Умаров назначил Бютукаева командиром «Риядус Салехина», и почти 14 лет Бютукаев оставался неуловимым для российских спецслужб и чеченских правоохранительных органов, хотя все эти годы жил в Чечне, беспрепятственно перемещаясь по территории этой и сопредельных республик. Один этот факт многое говорит о профессионализме чеченских полицейских. Кроме того, этот факт свидетельствует и о масштабах пособнической базы чеченского подполья, так как без поддержки прятаться в Чечне, где каждый сантиметр вроде как контролируется чеченскими силовиками, вряд ли возможно. Ну, или есть еще одно логическое объяснение многолетней неуловимости Бютукаева: никакой планомерной грамотной оперативной работы по выявлению настоящих террористов в Чечне на местном правоохранительном уровне фактически не ведется.

…Часть переправленных из Сирии боевиков была уничтожена силами ФСБ и НАК на территории Ингушетии, в приграничных с Чечней районах, этим летом. В октябре была обнаружена и ликвидирована группа из четырех человек в Октябрьском районе Грозного и получены оперативные сведения о связях Ислама Исаханова с сирийско-чеченским подпольем.

Ислам Исаханов и его шурин (брат первой жены Биназиры) Анзор Хамидов были широко известны на Кавказе как «врачи», которые «лечат по сунне». Их фирма «Аш Шифа» («шифа» в переводе с арабского означает исцеление, восстановление от болезней, ниспосланное Аллахом) занималась распространением БАДов якобы для лечения самых разнообразных заболеваний по всем регионам Кавказа.

Что интересно: через несколько дней после задержания сотрудники чеченской полиции неожиданно выпустили Хамидова, который являлся в фирме основным административным лицом (все финансовые проводки шли через него).

Вполне возможно, что Анзора Хамидова как раз и отпустили для того, чтобы получить информацию об оставшихся членах подполья.

По крайней мере, именно в этот момент у 4-го отдела Управления уголовного розыска по раскрытию преступлений против личности и резонансных убийств МВД по ЧР появилась информация о возможном месте нахождения Аслана Бютукаева в республике.

Перед ликвидацией Бютукаева, однако, и ЦПЭ МВД по Чечне, и 4-й отдел УУР МВД по Чечне были отстранены от участия в заключительной стадии спецоперации. Более того, ушла в тень и ФСБ.

Связано это, по нашей информации, с желанием Рамзана Кадырова во что бы то ни стало вовлечь в операцию сотрудников ППСП им. Ахмада Кадырова. Чтобы финальный результат и все лавры от многомесячной работы достались полку, который носит имя его отца.

Вообще участие в этой операции сотрудников полка патрульно-постовой службы (то есть сотрудников полиции, которые должны обеспечивать общественный порядок, но уж никак не принимать участие в уничтожении террористов) выглядит странно. Ни в одном регионе России в системе МВД нет такого казуса, как ППСП им. Ахмата Кадырова, который на бумаге — полк патрульно-постовой службы, а на деле выполняет задачи специального назначения.

Но в Чечне все не так, как в остальной России, и руководству МВД (а также и ФСБ) приходится мириться с амбициями Рамзана Кадырова.

Впрочем, у Рамзана Кадырова могла быть веская причина для вмешательства в ход операции и использования борьбы с терроризмом в своих целях. В последние месяцы в Чечне шла масштабная проверка деятельности всего республиканского МВД, во многом спровоцированная несколькими вызывающими преступлениями, информация о которых вышла далеко за пределы республики и даже России. Самое резонансное — похищение в Геленджике жителя Чечни, блогера Салмана Тепсуркаева, которого публично в голом виде заставили сесть на бутылку за то, что он опубликовал видео, в котором читает сатирическое стихотворение, задевающее честь Адама Делимханова и его родственников. После публикации этого видео и задержания Салман Тепсуркаев исчез.

В ходе общественного расследования, которое провел Комитет против пыток по заявлению жены Салмана Тепсуркаева, удалось собрать достаточно доказательств того, что к похищению блогера могут быть причастны именно сотрудники ППСП им. Ахмата Кадырова.

Двое людей, похищающие Тепсуркаева из гостиницы в Геленджике, были зафиксированы камерами наблюдения. Они удивительно похожи на сотрудников полка Джамала Юнусова и Ису Таймасханова.

Доказательств похищения было более чем достаточно, поэтому чеченский следственный комитет вынужден был возбудить уголовное дело и уже готовился к задержанию подозреваемых.

Однако 20 января благодаря усилиям Рамзана Кадырова Джамал Юнусов и Иса Таймасханов приняли участие в героической ликвидации «последнего полевого командира Чечни» Аслана Бютукаева. Надо сказать, следственный комитет и так робеет перед кадыровцами, а после такого триумфа рука на них вообще вряд ли поднимется.

Об участии Юнусова и Таймаханова в спецоперации стало известно из видеоролика, который глава Чечни опубликовал в своем телеграме. На видео Кадыров посещает в больнице сотрудников ППСП им. Кадырова, получивших минно-взрывные ранения в ходе спецоперации по уничтожению отряда Бютукаева.

По словам одного из участников спецоперации, несколько сотрудников ППСП действительно были ранены, но уже после того, как боевики были уничтожены. Вместо того чтобы вовлечь в спецоперацию оперативников МВД по ЧР и следственный комитет (следственно-оперативную группу, в которую входят и саперы), сотрудники ППСП действовали в одиночку и явно забыли, что имеют дело с командиром отряда смертников.

Оказалось, Аслан Бютукаев успел перед смертью выдернуть чеку из гранаты и зажать ее собственным телом. Когда сотрудники ППСП, всадив в мертвого Бютукаева десятки пуль, неосторожно перевернули труп, граната взорвалась.