Граффити стрит-арт художника Гарри Греба в Риме Фото: FABIO FRUSTACI/EPA/ТАСС

Протесты вокруг задержания Алексея Навального вызвали в российском обществе разную реакцию. Несмотря на значительные инвестиции в раскрутку, митинги не собрали ожидаемого числа участников. Многие ветераны оппозиционных акций начала 2010-х гг. отказались выходить на улицу. И дело здесь не в страхе и не в морозах, а в том, что за 10 лет оппозиционная повестка изменилась настолько, что ее стало сложно узнать. Из протеста пропало многообразие, сложность и солидарность, которая отличала его вначале. Вместо множества флагов и множества вариантов остался один. Вместо множества лиц осталось одно. Все остальные исчезли, отошли и уступили место. Если верить агитации – это к лучшему.

Сегодня мы провели самую масштабную акцию протеста в современной истории, сообщила в субботу команда Навального, мы нанесли огромный удар, одержали победу смелости и духа.

Программы нет

Риторика оппозиционеров отдает чем-то знакомым. И это даже не пропаганда Владимира Ильича Ленина (с которым Навального не сравнил только ленивый). У Владимира Ильича к моменту приезда в Россию были «Апрельские тезисы». Первая большая проблема заключается в том, что у Алексея Анатольевича апрельских тезисов нет. Вместо них есть старая программа 2018 г. Некоторые ее тезисы (перезапустить рост экономики) с трудом отличимы от тезисов Владимира Путина (который говорил об экономике с темпами роста выше мировых). Никакой обновленной программы у находящегося в Матросской тишине политика пока нет. Это обстоятельство заставляет напрячься не только людей внутри России, но и специалистов вне страны. «Аналитики уделяют слишком много внимания тому, на каких именно позициях стоит Навальный: не националист ли он? не слишком ли либерален? или имеет левацкие склонности?» – пишет бывший посол США в России, а ныне профессор Принстона Майкл Макфол. Американский ученый сравнивает Навального с Махатмой Ганди, Мартином Лютером Кингом, Вацлавом Гавелом и Нельсоном Манделой сразу.

Внимания к человеку нет

Бывший посол не случайно сравнивает Алексея Навального с харизматическими лидерами прошлого. Россия – страна, на обширном пространстве которой харизматические силы и секты могут существовать долго. Харизматический религиозный лидер в России может создать в лесах свою общину – одну из них недавно ликвидировали на Урале. Харизматический политик с разумом, талантом и волей, и пониманием запросов людей может стать во главе страны. На волне народного протеста пришел к власти Борис Ельцин, за счет личной харизмы, воли и умения говорить с разными группами людей укрепил свою власть Владимир Путин.

У Алексея Навального это пока не выходит. И это вторая проблема команды.

Дело здесь не в отсутствии воли или харизмы, и не в отсутствии медийного внимания, и не в отравлении, и не в грозящем тюремном сроке. (А я желаю ему выйти на свободу!) Проблема в том, что риторика Алексея Анатольевича и его людей не подразумевает внимания к отдельному человеку. Создается впечатление, что других людей, кроме членов команды, для команды не существует. Вместо этого команда политика нагнетает негатив по отношению к воображаемым коллективным множествам и повторяет речевку про «жуликов и воров», которой в этом году исполнилось 10 лет.

Простоты нет

Отличить это от телевизионной пропаганды, направленной против воображаемых американцев или бандеровцев, очень сложно. Однако в агитации команды Навального кроме разговоров о врагах есть еще и тема про избранное меньшинство, которое близко к победе. За 10 лет существования в Москве артикулированной оппозиции эти разговоры приобрели смысл мантр, которые повторяются несколько раз в год. У представителей столичной оппозиции есть свои знаки, символы, кричалки, лозунги и даже традиционные маршруты передвижений по городу. За 10 лет эти ритуалы успели стабилизироваться и стать привычными – и только лица участников немного меняются с возрастом. Именно на них рассчитаны комплименты команды.

Мы показали Путину свою силу, повторяет команда Навального. Участники протестов рады такой поддержке – и добавляют к ней месседжи о собственной исключительности.

Третья проблема команды – элитизм ее последователей. И если в начале 2010-х гг. социальные сети еще не набрали оборота, то сейчас мудрость каждого видна в фейсбуке и инстаграме. Участница прогулки разместила пост, как после прогулки она согрелась в модном кафе, куда ее не только впустили, но и приготовили последний бутерброд по особому рецепту. После этого прямо перед витриной сотрудники полиции бежали за участниками акции, в то время как героиня (вместе с особым бутербродом) нежилась и думала о вечном.

Вольно или невольно за каждым из подобных постов стоит не только и не столько солидарность с протестующими, сколько демонстрация престижного потребления. Именно так в соцсетях демонстрируют привилегии бизнесмены, именно так ведут себя приехавшие в города России «посмотреть» богатые жители Москвы.

Не обходится и без привычного московского колониализма. «Люди танцуют национальный танец», – заметил автор паблика команды Навального, комментируя трансляцию из столицы Бурятии Улан-Удэ. Что это за танец (и даже как он называется, «ёохор») – авторам паблика не интересно.

До степени смешения

И по формулировкам, и по постам в социальных сетях сторонники Навального похожи на людей, против которых они выступают. Возможно, в этом сходстве кроется причина незначительной поддержки оппозиции в России. Зачем менять шило на мыло и поддерживать оппозиционеров, которые ни по поведению, ни по риторике не отличаются от чиновников? В чем вообще разница между властью и ее оппонентами, которые с одинаковой высоты смотрят на «население»? Насколько можно верить оппозиционным пабликам, которые говорят о самой масштабной акции протеста в современной истории, забывая о событиях, которые прошли меньше 10 лет назад?

У меня есть надежда, что в будущем сторонники Алексея Навального, люди из команды Алексея Навального (да и сам Алексей) смогут стать чуть более аккуратными и внимательными к себе и другим. Правда, верится в это с трудом.

Чуть больше веры – в то, что в России (скорее рано, чем поздно) появится новая политическая сила, которая будет строить свою кампанию не на презрении к ближнему, а на уважении к конкретному человеку, независимо от его национальности, места жительства или зарплаты. Это могут быть и люди с опытом руководящей работы, но с четкими этическими принципами и отсутствием пафоса, который одинаково характерен как для команды Навального, так и для государственной пропаганды.

Такие люди уже есть – и будущее за ними. Будет хорошо, если лидером этой новой силы, новой команды станет женщина.

Земля и люди. Три проблемы сторонников Алексея Навального