Вакцина «Спутник V» эффективна на 91,6 %, показала третья фаза испытаний

Медицинский журнал Lancet опубликовал итоги третьей фазы испытаний российской вакцины «Спутник V». По предварительным результатам, она эффективна на 91,6 %. В ВОЗ назвали статью в издании доказательством качества вакцины.

Действительно ли вакцина безопасна, почему не все россияне хотят делать прививку и отчего публикации в Lancet уделяют такое внимание? «Бумага» поговорила с Антоном Барчуком, одним из авторов исследования распространения коронавируса в Петербурге.

О третьей фазе испытаний «Спутника V»

— Чтобы использование любого медицинского препарата, в том числе вакцины, одобрили, необходимо несколько этапов клинических испытаний. В первой и второй фазе рассматривается безопасность и предварительная эффективность. Но самое важное — это третий этап, где изучается популяционная эффективность. Грубо говоря, в большом исследовании нам надо понять, защищает ли вакцина от новых случаев инфицирования коронавирусом и нет ли серьезных побочных эффектов.

Результаты первой и второй фаз испытаний «Спутника V» уже публиковали в журнале Lancet. Была определенная критика, но данные можно считать качественными, потому что в ведущих журналах, каким является Lancet, публикуют далеко не всё.

Статья с предварительными результатами третьей фазы — уже вторая статья, и это очень хорошо. Публикация говорит нам о том, что полученные исследователями данные представили на рецензию нескольким специалистам, после чего редакторы Lancet опубликовали их, решив, что они соответствуют действительности и представляют важность для человечества.

Если говорить простым языком, статья показывает, что вакцина, которую произвели коллеги из института Гамалеи, в состоянии снижать риск заболевания COVID-19. Есть замечание, что это не окончательные данные, но, скорее всего, у нас нет причин полагать, что вакцина вдруг перестанет быть эффективной. Но итогов всё равно нужно дождаться — чтобы рассмотреть полный профиль безопасности вакцины.

Конечно, сама по себе статья автоматически не запустит вакцину на какие-то новые рынки. Для этого производитель собирает пакет документов, в который в том числе входят опубликованные результаты исследования, только окончательные. Например, вакцины Pfizer/BioNTech и Moderna опубликовали окончательные результаты третьей фазы исследования еще в прошлом году. Мы здесь не первые точно, но эффективность вакцин сопоставимая.

О вакцинации

— Многие страны хотят достичь популяционного иммунитета за счет вакцинации. Это считается наиболее адекватным способом завершения эпидемии с минимальным числом потерь, в отличие от варианта, когда все переболеют. Пока никакая из стран мира не достигла популяционного иммунитета, но, возможно, есть некоторые места, где это случилось. Этот вопрос нужно изучать.

Проблема в том, что спрос на вакцину в мире сейчас превышает предложение. Темпы вакцинации пока низкие, в Петербурге к концу января первую фазу вакцинации завершили около 66 тысяч человек: если мы хотим увидеть эффект, нужно больше. Речь должна идти о сотнях тысяч, а не о десятках.

В России и мире есть еще одна проблема: некоторые скептически относятся к вакцинации, хотя это единственный нормальный выход из пандемии. Эта проблема связана не с конкретной вакциной, а с недоверием к каким-то навязываемым медицинским вмешательствам. Из-за этого, возможно, в итоге нельзя будет вакцинировать всех.

Об антителах

— Мы всё еще не знаем, сколько времени сохраняется иммунитет и после перенесенной инфекции, и после вакцинации. Мы можем надеяться, что это будет надолго, и тогда пандемия закончится. Но может быть, нет — тогда нас ждут новые волны. Предположим, Москва и Петербург достигли какого-то популяционного иммунитета, но как долго мы пробудем на этом уровне? В какой момент люди перестанут иметь защиту? В марте в рамках исследования мы сделаем повторные тесты тем, кто болел год назад, и посмотрим, что произошло за эти 9–12 месяцев.

В программу массовой вакцинации не должно входить определение антител. Большинство людей, которые это делают, делают это либо в рамках исследования, либо по собственной инициативе, и большого смысла я в этом не вижу. Есть тесты на антитела, которые могут показывать их количество, но мы до сих пор не знаем, насколько тесты разных производителей коррелируются именно с иммунной защитой.

Например, человек может сделать вакцину, через три недели сдать кровь, у него не найдут антитела, он подумает, что вакцина не сработала, но на самом деле у него есть иммунная защита. Другая ситуация: человек после вакцинации сделал тест на антитела, у него их нашли, но на самом деле эти антитела не создают защиту, поэтому он может заразиться.

Поэтому я считаю, что рутинное выполнение теста на антитела после вакцины не имеет смысла и не несет практической ценности — только удовлетворение любопытства. Человек сделал вакцинацию, но у него нет антител. Что он будет делать дальше? Он не будет делать вакцинацию снова и снова.

Чем больше в популяции людей, которые нечувствительны к вирусу, тем меньше шанс его распространения.

Барчук — координатор исследования ЕУ и «Скандинавии», в рамках которого изучают антитела к коронавирусу у петербуржцев.

Заболеваемость коронавирусом в Петербурге, согласно официальной статистике, постепенно снижается. Это также признают независимые эпидемиологи, а в больницах растет число свободных коек. Власти говорят, что обсуждают снятие ограничений, но намекают: этого может не произойти из-за массового митинга. «Бумага» рассказывала о ситуации.

Фото на обложке: Николай Винокуров / фотобанк «Лори»