Шестеро судей отфутболили четырех разных истцов одними и теми же словами и с одними и теми же ошибками

Не далее как в июле прошлого года, в условиях пандемии, за что президент особенно похвалил судей на встрече с ними 9 февраля (см. № 15 «Новой»), Пленум Верховного суда РФ принял постановление о единообразии судебной практики. Дело нужное — надо же как-то бороться с пресловутой избирательностью правоприменения! Но некоторые судьи, похоже, восприняли единообразие буквально...

АП закон не писан

Интернет-платформа Sota.Vision только что опубликовала определение судьи Тверского районного суда г. Москвы Екатерины Коротовой от 22 января 2021 года, которым та отказала «Соте» в приеме административного искового заявления к администрации президента в порядке главы 22 Кодекса административного судопроизводства («Производство по административным делам об оспаривании решений, действий (бездействия) органов государственной власти…, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих»).

Суть претензий «Соты», зарегистрированной как СМИ, в том, что она подала заявку на участие в ежегодной декабрьской пресс-конференции президента Путина, но не только не обнаружила себя в списке аккредитованных СМИ, но и не получила никаких объяснений со стороны президентской пресс-службы. В иске главный редактор «Соты» Алексей Обухов сослался на ст. 48 Закона о СМИ, которая, в случае соблюдения установленного порядка подачи заявления об аккредитации, не предусматривает возможности отказа в ней для СМИ.

Текст определения от 22 января пригодится нам еще не раз, поэтому процитируем его подробно, сохраняя все особенности оригинала — в том смысле, в котором всякое судебное решение всегда есть оригинал, а не копия.

Итак, судья Коротова «установила»:

ЦИТАТА

«Государственную власть в Российской Федерации осуществляет президент...», который согласно ст. 91 Конституции «неприкосновенен». «В силу Приказа Президента РФ от 22 февраля 2005 года № 198 Администрация Президента является государственным органом...», а «обжалование в судебном порядке действий государственных органов их должностных лиц, находящихся в непосредственном подчинении президенту, а также предъявление исков к данным государственным органам, на практике означает прямое или косвенное вмешательство в конституционно-правовую и иную деятельность Президента…, что недопустимо и нарушает основы Конституционного строя РФ и принцип разделения властей...».

Вообще-то президент издает не «приказы», а указы.

Указ № 198 от 22.02.2005 г. в самом деле был им подписан, но в развитие его же первого указа от 25.03.2004 г., а действует он в последней редакции от 02.10.2018 г., так что ссылка неточна. Но ни одна из этих многочисленных редакций не превращает администрацию президента в «государственный орган», так как в Конституции есть лишь одно упоминание о ней, а именно, что президент ее «формирует» (пункт «и» ст. 83). Президент может делегировать деликатную функцию аккредитации на пресс-конференции кому-то из «аппарата», но решения эти чиновники должны принимать от его имени.

Пресс-службе АП стоит хотя бы как-то вежливо объяснить принцип разделения участников президентских пресс-конференций на «правильных и неправильных». Или там некому и некогда заниматься «рутиной»? Судьям — так точно некогда, и об этом вторая часть наших заметок.

И судьям закон тоже не писан

В части взыскуемого Пленумом Верховного суда единообразия судебной практики немаловажную роль играют интернет и вообще IT-технологии. Колонка, соответствующая первой части этих заметок, появилась на сайте «Новой» днем 12 февраля, а уже вечером один московский адвокат, попросивший не упоминать его фамилию, разместил в фейсбуке определение судьи Марии Москаленко из того же Тверского райсуда от 14 сентября 2016 года. Совсем другой истец обжаловал действия другого подразделения администрации президента — департамента правового и аналитического обеспечения по работе с обращениями граждан. Возможно, в этом департаменте с обращениями работают так же, но мы этого не узнаем: судья Москаленко отказала истцу в приеме заявления — причем точно теми же словами, что и судья Коротова 22 января 2021 года.

Судьи совпали не только во взглядах на закон, но и в характерных ошибках.

Пассаж:«государственных органов их должностных лиц» пропущен союз «и»; указ президента назван «приказом», а ссылка ошибочно дана не на первую и не на последнюю редакцию.

Если бы судья Коротова хотя бы прочла этот текст, прежде чем его подписывать и ставить сверху, дыхнув на нее, оттиск синей печати, она должна была бы заметить по крайней мере выпавшее «и». Но, видимо, недосуг!

Между тем более внимательный дата-отдел «Новой» за пару часов и навскидку обнаружил в базе Мосгорсуда еще два характерных решения с выпавшим «и».

• Так судья все того же Тверского суда Любовь Виноградова 16 марта 2017 года, «ознакомившись с административным иском» некоего Д. к консультанту управления АП по работе с обращениями граждан и организаций Масловой, отказалась рассматривать этот иск в точно таких же словах и с теми же ошибками.

• Внимательнее отнеслись к своим обязанностям в Мосгорсуде, где 10 декабря 2018 года судебная коллегия в составе председательствующей Максимовой Е.В., судей Курочкиной О.А. и Князева А.А. рассматривала во второй инстанции дело по жалобе Ф. на определение все того же Тверского районного суда. В апелляционном определении знакомый нам пассаж приобрел форму: «государственных органов их Должностных лиц» — там появилась прописная буква «Д», что может свидетельствовать о попытке, пусть и не увенчавшейся успехом, исправить ошибку со стороны почтенной коллегии.

Возможно, таких же определений, но с исправленной ошибкой, которую дата-отдел взял как критерий для поиска, он пока просто не нашел. Зато следы такого же решения были обнаружены на портале «Право.ру» — еще за 2010 год, и в таком случае подлинным автором оригинального текста является судья Марина Сальникова.

Можно сделать вывод, что заветное определение хранится где-то в компьютерах Тверского райсуда, но по просьбе коллег из Мосгорсуда формулу им тоже дают списать.

Если же не цепляться к таким мелочам, а говорить по существу, то право на судебное обжалование действий любого должностного лица, включая, страшно сказать, и президента, не только не «нарушает принцип разделения властей», но оно и есть сам этот принцип. Неприкосновенность президента подразумевает лишь, что он не может быть привлечен к уголовной или административной ответственности помимо весьма сложной процедуры отстранения от должности.

В прошлом году такой иммунитет был распространен и на экс-президентов. Но пока еще не на все никак не мотивированные решения всех назначаемых президентом должностных лиц, как хотели бы это трактовать, имея в виду, наверное, и себя тоже, все перечисленные московские судьи!

Это безграмотное тиражируемое определение должно бы стать предметом рассмотрения квалификационной коллегии судей города Москвы.

Но едва ли так случится: теперь судьям важно не знать закон, а правильно понимать «политическую линию». А за это «руководство» может их только похвалить.

Обидно, что этот пример не подоспел к 9 февраля, когда президент выступал перед Всероссийским совещанием судей. Возможно, за такое понимание неподсудности своей администрации он бы судей и еще похвалил. Все-таки административный иск, нацеленный в цитадель «АП» — дело нерядовое. Или для судей оно такое же, как и любое другое, а граждане для них — некая досада вроде комаров. И не все ли равно, как и каким «приказом» от них отмахнуться?

P.S.

«Новая» продолжит поиск сходных судебных решений силами дата-отдела.