Original Material
Нефритовая «крыша»
Иллюстрация: Анна ГоремыкаНефритовая «крыша»
21-летний сын замгенпрокурора России стал партнером людей, экспортирующих нефрит в Китай и подозреваемых в отмывании денег. После этого прокурорские родственники обзавелись имуществом на сотни миллионов рублей, а расследование дела забуксовало.
Горный инженер Евгений Дидиков погиб внезапно. В 2016 году вместе с коллегами он поехал в Бурятию в командировку. Работать нужно было примерно в 180 километрах западнее Иркутска на месторождении нефрита – «камня жизни», как его называют в Китае. В тот день Дидиков выполнил почти все распоряжения главного инженера — оставалось только посмотреть, установлены ли столбы на границе лесного участка с восточной стороны месторождения. До места его подбросил местный сторож на квадроцикле. А когда Дидиков стал спускаться в низину к границе участка, с горы сошла снежная лавина. Его тело в итоге удалось найти только спасателям МЧС. Дидикову было чуть за тридцать. У него осталась жена и ребенок, которому не исполнилось и года.
Лавиноопасная обстановка в то время и в том месте, где погиб горный инженер, не была секретом для его работодателя — предприятия «Байкалкварцсамоцветы». Но оно не захотело выплатить родным погибшего сотрудника три миллиона рублей — они просили эти деньги, чтобы хоть как-то компенсировать потерю кормильца. Родственникам пришлось обратиться в Иркутский районный суд. Однако это мало помогло: суд обязал работодателя заплатить пострадавшим в пять раз меньше, чем они требовали.
Как выяснили «Трансперенси интернешнл — Россия», предприятие «Байкалкварцсамоцветы» при этом совсем не бедствовало — как и его менеджеры и владельцы. На тот момент они открыли больше двадцати банковских счетов в далекой Австралии. Посетив магазин, они могли за один раз купить там ювелирных украшений и часов более, чем на 100 тысяч долларов. Так что австралийские правоохранители еще в 2013 году заподозрили владельцев «Байкалкварцсамоцветов» в отмывании денег через торговые операции и несоответствия официальных доходов и расходов — и заморозили на их счетах порядка 30 миллионов долларов.
Получить помощь от российских правоохранительных органов австралийцам за несколько лет так и не удалось. А пока в Австралии надеялись на содействие русских коллег, совладельцем «Байкалкварцсамоцветов» стал сын заместителя генерального прокурора России.
Это расследование — совместный проект «Важных историй», «Трансперенси интернешнл — Россия» и австралийского телеканала ABC.
Австралийский скандал
О финансовом скандале с девятью россиянами в Австралии стало известно еще в 2014 году. Как тогда сообщал «Коммерсантъ», предприниматели из Иркутска Андрей Гудков, Владимир Стрельников, Эдуард Кармадонов и Эдуард Зелинский, их жены, а также еще один их деловой партнер Сергей Костюков оказались в центре внимания австралийской федеральной полиции. Проблемы у них начались после того, как полиция заметила, сколько они тратили денег. Суммы не соответствовали задекларированным при получении австралийских виз доходам. В декларациях и приложенных документах предприниматели указали по несколько десятков тысяч долларов годового дохода каждый. Тем временем на их банковские счета в Австралии приходили миллионы из Китая и Гонконга (см. график, как поступали деньги на счета россиян).
Иркутяне вели за границей роскошный образ жизни. К примеру, только супружеская пара Кармадоновых заплатила за отдых в Тайланде и Швейцарии больше 40 тысяч долларов, за гостиницу на курорте в Сардинии – больше 30 тысяч и больше 18 тысяч долларов за отель в Венеции. При этом официальный годовой доход, задекларированный Кармадоновым при подаче визы, не превышал 25 тысяч долларов. Об этом говорил представитель полиции, выступая в окружном суде Брисбена в 2013 году, как сообщала местная газета The Courier Mail. Суд решил заморозить банковские счета россиян.
В России на тот момент им принадлежала, например, обанкротившаяся фабрика мороженого «Ангария» в Иркутской области, которая не могла даже удовлетворить все требования кредиторов «из-за недостаточности имущества».
Имущество Гудковых
Андрей Гудков и его жена, чьи банковские счета оказались заморожены в Австралии, — крайне непубличные люди. Большие деньги они тратили не только в Австралии, а еще в России и в Европе. Супруга Гудкова Наталья владеет внедорожником Porsche Cayenne Turbo стоимостью около 10,5 миллиона рублей, двумя элитными квартирами в доме в Фурманном переулке (126,3 квадратных метра и 78,5 квадратных метра) стоимостью около 150 млн рублей. Еще одна квартира в этом же доме площадью 108,4 квадратного метра и стоимостью порядка 100 миллионов рублей оказалась оформлена на свекровь Натальи — Валентину Гудкову; в 2016 году она была передана другому родственнику.
В 2017 году Наталья и Андрея Гудковы приобрели квартиру на итальянской части Лазурного побережья — в коммуне Оспедалетти, недалеко от Ниццы и княжества Монако. Семикомнатная квартира (184 квадратных метра) находится в небольшом доме на второй линии от побережья. По подсчетам «Трансперенси интернешнл — Россия», ее кадастровая стоимость — чуть больше 200 тысяч евро (или 19 миллионов рублей).
Всего же у Гудковых больше 30 объектов недвижимости в России и за рубежом. Их общая стоимость превышает миллиард рублей. Официальный доход Гудковых, задекларированный при подаче на визу в Австралии, — несколько десятков тысяч долларов — вызывает вопрос: на какие деньги была куплена вся эта собственность?
Российские предприниматели долго оспаривали в суде действия австралийской полиции и заморозку своих счетов. И даже добились запрета разглашать материалы процесса, благодаря чему разбирательство надолго исчезло из публичного поля. Но, как нам стало известно, в 2017 году полиция продолжила расследование.
Вместе с журналистами телеканала ABC мы раздобыли некоторые документы этого уголовного дела. В частности, в них сотрудник австралийской федеральной полиции Энтони Гленн Мюллер отмечал, что не было подтверждено легальное происхождение денег, оказавшихся на депозитах россиян в австралийском банке ANZ.
Поддержи тех, кто рассказывает о коррупцииВаше пожертвование поможет нам провести больше международных расследованийПоддержать «Важные истории»Долгое время правоохранительные органы Австралии ждали помощи от своих российских коллег. Еще в конце 2015 года австралийская федеральная полиция намеревалась провести расследование совместно с полицейскими из Иркутска, но, по данным британской газеты Daily Mail, так и не получила одобрения российских властей.
По российскому закону запросы иностранных правоохранителей о расследованиях в отношении российских граждан должна рассматривать Генеральная прокуратура. Нам удалось обнаружить, что семья как минимум одного представителя этого ведомства связана с предпринимателем из австралийского дела.
Нефритовый мальчик
Как выяснила «Трансперенси интернешнл — Россия», деловым партнером россиян, заинтересовавших полицию Австралии, является Дмитрий Захаров — сын заместителя Генерального прокурора России Алексея Захарова.
В 2015 году сын замгенпрокурора стал владельцем 16% фирмы «Део», которой принадлежат «Байкалкварцсамоцветы», одно из старейших предприятий по добыче полудрагоценных камней, в частности нефрита, в Иркутской области. Большую часть предприятия (84%) контролирует Андрей Гудков — один из девяти россиян, отмеченных в австралийском расследовании. Партнеры Гудкова, чьи деньги заморозили в Австралии, были совладельцами «Байкалкварцсамоцветов» до 2015 года.
На момент приобретения доли в компании Захарову-младшему был 21 год и он учился на четвертом курсе Московского государственного юридического университета (МГЮА).
Как сын замгенпрокурора в юном возрасте стал совладельцем нефритового бизнеса? И не было ли это связано с расследованием, в рамках которого австралийские полицейские безуспешно ждали помощи российских коллег? «Важные истории» дозвонились до Дмитрия Захарова, чтобы спросить его об этом. Услышав вопрос, он прервал разговор и перестал отвечать на звонки. Не ответил он и на голосовое сообщение. Захаров-старший также не ответил на запрос «Важных историй».
Бизнес сына замгенпрокурора. Сын замгенпрокурора Александра Захарова занимается бизнесом примерно с двадцати лет. По адресу квартиры Захарова-младшего в городе Жуковском оказалась зарегистрирована одна из его ранних фирм — «Первая лифтовая компания». Дмитрий Захаров открыл ее в 2014 году, когда ему исполнилось 20 лет, а закрыл в 2019-м, по всей видимости, не реализовав ни одного крупного проекта. Бизнес-партнерами Захарова в этой компании была, в частности, супруга экс-начальника департамента строительства Минобороны Максима Ченгаева.
Партнером сына замгенпрокурора в другой компании — «Цифровые технологии логистики» — был банкир Сергей Долгов. В 2018 году его банк «ФПК» потерял лицензию за неоднократные нарушения антиотмывочного законодательства.
Помимо этого, Дмитрий Захаров зарегистрирован как индивидуальный предприниматель. Основным видом деятельности он указал страхование. Статус индивидуального предпринимателя появился у Захарова-младшего в марте 2018 года. А уже в апреле он получил статус страхового брокера компании «Согаз», которую сейчас возглавляет племянник экс-генпрокурора Антон Устинов, учившийся на одном факультете Саратовской юридической академии с отцом Дмитрия Захарова, но выпустившийся на три года позже.
Камни для Китая
«Байкалкварцсамоцветы» расположены в получасе езды от Иркутска в небольшом селе Смоленщина. История предприятия начинается в 1966 году. Тогда это была поисково-разведочная партия при советском Министерстве геологии, которая открыла больше десятка месторождений нефрита, чароита, лазурита и других полудрагоценных камней. Сейчас в России порядка 56 действующих месторождений нефрита, большая часть — в Бурятии. Больше десяти из них открыты геологами «Байкалкварцсамоцветов». Оспинское месторождение, на котором по лицензии, действующей до 2024 года, «Байкалкварцсамоцветы» проводит разведку и добычу полезных ископаемых, тоже расположено в Бурятии. Там же погиб инженер Евгений Дидиков, семье которого «Байкалкварцсамоцветы» не захотели выплатить три миллиона рублей.
Выручка «Байкалкварцсамоцветов» за 2019 год превысила 225 миллионов рублей. На сайте предприятия можно купить, например, кольцо из нефрита за 12 тысяч рублей, или большой письменный набор с гербом и флагом России больше чем за полмиллиона. Но данные о внешнеэкономической деятельности «Байкалкварцсамоцветов» показывают, что основа его бизнеса — это экспортные сделки.
Фото: «Байкалкварцсамоцвет»С 2013 по 2020 год восемь китайских компаний по контрактам с «Байкалкварцсамоцветами» получили больше 200 тонн необработанного нефрита на сумму 5,3 миллиона долларов, по данным базы о внешнеторговых операциях ImportGenius. То есть средняя цена составила порядка 27 долларов за килограмм необработанного нефрита. Но обычно в Китае нефрит оценивается намного дороже.
Существует много разновидностей нефрита: от белого и светло-зеленого до голубого и даже черного. На Оспинском месторождении «Байкалкварцсамоцветов» добывают зеленый ультрамариновый нефрит и один из самых дорогих и ценных — нефрит «кошачий глаз».
«Реальная цена рядового камня порядка 50-100 долларов [за килограмм]. Но на Оспинском месторождении есть «кошачий глаз». Я знаю, что большая партия «кошачьего глаза» в 2015 году ушла в городе Дуннин провинции Хэйлунцзян (там нефритовая биржа) по 15 тысяч долларов за килограмм. То есть в Пекине это уже будет стоить от 10 до 50 тысяч долларов за килограмм», — говорит заведующий лабораторией геохимии и рудообразующих процессов Геологического института СО РАН Евгений Кислов.
Прокурор с погребом
В декларации замгенпрокурора Захарова нет больших объектов недвижимости. Если верить документу с сайта Генпрокуратуры, у него в собственности находится только пятиметровый погреб. Но благодаря австралийской истории с «Байкалкварцсамоцветами» мы узнали подробности о дорогом имуществе, бизнесе и обширных связях родных и близких замгенпрокурора. Выяснилось, что на его сына и мать оформлено недвижимости на сотни миллионов рублей.
Родственников замгенпрокурора с Андреем Гудковым, прославившимся благодаря своим австралийским активам, связывал не только нефритовый бизнес. Были еще и элитные квартиры.
В 2015 году четверокурсник Дмитрий Захаров купил у тещи Андрея Гудкова Ларисы Гужихиной квартиру площадью 135 квадратных метров в московском жилом комплексе «Дом на Смоленской набережной». «Дом категории де-люкс расположен в районе Арбата по соседству с посольством Великобритании. Входная группа представляет собой двухсветный вестибюль с витражным остеклением, внутренняя отделка холлов выполнена из дерева редких пород и оникса», — хвалили дом риелторы. В среднем квартира как у Захарова стоит около 135 миллионов рублей.
В 2017 году Захаров-младший стал обладателем еще одной чуть менее дорогой квартиры площадью 100 квадратных метров в жилом комплексе «Мосфильмовский». Ее стоимость — порядка 50 миллионов рублей.
Имущество пенсионерки
Мать замгенпрокурора и бабушка Дмитрия пенсионерка Валентина Захарова переехала в Подмосковье из Воронежской области в начале 2000-х. Тогда же она стала активно интересоваться недвижимостью, хотя ни в каком бизнесе до этого замечена не была. С тех пор в ее распоряжении оказалось несколько квартир общей стоимостью более полумиллиарда рублей.
Одну из этих квартир в центре Москвы, в Фурманном переулке, Валентина Захарова выменяла в 2012 году у Татьяны Радионовой, матери главы Росприроднадзора Светланы Радионовой (о ней в своем расследовании в 2020-м рассказал Алексей Навальный). Светлана Радионова также училась в Саратовском юрфаке, который закончил Алексей Захаров. На момент приобретения квартира оценивалась в 86 миллионов рублей. В 2017 году у матери замгенпрокурора эту квартиру купила Наталья Гудкова — жена Андрея Гудкова, того самого, чьи счета заморозили в Австралии.
Еще у пенсионерки Захаровой есть дом в элитном поселке Митрополье в Пушкинском городском округе Московской области. Поселок находится недалеко от села Софрино, где располагается предприятие по производству художественной утвари для Русской православной церкви.
В Митрополье на 78-летнюю мать заместителя генерального прокурора зарегистрирован небольшой земельный участок размером 1360 квадратных метров. Почти всю его территорию занимает четырехэтажный дом площадью 707 квадратных метров. Но взгляд на участок с высоты позволяет понять, что территория загородной резиденции Захаровых гораздо больше. К дому примыкает еще один участок площадью 2700 квадратных метров. На нем стоит еще один дом, владельца которого Росреестр не показывает. У этих двух участков общий въезд, между домами проложены дорожки, а их территория огорожена единым забором. (Административный адрес дома: деревня Митрополье, улица Свободы, 57).
Узнайте больше об имуществе чиновниковПодписывайтесь на рассылку «Важных историй»Неподалеку от резиденции Валентины Захаровой, буквально через два дома, поселилась ее знакомая — мать руководительницы Росприроднадзора Татьяна Радионова.
Но это еще не вся недвижимость пенсионерки. У матери замгенпрокурора есть еще роскошная квартира в построенном четыре года назад элитном жилом комплексе Knightsbridge Private Park в московском районе Хамовники. Судя по данным из Росреестра, Валентине Захаровой принадлежит 227-метровая квартира стоимостью порядка 300 миллионов рублей и три парковочных места приблизительно по 7,5 миллиона рублей каждое.
Кстати, в этом же доме приобрел квартиру давний соратник Захарова, бывший первый заместитель прокурора Московской области Валерий Войнов, который сейчас работает начальником управления кадров генеральной прокуратуры. Он купил квартиру в Knightsbridge Private Park почти одновременно с Захаровой. Но сейчас вместо его фамилии в Росреестре значится «Российская Федерация».
Семейные связи
Пенсионерка Валентина Захарова настолько состоятельна, что регулярно помогает родне. Например, ее дочь, сестра замгенпрокурора Татьяна Семушкина, получила от нее в 2016 году в подарок квартиру площадью 146,5 квадратного метра в московском районе Ховрино на улице Дыбенко.
Татьяна замужем за Романом Семушкиным, который возглавляет Управление следственного комитета РФ по Западному административному округу Москвы. За работой Семушкина надзирал прокурор того же округа Григорий Радионов — брат главы Росприроднадзора Светланы Радионовой.
Генеральная прокуратура России не ответила на вопрос «Важных историй» о деловых связях и имуществе родственников замгенпрокурора, а также на вопрос, почему в некоторых случаях это имущество связывало прокурорскую семью и подозреваемых в отмывании денег в Австралии.
Представители «Байкалкварцсамоцветов» тоже не ответили на вопросы «Важных историй» об австралийском деле и о том, как сын замгенпрокурора России оказался совладельцем предприятия.
«В Австралии действует закон, по которому банки обязаны отчитываться о кассовых операциях размером от 10 тысяч долларов перед австралийской финансовой разведкой (AUSTRAC)», — говорит бывший юрист финансовой разведки, член совета директоров «Трансперенси интернешнл — Австралия» Рассел Уилсон. Эксперт отмечает, что, если федеральная полиция Австралии обратила внимание на ситуацию, это может означать, что по делу могло начаться взаимодействие между правоохранительными органами России и Австралии. Но, видимо, это взаимодействие не получило продолжения — или расследование затронуло «политически чувствительный» вопрос. Уилсон отмечает, что в Австралии информация о судебном деле редко становится закрытой: возможно, в данном случае так случилось из-за политики, а может быть, из-за того, что расследование все еще идет.
*Этот материал создан при участии АНО «Центр ТИ–Р» и ее гендиректора Ильи Шуманова. Организация внесена в список НКО, выполняющих функции «иностранных агентов». По закону мы обязаны это указывать, иначе наши коллеги могут быть оштрафованы. «Важные истории» считают, что такие законы противоречат Конституции.
Поддержите тех,кто говорит правду!Вы можете стать нашим донором, оформив разовое или ежемесячное пожертвование. Мы хотим зависеть только от вас — тех, кто хочет знать правду, тех, кто не боится быть свободным. Помогите нам рассказать вам «Важные истории».Поддержите «Важные истории»