An employee may be against Putin, but definitely not for this crowd

Former police officers are discussing with Medusa Alexei Navalny, acceleration of shares, corruption, power and the Belarusian script

After mass detentions and arrests of shares participants in support of Alexei Navalny, many have questions about how the security forces engaged in the overclocking of rallies and the fight against the opposition actually relate to this. The current employees of OMON and the EC center refused to communicate even on the terms of anonymity, so Medusa Special Corps Maxim Solopov talked with those who had recently served in the “anti -extremist” divisions of the Ministry of Internal Affairs, about Alexei Navalny and shares in his support, as well as about the attitude towards the current government, honest elections and prospects for the protest movement in Russia.

"As in Belarus we will not have, I am sure"

Mikhail (the name changed), a former operational employee of the Ministry of Internal Affairs, who participated in work at mass events in the 2010s.

[Acceleration of shares] This is always a set of measures. At first, potentially dangerous leaders are delayed at home. Then, at the exit from the metro and on the way to the venue, a shmon is carried out - a selective search. Satisfied with aggressively configured, they find gas cans, pyrotechnics, knives, attributes. The areas on which the crowd can be scheduled are “taken into the mode”, cordon off. If somewhere the crowd has accumulated anyway, it must be scattered. This crowd is always full of operas that calculate the instigators.

The danger lies in provocateurs who are interested in jamming a little riot police so that they begin to wave in response in response. If someone flies from somewhere, the took away and they go to blow everyone. The war begins for them, and no one will patiently behave patiently. It also turned out with this granny in St. Petersburg. I am sure that this fighter is not a beast, they burst into him gas in the face or just saw some kind of silhouette at the last moment-well, he pushed it away. He is no longer up to it, he was brutalized.

Directly at the time of the events, OMON and I usually do not interact. OMON has his own senior at the headquarters, the operatives have their own leaders. They are already interacting with each other. Naturally, riot police are warned that operatives are working in the crowd, but who exactly do not know. There may be code words , you can show a certificate in a car carrier.

At large events, operatives are all from different departments, divided into groups: some will observe and report on the phone about some movements, others will fix to cameras. Osorshniks can work with their special institute, BSTM will “listen” to a bunch of people, which can coordinate something. All this flows to the headquarters.

OMON has no task to detain everyone - it is necessary to dig the first lane and active instigators. There is a group of numbers, there is a dissection group, there are detention groups. I believe that riot police, of course, have the right to use special equipment and physical force. The law allows this. There are no restrictions on age, gender, and so on, the limits of application - this is already a personal business of everyone. The riot police are told to endure to the last, to act extremely correctly, selectively. The mistakes of the Old Man [Alexander Lukashenko] in Belarus are also taken into account, but if the crowd does not react, if they throw snowballs ...

As in Belarus we will not have, I'm sure. The dad is just a dictator, he is a little ******* [Kygel] and decided that he was all ******* [to beat], but this caused even greater resonance. We will not be like that. We will be very restrained. Yes, someone will fly. Someone will fly in and out of business, but you need to understand that in the crowd you are one of the accomplices. Do not think that if a person beats a riot police nearby, and you are just standing, and that means you will not arrive. Nobody will understand here.

Of course, there are different people among employees. This is me for Putin, but there are Putin's unloved. But this is all at the level of the kitchen-to sit, to assume that they have a small salary, they still do not like something. And if they are told, they will do everything they need. This is their work, they carry epaulets all their lives. Especially when they see this youth who want them ****** [hit], shouts "garbage - shame of Russia!" - They quickly become Putin. The employee may be against Putin himself, but definitely not for this crowd.

Active core, instigators are always some fans or radicals who do not care where to fight with cops: on football or at a rally for Navalny. I think they must be detained in the morning at the exit from the entrance for petty hooliganism, because he cursed in a public place, and transported to the departments. But those who honestly come out simply to say that they don’t like Putin, I think, for God's sake, let them go out, if only they would not block roads, followed the legislation.

Who needs them? There are two percent active. How much will they get in Moscow twenty millionth - 10, 20, 30 thousand? I do not believe in the estimates of 100 thousand. I myself saw rallies for Sakharov. So many people will not fit there. But the provocateurs need sacrifices. First, provoke the cops, then to be beaten in response.

How do ours behave on a foreign policy? They send everyone to dick: Crimea, Syria. I like this policy. Naturally, they begin to swing the situation in response here. Show a picture that Putin is an enemy and people against him. Let's see how it will pass. The main thing is that without casualties. So that it does not begin as in 1993: someone on a truck crashed into riot police when riot police died , then everything began to fare away. Naturally, in response to aggression, special equipment should be applied, but, of course, limited to targets. Not for everyone in a row, as in Belarus, to ride and all ******* [beat].

If Putin remains for one more period, I will only be glad. Do you remember 1999 when the country fell apart? Everyone forgot what the country was, what corruption was then. Yes, Putin was lucky with oil, but he is lucky for someone who is lucky. Therefore, of course, I am for Putin. If it is in the same mode, then let it be for life. I do not need democracy for democracy.

What are the Ukrainians proud of? "We are free, and you are slaves." What are they free? If this is freedom, then I **** [had] such freedom in my mouth. Moreover, for sure most people on the Maidan came out, sincerely indignant at Yanukovych’s actions. What about the country? It's worse and worse. If they have democracy, then I want to live under the monarchy, so that everything is clearly and calm.

I know, for example, how Sugrobov sits. He sits normally like everyone else. In Mordovia with Kvachkov , he was familiar with . They do not like the majority there, of course. They sit for bribes, for drugs, and Putin is to blame. Kvachkov is a hero? Hero of what? What did he want to blow up Chubais? Well, you can relate to Chubais in different ways, I am not his fan, but killing people is wrong. No one has an indulgence for crimes.

What Navalny wanted to poison with combat substance - I do not believe in this nonsense. He's quite peppy.

If Putin is bad, let's not choose it in the elections. I am for the elections, for the cameras in the areas, and not for turning everything into devastation. If we do not have other people now who can compete with him. [Love] Sable, or what? Navalny is already convicted. It is not necessary to bend in front of him either. Personally, I always treated him as an empty place. What does he want to change in my country? What will he do better than Putin? Just an agent of influence that destabilizes the situation in Russia. Let him try.

“Today they will simply pass, tomorrow they will come out with Molotov cocktails, and the day after tomorrow all Moscow will burn”

Alexey Trifonov, ex-head of the Nizhny Novgorod Center for Combating Extremism and the former head of the unit in the Main Directorate for Combating Extremism of the Central Apparatus of the Ministry of Internal Affairs of Russia

The word "enemies" [in relation to the opposition] is absolutely wrong. Employees simply do their job. They do not consider these people enemies - for them it is just a contingent for which methodical work is underway. The opposition is needed in any case, but sound, correct, constructive. It can be systemic - in the Duma or non -systemic - such as Navalny's headquarters, for example.

The question is not so that they spend so much effort on them - everything is proportional. How they position themselves, so a repressive apparatus that the state protects, and reacts.

As for the closed [due to protests] of the city center, the problem is that it is not always possible to predict the mass of the action. But they overlap for the safety of citizens - both the protesters themselves, and those who live in this area - in order to prevent unrest. If they go along the roads, some accident will happen, then again the employees will remain guilty that they did not take measures. It is better to block possible routes in advance, so it will be calmer for everyone. And to detain and scatter the protesters calmer where there is no traffic flow.

Of course, it is better to take even extra measures than to be impressed. These are not the first protests. The police also study, for example, looking at the summer protests of the year before last. In particular, plans for overlapping movement during mass events are also updated where [protesters] can actually provoke riots.

It cannot be said that all relevant services of the Ministry of Internal Affairs, the FSB and the Russian Guard are engaged in the fight against the opposition. This is a methodical work on counteracting extremist activities, and the opposition is here on the very last roles. There is simply an iceberg top: mass shares are always a hype, excitement. In fact, all these units are created to combat ultra -right, radical left -wing, subcultures, sects.

Now the AUE has been banned. Just the other day, several people in correctional colonies were detained for the propaganda of AUE. This ban was created in order to stop the development of a criminal subculture, involving new members in its ranks of new members [crimes in the Criminal Code]. Again, there is a fight against terrorism, against recruiters of various terrorist groups. This is a large array of work. Everyone thinks that the operatives are only sitting and monitoring likes and reposts. In fact, everything is far from the case. Work is much deeper and wider.

At protests, work is also necessary. Nevertheless, they saw how many criminal cases were instituted for real attacks on employees. Everyone saw how many people went to these promotions to fight with the police. The work is aimed at identifying such a contingent: it makes no difference, ultra -right, ultralel ones, who went with a radical attitude to these actions - people who are ready for their ideas to go to desperate steps, up to terrorist acts. And we know such examples.

If we do not suppress unauthorized shares, this will open the way to other violations of the law. [Leonid] Volkov intentionally refused to agree and hold a rally in accordance with the law. What now, law enforcement agencies should raise the paws up: “Walk, we will not touch anyone”?

Today they will simply pass, tomorrow they will come out with Molotov cocktails, and the day after tomorrow, all of Moscow will burn. We have an example of our neighbors, to which all this led. Nothing good happened there. Therefore, the work is built a preventive.

I can say that at all meetings there are always indications of the most correct work, the maximum maximum detention. Sometimes people are brought in their arms so that no one is injured. If processions, ceilings, provocations begin, then yes, they already act tougher. In the tactics of special units [regarding the use of batons and stamps] I do not want to go deeper, this is not quite my topic. They have their own methods: to dissect the crowd, disperse, block individual groups and delay.

The operatives during the action are in the crowd to simply observe who behaves aggressively, and give “beacons” for riot police, whom to detain. Typically, the crowd only two -thirds consists of protesters, and the rest of the third is journalists, bloggers and opera. As they say, 14/88 is not only a nationalist slogan, but also a typical composition of the ultra -right group: one “Ashnik”, four agents and eight eighth graders.

Everyone who tried to throw firemies [on the latest shares], strike the security forces and so on - all of them are installed and detained. Moreover, in a metropolis such as Moscow: cameras track a person from a place of participation in the action up to the house. The employee only needs to click on the button - the cameras will be guided in the subway, they will get out of the metro and lead him into the entrance.

It’s like a football match: someone came to see, and someone to seek. But no one canceled the herd instinct. The crowd is very easy to start. You can only go out to see, and in the end it is involuntarily become a member of the mass event. One fool threw the snowball, the second, the third, and it rushed. Then someone threw a bottle, then the FSB car began to smash. To whom did she interfere? A car with a flashing light is driving somewhere, well, let him go. So, people need to go somewhere. No, they started jumping on it. This is not from a great mind.

Volkov specially went to exacerbate. He was told that the same Pivovarov asked him the question : “Why don't you apply? Serve on Sakharov, much more people will come out to support you. ” He does not need anymore - he needs more radical. The question is not to riot police is a question for Volkov.

Employees, of course, are also people. They have different opinions. Someone even writes video messages in support of Navalny. There are a lot of opinions among employees about Navalny. Not all, probably, should be voiced.

Most rather perceive it as an agent of the influence of the West. Why was he not arrested then for the Stateizer? This is a process of proof. Plus, there is such a thing as “Disagreing”: they can hypothetically collect material for initiating a case and come to it with a proposal - either a prosecution of a state reception, or let's find a common language.

But most employees are correctly oriented. [Among working on mass promotions] there are those who share the point of view of the opposition, but there are very few of them, and they are trying to get rid of them. Do not like your work - quit, transfer to another unit. Nobody holds anyone.

Of course, the country has problems with corruption. Employees also see this, but it does not plant corrupt officials. They are planted by the FSB, Bep. And plant in packs . Navalny only makes a movie. His videos did not lead to anything. Perhaps this is even good immunity. I think many facts that are mentioned in his investigations are checked, but far from the fact that they find confirmation. Say, his film about how Dmitry Anatolyevich Medvedev buys sneakers is complete nonsense. For a person, any store will be closed by his level and special services will be organized in it. He will be brought home and home. It certainly will not order goods on AliExpress . Even I don't order this shit. This can be rubbed only to young hipsters who themselves order this nonsense, because there is no more money for anything.

If there will be no one to immediately transplant all [corrupt officials], then there will be no one to work. And then they do not steal. This is such a common performance. In fact, many work normally. And others understand that they can get into development or already in development.

We see other negative moments in the country, but we must not forget about the positive ones. How many bridges, roads, objects are built? Maternity capital alone is worth it. Now he is already given at the birth of the first child. By the way, I still have no apartments, although I have worked in the organs for 25 years. Now I am making it myself.

Again, I perfectly remember the 1990s, the beginning of the zero. Our salary was tiny, people lived with empty refrigerators, interrupted somehow. It’s good that there was a free travel - it was possible to come to work and come from work. They didn’t even think about personal cars then. This is now a good car you will not surprise anyone.

The fact that people want more is normal. Everyone can set a goal for himself and go to her, but why is it necessary to go to the square and demand something? What, Putin is to blame for everything? By the way, not always those who go out on the streets have some serious problems in life. I have friends, young guys who, with a bright head, implement their projects themselves, do not ask for help from Putin or government. They take and do.

I personally do not mind that the supporters of Navalny participate in the elections, but the issue of registration of parties is no longer my competence. For me, let them register. What problems do they have, I honestly do not know. Navalny was allowed to take part in the elections of the mayor of Moscow. Here, please, a person tried himself in an honest struggle, gained his percentage of votes. I personally do not mind this, but I do not answer for this block. Let them put forward some positive program. You can’t go far on one fight against corruption. The fight against corruption is the prerogative of law enforcement agencies. No need to intercept the summons from the security forces.

We still do not have Belarus, we have a different way. I can say that in general, most of the detentions on protest were most carefully held. Yes, there were moments of acceleration, there were times of suppression of offenses, but within the framework of the law on the police again. There were some not very pleasant moments, but we did not have such a trash as in Belarus. And I hope that it will not be.

Although they are trying to rock the situation. And if there are inadequate actions by the protesters, employees will not stand just like that. Volkov understands this perfectly and tries to radicalize the protest. Хотя за День святого Навального 14 февраля ему можно премию выписать от всех силовых структур. Правоохранительные органы свечение фонариками никак абсолютно не беспокоит, лишь бы протестующие не устраивали несанкционированных митингов и шествий.

«Если человек украл деньги и построил завод — ну и хорошо. На какие еще деньги можно построить завод, кроме как на украденные?»

Сергей (имя изменено), бывший сотрудник антиэкстремистского подразделения МВД, участвовавший в оперативных мероприятиях в отношении оппозиционных активистов в 2010-х годах

Безопасность на массовых мероприятиях не имеет никакого отношения к борьбе с оппозицией. Расчет сил и средств — это функции [подразделений] охраны общественного порядка. Например, 23 января, сил у полиции было явно недостаточно. И жесть была вызвана этим. Росгвардия и полиция бегала туда-сюда, а эти [протестующие] резвились, понимая, что им за это ничего не будет. Поэтому ко второй акции решили перестараться.

Если у обывателя ощущение, что ОМОН и подразделения по борьбе с экстремизмом борются только с оппозицией, это проблема пресс-службы МВД, пресс-службы ГУВД, проблема всей этой пропагандистской машины. Почему они не рассказывают людям о том, чем занимаются спецполки, например? Это же занимает мизерную часть их работы. Тот же ОМОН постоянно проходит боевую подготовку. На Северном Кавказе без них не обходится.

Про оппозиционные взгляды отдельных сотрудников могу сказать, что здесь действует закон больших чисел и в большом коллективе непременно найдется какой-нибудь сумасшедший, который начнет сочувствовать хоть Навальному, хоть Чикатило. Результаты «реализаций» УСБ и ФСБ показывают, что народу нездорового в органах вполне достаточно. Милиционеры совершают все преступления, состав которых описан в Уголовном кодексе. Поэтому почему бы им не посочувствовать Навальному? Я не к тому, что это преступление, а к тому, что человек может потерять голову, будучи даже летчиком или подводником.

Навальный и «в стране все воруют» — это разные темы. Навальный говорит: «Они воруют». Ему в ответ говорят: «Мы не воруем». Воровали-то здесь всегда. У нас и президент об этом говорит. У всех есть сейчас телеграмы, фейсбуки, все знают, что все воруют. И сажают у нас и министров, и заместителей министров, и губернаторов, и мэров, и сотрудников ФСБ. Все все видят. Навальный зачем для этого? Все и без него это знают.

Насчет того, что Навальный шпион. ФСБ этого никогда не заявляла — это пропагандистский штамп. Кто его придумал, тот пусть и объясняет, почему нет дела о госизмене. Это тоже изъян пропаганды. Я лично Навального давно не видел, но в моем представлении он обычный карьерист, беспринципный.

Другое дело, что всякому человеку свойственно развиваться. Про его пребывание в Кирове много рассказал Карнаухов, хоть он и сам слегка поехал головой на почве этой борьбы, но в целом так оно и было. Он не расследователь, не писатель, просто лицо, которое хорошо продавалось. Блогер, который оседлал тему борьбы с коррупцией.

Его настоящая доверенная аудитория небольшая, она просто крикливая. Зачем ему подыгрывает госпропаганда, я не знаю. Это все равно как если бы вся страна боролась бы с каким-нибудь Тесаком . Проблема с Навальным в том, что никто с ним ничего толком не делал на самом деле. Ему всячески подмахивали долгое время. Его освободили для участия в мэрских выборах, мундепы-единороссы ставили за него свои подписи. Ему подыгрывали как могли. Единственный человек , который имел два условных срока и просидел в тюрьме ровно ночь.

В какой-то момент его переход от блогерства к зазывальству стал действительно опасен. Проблема в том, что у нас действительно не Париж и мы не можем вывести жандармов с автоматами, которые скажут: «Ну и ладно. Желтые жилеты , и что? Сейчас два раза пульнем — и все разбегутся». У нас нет практики стрельбы по людям на массовых мероприятиях, слава богу, с 1993 года. And very good. Поэтому обеспечение порядка на массовых мероприятиях у нас всегда упирается в то, что мы не можем стрелять в людей даже резиновыми пулями. Такая уж у нас политическая и правоохранительная культура.

То, что Навальный начал выводить людей, — это главная причина изменения к нему отношения. Если бы он и дальше просто публиковал свои расследования — ну, герои этих расследований поскрипывали бы зубами, но ничего серьезного с ним бы не случилось.

У меня давно складывается ощущение, что никто с ним толком и не борется на самом деле. Не вижу никакой системной борьбы. Не знаю, что там пишет проект «Проект» или телеканал «Дождь» про совещания с управлением внутренней политики, могу сказать, что даже если практика каких-то совещаний и имеет место, то никакого влияния на то, что называется оперативно-служебной деятельностью, это не оказывает. Это протокольные вещи. Совещания идут отдельно, а жизнь идет отдельно.

Я не верю в существования каких-то штабов по борьбе с кем бы то ни было. Это либеральная конспирология в стиле газеты «Завтра». Только если у [Александра] Проханова где-то сидят носатые масоны и сочиняют заговор против русских людей, то в исполнении «Дождя» это выглядит приблизительно так же, только какой-то другой масти люди сидят в кремлевском бункере и сочиняют непрерывные козни против светоча русского либерализма. Все это просто выдумки. Все сводится к одному: митинг будет — давайте что-то делать.

Все это лоялистское телевидение и прочие инструменты — там просто проедают деньги, выдавая на гора абсолютно неэффективную, вопиющую чушь. Я знаю огромное количество людей, которые смотрели его ролики, но их никак это не цепляло: «Ах, а мы думали, они там все живут в одной коммуналке в Бирюлево и ездят на одной „Ладе-Калине“ хором до метро».

Повторюсь, в коррупции ничего нового нет. Мне кажется, он скорее очень остро поставил вопрос вот этого демонстративного сверхпотребления, публичного и наглого. Вопрос действительно важный. Разумеется, он его не решил — но поставил. Вопиющее бесстыдство — вот что всех смущает, а не то, что воруют. В Америке тоже воруют, тоже не в меру, в Англии воруют не в меру, но вот эти инстаграмы, забитые какими-то телками с дорогущими часами и «майбахами», — это просто неприлично. Если человек украл деньги и построил завод — ну и хорошо. На какие еще деньги можно построить завод, кроме как на украденные? Мы прекрасно знаем, откуда берутся все капиталы.

Я считаю, что на его аресте все закончится. Только надо было сделать это раньше. И все было бы тихо. Евгения Марковна Альбац на «Эхе Москвы», конечно, возмущалась бы, но в целом было бы тихо. Кейс «Кировлеса» , дело «Ив Роше» — это все было слеплено не из навоза. Отсидел бы он за это и вышел бы уже новым, переродившимся человеком, нашим, советским, оступившимся и вернувшимся к труду. Играть во всю эту гапоновщину, азефовщину и зубатовщину — это все очень опасная игра, как ее ни называй, политтехнологии или еще как-нибудь.

Навальный просто переоценил возможность превращения всех этих лайков в живых людей на улицах. Оказалось, что за ним стоит, может, и достаточно многочисленная, но секта. Совсем не до такой степени многочисленная, чтобы вся страна встала и пошла его освобождать. Если не будут делать очередных глупостей, то на этом эффект Навального закончится и все остальные тоже тихо перейдут к какому-нибудь производительному труду.

Я не вижу каких-то моментов, которые могли бы существенно повлиять на ход выборов [в 2021 году]. Есть определенная протестная активность, но остальных компонентов [для глубокого политического кризиса] я не вижу. [У протеста] нет идеологии, нет политического истеблишмента, готового принять на себя удар и возглавить это все, нет большой улицы, нет массовых организаций.

Если перестанут плодить вот эти все кейсы Миняйло , Самариддина Раджабова , когда наловили каких-то рандомных людей, сделали из них узников совести, а организаторы всего этого типа Соболь, Волкова, Ляскина-Коляскина остались вообще не обилеченные. Это создает очень странную ситуацию, когда случайных людей хватают, делают из них героев, а те, кто все организовал, уходят от ответственности. Теперь вот появилось дело в отношении них — и сразу протесты пошли вниз.

Я бы сказал, что Путин — это главное препятствие на пути возможных больших репрессий в России. Проблема в том, что вырастают поколения — что у власти, что у левых, что у либералов, — которые считают эти репрессии допустимыми. У них эта прививка закончилась. Люди 50-х, 60-х, 70-х годов рождения имеют хорошую прививку от синдрома 37-го года. Они прекрасно понимают, что поговорить об этом можно, но повторять — ни в коем случае. У людей помоложе такой прививки нет.

Все разговоры про какие-то там люстрации — это разговоры про репрессии-лайт. Про это же говорят не Путин, не Чемезов, не Мишустин. И вот эти кампании общественного осуждения — их тоже устраивает не Песков. Не вижу я никакого бесовского штаба, который бы измысливал репрессии в отношении розовых пони. Я бы видел, если бы он был. Должны были бы приходить эти вурдалаки и требовать крови активистов, русского или нерусского народа. Этого никогда не было, нет и сейчас.

Все-таки любые попытки отрегулировать что-то в правовом поле, количество статей административного и уголовного кодекса — это лучше, чем репрессии. Реально широко не применяется даже тот инструментарий, что существовал и без всех этих законов. Это же такая советская, российская вера в вывески: сейчас мы напишем на табличке «Министерство по искоренению пороков и насаждению добродетели» — и тут же у нас искоренятся все пороки и всюду насадится добродетель. Примем закон — и жизнь изменится. Бесконечное изобретение этих законов не самая здоровая реакция. Вот приняли закон про реабилитацию нацизма, фальсификацию истории и прочее — это же проще, чем организовать преподавание истории в школе, написать нормальные учебники, программы.

Реальные репрессии наступят только тогда, когда значительная часть общества этого захочет. Представить себе ситуацию, что прилетит какая-то банда из Питера и начнет творить здесь массовые репрессии, я не могу. Пока их не сменят новые люди и все общество не скажет: «Давай». Пока главное препятствие — действующая власть. Кто бы что про их дворцы ни говорил, но они на самом деле удерживают глубинный народ и всю эту хтонь от реализации их влажных мечт.

Про честные выборы могу сказать, что они вполне себе нормально работают в пределах разумного. Если бы сейчас проводили их по методичкам «Умного голосования», то думаю, что Леня Волков и сам бы не обрадовался. Страна просто разделилась бы на две части. Одну часть заняли бы какие-нибудь разные упыри, которые вообще никогда и нигде не должны избираться, а вторую — «Единая Россия». И пусть у них не будет иллюзий, что они что-то там выиграют.

Но, строго говоря, ситуацию никак нельзя сводить к дихотомии «Навальный — режим». Мир пришел в движение, и мы вместе с ним. Меняется Америка, меняется Европа. Мы не можем стоять в стороне, накопленные проблемы будут требовать разрешения. Как это будет решаться, никто не знает. Неизвестно, есть ли у нас достаточно компетентных людей. Вот и увидим. Конечно, есть ощущение кадрового голода — но на уровне исполнителей. Все-таки на самом верху люди, в подавляющем большинстве получившие еще советское системное образование, а что касается тех, кто помоложе, то тут — извините.

Мы не можем быть здоровее, чем мы есть. Иначе надо приспустить флаг над Кремлем, сказать, что нет никакой нации, нет никакой страны и здесь будет социал-дарвинизм и дикое поле. Если нация есть, если народ есть, то мы все должны нести какую-то солидарную ответственность. Это обязанность всех и каждого. Ну а то, что милицию никто не любит, это не секрет. Милицию не надо любить. Это не девушка и не стиральный порошок.

Когда-нибудь мы будем оценивать историческую роль Путина. Он же не вечный, хотя еще, возможно, простудится на наших похоронах, дай ему бог здоровья. Но мое мнение заключается в том, что он сделал максимум возможного в тех условиях, которые у него были. Можно предъявлять ему много претензий о том, чего у нас нет, но это будут наши хотелки, а не то, что он действительно мог и не сделал.

Кто-то из патриархов советской поры — то ли Пимен, то ли Алексей Первый — после письма Солженицына вождям, в котором он помянул иерархов церкви, сказал : «Посидел бы он хотя бы сутки в моих ботинках». Вот так можно и всем критикам Путина сказать. Любой бы на его месте убежал с криком «Переизберите меня, пожалуйста!» Всегда обслуга будет распускать слухи, что правитель так же низок, как мы, тут надо помнить пушкинское «Врете!» . И врут. Именно потому они обслуга, а он — президент.

Смотри, уволят тебя из «Медузы» за такие публикации, и после революции поедем в одном вагоне в телогрейках с надписью «путинист».

Беседовал Максим Солопов