Нелюбопытные варвары

В России официально вводится единомыслие: Дума окончательно утвердила, чему можно учить людей, а чему — нет

Назовем вещи своими именами, пока это еще не выходит за рамки УК: «поправки в закон об образовании», принятые 16 марта Госдумой, это закон о цензуре, противоречащий ее запрету в ст. 29 Конституции РФ, а если вспомнить Козьму Пруткова, то «проект о введении единомыслия в России».

«Законодательство РФ, — сетовали авторы законопроекта в пояснительной записке, — не содержит положений, определяющих правовые основы просветительской деятельности, порядок ее осуществления, требования к ее участникам».

Вопреки обыкновению в записке не было ссылок даже на притянутый за уши зарубежный опыт: такого до сих пор не было не только в России, но и нигде в мире.

Во всех странах действуют законы в сфере образования, но там речь идет о выдаче правоустанавливающих документов: аттестатов и дипломов общепризнанного образца. А просвещение законодательно определить невозможно, и решение Думы называть просветительской деятельностью все, что «осуществляется вне рамок образовательных программ», — это и есть рамка и первая часть формулы «все, что не разрешено, то запрещено», то есть цензуры.

Попытка ввести такое регулирование в ХХ веке была предпринята в СССР. Всякое публичное выступление должно было быть «залитовано» (от слова «Главлит»), но те ведомственные инструкции носили стыдливый гриф «ДСП» (для служебного пользования), а откровенно запрещать просветительскую деятельность все еще более или менее просвещенным большевикам в голову не приходило.

Я вижу две причины этой абсурдной инициативы. Главная — это «смотрины» нынешних депутатов Думы в преддверии осенних перевыборов, своего рода конкурс мракобесия.

Вторая — ситуативная: триггером стало создание в интернете «Свободного университета», костяк которого составили преподаватели, изгнанные из «Вышки» за неблагонадежность (я тоже веду там семинары по «философии журналистики» и не собираюсь от этого отказываться).

Если в первой редакции проекта предполагалось, что «просветительскую деятельность вправе осуществлять физические лица, индивидуальные предприниматели и (или) юридические лица при соблюдении требований, предусмотренных настоящим Федеральным законом, а также иными нормативными правовыми актами РФ», то в третьей, одобренной редакции эта формула приняла более жесткий вид: «просветительскую деятельность осуществляют органы государственной власти, иные государственные органы, органы местного самоуправления, уполномоченные ими организации, а также вправе осуществлять физические лица, индивидуальные предприниматели и (или) юридические лица при соблюдении требований, предусмотренных настоящим Федеральным законом и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации».

«Просветительская деятельность органов государственной власти» — это нонсенс, власть налогоплательщики содержат и терпят не для этого, а смысл формулы в том, что «надзирающие органы» (к ним, вероятно, будут отнесены Министерство просвещения и Министерство высшего образования и науки) будут читать ее с подразумеваемым добавлением «только». «Порядок, условия и формы осуществления просветительской деятельности, — гласит закон, — а также порядок проведения контроля за ней устанавливается Правительством РФ» — и такое постановление установит разрешительный порядок любых публичных выступлений для всех «физических и юридических лиц».

Следует ожидать, что до 1 июня 2021 года, когда закон, как предполагается, вступит в действие, Федеральное собрание успеет принять и проект поправок в КоАП, а то и в УК РФ — о карах для «партизан от просвещения».

Пояснительная записка к законопроекту и не скрывала целей его инициаторов:

ЦИТАТА
«Отсутствие правового регулирования создает предпосылки для бесконтрольной реализации антироссийскими силами в школьной и студенческой среде под видом просветительской деятельности широкого круга пропагандистских мероприятий, в том числе поддерживаемых из-за рубежа и направленных на дискредитацию проводимой в Российской Федерации государственной политики, пересмотр истории, подрыв конституционного строя».

Это знакомая паранойя,

а оговорка в законе о том, что «не допускается использование просветительской деятельности для разжигания социальной, расовой, национальной или религиозной розни… а также для побуждения к действиям, противоречащим Конституции РФ», — является излишней: такие действия и без того наказуемы, хотя запрет этот действует (например, для телевизионных ток-шоу) весьма выборочно. Прицельными, по-видимому, будут и репрессии против «партизан», но правовой защиты от них не будет: на Конституционный суд теперь надежды мало.

И все же. На заре эпохи просвещения в 1784 году Иммануил Кант определил его как «выход человека из состояния несовершеннолетия… причина которого заключается не в недостатке рассудка, а в недостатке решимости пользоваться им без руководства со стороны… Имей мужество пользоваться собственным умом!».

В истории, в том числе России, было немало попыток со стороны власти запретить своим подданным думать. Некоторые из них привели к драматическому отставанию от развивающегося мира, но ни одна в конечном итоге не увенчалась успехом: такой запрет противоречит природе человека.