В Петербурге обнулили поручение Путина

Одобренный президентом археологический заповедник на Охтинском мысу подменили экспозицией 30х50 метров

1 мая истек срок исполнения президентского поручения по Охтинскому мысу: «рассмотреть вопрос о создании историко-археологического музея-заповедника». Чиновники, ответственные за эту работу, пошли на подмену — в их отчетах нет термина «заповедник», а только «музей», «экспозиция» или «выставочное пространство».

Напомним, вопрос о сохранении всего комплекса археологических памятников Охтинского мыса был поднят Константином Михайловым в декабре прошлого года на ++заседании++ президентского Совета по правам человека. Акцент делался именно на том, что уникальное собрание «Петербургской Трои» (слои неолита, Средневековья, древненовгородских поселений и нового времени) на 85% попадает в пятно застройки газпромовского общественно-делового комплекса. Тогда как создание на мысу археологического заповедника способно спасти это наследие и зримо представить всю глубину истории Санкт-Петербурга.

«Одним зданием административным больше, одним меньше, а археологический заповедник — это интересная идея», — согласился Владимир Путин. Подчеркнув, что для него, как главы российского государства, особо важна возможность показать, «что в этих местах мирно сосуществовали самые разные этносы на протяжении длительного периода времени», «исторические связи всей этой территории с Россией, русским народом».

В своем коротком ответном слове президент тогда трижды назвал идею заповедника интересной и признался, что ему лично она очень нравится.

Теперь выясняется, что исполнители президентского поручения (Минкульт, правительство Петербурга и Газпром) низвели его до устройства выставочного пространства 30 на 50 м. Ни о каком заповеднике речь не идет.

«Нам удалось договориться с «Газпром нефтью» о создании экспозиции на Охтинском мысу, — ++доложил++ вице-губернатор Борис Пиотровский. — Там есть помещение площадью 1,5 тыс.м2, которое будет использовано под выставочный зал. Экспозиция будет рассказывать об истории Охтинского мыса, об истории этого места».

То есть ни пядью той территории, на которую приходится 85% памятников Охтинского мыса, Газпром не поступился.

А что до экспозиции, так она предусматривалась изначально, в проектной документации с 2006 года. О чем же теперь и ради чего нужно было «договариваться» — чтобы вернуться на 15 лет назад, к исходному положению?

Александр Беглов затмил подчиненного, выдав еще более оригинальное ++заявление++: «Жилья на Охтинском мысе не будет». Хотя оно, собственно, там и не планировалось. Говоря об «археологическом музее», который решили создать на базе Музея истории города, градоначальник сначала привязал его к выделяемой собственником (Газпромом) «исторической части» Охтинского мыса. Мыс вообще-то практически весь исторический — но, надо понимать, губернатор имел в виду пресловутые 15%, только и взятые Минкультом под охрану. А затем махнул так широко, что едва не зашиб соседние государства: в новый музей, говорит, «войдет и Охтинский мыс, и Петропавловская крепость, и весь город».

Уже на другой день ошарашенные такими перлами защитники Охтинского мыса, деятели культуры и депутаты обратились к Владимиру Путину с открытым ++письмом++, призвав главу государства разобраться в ситуации и ответить: «кто кого водит за нос, фактически саботируя выполнение Вашего Распоряжения по созданию на Охтинском мысе именно археологического музея-заповедника, а не выставочного пространства.

Президента призвали не допустить, «чтобы уникальный памятник археологии и истории был разорен в угоду амбициям влиятельных лоббистов, а президентское имя — скомпрометировано демонстративным невыполнением распоряжений, издаваемых главой государства российского». В противном случае, заключали подписанты, «вся ответственность за уничтожение памятников Охтинского мыса ляжет на вас».

Пока же, на промежуточном этапе, защитники Охтинского мыса призывают к ответу вице-губернатора Бориса Пиотровского как чиновника, курировавшего в Смольном выполнение президентского поручения.

Их возмущает, что все это время городская администрация уклонялась от встреч с теми представителями научно-археологического сообщества, которые (как и президент) поддержали идею археологического заповедника. Господин Пиотровский не посчитал нужным принять и выслушать даже первооткрывателя «Петербургской Трои» археолога Петра Сорокина, исследовавшего мыс много лет.

«У меня есть эксперты», — ++парировал++ господин Пиотровский. Поясняя, что уже выбрал в этом качестве специалистов Института истории материальной культуры РАН.

В реальности речь идет, по сути, об одном-единственном таком специалисте — замдиректора ИИМК Наталье Соловьевой, которую связывает с Газпромом не один контракт. Именно она и формировала для вице-губернатора «мнение специалистов» о том, будто охранять на мысу ++нечего++, кроме признанных Минкультом 15%. Примечательно, что непосредственный начальник Соловьевой, директор института Владимир Лапшин, настаивает ровно на противоположном: на необходимости придания статуса заповедника всей территории Охтинского мыса. Но советы Лапшина оказались не востребованы Борисом Пиотровским. Как и коллективное мнение отдела славяно-финской археологии ИИМК, оформленное выпиской из протокола его мартовского заседания (есть в распоряжении редакции) и направленное в Минкульт и правительство Петербурга:

«…памятники дерево-земляной архитектуры: средневековое мысовое городище, крепости Ландскрона XIII в. и Ниеншанц XVII в. должны быть сохранены в полном объёме, как недвижимые фортификационные объекты на месте их обнаружения и стать основой создаваемого музея-заповедника, — подчеркивалось в этом документе. — Считаем, что утверждению проекта археологического заповедника на Охтинском мысу должно предшествовать широкое обсуждение археологическим сообществом Санкт-Петербурга».

Ранее этим же адресатам направлялись аналогичные мнения ученых-археологов Государственного Эрмитажа, кафедры археологии СПбГУ, экспертов ИКОМОС Санкт-Петербурга. Но мнение профессионального сообщества было, по сути, проигнорировано. И подменено позицией Натальи Соловьевой. Так же обошлись и с поставленной президентом задачей — подменив заповедник на выставочный павильончик.

Ладно бы только Александр Беглов, чьи безграмотные высказывания давно разошлись на анекдоты. Но вице-губернатор Борис Пиотровский (из приличной, как говорится, семьи) едва ли может не понимать, что главные музейные экспонаты Охтинского мыса — это не какие-то найденные тут вещи вроде осколков керамики или наконечников копий. И что поставленная президентом задача не сводится к организации выставки таких находок. Главные сокровища мыса — не вещи, а занимающий почти всю его территорию комплекс разновременных фортификаций. Это недвижимые объекты, неотделимые от этого места и исключающие его застройку.

В апреле Куйбышевский районный суд (принимая во внимание в том числе и поручение президента) наложил меры предварительной защиты на территорию мыса. Запретив КГИОП выдавать заключения, позволяющие проводить здесь работы с углублением в грунт более чем на полметра.

ООО «Газпромнефть Восточно-Европейские проекты» теперь пытается оспорить это определение в городском суде. Интересы компании представляет недавний сотрудник КГИОП Григорий Филин.

Как указано в поданной жалобе, поручение президента РФ не связано с оценкой законности действий органов госвласти или дочерней структуры «Газпром нефти» — а «сводится к необходимости оценки вариантов последующего хозяйственного освоения земельного участка его правообладателем».

Оригинальный способ объяснить главе государства, что его поручение — это пшик. А решать, типа, будем мы — настоящие хозяева. Осталось дождаться, как это понравится самому.

11 мая Верховный суд России отказал градозащитникам, которые просили пересмотреть прошлогоднее решение ВС касательно Охтинского мыса по вновь открывшимся обстоятельствам. В числе последних заявители назвали поручение президента России Владимира Путина рассмотреть возможность создания на Охтинском мысу археологического музея-заповедника.