Рассказываем об истории отношений России с ХАМАС — главным врагом Израиля в последние недели

Почему в Москве считают эту организацию не террористической, а чуть ли не «благотворительной»?

С самого начала очередного обострения конфликта на Ближнем Востоке Россия попыталась выступить в роли арбитра между Израилем и движением ХАМАС, которое контролирует сектор Газа. Это не осталось без внимания: 18 мая член политбюро ХАМАС Хусан Бадрам в интервью РИА Новости высоко оценил роль России. На первый взгляд, движению, признанному террористическим в США, ЕС и Израиле, очень важна поддержка России. Руководители ХАМАС много раз встречались с представителями российского МИД, включая его главу Сергея Лаврова. Казалось бы, это должно было вызывать бурный протест Израиля, с которым Россию последние годы связывают очень теплые отношения. Но на самом деле израильские власти хорошо понимают, что реальное влияние Москвы крайне ограничено. Похоже, ее даже не известили о секретных переговорах между ХАМАС и Израилем о прекращении огня: днем 20 мая Владимир Путин поручил эвакуировать из Газы российских граждан «в связи с резким ухудшением ситуации», а вечером того же дня война закончилась.

СССР дружил с палестинскими боевиками. Это был ХАМАС?

Нет. ХАМАС («Исламское движение сопротивления») был образован только в 1987 году как филиал международного движения «Братья-мусульмане» (с которым он в 2017 году формально разорвал связи). Но ранее Советский Союз действительно поддерживал боевиков, которые использовали схожие методы и ставили ту же цель — уничтожение государства Израиль.

До перестройки отношение СССР к ближневосточному конфликту было простым: Израиль занимал всю территорию Палестины, а Советский Союз поддерживал его противников в изгнании, прежде всего, Организацию освобождения Палестины (ООП) Ясира Арафата. Для Москвы было важно, что в ООП доминировали политики левых взглядов.

С Израилем СССР не имел дипломатических отношений с 1967 года. Страны поддерживали только неофициальные контакты: в частности, через бывшего корреспондента «Правды» на Ближнем Востоке, востоковеда Евгения Примакова. При этом Примаков дружил с Арафатом, а будущий президент Палестинской автономии Махмуд Аббас в молодости был его аспирантом. В 1980-е роль Примакова в политике выросла: он стал советником генерального секретаря ЦК КПСС Михаила Горбачева и отчасти определял внешнюю политику страны. Примаков до своей смерти в 2015 годуубеждал, что палестинских боевиков нужно осуждать за террор, но нельзя считать террористами, потому что они действуют в ответ на «вооруженные действия Израиля против мирного населения Палестины».

В 1991 году Примаков возглавил союзную внешнюю разведку, затем — российскую. Но именно в это время на Ближнем Востоке произошли события, которые фактически обнулили все старания СССР по поддержке ООП: после многолетних тайных переговоров в 1993 году Израиль и ООП заключили мирный договор, признав существование друг друга и отказавшись — по крайней мере на словах — от насилия. В подписании соглашений участвовала и Россия в лице министра иностранных дел Андрея Козырева, но реально ее роль в процессе урегулирования была символической.

После того, как ООП по соглашениям 1993 года отказалась от своей программной цели — уничтожения Израиля, — палестинское движение распалось на умеренное крыло (во главе с подразделением ООП — партией ФАТХ) и множество радикальных (в том числе исламистских) организаций, самой сильной из которых стал ХАМАС.

Кто побеждает в конфликте между ФАТХ и ХАМАС?

ФАТХ («Движение за национальное освобождение Палестины») — это наследники Ясира Арафата, самая крупная и влиятельная фракция в Организации освобождения Палестины. Она официально отказалась от террористической борьбы в 1993-м, после примирения с Израилем. Ни в одной стране, даже в Израиле, ФАТХ больше не считается террористической организацией. Движение обладает наибольшей легитимностью для остального мира — но далеко не для всех палестинцев.

ФАТХ правда отказался от насилия?

Есть нюансы: ФАТХ на протяжении всей своей истории организовывала, вооружала и спонсировала группировки для участия в терактах против Израиля, хотя и старалась не ассоциироваться с ними напрямую. Самая известная из до сих пор существующих таких группировок — «Бригады мучеников аль-Аксы», совершившие ряд терактов с многочисленными жертвами как на Западном берегу реки Иордан, так и в Газе, совместно с ХАМАС. Среди смертников «Бригад» были в том числе подростки, а среди жертв — не только израильтяне, но и палестинцы, которых подозревали в коллаборационизме. Руководство ФАТХ пыталось отрицать свою связь с «Бригадами мучеников аль-Аксы», но в 2003 году журналисты Би-би-си выяснили, что руководство Палестинской автономии во главе с Ясиром Арафатом и ФАТХ перечисляло «Бригадам» по 50 тысяч долларов ежемесячно. Тогда руководство автономии пыталось оправдаться тем, что якобы деньги выплачиваются группировке с тем, чтобы ее члены оставались под контролем ФАТХ и не попадали под влияние других террористических групп. Но вскоре премьер-министр Палестинской автономии Ахмед Куреи прямо заявил, что «Бригады мучеников аль-Аксы» являются составной частью ФАТХ и партия несет за них прямую ответственность.

В отличие от светского ФАТХ, ХАМАС — это радикальная исламистская организация, которая последовательно исповедует вооруженную борьбу с Израилем. Она в принципе отказывает ему в праве на существование.

Такая позиция по-прежнему пользуется поддержкой у значительной части палестинцев. В 2005 году ХАМАС создал политическую партию под названием «Перемены и реформы», а уже в 2006 году победил на выборах в национальное собрание Палестины, опередив правивший до того ФАТХ на 4% голосов.

После поражения на выборах представители ФАТХ отказались входить в коалицию с победителями, и новым главой правительства стал один из лидеров ХАМАС Исмаил Хания — что немедленно привело к международному эмбарго и санкциям против нового правительства Палестины. Между членами ХАМАС и ФАТХ, не желавшими отдавать власть, начались кровопролитные стычки. Попытка договориться о формировании правительства национального единства закончилась короткой, но интенсивной гражданской войной в июне 2007 года. ФАТХ утвердился в одной части Палестины — на западном берегу реки Иордан, но проиграл в Газе и был окончательно изгнан из сектора, полный контроль над которым получил ХАМАС.

С этого момента разные стороны, включая Россию, США и Египет, пытались выступить арбитрами между враждующими палестинскими фракциями.

ХАМАС все это время продолжает войну с Израилем; при этом лидеры движения считают, что их поддерживают все палестинцы. Главным методом боевиков движения остается устрашение мирного населения, чтобы заставить Израиль пойти на компромисс.

Как Россия относится к ХАМАС?

После распада СССР Москва радикально улучшила отношения с Израилем. Отношение российских властей к ХАМАС при этом менялось. На протяжении всех 1990-х годов и начала 2000-х они регулярно осуждали теракты ХАМАС, прямо называя боевиков исламскими фанатиками и экстремистами. Например, в августе 2004 года, когда главой МИД стал уже Сергей Лавров, внешнеполитическое ведомство выпустило заявление о теракте, который совершил смертник ХАМАС в израильском городе Беэр-Шева, убив 17 человек. «В Москве решительно осуждают новую варварскую вылазку экстремистов. Убеждены, что никакие политические и иные цели не могут быть достигнуты с помощью насилия и террора», — говорилось в этом заявлении.

Но даже несмотря на дружбу с Израилем и осуждение терактов, Россия так и не признала ХАМАС террористической организацией — хотя, например, внесла в соответствующий список афганское движение «Талибан».

Почему?

«Талибан» с 2003 года находится в списке террористических организаций в России (хотя это не мешает российским властям регулярно приглашать их делегации в Москву для переговоров с представителями официального Кабула), а ХАМАС нет ни в «террористическом» списке, ни в «экстремистском». При этом ХАМАС причастен как минимум к одному теракту, целью которого были именно русскоязычные репатрианты и туристы из бывших стран СССР, в том числе России: это взрыв на дискотеке «Дольфи» в Тель-Авиве в 2001 году. Тогда погиб 21 человек и еще 120 были ранены.

По каким причинам «Талибан» для России хотя бы формально является террористической организацией, а ХАМАС — нет, объяснил в интервью «Российской газете» в 2006 году тогдашний начальник управления по борьбе с международным терроризмом ФСБ Юрий Сапунов. На вопрос, почему в списке террористических организаций нет ни ХАМАС, ни «Хезболлы», он ответил:

«Нам доподлинно известно, что в свое время лидеры террористического движения на Северном Кавказе Басаев и Хаттаб активно пытались склонить лидеров ХАМАС и „Хезболлы“ участвовать в боевых действиях в Чечне, так сказать, на взаимной основе. Эмиссары чеченских боевиков предлагали им свою боевую помощь и участие в борьбе против Израиля зимой, когда в Чечне воевать затруднительно, а взамен ХАМАС и „Хезболла“ посылали бы своих бойцов в Чечню летом. Но ни „Хезболла“, ни ХАМАС на это не пошли. Ни одного террористического акта, ни одного боевика, который бы посягал на террористический акт на российской территории, среди тех организаций нет».

Действительно, в решении Верховного суда России от 14 февраля 2003 года, включившего «Талибан» в список террористических организаций, говорится, что движение «поддерживает связи с незаконными вооруженными формированиями, действующими на территории Чеченской Республики». Кроме того, в вину талибам вменили захват в 1995 году самолета татарстанской компании «Аэростан», который вез боеприпасы союзникам России в Афганистане — Северному альянсу.

На брифинге 19 мая 2021 года пресс-секретарь президента Дмитрий Песков ушел от прямого ответа на вопрос, почему Россия не считает ХАМАС террористами, ответив лишь: «Посильные инициативы принимаются российской стороной, предлагается и наша территория для прямых контактов, и усилия в рамках квартета [международных посредников в переговорах], и так далее. И мы сейчас, естественно, призываем стороны конфликта — имеется в виду Израиль и Палестина — к сдержанности».

Отношения России и ХАМАС резко потеплели после победы движения на выборах в парламент Палестинской автономии в январе 2006 года. Уже 31 января на своей ежегодной пресс-конференции президент Владимир Путин, отвечая на вопрос корреспондента телеканала «Аль-Джазира», напомнил, что Россия никогда не признавала ХАМАС террористической организацией. Правда, он оговорился, что это не значит, что «мы одобряем и поддерживаем все, что делает ХАМАС». А поскольку после победы на выборах это движение из радикальной оппозиции перешло в категорию легитимно избранной власти, то с ними нужно считаться как с реальной политической силой, объяснил Путин.

Это вполне соответствовало тому, что долго повторял Евгений Примаков. Выступая в августе 2006 года на заседании Группы стратегического видения «Россия — исламский мир» в Казани, Примаков заявил, что считает ХАМАС не террористической, а благотворительной организацией (хотя и упомянул, что у нее есть боевое крыло, причастное к терактам), пришедшей к власти в результате волеизъявления народа.

В Газе проживает некоторое количество российских граждан — вернее, гражданок, — объясняет «Медузе» арабист, обозреватель газеты «Коммерсант» и редактор телеграм-канала о ближневосточной политике «Фалафельная» Марианна Беленькая, — поэтому российские дипломаты ездят оказывать им консульскую и другую помощь из Рамаллы в Газу. А такие визиты, говорит Беленькая, без общения с ХАМАС невозможны. Кроме того, в Газе действует русский культурный центр «Калинка», которому покровительствует подведомственное российскому МИД Россотрудничество под руководством Евгения Примакова-внука.

При этом официальные отношения у России установлены с Палестинской национальной администрацией, то есть с организацией ФАТХ — злейшими врагами ХАМАС. У ХАМАС, в отличие от ее противников, нет и своего представительства в Москве. Российское диппредставительство в Палестине есть только в Рамалле, на Западном берегу.

С 2006 года регулярно проходят встречи с членами высшего руководства (политбюро) ХАМАС на уровне министерства иностранных дел. Первый раз с официальным визитом в Москву глава политбюро ХАМАС Халед Машаль приехал практически сразу после победы движения на палестинских выборах — в марте 2006 года. В интервью правительственной «Российской газете» он не скрывал радости — ведь движению наконец удалось добиться международной легитимности: «Мы были всегда убеждены, что наступит день, когда мы спокойно сможем приехать в столицы мира. И были уверены, что это произойдет после победы ХАМАС. Но когда это точно случится, конечно, никто из нас не знал. И тем более, что это произойдет настолько быстро».

В 2010 году с Халедом Машалем встречался президент России Дмитрий Медведев. Но вскоре отношения надолго испортились.

Почему отношения испортились?

В 2011 году ХАМАС поддержал вооруженную оппозицию в Сирии, которая начала революцию в стране. Значительная часть боевиков ХАМАС в тот момент базировалась в Сирии (там скрывались от израильских спецслужб и члены политбюро организации), поэтому организация непосредственно участвовала в сирийской революции на стороне оппозиции. До этого сирийский режим и Иран были важнейшими союзниками ХАМАС: они поставляли в Газу вооружения (в том числе современные противотанковые ракетные комплексы «Корнет» российского производства) и ракетные технологии, на основе которых ХАМАС создал арсенал из тысяч ракет для ударов по израильским городам.

Вероятно, поддержать сирийскую оппозицию ХАМАС заставила не только религиозная общность с ней (те и другие — радикалы-сунниты), но и позиция их основного общего спонсора — Катара. Эта страна сделала ставку на свержение режима в Дамаске и бросила на это все наличные силы. После начала революции политбюро ХАМАС покинуло Дамаск и переехало именно в Катар.

В Сирии боевикам ХАМАС противостояло ливанское шиитское движение «Хезболла», которое поддерживал Иран. При этом Израиль тайно поддерживал сирийскую оппозицию, то есть формально выступал на одной стороне фронта со злейшими врагами из ХАМАС. Россия в этом сложном религиозно-политическом противостоянии сделала однозначный выбор в пользу Башара Асада; с 2015 года в стране задействованы российские войска, которые стали там союзниками Ирана и «Хезболлы».

В результате влияние России в секторе Газа снизилось. При этом формально позиция Москвы по отношению к ХАМАС не изменилась: например, в 2015 году заместитель министра иностранных дел Михаил Богданов подтвердил, что Россия не считает ХАМАС террористами, потому что это «составная часть палестинского общества» с представителями в национальном законодательном собрании и правительстве национального единства.

Зачем России все-таки нужен ХАМАС?

Россия участвует в переговорах на Ближнем Востоке по двум основным направлениям, объясняет Марианна Беленькая.

Москва все еще не потеряла надежду стать посредником в переговорах между разными враждующими палестинскими фракциями — ХАМАС, ФАТХ, «Исламским джихадом» и другими. И она также пытается возобновить работу «Ближневосточного квартета», одним из участников которого является.

По первому пункту усилия России явно не увенчались успехом. Хотя переговоры и встречи с участием представителей ФАТХ, ХАМАС и других палестинских фракций регулярно проходят в Москве (в марте 2020 года Сергей Лавров встречался с лидером «Исламского джихада» Зиядом Ан-Наххалем), ключевые соглашения — например, примирительная сделка ФАТХ и ХАМАС в 2017 году — были заключены вообще без участия России.

С возвращением в число ключевых посредников на палестино-израильских переговорах у России пока тоже ничего не вышло. В 2020 году президент США Дональд Трамп предложил свой план ближневосточного урегулирования и стал посредником между Израилем и несколькими арабскими государствами. И ХАМАС, и официальные власти Палестинской автономии (то есть ФАТХ) были крайне разгневаны американским планом — по их мнению, недопустимо произраильским. ХАМАС так и не пошел на сделку, в рамках которой ему предлагалось фактически молчаливо признать Израиль и прекратить войну в обмен на облегчение блокады Газы.

Палестинские политики в таких условиях рассматривали Москву как противовес США, надеясь, что она способна изменить повестку переговоров, пишет англоязычное издание о ближневосточной политике Al-Monitor. Но израильские власти втайне очень недовольны контактами России с ХАМАС, объясняет «Медузе» журналист и политический аналитик Надав Эйяль. Лишь поскольку у Израиля с Россией много общих интересов, израильские чиновники не критикуют эти визиты публично. Вместе с тем, по словам Эйяля, в Израиле понимают и то, что реальным влиянием на руководство ХАМАС Россия не обладает, а лишь старается встроиться в ближневосточную политику на всех участках конфликта.

Поскольку какой-то посредник для коммуникаций с движением израильским властям все-таки нужен, обычно в этой роли выступает не Россия, а Египет. Когда Халед Машаль (глава политбюро ХАМАС) едет на переговоры с российским дипломатом Михаилом Богдановым в Катар — еще одну страну, обладающую реальным влиянием на ХАМАС, — он пересекает единственный пограничный переход из Газы в Египет. Через ту же границу проходят все грузы, предназначенные для Газы, в том числе контрабандное оружие. Уже упоминавшееся соглашение 2017 года между ФАТХ и ХАМАС было подписано в Каире. Именно Египет, а не Россия, обладает реальным влиянием в секторе Газа.

Алексей Ковалев и Дмитрий Кузнец