Политические партии Швеции вовлекают десятки тысяч подростков в политику

Согласно данным Шведского агентства по делам молодежи и гражданского общества (MUCF), шведская молодежь серьезно вовлечена в политическую жизнь страны: около 60% подростков в возрасте от 16 до 25 лет заявляют, что их интересуют социальные проблемы, а 44% говорят, что они интересуются политикой. На выборах в шведский парламент 2018 года явка избирателей среди молодых людей в возрасте от 18 до 24 лет составила 84,9%. Известность Швеции с точки зрения политической вовлеченности молодежи в 2019 году принесла экоактивистка Грета Тунберг, которая в свои 16 прочитала речь на конференции ООН по изменению климата и через несколько месяцев была признана журналом Time «Человеком года». Однако кейс Греты — всего лишь один из обычных для Швеции примеров: участие подростков в юношеских политических организациях поощряется государством, а стать членом молодежного крыла партии зачастую можно уже в 12 лет.

«Новая» разобралась, как в Швеции готовят будущих руководителей страны и какую роль погружение в политическую жизнь с подросткового возраста играет в поддержке демократии в стране.

Партнерский материал. Подготовлен в сотрудничестве с ru.sweden.se

Уроки демократии

Как поясняют «Новой газете» в Шведском агентстве по делам молодежи и гражданского общества (MUCF), молодежная политика в Швеции подразумевает включение молодых людей в жизнь общества, в том числе она обеспечивает им возможность влиять на него. На практике это означает, что подростки должны участвовать в принятии политических решений и иметь право голоса не только в вопросах, которые непосредственно их касаются. Поскольку к молодым людям относятся и несовершеннолетние, степень влияния подростков меняется с течением времени (Шведская молодежная политика согласуется с Конвенцией о правах ребенка). Заметнее всего этот подход проявляется в выборах, где проголосовать могут даже семиклассники.

Несмотря на то, что в Швеции голосовать можно только с 18 лет, для школьников проходит эксперимент Skolval («Школьные выборы»). Он заключается в том, что школа может подать уведомление о намерении участвовать в выборах, и тогда ученики, начиная с седьмого класса, могут голосовать, используя те же бюллетени, что и взрослые. Результаты этих выборов не засчитываются, но мало чем отличаются от реальных выборов. В 2018 году в эксперименте приняли участие 1528 школ, в которых проголосовала почти 391 тысяча учеников. Аналогичным образом проводятся выборы в Европарламент, правда, в них участвует на порядок меньше школ. По данным MUCF, подобные школьные выборы в преддверии выборов в парламент проводились в Швеции в школах с 1960 годов, но впервые были составлены на национальном уровне в 1998 году. Их появление обусловлено несколькими причинами.

— Во-первых, они стимулируют интерес учащихся к политике и готовят их к будущему голосованию, предоставляя им подлинный опыт процедуры на избирательных участках. Во-вторых, они предоставляют учителям хорошие возможности для дискуссий в классе, где студенты могут проанализировать различия между политикой политических партий. В-третьих, существует также правозащитная перспектива. Поскольку возраст для участия в национальных выборах установлен на уровне 18 лет, «учебные выборы» в школах для учащихся от 13 лет и старше дают им возможность выразить свое мнение, — отметили в агентстве.

Как говорит социолог в сфере образования Юльва Бергстрём из Уппсальского университета, несмотря на то, что результаты выборов не засчитываются, для школьников это привычная часть политического климата. Кроме того, их результаты показывают настроения среди шведской молодежи и дают выразить мнение по поводу тех политиков, которые к ним приходили в течение года (директора школ имеют право приглашать представителей разных политических партий, по собственной инициативе агитация в школах партиям запрещена). Так, по словам Бергстрём, большинство молодых людей голосуют за левые партии, а также беспокоятся о вопросах экологии. «В обществе идет дискуссия, и они являются ее частью», отмечает Бергстрём. С ней согласна и исследовательница политических партий Анн-Катрин Юнгар из университета Сёдертерн.

— Государство заинтересовано в вовлечении молодежи в деятельность в реальной жизни. Это часть нашей демократической культуры в Скандинавии — быть вовлеченным и иметь сильное гражданское общество, которое необходимо для поддержания демократии. Гражданское общество, которое не контролируется государством, а, наоборот, контролирует государство. В нем должно быть место самым разным организациям, которые могут привлекать людей разных взглядов, — утверждает Юнгар.

И в Playstation поиграть, и на демонстрацию сходить

Как рассказывает Анн-Катрин Юнгар, на данный момент в Швеции действуют восемь парламентских партий, и при каждой из них есть свой самостоятельный молодежный союз. Суммарно в них состоят около двадцати пяти тысяч молодых людей до 30 лет (стоит отметить, что активных участников партий в разы меньше). В молодежных союзах крупнейших политических партий — Социал-демократах (молодежное крыло партии сокращают до SSU) правоцентристской Умеренной коалиционной партии (Moderaterna, молодежное крыло — MUF) — состоят по десять тысяч человек (большая часть, правда, имеет только членство и не принимает активное участие в деятельности союзов). Помимо политических союзов, у подростков в Швеции есть и другие демократические институты, которые позволяют отстоять их права или же учат демократии. По словам социолога Юльвы Бергстрём из Уппсальского университета, традиционно в Швеции сильны профсоюзы университетов и школ, к примеру, действуют «Объединенные союзы учеников Швеции» (Sveriges Elevkårer) и «Союз учеников» Швеции (Sveriges Elevråd). Кроме того, в Швеции действуют и другие юношеские организации, которые можно также расценивать как политические: их деятельность направлена на борьбу за гражданские права или обсуждение экологических вопросов (к примеру, Amnesty International или Nature and Youth Sweden). Оценить число их участников практически невозможно.

Обычно интерес к политике рождается у подростков в школе. Как говорит Нике Эрбринк, президент шведских молодых Христианских демократов (KDU), до начала пандемии школы в Швеции традиционно давали разным партиям один-два раза в год возможность посетить учебное заведение, чтобы провести агитационную работу среди старшеклассников: поставить стенды со своими материалами, прочитать лекции, а также устроить часовую презентацию своего движения. И если в школах это событие могло быть чем-то особенным, те же молодые Христианские демократы проводили за год сотни подобных мероприятий по всей стране. Кроме того, раньше в школах часто проводили дебаты на экономические и политические темы, куда приглашали представителей разных партий.

— Сейчас, во время пандемии, мы стараемся делать акцент на кампаниях в социальных сетях (представители других партий отмечают, что из-за этого набирать новых членов значительно сложнее. — Ред.). Однако наша организация открыта для всех, получить членство можно легко через сайт. К примеру, я до вступления не связывалась ни с кем из KDU, и когда захотела вступить, сделала это онлайн, — рассказывает Эрбринк.

Членство в Молодежном союзе зачастую бесплатно или же носит чисто символический характер. К примеру, в MUF участнику нужно вносить 40 крон, то есть примерно 350 рублей в год.

Присоединиться к молодежному союзу обычно можно с 12–13 лет, однако подростки обычно приходят к этому несколько позже, лет в шестнадцать.

Среди партий, опрошенных «Новой», наиболее взрослые участники именно среди молодых Христианских демократов: средний возраст участников юношеского союза — 22 года.

Cпециалистка по цифровым коммуникациям Умеренной коалиционной партии Юсефин Викланд присоединилась к молодежному союзу семь лет назад, когда ей было четырнадцать. По ее словам, одной из причин этого решения были шведские налоги: девушке казалось, что они чересчур высокие из-за того, что государство выдает слишком большие пособия для безработных. В свою очередь, партия как раз выступала за уменьшение налогообложения. Кроме того, ей хотелось поменять шведское общество и найти единомышленников. Похожая история у 20-летней Эльвиры Лёвенадлер, которая также присоединилась к молодежному крылу Moderaterna в 2016 году вслед за своим лучшим другом. Девушка всегда интересовалась политикой и обществом, а партия разделяла ее взгляды на ЛГБТК+, а также окружающую среду и налоги.

— Каждый год мы проводим опросы, чтобы выяснить, почему подростки присоединяются к политическим организациям. На это есть несколько причин. Для начала они хотят влиять на политику и получить возможность что-либо изменить в шведском обществе. Кроме того, многие видят в этом больше просветительский смысл: организация дает им возможность получить знания об устройстве общества и политики. Для других членство — это способ завести друзей со схожими ценностями, — объясняет Андреа Тёрнестам, генеральный секретарь молодежного Социал-демократического союза (SSU).

По словам Анн-Катрин Юнгар, к другим важным мотиваторам можно отнести родителей и друзей, которые уже состоят в партии. Кроме того, сейчас значимую роль в вовлечении подростков в политическую жизнь играют социальные сети и СМИ. Оттуда они узнают и о партиях, и об актуальных политических темах, таких как экология, социальная справедливость или вопросы иммиграции. В молодежных политических союзах подростки могут артикулировать эти проблемы на дебатах или даже принимать участие в разработке законопроектов для «материнских» партий, которые потом будут обсуждаться в парламенте. При этом большинство тинэйджеров получают членство скорее в знак солидарности. В юношеских союзах Социал-демократической партии и Умеренной коалиционной партии активны по паре тысяч человек из десяти. В Либеральном молодежном союзе — всего несколько сотен человек. Однако размер молодежного политического союза несильно влияет на качество опыта, который в них могут получить подростки и их времяпрепровождение.

Как говорит Тёрнестам, в SSU для подростков стараются проводить еженедельные встречи и мероприятия, на которых члены молодежной партии могут обсудить различные политические вопросы, а также принять участие в семинарах и воркшопах. Молодые социал-демократы также проводят образовательные выходные или даже организуют просветительские лагеря. Кроме того, SSU может проводить демонстрации, а также участвовать в муниципальных или федеральных выборных кампаниях.

При этом часть активностей, в которых участвуют молодые члены партии, вовсе не политические — это встречи для игры в футбол или PlayStation.

Похожим образом действуют и другие юношеские политические союзы. Как рассказывает президент Союза либеральной молодежи (LUF) Ромина Пурмохтари, в Швеции членов ее партии называют «политическими ботаниками». Поскольку Либеральная партия в Шведском парламенте самая малочисленная, в LUF обычно не вступают подростки, которые думают о политической карьере (как отмечает Ромина, их участники чаще становятся адвокатами или гражданскими активистами). Поэтому больше всего в LUF заботятся именно о просвещении. К примеру, в этом молодежном союзе есть книжные клубы, где подростки вместе читают работы философов.

— LUF действительно подарил мне много знаний. Я научилась выступать на публике, говорить и спорить, кроме того, приобрела очень много политических знаний. К примеру, мне 25, но у меня за спиной уже восемь лет политического опыта. Так что, обычно наши активные участники находят хорошую работу, потому что молодежное отделение дает им много опыта, — говорит Ромина.

Помимо этого, партию также объединяют вопросы международной солидарности (Союз либеральной молодежи также входит в Международную федерации либеральной молодежи (IFLRY) и Европейскую либеральную молодежь (LYMEC)). В LUF выступали в поддержку освободительного движения в Беларуси, кроме того, организация устраивала акции в поддержку «революции зонтиков» в Гонконге. Не менее интересен досуг и в юношеском союзе Умеренной коалиционной партии, рассказывает Эльвира Лёвенадлер.

— Я президент MUF в своем регионе, поэтому я устраиваю еженедельные мероприятия и помогаю своим местным членам в различных политических вопросах, а также участвую в федеральных мероприятиях. Кроме того, несколько раз я принимала участие в политических кампаниях. Политический климат в Швеции довольно хороший, нам ничего не угрожает, и мы легко можем распространять информацию о нашей политике и мнениях, — говорит Эльвира.

Партийные культуры

Согласно данным Министерства культуры Швеции, отправной точкой для начала формирования шведской молодежной политики можно считать 1950-е. В то время правительство преимущественно обращало внимание на неформальное образование подростков в контексте организованного досуга. Как поясняют в министерстве, это должно было уменьшить риск социальной и экономической изоляции молодежи. В правовой сфере эта деятельность, однако, начала закрепляться только в 1994-м, когда шведскому парламенту был предложен соответствующий законопроект. С тех пор шведская молодежная политика носит междисциплинарный характер и затрагивает не только образование и досуг, но и здравоохранение, культуру, а также экономические вопросы. Принципы современного формирования молодежной политики основаны на универсальных подходах к правам человека, благосостоянию и демократии и могут быть выражены в фразе: «все молодые люди должны иметь доступ к хорошим условиям жизни, возможность формировать свою собственную жизнь и влиять на развитие общества». Политическая жизнь подростков также поддерживается государством.

По словам социолога в сфере образования Юльвы Бергстрём из Уппсальского университета, юношеские организации играют важную роль в политической структуре государства, а их дебаты обсуждаются в средствах массовых информации на национальном уровне. Они имеют такое же право голоса, как и их «материнские партии». Именно в них начинала значительная часть сегодняшних ведущих политиков Швеции.

— Конкретных исследований по этому вопросу не проводилось, но я могу сказать, что большая часть шведских политиков начинала в юношеских организациях. На данный момент лидеры двух крупнейших политических партий — главы Социал-демократов Стефан Лёвен и Умеренной коалиционной партии Ульф Кристерссон — вышли из молодежных союзов. Общепринято, что перед тем, как идти в «большую» политику, человек должен пройти через юношескую организацию и выучить там «основы» политической жизни. Несмотря на то, что сейчас партии стараются привлекать людей со стороны, молодежные союзы все еще являются значимым инструментом рекрутинга и подготовки для лидеров и активных представителей, — объясняет Анн-Катрин Юнгар.

По словам международного секретаря MUF Паси Уикури, большинство политиков-правоцентристов, занимающих высокие должности на местном, региональном и национальном уровнях от Умеренных имели опыт работы в молодежном крыле партии. Бывший премьер-министр Швеции Фредрик Рейнфельдт, руководивший Умеренной коалиционной партией, в 1990-х также возглавлял MUF.

Кроме того, те же члены молодежного союза «Умеренных» по факту составляют четверть участников «материнской» партии.

— Это естественно. Вы учитесь политике, вы учитесь ее формулировать и отстаивать свои позиции, пока не становитесь одним из лучших политиков. С самого раннего возраста вы изучаете культуру, а после этого представляете партию в парламенте, — говорит Уикури.

Несмотря на то, что избираться в Швеции можно с восемнадцати, влиять на политику, по словам Уикури, можно уже с самого раннего возраста. К примеру, уже в двенадцать участник может написать предложение для партийного съезда. Если оно будет хорошо написано и за него проголосуют члены партии, в теории оно может повлиять как на политику «материнской партии», так и на шведскую политику. Несмотря на то, что такое редко случается, в теории это возможно. Аналогичные действия можно провести и на местном уровне.

Настоящая политическая карьера в стране начинается обычно в восемнадцать, говорит Тёрнестам из SSU. Так как в стране проводят выборы каждые четыре года (напомним, Швеция — это парламентская демократия, здесь нет президентских выборов, есть только парламентские. Одновременно с парламентом выбирают местные и региональные власти), некоторые молодые люди могут быть избраны на политическую должность еще до того, как им исполнится двадцать пять. Сама Тёрнестам заняла свой первый политический пост в девятнадцать. Усложняет конкуренцию за выборные места обычно хорошая подготовка кандидатов, отмечает Юнгар. Поэтому, несмотря на возможность баллотироваться в восемнадцать, к более значимым постам подростки в Швеции приходят куда в более зрелом возрасте, и занять место в парламенте в двадцать лет «удается только самым одаренным».

Бюджет юношеских ассоциаций в Швеции на 90% формирует государство, продолжает обществовед из университета Сёдертёрн Юнгар. Помимо этого, организации могут получать финансирование от фондов или членских взносов, однако это куда меньшие суммы.

По словам представителей партий, получить финансирование от государства несложно, его размер зависит от количества членов организации. Членство надо ежегодно продлевать, потому что во время проверки чиновники могут обзванивать участников списков партий, чтобы подтвердить реальность их членства. Кроме того, для государства важно, чтобы партии сохраняли в себе демократические институты.

— Преимущественно мы должны показать, сколько у нас членов. Кроме того, мы должны представить документы наших встреч, в которых отражена демократичность нашей организации. К примеру, я как президент могу проголосовать, чтобы решить, сколько денег мы потратим на агитационные материалы, на мерч или на мероприятия. Однако мы должны подтвердить, что решение было подтверждено большинством наших членов. Аналогичная ситуация происходит по всем нашим регионам. Это самое сложное: показать, как работает наша демократическая структура, чтобы объяснить, почему мы нуждаемся в финансировании, — объясняет президент KDU Нике Эрбринк.

Стоит отметить, что государство обеспечивает поддержку организациям, независимо от того, взглядов какого политического спектра придерживаются. Действующая власть (какая она ни была бы, левая или правая) также не мешает финансированию молодежных союзов оппозиционных партий.

— Власти видят, что деятельность юношеских организаций важна для поддержки хорошо функционирующей демократии. Кроме того, финансирование со стороны государства отгораживает их от взяток и коррупции. Таким образом, их финансирование становится прозрачным, а расход средств контролируется, — резюмирует Анн-Катрин Юнгар.