Умер Ясен Засурский

Российская журналистика осиротела

У меня в университете есть три рода факультетов: группа естественных (физфак, химфак…), группа неестественных (филологический, исторический…) и только один — противоестественный. Поэтому даже не заговаривайте при мне о факультете журналистики.

Так (по слухам) говорил легендарный ректор МГУ Петровский.

Засурский сорок два года был деканом этого факультета.

Он умер сегодня.

В его кабинете главным, конечно, был стол, думаю, единственный в мире. Ни одной бумажки здесь не пропадало, многие годы все складывалось сюда в восхитительном беспорядке, в одну кучу. Неразрешимая загадка: ничего не потерялось! Письма на разных языках, рукописи, факультетские документы, объяснительные студентов за многие годы…

Кстати, об объяснительных.

Еще одна легенда. Знаменитый репортер «Правды», один из лучших в стране, Павел Барашев учился на журфаке со дня его основания. Доучился до третьего курса… Женился, родился сын, вырос, поступил на журфак, закончил, стал работать.

Отец неколебимо продолжал учиться на третьем курсе. Третьекурсником и умер.

Рекорд непобиваемый!

Как-то «Новая» придумала конкурс имени заочника Щекочихина — на лучшую работу разгильдяя, студента журфака. Засурский в качестве премии пообещал год победителя не отчислять с журфака…

Ему это было легко обещать.

Я не в курсе случаев, когда бы Засурский кого-то исключил по своей инициативе — за академическую ли неуспеваемость, за политику ли… Держал до последнего. Защищал до крови.

Я знаю на собственном опыте. Был плохим студентом, и мое первое знакомство с деканом прошло именно в этом качестве.

Ни разу на моей памяти Засурский не подписал подлого письма, не выступил с речью, которой потом следовало бы стыдиться.

И как сорок с лишним лет продержался в деканах — идеологического факультета?

Специалист по американской литереатуре, защитивший кандидатскую еще в 1951-м и называлась его диссертация – «Путь Теодора Драйзера к коммунизму». Потом он напишет еще более 200 работ, 16 монографий. Входил в редакционные коллегии бесчисленного множества журналов, в том числе такого как «Индекс/Досье на цензуру».

В 2007-м он подал в отставку, стал «президентом факультета».

…А нужны ли факультеты журналистики вообще? Каков их кпд? Все равно в газетах работают лишь единицы выпускников профильных вузов…

Да и лучшие из нас — Аграновский, летчик… Голованов, инженер… Бовин, юрист…

Как-то я был секретарем Союза журналистов, и мы провели инвентаризацию всех премий страны — их тогда было не так много, как сейчас, но тоже много, так что потрудиться пришлось. Так вот, 80 с лишним процентов награжденных оказались — выпускниками факультетов журналистики, из них половина — закончили журфак МГУ.

Понимаю, что ни о чем и эти цифры не говорят, но все-таки…

Когда ввели новую классификацию профессий, и журналистику оскорбительно присоединили к группе «связь с общественностью, пиар», Засурский был в числе тех, кто протестовал против этого особенно яростно.

Не победил. Это, скажу к слову, заметно…

Ему был девяносто один год. Последнее время болел.

…В середине 90-х мы с ним оказались на российско-норвежской конференции в Мурманске. Последнюю ночь все просидели в холле гостиницы «Арктика», разговаривали, смеялись, что-то пили. Разогнала нас администрация отеля в пол-четвертого.

В шесть в мой номер постучали, я открыл. На пороге стоял Засурский в спортивном костюме.

— А?.. Что?.. — ошеломленно спросил я.

— Доброе утро! Вы побежите?

— А?..Куда?.. Зачем?..

— Я, знаете ли, каждое утро бегаю… И подумал…

— Нет!!..

…И Засурский убежал один.