В России перед выборами вновь начали разыгрывать национальную карту. Обидчиками назначены Казахстан и Кыргызстан

Несколько дней подряд российская пропаганда вовсю оттаптывается на бывших советских республиках Центральной Азии. После нескольких инцидентов на языковой почве в Кыргызстане и Казахстане российские политики заговорили о том, что в республиках процветает национализм, и призвали к ответу власти стран, пообещав в случае повторения таких ситуаций ответные меры вроде сокращения квот для студентов или выдворения трудовых мигрантов. Оправдания властей Казахстана и Кыргызстана не выглядят убедительно, однако градус национальной напряженности Москва сама поднимает в республиках на постоянной основе.

В Кыргызстане — обижают

В середине июля на спортивных сборах в Иссык-Кульской области Кыргызстана сверстники избили девятилетнего мальчика. Родители ребенка заметили побои не сразу, а когда увидели синяки — их увидели сразу в нескольких странах. Выяснилось, что мальчика избили якобы за то, что он «христианин», — на этой версии особенно настаивал кыргызский приход РПЦ, — и за то, что он был единственным русским в лагере. Сами родители сначала активно поддерживали эту версию, но после поднявшегося шума в российской и русскоязычной кыргызской прессе их позвали в администрацию президента республики, и межнациональный мотив в инциденте мгновенно стал опровергаться всеми сторонами. Мальчика в итоге позвал к себе в гости патриарх Кирилл, назвав его «защитником веры», а семье была обещана всяческая помощь, если они захотят переехать в Россию.

Эта история быстро потонула бы в летней повестке, но в начале августа в торговом центре в Бишкеке посетитель, разъяренный тем, что продавщица ответила ему на русском языке, бросил в нее калькулятор. Калькуляторы в людей бросать нельзя в любом случае, но, справедливости ради, девушка никаких заявлений писать на своего обидчика не стала. За нее это сделал Вячеслав Володин, спикер Госдумы РФ: «Принято решение подготовить обращение на имя председателя Жогорку Кенеша Киргизии взять на личный контроль ситуацию с нападением на девушку-продавца из-за того, что она говорила с покупателем на русском языке. Это не первый случай, недопустимый, учитывая, что русский язык в Киргизии носит статус официального, и это положение закреплено в Конституции страны. Депутаты предлагают проработать меры реагирования, в том числе — в виде запрета на въезд в Россию тем, кто позволяет себе подобные действия в адрес русскоговорящих жителей», — написал Володин в своем Telegram-канале.

И понеслось. История с избиением мальчика в лагере тут же была реанимирована и поставлена в один ряд с бросанием калькулятора, а за «пропесочивание» кыргызов взялся лично защитник всех русских в странах Азии Владимир Жириновский. Он сначала предложил отозвать российского посла из Кыргызстана, а потом устроил акцию в Москве у посольства республики (но остыл после личной встречи с послом, даже пообещал поехать на бизнес-форум в Бишкек). Кыргызские силовики, в свою очередь, завели на метателя калькулятора уголовное дело по статье «Хулиганство» и вынесли ему устное предупреждение по линии Комитета национальной безопасности.

Могли дать и до 10 лет тюрьмы за разжигание розни, а так пока мужчине на те же 10 лет закрыт въезд в Россию — по инициативе российской стороны.

Все громкие заявления российских политиков в отношении Кыргызстана, очевидно, ранят кыргызских политиков, которые в своих СМИ недоумевают, зачем нужно было обострять отношения между странами из-за очевидно национальных, но разовых конфликтов. Межнационального вопроса в стране не то чтобы нет — где-нибудь на юге страны русский язык не в ходу в силу естественного этнического состава населения. Просто в обострении языкового вопроса для Кыргызстана нет никакого практического смысла: русский язык в стране — второй официальный, а экономика республики сильно завязана на трудовых мигрантах и периодической финансовой помощи из Москвы (последний раз — 20 млн долларов в декабре прошлого года на «покрытие финансового разрыва в бюджете»).

Зато в обострении заинтересованы российские политики — выборы на носу. «В случае Володина и Жириновского — это рекламные заявления. Им нужно повышать свою видимость, до сентября осталось недолго. Мы понимаем, что выборы не зависят от этих заявлений, но всем политикам нужны дополнительные голоса, нужна видимость в информационном поле и СМИ, — говорит профессор факультета антропологии Европейского университета Сергей Абашин. — Мы понимаем, что все инциденты, которые были в Кыргызстане, хотя и неприятные, но имеют бытовой характер, и два случая не характеризуют общую ситуацию.

Такого же рода ксенофобские эксцессы есть и в самой России, но понятно, что на этом не разыграешь какую-то скандальную тему».

Вместе с тем Абашин отмечает, что одними только выборами нынешнее возмущение российских политиков объяснить будет недостаточно, тем более что возмущались не только те, кто идет в Думу, но и та же РПЦ, и руководитель Россотрудничества Евгений Примаков, который намекнул на уменьшение квот для кыргызских студентов в пользу ультралояльных к русскому народу белорусов. Происходит некий «сдвиг», говорит ученый. «Мы все чаще слышим от людей, которые представляют власть, о русской цивилизации, о русском народе, об особой заботе по поводу русскоязычного населения в Украине и других регионах, о культурном коде. Этой риторики стало намного больше последние два года точно. Даже были в прошлом году внесены такого рода поправки в Конституцию РФ. Это, с одной стороны, националистическая идея о том, что мы должны заботиться о русских, русскоязычных, где бы они ни были (не о гражданах России, а именно о русских). С другой стороны, это имперская идея, потому что понятно, что за всем этим стоит желание наблюдать за другими странами, указывать им, что они делают правильно, что — неправильно. Это большой идеологический поворот, который усилился в последнее время», — отмечает Абашин.

Этот поворот был описан еще в многочисленных изданиях Концепции национальной безопасности за авторством Путина, но раньше все эти идеи оставались на уровне концепций. Нынешняя риторика имеет все признаки целенаправленной кампании по реализации сценария «русский мир» в каждый соседний дом». Вопрос в том, что может быть следующим шагом. «Россия как страна, которая претендует на особое положение на постсоветском пространстве, наверное, могла бы позволить себе вывести этих людей, — предлагает, например, руководитель отдела Средней Азии и Казахстана Института стран СНГ Андрей Грозин. — В Кыргызстане, например, русских не так много, это не сотни тысяч, а десятки тысяч. Чтобы нам не искать проявления русофобии в какой-нибудь отдельно взятой стране, может быть, нам следует задуматься о том, чтобы тех русских, которые хотели бы уехать в Россию, перевезти в нее? Думаю, что это не очень дорого».

В Казахстане — ущемляют

История с давлением на Кыргызстан осталась бы внешнеполитическим казусом, но внезапно поленья в топку межнациональных конфликтов добавил Казахстан — причем тоже не по своей воле, но на инциденты там окрик последовал даже сильнее.

Несколько дней назад в нецентральных российских СМИ и телеграм-каналах начало распространяться видео, на котором русская женщина из города Актау просит прощения у Казахстана за то, что, будучи «в нервном состоянии», каким-то образом нагрубила представителям титульной нации в торговом центре. Параллельно с этим стали публиковаться видео, на которых люди в казахстанских магазинах требуют от продавцов разговаривать с ними только на казахском языке. Значительная часть видеороликов вела на YouTube-канал «Тiл майданi» (что можно перевести как «Языковое поле»): подобных «рейдов» по разным заведениям там записано несколько десятков, а автор этого «флешмоба» — блогер Куат Ахметов. Близкие к администрации президента Казахстана телеграм-каналы называют его бывшим установщиком пластиковых окон, который перешел в атаку на русскоязычных еще в 2019 году, регулярно то подавая в суд на магазины, то выступая на телеканалах и языковых конференциях. По каким-то причинам Ахметова ни разу самого не привлекали к ответственности, хотя на него было несколько жалоб. Однако вечером 12 августа Куату Ахметову запретили въезд в Россию на 50 лет.

Благодаря российской пропаганде, которая крепко ухватилась за эти видео (не очень популярные в самом Казахстане, судя по статистике просмотров), в российский политический лексикон вошло понятие «языковой патруль», а сам Ахметов стал звездой российских телеэкранов. Сентенция «наших бьют!» зазвучала и на Первом канале, и у Владимира Соловьева, и уже в десятках СМИ. 12 августа в СМИ стали распространяться видео о том, что «казахские националисты избивают славян» — не помогло даже запоздалое объяснение от Даурена Абаева, первого замглавы администрации президента Казахстана, что власть тоже считает это «пещерным национализмом».

«В Казахстане могут позволить себе роскошь думать о том, что они самодостаточны, поскольку казахи на работу в Россию, как правило, не едут, — заявил «Новой» первый заместитель председателя Комитета по делам СНГ, евразийской интеграции и связям с соотечественниками Константин Затулин. — На самом деле никто не самодостаточен ни в отношении безопасности, ни в отношении экономики. Все республики зависят от России по-прежнему очень сильно, в том числе и Казахстан, у которого самая длинная сухопутная граница в мире с РФ. Но, как мы видим, это никоим образом ничему не учит».

В словах депутата Госдумы звучит нечто похожее на угрозу. В последнее время отношения двух стран по вопросу межнациональных вопросов и вопросов территориальной принадлежности явно стали гораздо напряженнее. Количество русских и русскоязычных в республике уменьшается в последние 25 лет, но никогда раньше Россия это не считала проблемой — во многом потому, что подавляющее большинство этих людей уезжало как раз в Россию. Вопросами самочувствия русских в Казахстане в Москве стали активнее интересоваться, когда предыдущий президент республики Нурсултан Назарбаев объявил о переходе к 2025 году на латиницу, и, хотя таким должен был стать только казахский алфавит, Россия уже тогда увидела в этом попытку уйти из орбиты «русского мира».

Но до поры до времени стороны сохраняли статус-кво: Россия почти не вмешивалась во внутренние дела Казахстана, а официальные власти страны, всячески подчеркивая братскую связь с Москвой, даже карали тех, кто пытался каким-то образом сеять рознь в отношении русских. Журналиста Манаса Бистаева, после того как он, будучи в пьяном виде, пообещал «вырезать русских», посадили на пять лет безо всяких подсказок извне. Да и статус русского языка, хотя он уже и не являлся главным, оставался вполне комфортным для русскоязычного населения.

И все же в последние полгода ситуация стала более пожароопасной. Большой скандал вокруг заявлений депутатов Никонова и Федорова в конце прошлого года, которые фактически заявили, что далеко не все казахстанские земли принадлежат стране, что-то надорвал в отношениях двух стран. С тех пор риторика казахстанских властей в ответ на такие заявления стала более жесткой, но более провокативными стали и выпады в адрес республики со стороны России. Незадолго до скандала с «языковыми патрулями» все тот же Владимир Жириновский предложил раздать российские паспорта в регионе. «Возможно, будут обострения обстановки в Средней Азии. Я б советовал, я сам оттуда, мои земляки, не надо ждать, когда будет большое обострение и, возможно, какие-то столкновения, переезжайте в Россию. Мы направили письмо министру внутренних дел, чтобы ускорили выдачу паспортов всем русским Средней Азии и Казахстана!» — заявил Жириновский.

В Казахстане это восприняли очень болезненно — почти как попытку организовать в республике «донбасский сценарий».

Не прошло и месяца, как российская пропаганда принялась клеймить так удачно подвернувшихся «казахских националистов», вплоть до требования публичных объяснений от властей республики со стороны вице-спикера Совфеда Косачева. Если это случайность, то очень нетипичная, однако источник «Новой», близкий к казахстанским спецслужбам, утверждает, что сигналы о возможных провокационных действиях со стороны России они получали еще несколько месяцев назад (откуда шли эти сигналы, собеседник «Новой» не уточнил).

«Дело ведь не просто в каких-то межэтнических напряжениях. В Москве используют такого рода инциденты для реализации, на мой взгляд, уже достаточно хорошо сформулированных сценариев действия. Ситуация с аннексией Крыма в 2014 году была настолько скорой и оперативной в ответ на события в Киеве, потому что в Москве были к этому готовы, эти сценарии были разработаны, нужен был только повод для того, чтобы их реализовать», — говорит эксперт по Центральной Азии Аркадий Дубнов. По его мнению, нынешнее обострение в отношениях ближайших соседей может быть связано со стремлением Казахстана максимально отдалиться от своего партнера по Евразийскому союзу.

«Неделю назад состоялась консультативная встреча лидеров пяти стран Центральной Азии. Ее цели и задачи — создать некую структуру, призванную объединить страны региона в единое экономическое целое. При этом страны региона говорят, что они не замыкаются и готовы сотрудничать с окружающим миром, но они пытаются вернуть себе региональную центральноазиатскую идентичность, в которой особенно нет места для больших игроков вроде Москвы, Пекина и тем более ЕС или США. Больше всего это, наверное, напрягает Москву как исторического спонсора, патрона, гегемона этого региона. Поэтому все это есть такие знаки предостережения: «Ребята, имейте в виду, у нас есть серьезный аргумент — наша русскоязычная диаспора, которая не даст вам замкнуться в своем обособлении», — считает Дубнов.

Если учитывать, что на 2023 год анонсировано открытие прямого авиасообщения между Казахстаном и США, любой шаг вправо или влево теперь трактуется Кремлем как попытка к бегству. Хотя сам Казахстан регулярно уточняет: никуда мы от вас не денемся, — в новую политику России по собиранию земель и людей попытки республики быть свободной, миролюбивой и полностью самостоятельной больше не вписываются. И это похоже на мину замедленного действия, таймер на которой уже выставлен.