О боевом искусстве кочевников

Надо ли миру опасаться американских вертолетов в руках талибов?

В связи с захватом на авиабазах поверженной армии правительства Ашрафа Гани огромного количества боевой техники, современных систем вооружения, в том числе боевых вертолетов Black Hawk западная прессаи парламентарии распространили ряд тревожных комментариев. Суть их сводится к тому, что дорогостоящие вооружения на миллиарды долларов усиливают боевой потенциал вооруженных формирований «Талибан» (организация признана террористической и запрещена в РФ), даже поднимают их боевые качества на принципиально новый уровень. Между тем мы наблюдаем повторение событий, хорошо нам знакомых.

Советская армия оставила режиму Наджибуллы не только танки и ракетные установки, но и авиацию. С авиабаз в Баграме и Шинданде правительственные войска продолжали авианалеты на позиции моджахедов вплоть до падения правительства. И надо сказать, что не только регулярная поставка запчастей и боеприпасов из России сыграла решающую роль. Не менее важно было, что необходимый технический состав прошел в военных заведениях СССР не самую плохую подготовку. На авиабазах были не только летчики, но и авиатехники, инженеры и связисты — вся номенклатура военно-учетных специальностей, без которых полеты невозможны.

Практически сразу после захвата власти и раздела Афганистана моджахедами технически сложные рода войск пришли в упадок и самолеты и вертолеты просто стали объектами пропагандистских фотографий. За один год без присмотра и регламентного обслуживания на складах и в местах базирования вся советская техника превратилась в хлам. Невозможно содержать, а уж тем более эксплуатировать сложную современную технику без непосредственной поддержки стран-производителей.

Бронемашины, не менее сорока самых современных американских беспилотников, горы оружия в новеньких ящиках были захвачены на военной базе в Кундузе и попали в пропагандистские ролики талибов. Все эти пугающие трофеи ждет судьба сложного советского вооружения. Даже специально созданные для быстрого и необременительного ремонта в условиях полевого рембата наши танки моджахеды содержать были не в состоянии. Хотя среди них есть и автомеханики, и люди, способные ремонтировать тракторы.

Отношение талибов к трофеям будет определяться, как и в прошлом, возможностями.

Дроны из Кундуза они смогут запустить и использовать, только если им на помощь придут военные инструкторы из Пакистана, имеющие соответствующий опыт.

А в этом есть большие сомнения — «заклятому другу» США в регионе нет смысла провоцировать скандал, ведь Исламабад добьется всех своих целей и без этого. Собственно, уже добился.

Недаром на всех видео с «летающими талибами», гордо выставившими свои флаги в люк, фигурируют советские/российские вертолеты Ми-8 или Ми-17 (модернизация Ми-8 от 1989 года). Это не просто проверенная в афганских горах машина, это уникальное сочетание необходимой для людей с низким базовым образованием простоты управления и надежности. И запчасти для них можно доставать не только на Украине, они продаются множеством посредников. Недаром США заставили (за свои деньги, это можно понять) правительство Афганистана перевооружить армию американским оружием, но не смогли заставить его отказаться от Ми-8.

Поэтому машина, которая летает в местных горах без малого шестьдесят лет, знакома всем летчикам. Они и будут возить «пастухов в галошах», как называют талибов в армиях НАТО и России. До тех пор, пока не иссякнут запчасти, расходные материалы. Или пока не перестанут платить — способность правительства «Талибан» содержать авиацию пока не проверена.

Чего уж говорить о куда более сложных и капризных вертолетах Black Hawk! Они обречены оставаться трофейными артобъектами.

Еще в марте издание Foreign Policy сообщило, что летчиков и механиков для них подготовить не успели — все обслуживание велось за американские деньги американскими частными компаниями. Такова была политика Пентагона. С июля, по мере вывода персонала из Афганистана, вертолеты Black Hawk один за другим намертво застыли на аэродромах.

Пожалуй, авиация «независимой Ичкерии» Джохара Дудаева (около 200 самолетов) представляла в конкретный исторический момент даже бОльшую угрозу, но была уничтожена без особых проблем. Ми-8 до сих пор возят талибов лишь потому, что пассажиры могут быть и гражданскими, да и в отношениях с новыми хозяевами страны у ведущих субъектов местной политики пока ясности нет. Если же в будущем какая-либо из армий вдруг посчитает все воздушные цели над Афганистаном враждебными, уничтожить их с дистанции российских, китайских, пакистанских или американских баз в регионе не составит труда. Это будет сделано очень быстро, без участия человека.

Успехи «Талибана» требуют осмысления скорее политического. Ведь его военная организация и возможности давным-давно изучены военными разведками НАТО, России и Китая.

Когда глава комитета по иностранным делам Палаты общин Великобритании в сердцах назвал НАТО «крупнейшим высокотехнологичным военным альянсом, когда-либо побежденный повстанцами, вооруженными минами, РПГ и АК-47», это было риторическим преувеличением политика, конечно.

Сила «Талибана» в высочайшей мотивации бойцов, не страшащихся смерти и готовых жертвовать жизнью ради своих идей, в сельской выносливости, природной сметке командиров. В армиях НАТО такие качества давно отошли на второй план. Вынужденное воевать с малообразованными бойцами, знающими горы как свои пять пальцев, командование талибов пытается обратить недостатки ситуации в преимущества. Вот их важнейшие «достижения».

Значительная часть боевиков при необходимости быстро передвигается по плохим дорогам на дешевых китайских мотоциклах. Джипы и более крупные машины используются, когда есть уверенность, что противник не нанесет удары с воздуха. Для этого часто применяют передвижения и атаки в ночное время. Конечно, боевики не оснащены индивидуальными приборами ночного видения, как в спецназе России или НАТО, но у командиров они при необходимости есть (качество приборов, правда, не всегда высокое). Мобильность — главный принцип талибов, не в пример правительственным войскам, привязанным к блокпостам и объектам базирования.

Из трофеев ценят и используют в первую очередь современное снайперское оружие. Но сложные электронные комплексы снайперской стрельбы талибам без надобности — нет знаний и навыков для использования.

Самое популярное средство разведки последнее время — квадрокоптер Phantom за тысячу долларов. Предельно простой в освоении и управлении, он стал надежным подспорьем командиров. Дальность связи оператора с его видеокамерой — 2 км. В горных условиях это очень хорошая дальность, она позволяет безопасно осмотреть тропы, места вероятных засад, просто разведать обстановку за горным отрогом или в селении в долине.

Прикинуться местным крестьянином на скутере, быстро выдвинуться на десяток-другой километров и запустить дрон — таков стандартный прием боевиков.

Все элементы тактики талибов — быстрое рассредоточение, отказ от тяжелых артиллерийских систем в пользу легких минометов и ручных гранатометов, маскировка, движение среди гражданского населения, под прикрытием гражданского коммерческого транспорта, распространение слухов — адаптируются к изменяющимся условиям, учитывают новые приемы войны, которые постоянно проверяет на них коалиция НАТО. Они реально научились минимизировать последствия действий авиации средствами пассивной обороны.

Все это — лишь развитие заложенных западными инструкторами элементов партизанской тактики моджахедов, которые разрабатывались для борьбы с 40-й армией СССР. Ныне они обогатились новыми возможностями, но по-прежнему главное — использование знакомой как пять пальцев горной местности со всеми вытекающими последствиями. Талибы, как и ранее, не в состоянии противостоять современной хорошо мотивированной армии, если такая найдется после 20 лет военных усилий США. Мотивация созданных ими местных вооруженных сил оказалась равна нулю.

И «Талибан», и любое другое местное партизанское движение имеет перед потенциальным иностранным противником необозримое стратегическое преимущество — время.

У европейских армий оно измеряется бюджетным периодом и имеет границы — терпение политиков и налогоплательщиков. У пуштунов оно измеряется сезонными кочевьями и не имеет никаких ограничений. В районах экстенсивного скотоводства и война экстенсивная, неторопливая, с закрывающимися на зиму перевалами и без особых претензий на немедленный результат.

«Бей и беги», этот принцип партизан всех времен и народов не слишком подходит для завоевания власти. Власть на Востоке завоевывается моральным превосходством любого розлива, быстрым подкупом, закулисными переговорами и стремительными действиями на решающих направлениях. Что нам и продемонстрировали за последние две недели практически безо всяких военных действий.

Однако в будущем, если на территории Афганистана возникнет противостоящая террористам местная сила, мятежный анклав, бороться с ними будут точно такими же методами. Другого не дано в стране, воины которой сумели превратить нищету, безграмотность и природную смекалку в долгосрочное военное преимущество.