Original Material
Пытки для раскрываемости: практика силовиков в Крыму
Администрация СИЗО Симферополя игнорирует ухудшение состояния здоровья фрилансера Радіо Свобода, проекта Крым.Реалии Владислава Есипенко и не оказывает ему необходимой медицинской помощи, – об этом заявила Уполномоченный Верховной Рады Украины по правам человека Людмила Денисова.
По оценке Денисовой, это «является грубым нарушением статьи 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, что приравнивается к пыткам и бесчеловечному обращению». Состояние здоровья Владислава Есипенко ухудшилось после перенесенных пыток. Журналиста задержали в Крыму в марте этого года, российская ФСБ обвинила его в работе на украинские спецслужбы и хранении в автомобиле «самодельного взрывного устройства». Сам Есипенко впоследствии неоднократно заявлял о том, что российские силовики пытали его, чтобы выбить признательные показания. Официальный Киев и правозащитные организации считают Владислава Есипенко политическим заключенным.
О роли пыток в подобных делах и неоказании медицинской помощи шла речь в эфире Радио Крым.Реалии.
Жена Владислава Есипенко Екатерина Есипенко рассказала Крым.Реалии, что добиться медицинской помощи в СИЗО Симферополя крайне затруднительно.
Если даже фельдшер приходит на вызов, лечить арестантов ему нечем, потому что в медчасти нет никаких лекарственных препаратов Екатерина Есипенко
– После посещения изолятора адвокатом мы узнали, что Влад несколько дней жаловался на боли в пояснице, однако врач не приходил. Все-таки спустя два-три дня администрация вызвала карету «скорой помощи», и его отправили в районную городскую больницу Симферополя. Влад пишет, что добиться этого было очень сложно. Там ему провели минимальное обследование, врач констатировал, что он все-таки нуждается в госпитализации на фоне мочекаменной болезни. Тем не менее Влада отправили обратно в СИЗО. Конечно, не только ему администрация отказывает в медицинской помощи: если даже фельдшер приходит на вызов, лечить арестантов ему нечем, потому что в медчасти нет никаких лекарственных препаратов, кроме жаропонижающего и магнезии. Мало того, там антисанитарные условия, она полностью разрушена.
Екатерина Есипенко полагает, что именно пытки после задержания, в том числе электрошоком, обострили у ее мужа хронические болезни вроде гипертонической.
– Психологическое состояние тоже сложное: он сидит в замкнутом пространстве, все дни в камере на 12 квадратных метров проходят одинаково. День состоит из подъема, пересчета, завтрака, проверки камеры, прогулки, обеда, ужина и отбоя. Владу нужно взять себя в руки, настроиться на борьбу, мы его поддерживаем письмами. Со мной связывается Офис президента Украины, все время на связи представительство президента в Автономной Республике Крым во главе с Антоном Кориневичем. Оказывают содействие, обещают держать дело на контроле и всячески помогать.
Эксперт Крымской правозащитной группы Владимир Чекрыгин напоминает о нестыковках в деле Владислава Есипенко, которые косвенно свидетельствуют о фабрикации обвинений и политическом характере дела.
Суды в Крыму практически никак не реагируют на заявления о пытках, то есть никакого эффективного расследования не проводится Владимир Чекрыгин
– Практически во всех крымских делах так называемых шпионов и диверсантов людей захватывают, несколько дней о них ничего не известно, и в это время их жестоко пытают. Как правило, записывают признательные показания на видео, которое потом часто оказывается в российских СМИ, что нарушает презумпцию невиновности. Суды в Крыму практически никак не реагируют на заявления о пытках, то есть никакого эффективного расследования по этому поводу не проводится. Могут быть формальные отписки о том, что проведена проверка и факты не подтвердились. В прошлом году мы не нашли ни одного дела о пытках против сотрудников ФСБ на сайтах российских судов Крыма, то есть такие дела даже не открывают, и никто из силовиков не привлечен к ответственности. Спецслужбам нужно, чтобы их сотрудники чувствовали себя безнаказанно и выполняли любые незаконные приказы.
В свою очередь, председатель межрегиональной общественной организации «Комитет по предотвращению пыток» Игорь Каляпин отмечает, что пыточные дела против сотрудников правоохранительных органов всячески саботируются самой системой.
Мы дотащили до суда около сотни таких дел, и в среднем все эти дела где-то раз по десять отказывались возбуждать Игорь Каляпин
– В России практика применения пыток по уголовным делам распространена довольно широко. Я предполагаю, что по делам с политическим окрасом такие меры воздействия применяются чаще. Тот орган, который имеет полномочия и обязан расследовать эти случаи, делает это исключительно из-под палки. Чтобы дотащить какое-то дело, связанное с пытками, до суда и обвинительного приговора, приходится раз по 10-15 ходить в суд или обращаться в прокуратуру с жалобами на незаконный отказ в возбуждении уголовного дела. Если даже дело возбуждают, потом следователи его прекращают или приостанавливают, устраивают просто откровенный саботаж: например, не собирают доказательства, которые лежат на поверхности. Мы дотащили до суда около сотни таких дел, и в среднем все эти дела где-то раз по десять отказывались возбуждать, прекращали и так далее.
По мнению Игоря Каляпина, распространенность пыток в российской правоохранительной системе объясняется тем, что с их помощью силовикам проще всего достичь высоких показателей раскрываемости уголовных дел.
Оперативники берут на себя функции и полицейского, и следователя, и прокурора, и судьи в одном лице и с помощью пыток обеспечивают самооговор задержанного Игорь Каляпин
– Вся система заточена не на то, чтобы действительно снизить уровень преступности и обеспечить безопасность граждан. Она заточена на то, чтобы обеспечить некие формальные показатели. То есть на самом деле не важно, виновного посадили или невиновного – преступление должно быть раскрыто, в соответствующей графе надо поставить галочку. Таким образом оперативники берут на себя функции и полицейского, и следователя, и прокурора, и судьи в одном лице и с помощью пыток обеспечивают самооговор задержанного. Если он пытается заявить об этом на суде, в подавляющем большинстве случаев суд просто игнорирует такие показания и говорит, что это просто такой способ защиты. Исключительно редко судья приостанавливает процесс и поручает следственным органам проверить заявление подсудимого. Они проверяют и через пару недель докладывают, что факты не подтвердились.
По словам Игоря Каляпина, некоторые осужденные после приговора и прохождения апелляций обращаются с жалобами в Европейский суд по правам человека, и эта инстанция рассматривает не только факты применения пыток, но и отсутствие их эффективного расследования со стороны российского государства.
Владимир Чекрыгин убежден, что происходящее с Владиславом Есипенко укладываются в уже привычную для российских силовиков схему фабрикации уголовных дел.
Российским силовикам, видимо, необходимо поддерживать ненависть к Украине, создавать угрозу для населения Владимир Чекрыгин
– Владислава заставили признаться в работе на спецслужбы Украины, а в обвинительном заключении ему инкриминируют только хранение и перевозку оружия. И это не первый случай: Владимира Присича точно так вынудили дать признательные показания на камеру о том, что он якобы работал на украинские спецслужбы и готовил диверсии, а потом просто подбросили наркотики и осудили по этой статье. Российским силовикам, видимо, необходимо поддерживать ненависть к Украине, создавать угрозу для населения, чтобы оно продолжало негативно относится к Украине и одобряло действия российских спецслужб. Они делают информационный вброс, что поймали «шпиона», но потом рассчитывают на то, что в Крыму никто за этим следить не будет. Главное – чтобы в памяти у людей отложился негатив об Украине.
Министерство иностранных дел Украины, украинский омбудсмен, Европейская и Международная федерации журналистов призвали к немедленному освобождению и снятию всех обвинений с Владислава Есипенко. Президент Радио Свободная Европа/Радио Свобода Джейми Флай потребовал немедленно освободить Есипенко из-под стражи и заявил, что РСЕ/РС возмущено пытками, о которых сообщил задержанный в Крыму фрилансер Крым.Реалии.
(Текст подготовил Владислав Ленцев)
Сайт заблокирован?
Обойдите блокировку!
читать > Дело Владислава Есипенко
Владислав Есипенко – внештатный журналист (фрилансер) Радіо Свобода (проект Крым.Реалии), освещал социальную и экологическую проблематику, снимал опросы крымчан. Был задержан сотрудниками ФСБ России в Крыму 10 марта 2021 года по обвинению в сборе информации «в интересах спецслужб Украины», а также хранении в автомобиле «самодельного взрывного устройства».
В течение 27 дней к Есипенко не допускались независимые адвокаты. В то же время интервью с ним показал российский государственный телеканал «Крым 24»: на видео, опубликованном на сайте канала, Владислав Есипенко подтвердил, что снимал на полуострове для проекта Крым.Реалии, а также сказал, что якобы дублировал отснятое видео украинским спецслужбам.
На заседании суда в Симферополе, куда был допущен независимый адвокат, Владислав Есипенко заявил о пытках со стороны российских спецслужб. Там же Есипенко отказался от адвоката по назначению Виолетты Синеглазовой.
По сообщению адвоката Алексея Ладина, сотрудники ФСБ России «угрожали Есипенко расправой» после того, как он на суде в Крыму обвинил ведомство в пытках.
По данным правозащитников, ранее Владислава Есипенко обвиняли в Крыму только по ст. 223.1. УК России (Незаконное изготовление взрывчатых веществ, незаконные изготовление, переделка или ремонт взрывных устройств). Наказание по данной статье предусматривает от 8 до 12 лет лишения свободы. Но супруга арестованного Екатерина Есипенко сообщила, что Владиславу инкриминируют еще одну статью обвинения – ст. 222 Уголовного кодекса России (Незаконные приобретение, передача, сбыт, хранение, перевозка или ношение оружия, его основных частей, боеприпасов). Санкция данной статьи предусматривает наказание от 5 до 12 лет лишения свободы.
Служба внешней разведки Украины на информацию ФСБ о сотрудничестве Владислава Есипенко с украинскими спецслужбами сообщила Крым.Реалии, что «не комментирует провокации российских спецслужб». Прокуратура АРК открыла уголовное производство по факту задержания и ареста в Крыму Владислава Есипенко.
Официальной информации от российских силовых структур о следственных действиях в отношении Владислава Есипенко нет.
Министерство иностранных дел Украины, украинский омбудсмен, Европейская и Международная федерации журналистов призвали к немедленному освобождению и снятию всех обвинений с Владислава Есипенко.
Президент Радио Свободная Европа/Радио Свобода Джейми Флай потребовал немедленно освободить Есипенко из-под стражи и заявил, что РСЕ/РС возмущено пытками, о которых сообщил задержанный в Крыму фрилансер Крым.Реалии.
Крымчане в российском заключении
После аннексии Крыма Россией весной 2014 года на полуострове начались аресты российскими силовиками независимых журналистов, гражданских активистов, активистов крымскотатарского национального движения, членов Меджлиса крымскотатарского народа, а также крымских мусульман, подозреваемых в связях с запрещенными в России организациями «Хизб ут-Тахрир» и «Таблиги Джемаат».
В Секретариате Уполномоченного Верховной Рады Украины по правам человека Людмилы Денисовой сообщили, что по состоянию на ноябрь 2020 года число граждан Украины, которые преследуются Россией по политическим мотивам, составляет 130 человек.
По данным Крымской правозащитной группы, по состоянию на конец октября 2020 года не менее 110 человек лишены свободы в рамках политически мотивированных или религиозных уголовных преследований в Крыму.
Руководитель программы поддержки политзаключенных, член Совета правозащитного центра «Мемориал» Сергей Давидис сообщал, что всего в списке их центра находится 315 человек, 59 из которых – крымчане.
Правозащитники и адвокаты называют эти уголовные дела преследованием по политическому, национальному или религиозному признаку. Власти России отрицают эти причины преследований.