Нестандартные технологии допросов стали выгодным делом для новых Лысенко от психологии

Бывшие военнослужащие в течение многих лет развивали на базе Российской академии госслужбы «науку» акмеологию. Началось все с нетрадиционных методов ведения допросов, а закончилось фабрикой фальшивых диссертаций.

Более года назад был арестован хабаровский губернатор Фургал. Все смеялись, когда прочли, что при допросе губернатора «специалистом» по чтению мыслей и прочему шаманству у обвиняемого было выявлено «лимбическое бегство». Как пишет «Коммерсантъ»:

«Эксперты зарегистрировали несколько сотен «вербальных и невербальных» признаков, свидетельствующих, по их мнению, о неискренности господина Фургала. Среди них такие, например, как «глазодвигательный паттерн», предпринятый испытуемым с целью «избежать устойчивого визуального контакта» со следователем, или его постоянные попытки сменить положение тела, расцененные специалистами как «лимбическое бегство» от допроса.

<…>

Как пояснил «Ъ» один из близких к проведенному исследованию специалистов, вся эта терминология была заимствована из научного труда «Системные показатели неискренности», автором которого является заведующий кафедрой связей с общественностью и журналистики Российского государственного торгово-экономического университета Марина Коноваленко».

Можно было подумать, что это — отдельная глупость отдельного неграмотного человека. Оказалось, зря. Автор методички про «лимбическое бегство» Марина Коноваленко принадлежит к огромной фабрике по изготовлению наукообразных текстов, выстроенной профессорами Анатолием Деркачом (ныне покойным) иМихаилом Секачом на кафедре акмеологии и психологии, и профессиональной деятельности Российской академии государственной службы (РАГС, ныне вошла в РАНХиГС). Откровения д-ра Марины Коноваленко — не отклонение, а норма, принятая в «науке» акмеологии.

Вообще еще 2002 году журналист Ирина Бороган опубликовала текст о РАГС, в котором, в частности, утверждалось:

«По некоторым данным, именно на базе этой кафедры разрабатываются новые техники допросов для ФСБ. Правда, зав. кафедрой Анатолий Деркач это отрицал: «Акмеология изучает закономерности и механизмы развития человека при достижении наиболее высокого уровня профессионального развития. Но специально методами допроса мы не занимаемся». Однако на Второй межведомственной научно-практической криминалистической конференции сотрудники Института криминалистики ФСБ прямо заявили, что «наиболее адекватным поставленной задаче, с нашей точки зрения, представляется использование психолого-акмеологического подхода к исследованию, и в последующем формированию профессионализма полиграфолога».

Дуромер для следователей

Сведения из заметки Ирины Бороган выглядели бы как пересказывание слухов, если бы не диссертации акмеологов, которые они понаписали с тех пор.

Номинально «акмеология», согласно определению Санкт-Петербургской акмеологической академии, — «новая междисциплинарная наука о «человеке развивающемся», о закономерностях, обеспечивающих оптимальное раскрытие творческих возможностей личности, достижение вершин социального успеха и профессионального мастерства. Акмеология изучает развитие личности под влиянием самоопределения, жизненного опыта, социального окружения и образования, разрабатывает консультационные и тренинговые психотехнологии личностного роста».

После несложного поиска в диссертациях акмеологов обнаруживаются термины-маркеры, принадлежащие различным направлениям лженауки:

• «психотронное воздействие»

• «нейролингвистическое программирование»

• «электропунктурная диагностика»

• «метод Фолля»

• «биоэнергетика»

• «энергоинформатика»

• «психоэнергетический баланс/потенциал»

Так, в диссертации Артема Власова по психологическим наукам и в диссертации Тамары Белхароевой некритически воспринимается «нейролингвистическое программирование» (не основанная на науке практика воздействия на человека, эффективность которой не подтверждена экспериментально); в диссертации Ларисы Богдановой — гипноз; в диссертации Михаила Батова всерьез обсуждается «психотронное воздействие» (термин «психотронный» — принадлежит фантастической и оккультной литературе, но не науке); в диссертации Ивана Чистякова — полиграфология. А, например, Татьяна Богданова — акмеолог во втором поколении, связана с этой школой через своего оппонента Владимира Асеева — на полном серьезе пишет про визуализацию ауры.

Защищались у акмеологов и настоящие колдуны, например Татьяна Чупшева, фигурирующая на сайте «Мир экстрасенсов» в качестве ясновидящей.

В советской комедии горе-изобретатель придумал аппарат «дуромер». Фантазию воплотили в жизнь акмеологи, написав целый корпус работ про «электропунктурный вегетативный резонансный тест»: см. диссертацию Владимира Крука и еще несколько аналогичных работ.

Электропунктура (метод Фолля) — это не имеющий научного обоснования «способ диагностики» всех болезней путем измерения электрического сопротивления между определенными точками на теле.

По-настоящему серьезно развили дело акмеологов медики: количество медицинских диссертаций по электропунктуре измеряется десятками. А вот акмеолог Юрий Бруй сделал бизнес на «диагностическом» комплексе «Кристалл». И электропунктурный «дуромер» и «дуромер» Бруя — основаны на так называемом «методе Фолля», который имеет мало отношения к науке. В 4 диссертациях (у Аллы Олейниковой, Владимира Крюка, Юлии Трошиной, Юлии Видюк) всерьез используется еще один вариант «дуромера» — «Имедис», о котором подробно рассказано в Бюллетене комиссии по борьбе с лженаукой за 2014 г.

Наконец, еще одна разновидность «дуромера» — «Активациометр» используется в диссертациях акмеологов Дарьи Гопкало, Игоря Кочеткова, главы правительства Якутии Андрея Тарасенко и Александра Быстрова.

Эти «изобретатели» являются, как правило, или научными «потомками» акмеологической школы из РАГС, или ее партнерами и продолжателями.

«Дуромеры» разных модификаций настолько бессмысленны, что их перестали воспринимать всерьез даже полицейские: «С 2009 года, в связи с наступлением эры доказательной медицины, в РФ метод Р. Фолля потерял официальное признание Минздрава, что, впрочем, не мешает широко использовать его в коммерческих медицинских фирмах, а также для… массового псевдотестирования на предмет употребления наркотиков», — пишет официальное издание ГУ МВД Москвы «Петровка, 38».

«Дуромеры» в диссертациях акмеологов:

• «Электропунктурный вегетативный резонансный тест»

• «Кристалл»

• «Имедис»

• «Активациометр»

Вы смеетесь, а между тем, согласно сайту государственных закупок, российская казна (в лице структур МВД и иных государственных организаций) потратила на закупки «активациометров» более 5 млн руб., на заказы у ООО «Центр неинвазивных медицинских технологий», торгующего «Имедисом», — более 11 млн рублей, на заказы у электропунктурщиков из ООО «Русичи–Технологии Успеха» — более 5 млн руб.

Не только экспериментальная, но и теоретическая часть акмеологических диссертаций в массовом порядке носит признаки лженауки. Так, «биоэнергетика» в качестве валидной отрасли знания поминается не менее чем в 8 диссертациях акмеологов (М. В. Галимзянова, Т. Е. Егорова, В. Н. Марков, Н. В. Никитина, Л. К. Рыбальченко, Л. Г. Чернышева, И. Н. Шванева, Ю. З. Шогенов, В. В. Ярошенко), «энергоинформатика» — еще в полудюжине (например здесь), «психоэнергетический баланс/потенциал» — в десятке диссертаций.

Подчеркнем, что во всех перечисленных диссертациях и «биоэнергетика», и «энергоинформатика» это именно оккультные/псевдонаучные «дисциплины», а не неудачные названия для каких-либо валидных отраслей энергетики или информатики.

Но мало того, что диссертации акмеологов имеют признаки лженаучности, они еще и вызывают сомнения в их научной оригинальности.

Родословная бреда

Удивительная плодовитость акмеологической конторы при Российской академии госслужбы, где были защищены пара сотен диссертаций, и нескольких партнерских советов этой фабрики может оказаться легко объяснимой. Изучив диссертации, можно убедиться в том что одни и те же тексты использовались акмеологами многократно.

Основателем науки «акмеологии» по праву считается недавно ушедший Анатолий Деркач. На его счету только в диссернетовской базе числится девять защит, которые, как можно предположить, содержат заимствования без кавычек и ссылок, которым он пособил в качестве консультанта или руководителя. Все они, кроме одной, были под защитой срока давности, но одну из его учениц — Ирину Лаптеву — «Диссернет» успел лишить ученой степени.

Да, Ирина Лаптева — прямо какой-то персонаж анекдота: в ее диссертации статистический «коэффициент Спирмена» изменился на несуществующий «коэффициент Спермина».

Как минимум по 10 подшефных в базе «Диссернета» насчитывается у соратников Деркача первого поколения — профессоров Михаила Секача, Сергея Кандыбовича, Ольги Москаленко и Людмилы Степновой. (Здесь и далее «подшефными» или «подопечными» мы называем тех, у кого данный профессор был руководителем, консультантом или официальным оппонентом.) В общей сложности по меньшей мере семеро аспирантов или докторантов, у которых руководителями были профессор Секач, Степнова и Москаленко, были лишены ученой степени за заимствования без ссылок. У профессора Кандыбовича пятеро подшефных лишились ученой степени за присвоение чужих текстов. Хотя оппонировать десятку диссертаций, не видя, что защищается чужой и сильно не новый текст много раз, можно, наверное, только не приходя в сознание.

Аналогичных масштабов достигла деятельность Леонида Лаптева (12 вызывающих сомнение защит, с Лаптевым в роли руководителя, консультанта или оппонента) и Геннадия Михайлова (8 защит, вызывающих сомнение, в которых он выступает в разных ролях).

Среди акмеологов «второго разлива» из Российской академии госслужбы и их регулярных партнеров отметим «серийного оппонента» профессора Петра Корчемного из Военного университета (6 оппонирований диссертациям с возможными заимствованиями), профессора РАНХиГС Аллу Федоркину с 5 руководствами/консультированиями сомнительных диссертаций, профессора Владимира Зазыкина (5 подшефных), Юрия Синягина (4 подшефных), Наталью Синягину (2 подшефных), Валерия Агапова из РАНХиГС (4 подшефных), некоего Андрея Евгеньевича Константинова (4 подшефных).

Контрагентами акмеологов из Российской академии госслужбы были профессор Виталий Сластенин из МПГУ с 7 подшефными, Игорь Лебедев — не сын Жириновского, а профессор из университета МВД им. Генерала Кикотя (5 подшефных), оппонент профессор Константин Вайсеро из ГУУ (4 оппонирования), оппонент Елена Петрова (четырем копипастерам), оппонент, членкор РАО, «основатель и первый президент Академии акмеологических наук» Нина Кузьмина (5 подшефных).

География бреда

Центром «акмеологических исследований» в течение многих лет оставалась Академия госслужбы. После преобразования ее в РАНХиГС многие профессора-акмеологи сохранили свои места.

Владимиру Мау я направил в июле запрос об участниках фабрики акмеологических диссертаций в РАГС, продолжающих работать в РАНХиГС. Ответа я так и не получил.

Одними из центров раннего распространения акмеологии были Военный университет Минобороны, Военная академия РВСН (в частности, можем упомянуть профессора Игоря Алехина с 14 кейсами) и университет МВД им. Кикотя.

НЕКОТОРЫЕ ДРУГИЕ УЧЕБНЫЕ ЗАВЕДЕНИЯ, В КОТОРЫХ МОЖНО ОБНАРУЖИТЬ РАБОТУ АКМЕОЛОГОВ:
В Питере расплодил акмеологию профессор Владимир Слепов, поучаствовавший в 19 вызывающих сомнения защитах. Среди его питомцев — проректор Полярной академии Литвиненко, который признан плагиатором решением Невского районного суда Санкт-Петербурга от 12.12.2014. Профессор Слепов также участвовал в защите «работ» учеников Игоря Алехина — акмеологов из Военного университета.

При Тамбовском госуниверситете акмеологов периодически одиссертачивала Ольга Москаленко из «ядра» РАГСовской фабрики. В Ярославле и Костроме работали профессор Ярославского университета Анатолий Карпов (3 подшефных в базе «Диссернета») и профессор Николай Фетискин (3 подопечных с вызывающими сомнение работами).

Небольшой «филиал» акмеологии возник на Кавказе в Пятигорске у профессора Исмаила Хапчаева с 4 кейсами.

Собственный кластер образует профессор Виктор Рыбников из ВЦЭРМ им. Никифорова, под чьей эгидой получили путевку в жизнь 15 вызывающих сомнение работ. Рыбников связан с Деркачом лишь эпизодическим участием в защитах. Кластер Рыбникова посвящен тематике профессионального отбора судей, судебных приставов и полицейских.

Аналогичный «периферический кластер» — у профессора Игоря Боева и Натальи Волосковой из Ставрополя. Со столичными акмеологами они связаны лишь косвенно, но у себя они совместно благословили более чем десяток вызывающих сомнение диссеров, в частности про девиантных подростков и госслужащих.

Биография бреда

Мы проанализировали биографические данные и содержание диссертаций акмеологов из Российской академии госслужбы, их научных «потомков» и идейных подражателей.

Среди 72 человек, которых мы проанализировали, мы нашли не менее 16, связанных с силовиками — армией, МВД, и ВПК.

Подчеркнем, что речь идет только о диссертациях, которые включены в базу «Диссернета»; мы не анализировали «ведомственную принадлежность» остальных сотен диссертантов-акмеологов.

Как лавочку закрыли

Демонтаж акмеологической фабрики, который учинил «Диссернет», можно считать образцовым. В списках тех, кто был за историю «Диссернета» лишен ученой степени кандидата и доктора психологических наук 31 человек.

Только одна жалоба проиграна. Психологи в ВАК не крышуют коллег. И руководитель ВАК Филиппов ни разу не использовал админресурс, чтобы спасти акмеологов.

Сейчас лишено степени как минимум 11 акмеологов:

• Ольга Макеева;

• заместитель генерального директора Российского института градостроительства и инвестиционного развития Майя Баринова;

• Роман Вольнов;

• бывший председатель Пиратской партии России Павел Рассудов;

• Дмитрий Куликов;

• Вадим Рововой;

• (возможно бывший) заместитель начальника отдела ФКУ «Главного центра административно-хозяйственного и транспортного обеспечения МВД России» Сергей Егорычев;

• бывшая директор департамента организационного развития Минкомсвязи России Ирина Лаптева (дочь одного из сэнсэев акмеологии Леонида Лаптева);

• профессор кафедры социальной и клинической психологии ЧГУ им. Ульянова Галина Вербина;

• экс-директор Академии транспортной медицины (МИИТ) Александр Ванкович;

• Председатель Центральной контрольно-ревизионной комиссии партии «РОДИНА» Роман Лобзин.