Там, в краю далеком, есть у меня посол...

В какую страну собираются отправить Наталью Поклонскую

Обычай посылать послами друзей без профильного образования или спонсоров избирательных кампаний в маленькие страны за моря издавна бытует в США. Европа, сплошь состоящая из бывших колониальных империй, такой сельской простоте лишь удивляется. Но теперь и мы будем как американцы: депутата Госдумы Наталью Поклонскую прочат послом в Кабо-Верде. Как сообщили источники РБК, уж и документы в Думе готовы, до агремана недалеко.

Традиция, когда СССР посылал в третьи страны вторых секретарей обкомов накануне пенсии, восстанавливается.

Казалось бы, какое отношение имеет Наталья Владимировна к далеким и нищим землям? Не скажите, я бывал на островах Зеленого Мыса и вполне согласен с решением администрации президента (вряд ли это выбор нашего МИДа). Задолго до обретения независимости от Португалии борцы с колониализмом, получившие образование в лучших университетах метрополии, боролись с колдунами. Особого успеха они не достигли, колдуны остались уважаемой частью местного общества.

Публично отказавшись от вакцинации, Поклонская осудила саму идею обязательных прививок: «Не прививаться — наше право». Это поветрие — признак массовых суеверий в России.

Новый посол едет в дружественную страну колдунов и гадателей, и ее там поймут.

Самый правильный архипелаг подобрали бывшему прокурору Крыма. Как на солнце не обгореть, она без нас знает, дело за малым — наплевать на «Единую Россию», подучить португальский, английский, забыть фамилию Володин, прочесть историю дипломатии, историю Африки и вникнуть в региональные козни. Времени у нее теперь вдоволь.

«Благословенные острова» — так называли Кабо-Верде финикийцы. Кто знает, может быть, при них так и было. Но в 1974-м, когда случилась «революция гвоздик» в Лиссабоне, на Островах Зеленого Мыса окончательно утвердилась опасная мысль о полной независимости от Португалии. За нее долго боролся африканский герой Амилькар Кабрал, оставшийся в памяти островитян в названии аэропорта, ну и на деньгах, как водится.

Независимость они тогда получили без особых препирательств, но что делать дальше, не решили. И выбор затянулся до сегодняшнего дня. Островитяне — народ радушный, веселый и ленивый. Отношения между креолами за годы независимости развились совершенно социалистические: повсеместно считается, что работа мешает счастью, а законы мешают жизни.

Что будет непросто, я понял сразу по прилете: две девушки из авиакомпании, торговавшей билетами на внутренние рейсы, в разгар рабочего дня вывесили на стеклянной стене табличку Closed и весело посоветовали зайти через час-другой. Они просто решили поболтать.

Общая характеристика государства после беглого осмотра — умеренная нищета. Здесь я встретил живого еще студента Ростовского университета (специальность не установлена). Россию, где он после учебы бомжевал по разным углам еще 7 лет, Юра (так нам представился этот пьющий по-русски абориген) вспоминал очень тепло. Не в пример Португалии, бросившей островитян на произвол идей Амилькара Кабрала: «Они нам слишком мало дали», — обидчиво ответил он на вопрос, зачем тут учредили независимость. Нетвердо помнящий русский Юра говорил «учудили независимость».

Экономика развалилась не сразу, но навсегда. Сначала еще надеялись, что все самолеты из Европы в Латинскую Америку будут дозаправляться на крупном аэродроме острова Сало, и страна заживет. Но лайнеры быстро научились летать через полмира без пересадок. Со временем островитяне попросились назад, в Европейский союз. Португалия поддержала, но больше никто.

Народ Кабо-Верде на 44% живет ниже уровня нищеты. Правительство не сумело создать рыболовецкого флота посреди полного рыбой океана: дважды покупали списанные китайские сейнеры, но китайские рыбаки в комплекте к ним не прилагались. У страны один из самых высоких долгов в черной Африке. И хотя 50% жителей заняты в сельском хозяйстве, получается вырастить лишь 15% потребляемого продовольствия.

Посреди пляжа, среди гор мусора и дырявых рыбацких лодок, стоит Диогу Афонсу, открывший в октябре 1462 года Острова Зеленого Мыса, штурман принца Энрике, и уже без особой надежды смотрит в океан. А народу вокруг него живет 583 тысячи. Это всего лишь в пять раз больше, чем в московском районе Вешняки, посреди которого раскинулась площадь Амилкара Кабрала. Казалось бы, впору руки опустить, но народ назло судьбе счастлив.

Да, они упустили шанс стать самым южным круглогодичным курортом Европы, они не могут построить «Крымский мост» до Португалии, но я верю, что Наталья Владимировна многому у них научится. Наш будущий посол дама очень симпатичная, как считают японцы, но не к лицу серьезная. Возможно, Кабо-Верде ее изменит, и вернется она веселой и забывшей своего нудного Николая II: тут вообще никто не знает своего прокурора, но обожают карнавалы. И к этому придется приноровиться.

Напрасно четыре дня подряд мы с друзьями пытались уговорить чиновников поставить нам в паспорта штамп «выезд». Служилые люди приходили в контору к часу, обедали и тут же уходили на карнавал. Помочь было некому — вся полиция острова Сао-Висенте четверо суток с перерывом на опохмел изображала трансвеститов (таков был их творческий замысел, костюмы шили за полгода).

Поскольку формально они числились на службе, танцевали с пистолетами.

По всему городу Минделу, отхлебывая на ходу жуткое пойло, которое, совсем потеряв совесть, упорно называли ромом, шли многотысячные толпы танцующих островитян. Создавалось впечатление, что независимость они получили на этой неделе. Даже банки работали через один.

Местные дамы уверенно подходят к незнакомым мужчинам поговорить. Для этого положено обтанцевать кавалера со всех сторон (музыка на улицах играет везде). Они спрашивают его о чем-то, совершенно, впрочем, не интересуясь ответом, и смачно целуют взасос. В конце концов, на острове стоит крупная марина, откуда постоянно отходят яхты через океан, в сторону Карибского моря или Бразилии. Кафе марины полны загорелыми веселыми моряками на любой вкус. Тут ведь и замуж выскочить недолго.

Добро пожаловать, Наталья Владимировна, посол Российской Федерации!