Original Material
"В Чечне геев больше". Сбежавшая из республики девушка – о побеге, гомофобии и экзорцизме
Уроженка Чечни Аминат Лорсанова записала видеообращение к председателю Следственного комитета России Александру Бастрыкину с требованием расследовать похищение родственниками Халимат Тарамовой – скрывшуюся от домашнего насилия из-за ориентации чеченку насильно вернули домой, её дальнейшая судьба вызывает серьезные опасения.
В августе стали известны подробности истории Тарамовой. Перед побегом из дома и последующим похищением её на три месяца помещали для "лечения" гомосексуальности в подмосковную клинику Invia Elite, а также "изгоняли джинна", читая над ней Коран.
Как и Тарамова, Аминат Лорсанова пережила давление родных, "изгнание джинна" и "лечение" транквилизаторами, неприятие семьей и неудачные попытки побега. Вырваться из Чечни ей удалось только на четвёртый раз. Несмотря на её заявление об избиениях и пытках, следствие не стало возбуждать уголовное дело.
Сейчас Аминат обеспокоена судьбой сестры по несчастью – она предполагает, что Тарамова может стать жертвой "убийства чести", так как эта история вызвала международный резонанс и уже дошла до Европейского суда по правам человека.
В интервью Кавказ.Реалии Аминат Лорсанова рассказала о своём опыте жизни с бисексуальностью в Чечне, обряде "изгнания джинна", правах женщин и о том, почему в республике ЛГБТ-людей может быть больше, чем в других регионах страны.
— Подписывайтесь на наш телеграм-канал!– Есть предположения, как будет развиваться история с Халимат Тарамовой?
– Думаю, власти Чечни не ожидали такого внимания к похищению ими Халимат, поэтому они всеми силами будут пытаться замять эту ситуацию. Но уже пошла вторая волна, девушки устроили флешмоб #гдехалимат с требованием к правоохранительным органам Чечни узнать, что случилось с Халимат, и отпустить её, наказав виновных в её похищении.
Чтобы спасти Халиму, нам нужно прикладывать силы, чтобы эта история не утихла, продолжать информационно давить на власти Чечни. Какая бы у них власть ни была, против воли людей они ничего сделать не смогут.
– И в случае с Халимат, и в вашем случае родные прибегли к неким методам "исламской медицины" по "изгнанию джиннов". Как это происходит?
У жертвы нет никакой физической возможности спастись
– Практика изгнания джиннов в Чечне является системной, такое решение принимается на семейном уровне, оно всегда исходит от старших родственников – родителей, дедов и бабушек. Разумеется, человека, из которого они хотят "изгнать джинна", никто об этом не уведомляет, его мнение не имеет значения. Родственники тайно между собой обговаривают весь процесс этой пытки. Родители не считают даже нужным объяснить, куда и зачем ведут, к примеру, 30-летнего человека. Самое главное, у жертвы нет никакой физической возможности спастись.
Дальнейшее зависит от грамотности и вменяемости муллы. Многие из них используют крайне садистские приемы для экзорцизма – обязательно фиксируют человека в позе лёжа, избивают его уязвимые места (меня били в солнечное сплетение), душат, используют ток, оказывают психологическое давление. Также жертву обязательно покрывают тканью поверх головы и туловища, человек не может пошевелиться, а ткань мешает дышать.
– При этом у вас образованные родители. Почему люди даже с высшим медицинским образованием считают иную ориентацию "болезнью" или влиянием злых духов?
– Сразу скажу: медицина в Чечне явно не на уровне XXI века, она отстаёт минимум лет на сто. А вот социальные установки с религией, традициями подкрепляются абсолютным бесправием детей, девушек, женщин, над которыми могут безнаказанно и как угодно издеваться родители, мужья, местные власти. Пытки, насилия и убийства женщин в Чечне – не частные случаи, а система. Здесь мало по-настоящему свободно мыслящих, грамотных и независимых людей, поэтому жертвам домашнего насилия практически невозможно найти хоть какую-то поддержку.
– Осознав свою ориентацию, вы общались с такими же чеченскими девушками? Реально ли представителям ЛГБТ, не афишируя это, оставаться в республике, находить партнёров?
– Когда-то давно я общалась с бисексуальной чеченкой, которая рассказывала, что из-за страха перед устраивающей сезонные рейды по отлову геев и лесбиянок "полицией нравов" ей почти не удаётся встречаться со своей девушкой. Она также отговаривала меня от мыслей о побеге, так как была знакома с одной лесбиянкой, подруга которой сбежала из Чечни – её допрашивали полицейские, требуя выдать новый адрес подруги, а также имена других живущих в республике представителей ЛГБТ.
Лесбиянкам в Чечне сложнее, чем геям, из-за того что с рождения их жёстко контролируют родственники
Любить людей своего пола и оставаться в Чечне, как мне кажется, возможно только геям, так как мужчина здесь изначально имеет право на свободу, его никто не контролирует. Женщинам это невозможно физически, из-за того что с рождения их жёстко контролируют родственники.
– Можно ли утверждать, что геев и лесбиянок в Чечне не меньше, чем в любом другом регионе страны, а заявления властей об их отсутствии – блеф?
– Думаю, в Чечне их даже больше – об этом можно судить по лидирующей статистике просмотров гей-порно в Чечне. А по факту все ЛГБТ-люди вынуждены скрывать свои чувства из-за "полиции нравов". Разумеется, заявление властей Чечни об отсутствии геев и лесбиянок – наглая ложь.
– Как вы для себя ответили на вопрос о вашей ориентации и чеченских адатах, требованиях ислама?
– Для меня чеченские традиции и ислам всегда были абсурдными, даже когда я была мусульманкой. Я никогда не могла это по-настоящему полностью принять. Я никогда также не стеснялась своей бисексуальности и атеизма, но с единственной разницей – о своём атеизме я говорила прямо.
– Помните тот день, когда вы решились уехать из Чечни? Что стало переломным моментом? Чья помощь была вам важна?
– Каких-то конкретных переломных моментов не было, я всегда мечтала уехать оттуда. К 18 годам решила, что не намерена дальше терпеть издевательства со стороны семьи, я заслуживаю лучшего и большего в жизни. У меня никогда не было привязанности ни к семье, которая меня не любила, ни к чеченскому обществу, которое меня не принимало. Первые три попытки побега были неудачными, четвёртая попытка завершилась успехом.
– Какой бы совет вы дали девушкам и юношам из Чечни, которые также чувствуют свою "инаковость"? Что им делать, каких ошибок избегать?
– Жизнь у вас одна, и живёте ей вы сами. Всё, что причиняет вам страдания, – даже если это родные люди, общество, религия, – бесповоротно отшвыривайте с вашего пути.
А из практических советов могу сказать одно: не заводите знакомств или отношений, пока вы в Чечне и вообще в России. Потому что есть специальные структуры полиции, которые будут пытаться вас вычислить. Пока вы вне подозрений, тайно собирайте, это действительно важно, деньги и документы. Купите новую сим-карту, самый простой кнопочный телефон, во время побега не расплачивайтесь банковскими картами, не совершайте никаких действий через интернет. Именно поэтому побег нужно планировать очень тщательно, готовиться к нему минимум за месяц.
– На ваш взгляд, почему Кремль закрывает глаза на жестокость и убийства по отношению к представителям ЛГБТ-сообщества в Чечне?
– Очевидно, что между властями Чечни и Кремлём есть определённая политическая сделка, жертвой которой являемся мы все.
– По вашему мнению, почему Кадыров и его окружение так болезненно реагируют на вопрос с ЛГБТ в республике?
Если весь мир узнает правду о том, что происходит с ЛГБТ в Чечне, то вскроется вся система угнетения людей кадыровцами, держащаяся на страхе, пытках и казнях
– Могу по секрету вам сказать, что среди кадыровцев немало геев. Почему они так поступают? В Чечне системно угнетают всех людей, разные группы, при этом власти понимают, что малообразованное, неприязненно настроенное к другим гомофобное общество не будет защищать геев и лесбиянок. Именно поэтому к ним особенно жестоки. Если весь остальной мир узнает правду о том, что происходит с ЛГБТ в Чечне, масштабы этой жестокости, вскроется вся их система угнетения людей, держащаяся на страхе, пытках и казнях.
***
Несколько дней назад Тарамова записала новое видеообращение. На нём она улыбается и просит оставить её в покое. Правозащитники считают, что Тарамова сделала эту запись не добровольно.