Original Material
Что мы делали этим летом
В гости к носителям диалектов
Анна Дыбо, лингвист, тюрколог, компаративист, докт. филол. наук, член-корреспондент РАН:
В июле и начале августа я была в экспедиции. Мы еще в 2020-м году должны были закончить «ковровое» обследование хакасских диалектов — записать характерные черты говоров каждого хакасского поселения. Но в тот год мы побоялись ехать — информация об эпидемии была свежа, средства борьбы с ней, чтобы нам из «чумной» Москвы не заразить случайно старушек в отдаленных населенных пунктах, неизвестны. А в этом году мы решили, что не можем больше ждать, потому что диалекты-то тем временем исчезают; зато мы все привитые и многие переболевшие.
Мы — это довольно пестрая лингвистическая компания, сложившаяся за последние несколько лет. Сотрудники отдела урало-алтайских языков Института языкознания РАН в Москве, плотно занимающиеся тюркским полем с 2006 года; сотрудник Института славяноведения РАН в Москве, последние годы живущий в Новосибирске и работающий удаленно — обладатель УАЗа и значительного опыта в полевой лингвистике на кавказской и славянской почвах; сотрудник Томского госуниверситета — специалист-тюрколог; преподаватель Хакасской национальной гимназии — кандидат филологических наук, носитель литературного хакасского языка; две студентки, окончившие 1-й курс Института лингвистики РГГУ. У нас три экспедиционных машины: УАЗ для совсем романтических дорог, иномарка преподавательницы гимназии и арендованная в Абакане «Лада Гранта».
С 2015 года мы занимаемся созданием диалектологического атласа тюркских языков з-группы. Это часть более обширного плана — диалектологического атласа тюркских языков. Проект поддерживался и поддерживается многочисленными грантами 2-х и 3-хлетней длительности — очевидно, что такие вещи не делаются за два или три года. поэтому мы постоянно пишем заявки, имеющие в виду разные части этой работы.
Хакасский, точнее, хакасско-шорско-чулымский, атлас в некотором роде представляет модельный кусок всего проекта. Дело в том, что з-языки — четко выделяющаяся генеалогическая группа тюркских языков, явно не особенно большой временной глубины (по последним подсчетам распад — около XI в. н. э.); при этом носители языков далеко не расходились, живут на относительно компактной территории, и языки эти все время находились в тесном контакте друг с другом и с другими тюркскими (а также самодийскими и енисейскими — не близкородственными) языками Саяно-Алтая. Соответственно, на их примере можно пронаблюдать, в какой степени тесные контакты родственных языков могут затемнять генеалогические отношения между ними — перестраивать генеалогическое древо группы. До сих пор тюркологи сомневаются в самой возможности точного определения генеалогии тюркских языков и диалектов, указывая на большое количество контактных явлений в этих языках, по их мнению, связанное прежде всего с кочевым образом жизни носителей. Но чтобы правильно определить, какие языковые явления имеют контактное происхождение, а какие обусловлены генеалогической близостью (а какие случайно совпадают у нескольких идиомов, потому что вообще-то являются типологически естественными, т. е. просто высокочастотными), необходимо прежде всего максимально полно собрать языковой материал и положить его на географическую карту. Далее (фактически одновременно) производится анализ этого материала, выделение изоглосс (линий, окружающих связный кусок карты с наличием какого-либо языкового признака на выделенной территории) и сравнительно-исторический и ареалогический 1 анализ каждой изоглоссы. Для этого мы и занялись «ковровым» обследованием поселений с коренным хакасским населением.
Пока промежуточные результаты исследования скорее обнадеживают. Нам удалось выделить один ранее не замеченный хакасский диалект (назвали его таштыпским или «диалектом малых деревень»). Твердо установлены наборы признаков, выделяющих бельтырский говор сагайского диалекта и староиюсский говор качинского диалекта. Сформулированы четкие условия, в которых проявляются самые существенные отличия качинского диалекта от сагайского. Установлено, что два идиома, считающиеся говорами одного «среднечулымского диалекта чулымского языка», в действительности не имеют специфической генеалогической близости: один из них, тутальский, отделился от сообщества первым — до того, как там начался процесс назализации начального *j-, который во всех прочих диалектах отражается в рамках одного и того же правила; второй же, мелетский, является фактическим потомком одного из говоров кызыльского диалекта хакасского языка.
В этом году нам оставалось определить границы распространения качинского диалекта и выявить существенные различия его говоров. Северные качинские говоры мы рассматривали в 2015 и 2019 годах; сейчас работаем с центральным, практически вокруг столицы, Абакана. Хотелось выделить главные признаки, отличающие центральный вариант от северного и при этом не связанные с тем, что северный испытывает влияние кызыльского диалекта. Работа шла трудно: территория, близкая к Абакану, сильно обрусела. В основном в населенных пунктах можно было найти не более 5 коренных жителей, остальные либо вообще не хакасы (чаще русские, но есть и другие: в аале Доможаков, например, много чувашей — столыпинских переселенцев), либо хакасы, приехавшие из других районов, соответственно, с другими родными диалектами. То, что мы работали близко к столице, не отменяло длительных поездок по пыльным горным грунтовкам в места удивительной красоты и, конечно, знакомств с совершенно замечательными людьми, не утратившими любознательности, несмотря на тяжелые условия жизни.
Все тюркские языки з-группы сейчас находятся под угрозой. В особенно плохом состоянии среднечулымский: сейчас осталось не более 5 «полных» носителей (таких, которые не только припоминают отдельные слова, но могут порождать связные предложения). На втором месте шорский: около 5000 носителей. Лучше всего ситуация с хакасским языком — на нем даже преподают в школе (правда, все меньше) и пишут научные статьи. Тем не менее, молодежь редко владеет хакасским, а это значит, что может прерваться передача языка следующим поколениям. И носители диалектов — это обычно люди старше 60 лет, которые в детстве общались по-хакасски, — часто жалуются, что им не с кем поговорить на своем языке. Поэтому довольно частый (и, конечно, приятный лингвисту) финальный аккорд опроса — слова информантки при прощании: «Ну спасибо, я хоть с вами свой язык вспомнила».
Приложение 1: конспект коллективного обсуждения методики работы с информантами при составлении диалектологического атласа (участвовали Е. В. Коровина, В. С. Мальцева, А. В. Шеймович).
0. Обзавестись единомышленником из среды местных лингвистов (по возможности). Если этой возможности нет, то любым местным энтузиастом.
1. Обзавестись собственным транспортом.
2. Найти жилье примерно в центре намеченного к изучению региона, чтобы дорога до любого намеченного пункта не превышала 2 часов.
3. Ты приехал в населенный пункт, где взять информантов?
— Обратиться за помощью в администрацию села, клуб, библиотеку, магазин.
— В небольших селах можно просто обращаться к людям на улицах или стучаться в дома и спрашивать, где живут местные хакасы: как правило, многие оказываются дома.
— Лучшие «проводники» получаются из родственников или знакомых местных коллег.
Не следует забывать спрашивать о родственниках и друзьях в соседних селах, желательно с адресом и телефоном. Стараться охватить опросами в т. ч. мужчин (они реже идут на контакт и чаще заняты делами вне дома); к людям младше 40 лет относиться внимательно — они, как правило, не могут служить основным источником сведений из-за того, что были сильно олитературены и не были монолингвами в детстве.
4. Как организовать место опроса?
Хорошо, когда в коллективе есть кто-то из местных. Их охотнее приглашают в дом, в то время как условно «москвичей» могут постесняться, потому что грязно, бедно и похмелье. (Кажется, однако, что когда приезжаешь на нашем заслуженном УАЗе, проблема «москвичей» закрывается).
Желательно, чтобы не сажали на лавочку у ворот, где слышны машины, музыка и животные — даже антиветровый поролоновый колпачок на направленном микрофоне тут бессилен. В идеале нужно работать в закрытой комнате без посторонних звуков, например, на летней кухне. В помещениях типа сельсовета, библиотеки также, как правило, работать хорошо. Но и в неидеальных условиях нужно стараться записать хоть что-то.
5. Как наиболее эффективно проводить опрос?
5.1. Элицитация или спонтанные тексты?
И то, и другое совершенно необходимо: из текста редко можно набрать достаточно примеров на исследуемые явления; но грамматика верифицируется текстами, так как при элицитации часто в ответе копируется русская структура предложения. К тому же тексты часто содержат неожиданные факты.
5.2. Две недели на 1 населенный пункт или 2 пункта на 1 день?
Зависит от цели. Поскольку нашей целью было разобраться в том, что такое хакасские диалекты, то требовалось установить параметры разнообразия, для чего нужно широкое пространство с ковровым опросом. При этом населенный пункт, в котором мы останавливаемся, является базой опроса для исследуемого диалекта и в нем нужно стараться собрать как можно больше данных.
5.3. Вопрос о плате информантам.
Как известно, в отечественной полевой лингвистике существуют две традиции. Наше решение: а) не портить поле местным лингвистам, которые обычно строят общение с информантами на дружеско-родственной основе; б) не входить с информантами в товарно-денежные отношения.
5.4. Значение социолингвистических данных.
Необходимо собирать биографические данные (метаданные) информантов. Следить, чтобы метаданные не перешли плавно в полуторачасовой рассказ о жизни на русском языке (на хакасском можно, но тут лучше воспользоваться помощью местного лингвиста, с которым информанту будет проще не переключаться на русский). Это большое подспорье — и вообще для документации языка, и особенно для определения диалектной принадлежности человека, если она не сразу очевидна по его речи.
5.5. Как вести себя с информантом при опросе?
Обязательно представиться и кратко рассказать о цели работы. Подчеркивать, что то, что говорят ваши собеседники, ценно для нас и для них (нередко собеседник и сам озабочен проблемами сохранения языка).
Не надо, чтобы люди думали, что ты знаешь их язык лучше, чем они. Не стоит давать подглядывать в свою анкету, если там записаны литературные формы слов (как вариант, можно писать пратюркские формы латиницей). С самого начала дать понять, что литературный язык не нужен — чтобы информанты не хотели казаться более грамотными.
5.6. Как не переутомлять информанта? Ведь в основном это люди старше 60 лет.
Делать перерывы в работе. Если предлагают попить чаю, не отказываться, побеседовать о хозяйстве, о внуках. Были случаи, когда бабушкам помогало отвлечься измерение давления (и мы стали брать с собой тонометр). Следить за утомляемостью информанта: если согласился на долгий опрос, но не тянет — сокращать, спрашивая самое важное. В конце поблагодарить и спросить, можно ли заглянуть еще (если это не слишком неуместно). По возможности брать номер телефона. В следующий раз можно привезти лекарство бабушке, капли от блох коту и т. п.
5.7. Как преодолевать отсутствие абстрактного восприятия языка (т. е. получать нужные грамматические формы)?
Стараться придумать примеры с наиболее привычными контекстами употребления слов — такими, что используются в быту. Например, «залезь на тополь» перевести проще, чем «залезь на дверь» (хотя слово «дверь» само по себе вспомнить легче). Однако нужно принять, что вообще не все могут взять и произнести ни с того ни с сего «дверь», а то еще и «их двери». Даже когда контексты заготовлены, опрос может оказаться долгим и нудным (тогда см. п. 5.6.). Чем старше и неувереннее носитель, тем чаще приходится отказываться от грамматики и спрашивать только лексику — зато пожилые часто имеют больший пассивный словарный запас. Для получения нужных грамматических форм можно пробовать искать учителей, но только не родного языка, лучше русского или математики. С годами методы и последовательность опроса отрабатываются и удачные контексты накапливаются — хотя случается так, что в новом месте старые контексты не работают. Поэтому всегда нужно быть готовым корректировать опрос по ходу.
5.8. «Хороший информат» — кто это?
Любой носитель ценен и важен. Однако для целей диалектологии лучше всего подходят информанты, не уезжавшие надолго из своего района и не изучавшие литературный вариант языка в школе. Женщины, вышедшие замуж лет в 20 в другой район, как правило, сохраняют особенности родного говора и передают его детям. Поэтому если оба родителя информанта также родом из исследуемого района, особенности говора данной местности у него выражаются ярче, чем если мать издалека.
Самые многочисленные наши информанты — женщины 1930–1960-х годов рождения с начальным или средним образованием. Как правило, у них больше времени на долгие разговоры и хорошая сохранность диалектного варианта языка.
5.9. Что нужно иметь и уметь, собираясь на опрос?
Важны способы подготовки свежего человека, который собирается вести опрос. Желательно, чтобы он знал, что ожидается получить в результате анкетирования; чтобы знал слова хотя бы в примерной орфографической транскрипции (еще лучше — на слух), чтобы понимал, когда вместо «ушел» ему говорят «пришел», а вместо «лошадь» — «кобыла».
Надо уметь быстро придумывать естественные контексты и менять их сообразно ситуации, чтобы в Балкарии не спросить «свиное сало», которое хорошо шло в Хакасии. Если человеку кажется странным пример «мое лето», то не стоит спрашивать у него «мое солнце» и «мои солнца» во избежание философских монологов, лучше использовать омоним «день».
Перед поездкой нужно убедиться, что у каждого имеется полный комплект опросников и диктофоны — бывают неожиданные наплывы информантов, когда для опросов задействуются все, в т. ч. водители. А также дождевик, заряженный телефон и сувенир-подарок информанту. Заранее надо позаботиться о том, чтобы в каждой полевой группе было письмо о содействии от научной организации, особенно при поездке в новое место. Крайне желательно иметь более одного диктофона на одного информанта — батарейки садятся, диктофоны ломаются. Ну и позитивный настрой.
Приложение 2. Фотографии из разных экспедиций.
1 Имеются некоторые приемы, позволяющие по форме ареала, охваченного изоглоссой, устанавливать, является ли отраженное ею явление архаическим или инновационным.
Август на ББС
Елизавета Бонч-Осмоловская, докт. биол. наук, чл.-корр. РАН:
Почти весь август я провела на Беломорской биологической станции МГУ со студентами-микробиологами третьего курса. Я сама побывала на ББС в первый раз именно в их возрасте, и с тех пор мечтала попасть сюда снова. Мечта сбылась только два года назад, когда я, став заведующей кафедрой микробиологии МГУ, приехала на Белое море с группой студентов. В прошлом году практику отменили из-за эпидемиологической ситуации, а в этом году мы снова оказались на станции.
Студенты проходят на ББС практику по микробной экологии, а именно в этой области нашей науки в последние десятилетия произошли невероятные сдвиги: с помощью разнообразных молекулярных методов стало возможным получать быстрые и достоверные данные о составе и функциях природных сообществ микроорганизмов. На Белом море таких исследований пока проводилось очень мало, а оно ведь очень отличается от других северных морей. Это внутреннее, относительно мелкое море, зимой покрывается льдом, в нем огромное разнообразие беспозвоночных животных и водорослей, а вот о микроорганизмах, важнейшем звене трофической цепи, почти ничего не известно. Поэтому мы хотим, чтобы студенты не только познакомились с методами современной микробной экологии, но и сделали небольшие, но настоящие научные работы, а главное — поняли, как интересно узнавать что-то действительно новое, то, чего еще никто до тебя не знал.
Нужно еще добавить, что ББС — удивительное место, где невероятно красиво: лес, море, камни и какие-то особенные свет и воздух. И очень спокойно: несмотря на большое количество людей (сейчас здесь около 300 человек — студенты нескольких факультетов МГУ, ученые, выполняющие свои проекты), всё так прекрасно организовано, что никто никому не мешает. Так что это еще и возможность собраться с мыслями и подумать о принципиальных и важных вещах — то, на что никогда не хватает времени в городской жизни.
Онлайновый режим
Михаил Кацнельсон, докт. физ.-мат. наук, профессор теории конденсированного состояния Университета Радбауда (Нидерланды), член Королевской академии наук и искусств Нидерландов и Европейской академии:
В июне и июле в основном доделывали многочисленные работы с моими многочисленными коллабораторами. Вообще, онлайновый режим без поездок и живого общения оказался совсем неплох для того, чтобы довести до конца начатое. С новыми идеями похуже, потому что они обычно возникают в результате каких-то исходно незапланированных обсуждений на неожиданные темы. Ну, задел был в предыдущие годы такой, что полтора года на разгребание завалов оказалось совсем немного. И почему-то у всех сразу возник настрой закончить всё до отпусков, и почему-то отпуска у всех в августе. Поэтому за июнь — июль выложили в архив целых двенадцать препринтов с моим участием. Это очень, очень много (и тяжело).
Большая часть сделанного относится к двумерным материалам — нашей главной теме уже многие годы, начиная с открытия графена. И графен по-прежнему неисчерпаем (Ленин сказал бы, что графен неисчерпаем как электрон, а электрон — как атом), и активное сотрудничество с нашими местными экспериментаторами по черному фосфору успешно продолжается, ну а, кроме того, последние годы мы много занимаемся двумерными магнетиками (в основном соединениями хрома с хлором, бромом или йодом), а также очень интересной двумерной формой известного полупроводника индий-селен.
Из других дел: последние годы меня очень интересует физика сложности, где наметился определенный прорыв. Очень важную роль в этой деятельности играет мое сотрудничество с Уральским федеральным университетом, с группой Владимира Мазуренко. Особо нужно отметить совсем недавно законченную работу по применению нашего понимания сложности к проблемам квантовых вычислений. К тому же я всё глубже и глубже залезаю в изучение нейросетей и машинного обучения. Там тоже происходят захватывающие вещи.
Ну и, наконец, последние пять лет у нас с гамбургской группой Александра Лихтенштейна, моего давнего друга и постоянного соавтора, очень активно идет работа по теории высокотемпературной сверхпроводимости в купратах. После тридцати с лишним лет интенсивных усилий очень серьезных людей проблема всё еще не решена, но, кажется, мы все-таки поняли, в чем там главный секрет. Очередная работа в этом направлении тоже только что закончена и выложена в архив.
В общем, находим, чем себя развлечь без дискотек, музеев и ресторанов.
Список препринтов
1. arXiv:2107.11344 [pdf, other] cond-mat.str-el cond-mat.supr-con
Local Plaquette Physics as Key Ingredient of High-Temperature Superconductivity in Cuprates
Authors: M. Danilov, E. G. C. P. van Loon, S. Brener, S. Iskakov, M. I. Katsnelson, A. I. Lichtenstein. Submitted 23 July, 2021; originally announced July 2021. Comments: 25 pages, 28 figures.
2. arXiv:2107.09894 [pdf, other] quant-ph cond-mat.dis-nn cond-mat.stat-mech cond-mat.str-el
Certification of quantum states with hidden structure of their bitstrings
Authors: O. M. Sotnikov, I. A. Iakovlev, A. A. Iliasov, M. I. Katsnelson, A. A. Bagrov, V. V. Mazurenko. Submitted 21 July, 2021; originally announced July 2021.
3. arXiv:2107.08193 [pdf] cond-mat.mtrl-sci cond-mat.stat-mech
Distribution of ripples in graphene membrane. Authors: Jin Yu, Mikhail I. Katsnelson, Shengjun Yuan. Submitted 17 July, 2021; originally announced July 2021.
4. arXiv:2107.08017 [pdf, other] cond-mat.mes-hall cond-mat.mtrl-sci
Plasmonic Quantum Dots in Twisted Bilayer Graphene. Authors: Tom Westerhout, Mikhail I. Katsnelson, Malte Rösner. Submitted 16 July, 2021; originally announced July 2021. Comments: 9 pages, 8 figures.
5. arXiv:2107.07143 [pdf] cond-mat.mes-hall
Gating orbital memory with an atomic donor. Authors: Elze J. Knol, Brian Kiraly, Alexander N. Rudenko, Werner M. J. van Weerdenburg, Mikhail I. Katsnelson, Alexander A. Khajetoorians.
Submitted 15 July, 2021; originally announced July 2021.
6. arXiv:2107.05014 [pdf, ps, other] cond-mat.mtrl-sci cond-mat.mes-hall
Dislocation structure and mobility in the layered semiconductor InSe: A first-principles study. Authors: A. N. Rudenko, M. I. Katsnelson, Yu. N. Gornostyrev. Submitted 11 July, 2021; originally announced July 2021. Comments: 7 pages, 5 figures.
7. arXiv:2107.03402 [pdf, other] cond-mat.stat-mech cond-mat.dis-nn cs.LG
Self-organized criticality in neural networks. Authors: Mikhail I. Katsnelson, Vitaly Vanchurin, Tom Westerhoutю Submitted 7 July, 2021; originally announced July 2021. Comments: 11 pages, 4 figures.
8. arXiv:2107.01132 [pdf, other] cond-mat.mtrl-sci cond-mat.mes-hall cond-mat.str-el
Coexisting charge density wave and ferromagnetic instabilities in monolayer InSe. Authors: E. A. Stepanov, V. Harkov, M. Rösner, A. I. Lichtenstein, M. I. Katsnelson, A. N. Rudenko. Submitted 2 July, 2021; originally announced July 2021.
9. arXiv:2106.12462 [pdf, other] cond-mat.str-el
Spin dynamics of itinerant electrons: local magnetic moment formation and Berry phase. Authors: E. A. Stepanov, S. Brener, V. Harkov, M. I. Katsnelson, A. I. Lichtenstein.
Submitted 23 June, 2021; originally announced June 2021.
10. arXiv:2106.12090 [pdf, other] cond-mat.str-el cond-mat.mtrl-sci
First principles vs second principles: Role of charge self-consistency in strongly correlated systems. Authors: Swagata Acharya, Dimitar Pashov, Alexander N. Rudenko, Malte Rösner, Mark van Schilfgaarde, Mikhail I. Katsnelson. Submitted 22 June, 2021; originally announced June 2021. Comments: 10 pages, 4 figures.
11. arXiv:2106.06564 [pdf, other] cond-mat.str-el
Electronic Structure of Chromium Trihalides beyond Density Functional Theory. Authors: Swagata Acharya, Dimitar Pashov, Brian Cunningham, Alexander N. Rudenko, Malte Rösner, Myrta Grüning, Mark van Schilfgaarde, Mikhail I. Katsnelson. Submitted 11 June, 2021; originally announced June 2021.
12. arXiv:2106.00398 [pdf, ps, other] cond-mat.str-el
doi: 10.1134/S1063776121040178
A DMI guide to magnets micro-world. Authors: V. V. Mazurenko, Y. O. Kvashnin, A. I. Lichtenstein, M. I. Katsnelson. Submitted 1 June, 2021; originally announced June 2021. Comments: Contribution for the JETP special issue in honor of I.E. Dzyaloshinskii’s 90th birthday. Journal ref: J. Exp. Theor. Phys. 132, 506-516 (2021).