Защита Лаврова

Чем опасны недавние публичные высказывания российского министра о Казахстане

Глава российского МИДа Сергей Лавров написал на днях статью «Россия и Казахстан: сотрудничество без границ». Она совсем даже не юбилейная — посвящена 29-летию установления дипотношений между двумя странами. Читать ее было познавательно, там про рост товарооборота и институциональный диалог, про евразийский проект и светлое будущее космической державы, в которую превратится Казахстан при российском содействии, про согласованную внешнюю политику и «чувство локтя», и наконец, про «живой диалог по линии гражданского общества»…

Но где же про отдельные недостатки, ведь такой большой текст не может быть весь «за здравие», зачем самому министру его тогда писать?

Все правильно, про «упокой» — в самом конце, где речь о «межнациональной гармонии»:

«К сожалению, в последнее время мы стали свидетелями ряда резонансных проявлений ксенофобии в отношении русскоязычных граждан Казахстана. Отдельные случаи во многом являются продуктом применения извне специальных информационных методик, направленных на культивирование местечкового национализма и дискредитацию сотрудничества с Россией».

Поскольку министр не указывает конкретные «проявления ксенофобии», которые его беспокоят, то будем считать, что он имеет в виду отшумевшую несколько месяцев назад историю, обязанную своим возникновением некоему Куату Ахметову и его ютуб-каналу. На нем были размещены видеоинтервью с работающими в сфере обслуживания казахами, не способными поддерживать разговор со своими клиентами на казахском языке и говорившими только на русском. Незнание казахского языка строго осуждалось, и власти Казахстана подвергались критике за то, что они не способствуют внедрению и развитию государственного языка. В российской прессе эти видеоролики назвали языковыми патрулями, а их авторов — фашиствующими казахами.

Реакция российских властей была незамедлительной. «Языковые патрули» были расценены как проявления русофобии. Куату Ахметову был запрещен въезд в Россию на 50 лет. В Казахстане власти возбудили против него уголовное дело, обвинив в разжигании национальной розни. Заместитель руководителя администрации президента Казахстана Даурен Абаев назвал деятельность Ахметова проявлениями «пещерного национализма», заявив, что «говорить об ущемлении русского языка в Казахстане по меньшей мере несправедливо».

Казалось бы, инцидент исчерпан, что же подвигло министра Лаврова снова вернуться к нему? Ведь в Казахстане стараются не вспоминать всуе разговоры, еще недавно ведшиеся известными российскими политиками и депутатами, о «подарках русского народа», которые при выходе из СССР хорошо было бы вернуть России… Известно, сколь жесткой обструкции эти выпады подверглись в Казахстане, в том числе — со стороны представителей его руководства.

Вот и сейчас даже старшая дочь первого президента Казахстана Дарига Назарбаева с трудом скрывала раздражение, комментируя слова Лаврова: в России нет-нет да и случаются «ксенофобские проявления», вызывающие резонанс…

При беглом взгляде на текст за подписью российского министра может показаться, что он как бы оправдывает «местечковых националистов» в Казахстане — мол, они сами никогда бы не додумались выступать против русскоязычных и России, это их извне изощренными «информационными методиками» зомбируют. Другими словами, делают из них иноагентов, как в России.

Мои знакомые казахи, хорошо знакомые с нынешними российскими реалиями, на подобную «защиту Лаврова» отвечают саркастически: обижает нас ваш министр, неужели он считает, что мы без посторонней подсказки сами не обнаружим для нас вредоносного в российской политике?..

Тогда зачем понадобилось столь неюбилейное, как бы совсем без повода, выступление главы российской дипломатии?

С одним моим предположением на сей счет казахские собеседники согласились. Статья Лаврова неслучайно появилась за несколько дней до саммита Тюркского совета, проходившего 12 ноября в Стамбуле и учредившего Организацию тюркских государств (ОТГ), участие в котором принял и президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев. В Москве решили напомнить Нур-Султану, кто из них «старшая сестра», а кто «младший брат», что Казахстан рассматривается как ближайший союзник России, и его статус члена ОТГ не должен противоречить его обязательствам в качестве осевого участника ОДКБ и ЕАЭС. Это понятно.

Другое объяснение выступления Лаврова, которое дают влиятельные представители казахстанской элиты, выглядит более настораживающе.

Они считают, что целью российской политики по отношению к Казахстану, частью которой являются эскапады российских дипломатов, а инструментом — искусственное нагнетание атмосферы русофобии, является стремление подтолкнуть проживающих в стране русскоязычных (их сегодня, по разным оценкам, около 3 миллионов человек) к окончательному переселению в Россию. Это, с одной стороны, позволит решить демографическую проблему страны, где стремительно убывает доля русского населения, а с другой — позволит компенсировать уменьшение количества трудовых мигрантов из стран СНГ. О постановке таких задач откровенно этим летом говорил Владимир Жириновский, предлагавший без промедления выдавать российские паспорта соотечественникам в Казахстане, и повторял вслед за лидером ЛДПР председатель думского Комитета по делам СНГ Леонид Калашников.

Если эта версия справедлива, то рассчитывать на доверительное или хотя бы уважительное отношение к России со стороны выстраивающего свой суверенитет Казахстана, а главное — его вступающего в управление страной поколения, не знающего выучки жить с Россией в одной империи, не приходится.

Занятно, что в Китае, чье руководство отдает себе отчет об исторически обусловленных настроениях синофобии в Казахстане, нашли свой путь их преодоления. Пекин начал издавать онлайн-версию на казахском языке главной китайской газеты «Женьминь жибао». Для части казахов это воспринимается сигналом того, что в Поднебесной уже готовы воспринимать их страну как казахоязычную, а не русскоязычную…