Насыщена любовью как кислородом

В прокат вышла «Лакричная пицца» Пола Томаса Андерсона. Не пропустите этот фильм, который хочется пересматривать еще и еще

«Лакричная пицца», новый фильм Пола Томаса Андерсона, вышла в российский прокат. По просьбе «Медузы» Антон Долин рассказывает о фильме, в котором второстепенные роли сыграли Брэдли Купер, Шон Пенн и Том Уэйтс, а главные — Алана Хаим, одна из сестер — участниц группы HAIM, и Купер Хоффман — 18-летний сын Филипа Сеймура Хоффмана.

Этот текст был впервые опубликован 6 декабря 2021 года, после первых показов фильма в США, где побывал Антон Долин.

Свой девятый фильм «Лакричная пицца» Пол Томас Андерсон выпустил, минуя громкие премьеры и международные фестивали, сразу в кинотеатрах, на главный американский праздник — День благодарения. Картина шла всего в четырех залах (три в Нью-Йорке, один в Лос-Анджелесе) в раритетной 70-миллиметровой проекции и за сутки стала лидером по сборам на копию. Следующий раунд — широкий прокат по США на Рождество, 25 декабря; в остальном мире фильм выйдет только в 2022 году.

Я смотрел «Лакричную пиццу» в нью-йоркском AMC у Линкольн-центра, в переполненном зале. С лица на протяжении всех двух с лишним часов не сходила дурацкая улыбка, в конце все зрители аплодировали. На выходе волонтеры раздавали опросные листы: по личной просьбе режиссера в специальную форму надо было внести свои впечатления. Формулируя их на ходу, я осознал, что, возможно, в следующем году будут фильмы лучше и совершеннее, но этот наверняка останется самым любимым. Досмотрев финальные титры, я был готов смотреть его сначала опять.

«Лакричная пицца» — фильм о любви, которая не выражена в сюжетных перипетиях, иногда запутанных, иногда откровенно бредовых и постоянно уводящих от главного — разумеется, осознанно. Герои — 15-летний школьник и актер Гэри Валентайн и 25-летняя Алана Кейн, ассистентка школьного фотографа, живущая с родителями и двумя старшими сестрами. Их отношения завязываются в первые пять минут и дальше топчутся весь фильм в ожидании невозможного ответа на докучливый вопрос — «как быть с разницей в возрасте и социальном положении?».

Тем лучше: то, что никак не решить и не облечь в слова, а тем более в действия (на них у осторожной Аланы табу), конденсируется в воздухе и выражается в особенном легком дыхании экранных времени и пространства. «Лакричная пицца» буквально насыщена любовью как кислородом, она пульсирует, бьется, вырывается из рук, заражая зрителя безоглядностью решений, спонтанностью реакций, идиотским ожиданием счастья. Каждое движение камеры, каждый жест и реплика актеров — поди знай, сымпровизированные или тщательно отрепетированные, — работают на этот редчайший эффект.

Легкость — то, что Полу Томасу Андерсону дается лучше, чем большинству арт-режиссеров современного ландшафта, и чем он пользуется довольно редко (в «Ночах в стиле буги», «Любви, сбивающей с ног», отчасти «Врожденном пороке»). В любом случае его новый фильм — ослепительное опровержение тезиса о том, что авторский кинематограф умеет лишь ввергать зрителей в депрессию и истязать проклятыми вопросами.

Это выражено не только в сюжете и сценарной задаче, но буквально во всех формальных решениях. «Лакричная пицца» — манифестация потрясающей творческой свободы. Режиссеру уже не особо нужны соавторы, на которых можно опереться: как и свой предыдущий шедевр, «Призрачную нить», он сам снимал картину как оператор, пригласив в компанию Михаэля Баумана, многолетнего участника его съемочной группы («Лакричная пицца» — его дебют в качестве оператора-постановщика).

Джонни Гринвуд, на чьей виртуозной музыке строились «Нефть», «Мастер» и та же «Призрачная нить», написал на сей раз всего один трек — безоговорочно прекрасный, с мелодией, наигранной на арфе под аккомпанемент струнных. Остальной саундтрек составлен самим автором из хитов эпохи — банальных, как «Stumblin» In» Криса Нормана и Сьюзи Кватро и «Life on Mars?» Дэвида Боуи, или менее очевидных, как песни Гордона Лайтфута или Кларенса Картера. Лично меня, например, особо тронула «Peace Frog» — не самый популярный трек The Doors.

Нет и привычной ставки на выдающихся актеров: предыдущие фильмы Андерсона «делали» такие мастодонты, как Дэниел Дэй-Льюис, Хоакин Феникс или безвременно ушедший Филип Сеймур Хоффман. В «Лакричной пицце» в двух главных ролях — дебютанты, 17-летний сын Хоффмана Купер и певица из трио сестер HAIM Алана Хаим (сестер и родителей ее героини-тезки играют ее реальные сестры и папа с мамой), которую Андерсон уже неоднократно снимал в клипах. В титрах и на постере также значатся Шон Пенн, Том Уэйтс и Брэдли Купер, но все они — на ролях вторых и третьих, чтобы подсветить упоительную естественность Хаим и Хоффмана-младшего. Так же комфортно, судя по всему, режиссеру, вернувшемуся в долину Сан-Фернандо 1970-х — там и тогда прошли его тинейджерские годы.

Американские критики от «Лакричной пиццы» в восторге: только что фильм был признан лучшим в году авторитетным жюри National Board of Review, а Андерсон назван лучшим режиссером. Однако их рецензии лучше не читать, чтобы не запутаться. Информации в них значительно больше, чем в самом кино.

Можно узнать, что значит название. «Лакричная пицца» — название сети музыкальных магазинов с виниловыми пластинками в Калифорнии 1970-х (пластинка плоская и круглая, как пицца, и черная, как лакрица). Что приключения главного героя основаны на воспоминаниях продюсера Гэри Гецмана — тот тоже был актером в детстве и тоже торговал водяными матрасами (непереводимое название магазина матрасов Soggy Bottom чуть не стало заголовком фильма). Что прототип персонажа Шона Пенна, актера Джека Холдена, — кинозвезда старого Голливуда Уильям Холден (тот самый, из «Бульвара Сансет»). А персонаж Брэдли Купера — кинопродюсер, стилист и бойфренд Барбры Стрейзанд Джон Питерс — реальное лицо. Как и политик Джоэл Уокс (Бенни Сафди), действительно выдвигавшийся в мэры и боявшийся разоблачения своей сексуальной идентичности. Что в 1973 году Америку вправду накрыл нефтяной кризис. Что «Микадо» действительно был первым японским рестораном долины Сан-Фернандо.

Все это чрезвычайно увлекательно — и абсолютно несущественно для восприятия «Лакричной пиццы», в которой не только не появляется одноименный магазин, но даже его название не упоминается с экрана ни разу. Напротив, Андерсон исследует избирательность взгляда влюбленного — своеобразное туннельное зрение, которое не замечает даже крушения целой вселенной, поскольку переживает о своем.

Многочисленные знаменитости из реальной жизни — статисты в истории Гэри, страдающего от своей незрелости, и Аланы, мучимой мыслями о собственной заурядности. А нефтяной кризис — лишь повод для головокружительной сцены, в которой грузовик с пустым баком едет задним ходом с холма по извилистой дороге. Не найдешь лучшей метафоры для путаных мыслей и чувств главных героев, которых тянет друг к другу по какому-то странному физическому закону, вопреки логике и общепринятым правилам голливудского нарратива.

Хотя нарушение этих правил тоже мастерски созданная иллюзия. «Лакричная пицца» кажется хаотичным нагромождением иногда почти не связанных друг с другом эпизодов лишь потому, что хочет казаться таковым. Как-никак Андерсон — американский режиссер, заслуженно имеющий репутацию «Кубрика XXI века». Внутри этого дышащего живого фильма — отчетливая структура, в центре которой не Гэри, а Алана. Это она сомневается, как относиться к ухаживаниям не по годам самоуверенного подростка, потом поддается соблазну сходить с ним в ресторан и даже съездить в Нью-Йорк. А потом начинает осматриваться по сторонам — нет ли рядом кого-нибудь более подходящего по возрасту?

Тут-то и начинается плутовской роман, в котором каждый следующий взрослый мужчина ведет себя все более глупо: один предпочитает хорошенькой девушке прыжок на мотоцикле через костер, другой устраивает разгром на бензоколонке, третий… впрочем, пересказом здесь не поможешь, это надо видеть. Героиня проходит через круги веселого калифорнийского ада, приближаясь к пониманию того, что здравый смысл в любви не работает. Осознаем это и мы, уже сгорая от любви к необъяснимому и неформатному фильму, который хочется смотреть и вспоминать еще и еще.

Антон Долин