Диалог националистов и регионалистов на Форуме Свободной России

Колумнист Харун Сидоров делится впечатлениями от панели в рамках Форума свободной России, которую он сам модерировал. В ней дискутировали представители различных национальных движений и регионалистов.

В условиях искоренения в России свободной общественно-политической жизни таковая неизбежно перемещается за ее пределы, причем, все чаще вместе с теми, кто в ней участвовал, но в итоге оказался перед выбором: замолчать, сесть или уехать и продолжить свою деятельность за рубежом. По этой причине Форум Свободной России, который уже шесть лет собирает российских и союзных им оппозиционеров в Вильнюсе, привлекает к себе внимание как остающейся в России общественности, так и провластных пропагандистов, неизменно представляющих его как "шабаш беглых отщепенцев".

Очередной, 11-й Форум Свободной России (далее ФСР), прошедший 2-3 декабря, по ряду параметров стал незаурядным. Во-первых, он возобновил свою деятельность в очном формате, от которого пришлось отказаться из-за ковидных ограничений, в связи с чем прошлый ФСР проводился онлайн.

Во-вторых, в этот раз его посетили представители двух центров несистемной российской оппозиции, которые традиционно считались конкурентами ФСР и бойкотировали его деятельность. Прежде всего, это сам Михаил Ходорковский, приехавший под занавес форума и выступивший с программной речью, к которой надо будет еще вернуться.

Что касается сторонников Алексея Навального, хотя живущие в Вильнюсе Леонид Волков и Владимир Милов ФСР проигнорирновали, в нем приняли участие представители некоторых штабов Навального, оказавшиеся в эмиграции, а из его видных сторонников мероприятие посетил Федор Крашенинников. Кроме того, через видеосвязь в ФСР принял участие, тоже уже из эмиграции Михаил Светов, один из лидеров еще одного набирающего популярность направления несистемной оппозиции — либертарианцев.

Ближе к регионам

На 11-м ФСР впервые прошла полноценная панель с дискуссией представителей различных национальных движений и регионалистов под названием "Национальная или многонациональная Россия — самоопределение русских и других народов РФ". В ней приняли участие Габбасов Руслан, представлявший оппозиционное башкирское национальное движение, Елфимов Сергей, представлявший оппозиционное национальное движение коми, два русских националиста разной направленности — Константинов Даниил и Пулин Михаил, а также идеолог русскоязычного регионализма Штепа Вадим. Модерировал эту панель и был инициатором ее проведения автор этих строк, выступавший в качестве координатора платформы "Самоопределение народов России".

Конечно, у читателей с хорошей политической памятью может возникнуть мысль, что подобные обсуждения имели место на ФСР и раньше. Это и так, и не так. До сих пор они имели место либо в виде вопросов из зала, либо в формате круглого стола, который собирался поодаль от основного зала и не привлекал к себе особого внимания. Панели же форума проходят на главной сцене зала и в них участвуют пять спикеров, которым зрители после их выступлений и обмена репликами, могут задавать вопросы. И такая панель для дискуссии различных националистов и регионалистов по проблемам национально-региональных отношений была выделена впервые.

Кого и почему пригласили, а кого нет?

Надо ответить на вопрос, возникший у многих, кто смотрел эту панель — почему в ней участвовали представители только двух нерусских народов, а не многих других, которые хотели бы увидеть там своих представителей. Ответ на него частично уже дан — спикерами панели могут быть только пять человек, а так как мы хотели организовать ее как диалог "националов" и русских националистов, а также представителей региональных движений, это изначально ограничивало нас в количестве участников и принуждало к обеспечению определенного паритета. Поэтому, скажем, представителей условно русских или пострусских, русскоязычных регионалистских движений вроде ингерманландского, сибирского, уральского и т. д., обидевшихся на то, что их не позвали на сцену, на ней представлял ведущий идеолог всего этого направления — Вадим Штепа. Русских националистов представлял один оппонент нерусских нацдвижений — Константинов и один сторонник союза с ними — Пулин. А вот, что касается нерусских нацдвижений, то надо сказать, что выбор именно этих двух их представителей осуществлялся непросто и был сделан исходя из совокупности ряда факторов.

Приглашение выставить своих представителей на Форум было сделано уже участвовавшим в нем представителям татар, а также лидерам калмыцкого и ингушского движений, а кроме того, опосредованно делалось представителям и других нацдвижений, в частности участвующих в деятельности Демократического конгресса народов России. Все они отказались по одной простой и резонной причине — живущий в России татарский участник ФСР в прошлый раз после этого был доставлен сотрудниками ФСБ в Прокуратуру и получил под роспись предостережение о недопустимости экстремистской деятельности, поэтому было очевидно, что для него приезд на этот ФСР обернется уже уголовным делом по возвращению в Россию.

Другие потенциальные участники из России отказались от этого по тем же причинам после раздумий и консультаций на сей счет. К слову, среди них был один депутат регионального заксобрания, который поначалу с энтузиазмом принял приглашение, но после совета взвесить все риски просто перестал отвечать на сообщения, хотя мог просто честно сказать, что не может приехать, как это сделали представители других нацдвижений.

Поэтому оказались Сергей Елфимов, который уже был осужден за экстремизм и осознанно пошел на риск нового уголовного дела, а также Руслан Габбасов, который одновременно принял решение об участии в Форуме и уходе в политическую эмиграцию от гарантированно ожидавшего его на родине ареста и заключения в одном ряду с Айратом Дильмухаметовым и Лидией Чанышевой. Вот и ответ на вопрос, почему из многих возможных из России были выбраны только два этих человека. Что же касается вопроса о том, почему в качестве спикеров не были приглашены находящиеся за пределами России представители нерусских нацдвижений, принимавшие участие в Форуме ранее, то к нему мы вернемся в конце…

Острый диалог

В ходе работы панели Руслан Габбасов, и Сергей Елфимов озвучили позиции оппозиционных республиканских национальных движений, которые в отличие от официозных ставят не только этнокультурные, но и политические требования о возрождении суверенитета своих республик и реального федерализма в России. Их главным оппонентом выступил русский националист классического типа Даниил Константинов, который озвучил основные установки этого направления — что Россия является мононациональной страной, так как русские составляют в ней 80% населения (об этом я писал ранее), а также поставил вопрос о положении русских, которые останутся в российских республиках в случае их ресуверенизации или даже отделения, и выступил против наличия у регионов России, включая республики, права на выход из ее состава.

Судя по комментариям, выступление Даниила Константинова вызвало резкое неприятие у многих сторонников нерусских нацдвижений, возмущенных его "великодержавным шовинизмом" и снисходительным отношением к оппонентам. На основании чего многие сделали для себя вывод, что говорить "националам" с русскими националистами не о чем.

Однако как организатор и модератор этого диалога должен сказать, что с другой стороны Константинову были предъявлены прямо противоположные претензии, а именно в том, что он вообще согласился вести диалог с "сепаратистами и русофобами". Моей же целью было инициировать именно реальный диалог, в данном случае неизбежно полемический, а не разговор в формате "кукушка хвалит петуха за то, что хвалит он кукушку" или "как здорово, что все мы здесь сегодня собрались".

Поэтому считаю, что при всей резкости его позиций Даниил Константинов сыграл в данном случае положительную роль тем, что поставил вопросы, от которых в реальной жизни никуда не уйти. При этом надо понимать, что в реальной жизни их могут и наверняка будут ставить люди куда менее компромиссного настроя, чем у него, учитывая то, что в итоге он поддержал и федерализацию России, и создание внутри нее нескольких русских республик наряду с существующими нерусскими республиками, и перенос столицы из Москвы куда-нибудь в другое место, предложенный Габбасовым.

Не менее важно отметить, что если Константинов выступил оппонентом представителей нерусских нацдвижений, то другой русский националист — Михаил Пулин призвал к союзу национальных движений разных народов России в борьбе против существующей тирании, из которой должен родиться их союз на началах признания субъектности и интересов друг друга. Ну а Вадим Штепа выступил даже более радикальным оппонентом Константинова, чем Габбасов и Елфимов — если последние рассуждали в формате российского федерализма или конфедерализма, то первый постоянно апеллировал к опыту распада Британской империи, на осколках которой возникли новые англоязычные государства вроде США, Австралии и т. п…

Со своей стороны я в приветственном и завершающем выступлениях указал на то, что помимо великодержавной традиции "единой-неделимой России" с русификацией нерусских народов, с одной стороны, и тех, кто мечтает о возникновении на ее месте десятков политически несвязанных государств, в России есть и другая политическая традиция — федерализма и многонациональности. Причем неверно, как это сегодня делают многие, приписывать ее коммунистами, которые и изначально выступали против нее, и потом, вынужденно согласившись с этими принципами, на деле превратили их в чисто номинальные.

В современной истории (а до нее ее истоки можно увидеть в совместных выступлениях народов России против абсолютизма в XVIII веке) эта традиция была присуща силам, ориентированным на Учредительное собрание, в Гражданскую войну представлена Комитетом участников Учредительного собрания (Комуч), позже — Комитетом Освобождения Народов России, а потому вполне логично, что эти принципы были признаны и при суверенизации России от СССР и в ходе становления ее постсоветской государственности. По моему глубокому убеждению, будущее у России в ее более-менее нынешних границах может быть только на таких принципах, о чем сказал и Руслан Габбасов, заявивший, что у Российской Федерации, которая не будет федерацией, не будет и будущего.

Об украинском и литовском форматах

Под конец надо вернуться к вопросу о формате Форума Свободной России и участии в нем представителей различных национальных и региональных движений. И тут, если мы будем смотреть на вещи реально, то поймем, что это формат, соответствующий его названию — форума российской оппозиции.

Могут ли быть частью этой российской оппозиции движения, отстаивающие интересы разных народов и регионов страны? Могут и, как мы видим, уже являются. Больше того, по моему глубокому убеждению, без опоры на них и отстраивания себя от соотношения их и с ними, "российское" не имеет будущего. Хочется надеяться, что это понимают и организаторы ФСР, и поэтому мы движемся от уровня вопросов из зала к уровню круглых столов, от круглых столов к панелям на второй день работы форума, а в следующий раз возможно добьемся того, что эта повестка станет для него одной из центральных.

С другой стороны, может ли Форум Свободной России ставить перед собой задачу не реформирования, а фактической ликвидации России, как этого хотят представители некоторых национальных и региональных движений? Очевидно, что это бы противоречило его сущности, да и его названию, в связи с чем претензии такого рода в адрес его организаторов представляются неадекватными.

В этой связи хочется порассуждать о двух форматах, имеющих прямое отношение к способам взаимодействия российской оппозиции с различными национальными и региональными силами, либо же их между собой. Если говорить о таком взаимодействии вне российских площадок, то до сих пор не было ни одного прецедента такого взаимодействия, способного обеспечить хотя бы ту представленность разных национальных и региональных движений, которая имеет место в формате ФСР. Зарубежные чеченские (ичкерийские) структуры сосредоточены только на своей национальной повестке, равно как и аналогичные черкесские организации, да и в ряде случаев расколоты даже внутри себя, что не дает им общаться даже внутри своего национального лагеря.

Проекты создания объединенных площадок разных народов России, при этом не признающие российскую политическую рамку, озвучивались и пытались реализовываться только в Украине. В этой стране была создана организация Свободный Идель-Урал, в ней же еще депутат в то время Игорь Мосийчук с еще живой тогда Аминой Окуевой хотели провести съезд антикремлевского блока народов. Ну что ж, с тех пор прошло уже без малого десять лет, и можно констатировать, что воз этот и ныне там. Даже первоначально эмигрировавший в Украину татарский диссидент Рафис Кашапов был вынужден из нее уехать, лидеры потенциальной чеченской нероссийской точки сборки Иса Мунаев и Амина Окуева были убиты (врагами и Украины, но, увы, она не обеспечила им ни безопасности, ни условий для развития своих национальных проектов), и ни о каких антикремлевских блоках народов больше на таком уровне даже не вспоминают. Что же касается деятельности Свободного Идель-Урала, то ее в Украине осуществляют либо давно живущие в ней украинские граждане из числа представителей соответствующих народов РФ, либо и вовсе этнические украинцы — энтузиасты "раздела России" (термин украинского теоретика Юрия Липы).

На этом фоне обращает на себя внимание принципиально иная эффективность того, что можно определить как не "украинский формат", описанный выше, но "литовский формат". Литовское правительство и литовское государство в целом оказывают эффективную поддержку своим гонимым антикремлевским союзникам на всех уровнях — от проведения подобных мероприятий в стране, до выдачи виз их участникам. Не менее важна в этом смысле и политика в области предоставления политического убежища — если многие политбеженцы на территории Украины годами не могут получить не то, что обещанного им (кстати, еще Порошенко) гражданства, но и даже убежища, а российские и белорусские спецслужбы периодически убивают в ней их видных представителей, то Литва в последние годы превратилась в центр как российской, так и белорусской политэмиграций, пока, славу Богу, безопасный.

Если "украинский формат" отличается практической неэффективностью вкупе с максимализмом его участников, то "литовский формат" прямо противоположными качествами — эффективностью и прагматизмом. Показательным в этом смысле для меня стал разговор со случайным таксистом, подвозившим меня до аэропорта, который был участником "Саюдиса" и, как выяснилось, с интересом следил за ФСР. Обсудили разные его аспекты, включая упомянутое выше выступление Ходорковского, и я выразил недоумение от того, что литовские дипломаты принимают человека, который открыто говорит не только, что не собирается возвращать Крым Украине, но и что если Беларусь на момент созыва в России Учредительного собрания окажется в ее составе, она там и останется. Старый саюдисовец остудил мое негодование, сказав, что в политике надо действовать гибко и поступательно, напомнив, что когда начинали свою деятельности они, они тоже первоначально добивались не независимости, а демократизации и расширения полномочий республики.

Так вот, хотя Литва с Украиной являются стратегическими союзниками, и лично я возлагаю огромные надежды и на их союз, и на развитие инициативы Люблинского треугольника в рамках более широкой инициативы Междуморья, в отношении к российской оппозиции и национальным и региональным движениям России у этих стран сегодня существуют явно разные подходы. И надо исходить из того, что Форум Свободной России и те национальные и региональные движения, что в нем хотят участвовать, ориентируются именно на "литовский формат".

Точка зрения авторов, статьи которых публикуются в рубрике "Мнения", не отражает позицию редакции.

Подписывайтесь на наш канал в Telegram.