The cunning monkey is waiting

A look from Beijing to the War of Russia and Ukraine

What serious allies can now count on the Kremlin, after Vladimir Putin began on the night of February 23-24 of the military operation in Ukraine and the commissioning of Russian troops into Ukraine, which caused a storm of indignation in the world? This, of course, is not about the positions of Venezuela, Belarus or the Syrian dictator Bashar al -Assad, with whom everything is clear. Everyone is interested in how China behaves.

While Beijing acts predictably, that is, makes very general and neutral statements. At the same time, the PRC officially does not consider Crimea to be part of the Russian territory in recent years. And also, for example, does not recognize Abkhazia and South Ossetia by sovereign states.

"The Chinese side carefully monitors the latest development of events, we urge all parties to show restraint and prevent the exit of the situation from control," said Chua Chunin, official representative of the Ministry of Foreign Affairs of China on February 24. Earlier, in a telephone conversation with US Secretary of State Anthony Blinken, the Minister of Foreign Affairs of China Van said that the PRC position on the conflict of Russia and Ukraine is consistent: "The security of any country should be respected and the principles of the UN Charter should be observed." And the constant representative of the PRC at the UN Zhang Jun noted that all participants in the conflict must continue the dialogue and that "it is necessary to find a reasonable solution in order to take into account the concern of all on the basis of equality and mutual respect."

What, hiding behind all these defiantly vague phrases, can now actually reflect in Beijing in connection with the Russian-Ukrainian armed conflict? How important in this situation is it important to maintain good relations with Moscow, and how much is with the West and generally with the overwhelming part of the world community? How can the Russian-Ukrainian conflict affect the decisions of the China Communist Party in relation to one of the main Chinese problems- the future Taiwan ? How carefully in this regard is Beijing monitors what international sanctions will be introduced against Russia, and is trying on them?

About all this, in an interview with Radio, Liberty is reasoned by Chinesist Aleksey Maslov , director of the Institute of the Far East of the Russian Academy of Sciences:

- Beijing is still predictably reacted to all the latest events related to the attack of Russia against Ukraine and with the recognition of Moscow "DPR" and "LPR"? Until now, despite all the warm words spoken by Vladimir Putin and Xi Jinping to each other in recent years, China has not well recognized either these self -proclaimed separatist formations or the annexation of Crimea by Russia.

From Beijing in Moscow, many for some reason expected what Beijing did not even hint at

-The most amazing thing for me is that from Beijing in Moscow, many for some reason are waiting for what Beijing did not even hint. For some reason, different Russian commentators are sure that Beijing should absolutely support Russia, and in writing either through the UN, or by signing some kind of joint declaration, right between Putin and SI. But this is all that is called standard "Wishlist". China did not deceive anyone - I repeat, she did not even hint at what would do.

The Chinese reaction is now quite fit into the framework of the usual behavior of Beijing regarding all such things. Yes, Zhang Jun called on all sides to show restraint, yes, Van expressed concern. And at the same time, China again refrained from formulating its clear position on Russia and Ukraine.

Foreign Ministers of China and Russia Van and Sergey Lavrov

But Van and still subtly noted that it is important that the PRC is concerned about the changing situation in Ukraine and that "the concern of each side on this issue should constantly increase and increase." Van added that the crisis in Ukraine switched to a new stage, and recalled that all this happened due to the unrealization of the Minsk agreements. It seems to be a standard statement of facts.

China, perfectly understanding that it has its own "Ukraine" called Taiwan, does not want to formulate anything clearly, so as not to worsen his own position

And this says this: in fact, China, on the one hand, perfectly understanding that it has its own "Ukraine" called Taiwan, does not want to formulate anything clearly so as not to worsen his own position and not interfere with his own plans. On the other hand, in general, for a long time for China, Ukraine was not any subject of reasoning and what is called "part of the political narrative." They knew about the conflict in the PRC, but did not discuss, the media were silent. And suddenly, literally on the eve of the Olympics, to this moment, in China just a tremendous number of publications about everything that was connected with Ukraine flew out. If you carefully read them, despite their large number, we will not find anything significant there, that is, the position is not formulated. But the event itself became part of the political agenda.

In Beijing, now they talk a lot about the worsening prospects of pan -European security, that more and more countries are drawn into conflict - and this is an absolutely obvious hint! The fact that "dear Chinese citizens, and look, in the future the same story will be Taiwan and I have." In the PRC, state media rests on the fact that, they say, now the United States sells weapons to Taiwan and generally strengthen interaction with Taiwan - and this is served almost as a mirror situation of what was happening with Ukraine. Therefore, for China, the Russian-Ukrainian conflict that Beijing can no longer fail, but, on the other hand, does not want to evaluate in any way-this is just another reason to discuss the situation around his own, Chinese problems.

See also the cult of Peking. Whether they yearn in China in Mao, as in Russia in Stalin

- What other important diplomatic statements by Beijing, possibly with double subtext, you, as a specialist, have noted at all recently? A few days ago, the next security conference ended in Munich, and there the head of the Chinese Foreign Ministry Van spoke for quite some time. But again, standard, about everything - and about nothing. This is always, you yourself mentioned it, is the character of the "commandments of Confucius." That is, on the one hand, to disagree with everything that Beijing calls for is impossible, and on the other hand, all this is extremely blurry formulated. In order to satisfy everyone - and not oblige to any of the parties to anything.

- The Chinese position, in general, in a variety of events in the world, has been constantly changing recently. Despite the fact that China very actively modernized the domestic economy, changed political slogans within the country, until recently, everything was still very calm and invariably. There is an eternal Chinese, absolutely tough wording: all events and all conflicts should be resolved only by diplomatic and political means. Beijing produces this formula, literally like a mantra.

The CPC Central Committee became clear, especially since 2020, that the PRC is no longer allowed to sit out

But in the end, the Central Committee of the CCP became clear, especially since 2020, that the PRC is no longer allowed to sit out. And the previous standard strategy, when China on the world arena resembled a "cunning monkey who is watching the fighting of two tigers" does not work. As a result, Beijing begins to act in a new way. On the one hand, in China, a fresh generation of diplomats appeared, who are even called "wolves", who learned to quickly and very hard to respond. For example, the same Zhang Jun. Previously, this was generally unusual for Chinese diplomacy.

And on the other hand, in official statements, China is even more trying to please everyone. For example, at the same last Munich conference, the Minister of Foreign Affairs of China Van said (this is a very important phrase): "Sovereignty, independence and territorial integrity of all states must be protected." Including, of course, Ukraine. It would seem, what is Beijing's interest? What, then, it turns out, he and Taiwan do not want to decide something?

Alexey Maslov

No, no, Taiwan for China is a completely different story! Because Taiwan initially, in the eyes of Beijing, is the original territory of one single large China. Therefore, Taiwan’s behavior for China is a pure separatism, and this should be “overcome”. But it seems like China, like a polite country, is trying to solve the issue calmly, reliably, long -term. And at the same time, the conflict of Russia with Ukraine, the issue of "LPR" and "DPR" is a thing for China, with Taiwanese affairs, a comparable "on the contrary." Beijing was very noted by the vision of the situation by Putin, what the Russian president said in his speech on February 21: that "these territories were erroneous, or in violation of a certain" historical justice "are given to the neighboring state." And so everything turns that the Russian position on the Donbass and the Chinese position on Taiwan are surprisingly coincide!

The Russian position on the Donbass and the Chinese position on Taiwan is amazingly coincided

Therefore, in general, it should be understood that now the PRC makes such very “rounded” statements then so as not to interfere with anyone, and for sure, so as not to harm itself, because "you never know what will happen next." This is a view of Russia as an experimental model: what will the West do against it? Because China sees that many sanctions that are accepted against Russia, then, with one degree or another, are imposed on it. Russia is a trial ball for Chinese politics.

See also "few fish in the pond." Why are there fewer children born in China

- You say that Chinese diplomats began to allow themselves to be dull emotional statements. But I believed that the eternal Chinese calm, businesslike pragmatism is the foundation of any speech of any Chinese diplomat. Hence the question: how does modern Chinese diplomacy work? Are there any basic principles on which it has been built for decades, and perhaps, centuries, for millennia, since in Beijing they have been honored, and in their representation, China as it was and has remained the same state over the past 5 thousand years?

- For the Chinese, yes, of course, China has always remained the same state. In which there is a traditional, stable foreign policy culture. Once this was actively written by Lucien Pai , a well-known American synologist who designated some basic principles that define the Chinese political culture-both external, that is, both China communicates with other countries and internal, that is, as the Chinese ruler communicates with his people. And according to many other experts, such as Richard Solomon , these principles have not changed. Only the appearance and, of course, the vocabulary, the presentation of the material has changed. However, the basic idea is very simple: China always establishes the rules of the game. Yes, not everyone agrees with China, and China does not always have enough levers to force other countries to play by their own rules, but this is only a matter of time. Therefore, in Beijing, we need all the time, literally in the literal sense, to fuck to one point, to make the right statements, and we will achieve success.

The basic idea is very simple: China always establishes the rules of the game. But now China has learned to select a more correct diplomatic language of communication with other countries

It is important that now China has learned to select a more correct diplomatic language of communication with other countries. Especially compared to last decades. Many Kitaists pay attention to the fact that when you read, for example, the articles translated into Russian or into English on the sites of Chinese information agencies, it is impossible to do this, sometimes without laughter or without sadness. Because initially all this is designed only for the internal consumer, and for the outside world they should be adapted. But for a long time, China did not even care to adapt its slogans, in fact, what we call political narrative for all foreigners. Still, the audience of Western culture and traditions think not by slogans, but in completely different concepts, methodologies, and so on. But now we see that China really has been worried about this. In China, competent rewriters appeared who rewrite many political articles to other languages. New media appeared - let them are all the same propaganda, but at least they are trying to choose the right vocabulary. For example, an important newspaper Global Times, and and all the agency of the same name.

The leader of China Xi Jinping at the opening of the Winter Olympiad in Beijing. February 4, 2022

The meaning of this global strategy in foreign policy and diplomacy is that historically China, as soon as its internal GDP increased above a certain level (and for each era it was its level) automatically began to expand. If earlier the expansion went in a standard way, that is, China captured nearby kingdoms, or they were reassigning to it as vassals and tributaries, today, of course, such an expansion of the territory is impossible, for a dozen reasons. But the tendency to transfer its influence to other countries at the time of growth remained - only the form of implementation has changed.

For example, China began to carry its enterprises to other countries of the world-to Latin America, to Africa, to Southeast Asia. He became the largest investor - literally in the last year, huge amounts were invested by him, for example, in Singapore, into Indonesia, to Thailand. If earlier, Beijing invested the money simply in, in any “empty cells”, now he built an investment strategy in other states only, for example, in the pharmacological sector, or only in high technology sectors, or the processing or production of rare -earth metals like lithium, and so on. That is, expansion plans and the desire to solve due to this expansion of their internal problems that have formed for centuries, and even millennia ago, remained unchanged.

There are a lot of problems inside today. None of them in itself can bring China - but together they make up an explosive critical mass

There are a lot of problems inside today. They are standard, this is not a crisis, it is a rapid disease. For example, an increase in the number of disabled population, in other words, is more and more old people. The fall in the efficiency of labor efficiency, because you need to pay more salaries and pensions and pay an increasing social network. These are problems of huge, growing internal duty. None of these problems in itself can bring China into itself - but together they make up an explosive critical mass. Beijing hoped that, due to the implementation of his program, “made in China - 2025,” that is, the program of technological leadership, will be able to enter the external world with new superterations, including the US markets, the UK, and many other countries. But - failed. Almost this program was blocked. But the industry has already begun to rebuild under it, it is like a bird hit on take -off.

Therefore, China began to quickly introduce palliative solutions, the so-called "double circulation system" (again, calling things easier, rely more on the domestic market). This even includes an increase in imports - if it was very difficult to get into a way and gain a foothold with its product in China, now China, on the contrary, has opened widely for this. But these are all the solutions temporary. Beijing waited for world markets after the pandemic - but it turns out that, yes, in the end the markets are opening, but it is obvious that now China is not everywhere and will not always be allowed on them. The PRC has a great deteriorated relationship with the United States, but also with some countries of Central and Eastern Europe, there is tension in relations with Western Europe, and these are the largest trading partners of China. I will remind you: if Russia and China have the volume of mutual trade - $ 146 billion, then with the United States this amount exceeds $ 740 billion, and almost reaches $ 800 billion with the EU.

If Russia and China have volumes of mutual trade - $ 146 billion, then with the United States this amount exceeds $ 740 billion, and with the EU almost reaches $ 800 billion

So if this does not grow, then China will have to look for new forms of expansion and stabilization. Therefore, it just now Beijing is very fast and changes the model of his external behavior. And here - many new crises appear, and Ukrainian, and, of course, the intensity of passions around Taiwan. And they interfere with the PRC, knock down this Chinese model from the rails. Therefore, China, frankly, does not pay much attention specifically to the military situation in the Donbass and Ukraine, this is not very important for him. For the PRC as a whole, it is extremely important that in general the situation is destabilized in the world. Because the whole model of China’s development is intended for the development of all trade boundaries in the conditions of the world and the openness of all the trade boundaries. And now this does not happen.

See the world in the shadow of the dragon. Whom China wants to put there forever

- Beijing remembers well how he talked with the outside world for centuries? With whom, when, why did he establish diplomatic relations, where and when he sent the embassies, who and when was the first to come to him from afar? I recall the Embassy of Lord John Makartny , this is 1792-1794, the end of the 18th century is the first British and generally the first official Western embassy, which was allowed to Beijing in history.

– Мы должны разделить всю гигантскую историю Китая на два абсолютно неравномерных периода. Один период – это когда Китай сам посылал свои посольства за рубеж. Но при этом они были, скорее, "посольствами для осмотра потенциально подчиненных в будущем Китаю территорий". То есть, конечно, сами эти страны в подавляющем большинстве не считали себя ни тогда, ни в будущем частями Поднебесной, однако Китай туда отправлял своих посланцев именно в такой целью. Приезжали, в том числе, такие посольства и в Россию, в частности, ко двору Петра III они ездили. Но это были вообще не официальные посольства, в нашем сегодняшнем представлении. А дипломатические отношения других стран с Китаем – это совсем короткий второй период. Первое китайское посольство (опять-таки, как мы это понимаем сегодня) поехало в мир в 1860 году, то есть после опиумных войн , после нарушения китайского суверенитета.

Первое китайское посольство в современом понимании поехало в мир лишь в 1860 году

Но сами иностранцы приезжали туда раньше. Действительно, миссия лорда Макартни – это вообще первое официальное иностранное посольство, которое прибыло в Китай. Но миссия успехом не увенчалась, они не договорились почти ни о чем. По многим причинам, но главная из них, если описать эту историю одной фразой – потому что Китай вообще не воспринимал в тот момент никакие другие страны как стороны, ему равные для каких-то переговоров. Если вы хотите торговать – здесь нет никаких проблем. Но признавать значимость Британской империи равной значимости Китая было невозможно.

Макартни принимали как посланца варварского государства, и по этикету считалось, что он является не более чем данником китайского императора. Хотя, разумеется, самому Лондону тогда идея выплаты какой-либо дани кому угодно могла показаться дурной шуткой, возникла, однако, пикантная ситуация: некоторые дары, которые Макартни привез к китайскому двору, стандартные дипломатические подарки, китайцами были восприняты прежде всего как подобающая дань их императору.

Территории, отошедшие к Российской империи по Айгунскому и Пекинскому договорам с Китаем. В КНР их всегда считали навязанными и кабальными

Поэтому очень многие договоры с Китаем стимулировались не переговорами, а, к сожалению, войнами. Именно после таких войн родился и первый договор между Россией и Китаем, который потом неоднократно уточнялся, в том числе и Кяхтинский договор о торговле . Китай, что главное, вообще вошел в эпоху современных международных отношений очень поздно, это уже XVIII–XIX века. А в середине XIX века уже случился крах Китая как самостоятельной империи. В целом, тут видна колоссальная трансформация Китая за пару-тройку веков. Смена представлений о себе даже не как о центральной, а как о единственно возможной империи – на полуколониальное существование. А потом, на сегодняшний день – превращение в одну из главных фигур на мировой арене. Но не единственную, равноправную с другими ведущими державами.

– На этой неделе исполняется 50 лет важнейшему, без преувеличения, историческому событию – первому в истории визиту в Китай американского президента , ярого антикоммуниста Ричарда Никсона, и его почти недельным переговорам с Мао Цзэдуном. Тогда даже метафора появилась, "Никсон едет в Китай" – как синоним того, что вчера казалось невозможным. Когда США признали материковый Китай, то есть Китайскую Народную Республику, мир стал выглядеть совсем иначе. Считается, что все это было большой игрой между Советским Союзом, Соединенными Штатами и КНР и что основная заслуга в этом перевороте в мировой дипломатии принадлежала американцам. Or not?

– Это было обоюдное движение навстречу, просто каждая сторона очень по-своему воспринимала выгоды, которые можно было получить. Для США восстановить нормальные отношения с таким важным и неожиданным, в данном случае, партнером, как Китай, было очень важно, особенно лично для Никсона, после крайне неудачной войны во Вьетнаме. Когда Ричард Никсон приезжает в 1972 году в КНР и встречается с Мао Цзэдуном, когда фотографии пожилого, крайне уже нездорового Мао и бодрого, сияющего Никсона облетают газеты и заголовки всех СМИ мира – конечно, это работало во многом на Никсона.

Мао Цзэдун и Ричард Никсон в Пекине. February 22, 1972

А сам Китай в тот момент был практически изолирован от внешнего мира, хотя это была во многом самоизоляция. И тогда не только Генри Киссинджер ( бывший советник президента США по национальной безопасности и государственный секретарь. – РС ) по своим каналам искал взаимодействия с китайским руководством, а именно с Чжоу Эньлаем ( бывший 1-й премьер Госсовета КНР. – РС ), но и само китайское руководство также тонко пыталось намекнуть, что они готовы на такой шаг. Однако Пекин использовал для этого не лучшие рычаги, потому что также не очень понимал, как начать устанавливать хорошие отношения с США. В качестве, например, этакого посланца доброй воли и "мудрости Китая" ЦК КПК выбрал Эдгара Сноу , очень известного пожилого американского журналиста, человека, написавшего первую книгу про Мао Цзэдуна еще в 1936 году, ставшую бестселлером, – "Красная звезда над Китаем" . Эдгар Сноу превратился на многие годы в личного друга Мао. Но результатов это не приносило.

И СССР, и КНР претендовали на одну и ту же позицию в мире – истинных лидеров коммунистического движения

Сам же Киссинджер пытался по-своему выстроить игру с КНР, и здесь была одна тонкость. Когда Пекин обвинял в чем-то Вашингтон на тот момент, он лишь как бы раз за разом констатировал тот факт, что США являются империалистической капиталистической державой. Дескать, и что с них взять? В то же время с Советским Союзом уже имелись гораздо более принципиальные противоречия, потому что и СССР, и КНР претендовали на одну и ту же позицию в мире – истинных лидеров коммунистического движения. Поэтому оказалось, что и для Генри Киссинджера, и для Чжоу Эньлая (двух, безусловно, неординарных политиков ХХ столетия) это была, пожалуй, самая важная встреча в их карьере.

Henry Kissinger in 1971

Киссинджер очень тщательно выискивал того, кто сможет все-таки передать Китаю американское послание о готовности к переговорам. В конце концов оказалось, что это возможно было сделать только через посла Пакистана в Пекине. Потому что добрые отношения с Исламабадом сохранялись и у США, и у Китая. Само собой, в итоге эта встреча Никсона и Мао стала колоссальным прорывом, причем каждый на этой встрече думал, что выиграл. Никсон полагал (как потом писал сам Киссинджер в мемуарах), что теперь КНР станет большой частью американской торговой политики – и ведь так долгое время и оставалось, практически до самого последнего времени. А Чжоу Эньлай и, я думаю, Мао Цзэдун считали, что выиграли они, потому что прорвали международную блокаду, при этом не поступившись никакими политическими коммунистическими принципами. Но при этом сразу же начала расти внешняя торговля Китая. Так что каждый там думал о своем.

– Кто в современном Китае становится дипломатом? И насколько это, возможно, похоже на то, как это всё было устроено в Советском Союзе? Наверняка в Китае есть подобие Московского государственного института международных отношений, кстати?

– Безусловно, в Китае есть свой Институт международных отношений, расположенный в Пекине. Есть и второй, чуть поменьше, но не менее значимый, в Шанхае. И там, и там обучаются карьерные дипломаты. Есть и свои большие отличия – например, они заключаются в том, что на дипломатическую работу в КНР сегодня, и довольно внезапно, стало приходить очень много женщин, даже юных девушек. Это вообще новое лицо китайской дипломатии. И, на мой взгляд, они значительно более жестки, чем мужчины-дипломаты, потому что хотят доказать всем, что их сломить невозможно. Пекинский Институт международных отношений начинает отбор кадров очень рано. При нем есть целый ряд средних школ, где читаются нужные лекции и где отбираются наиболее талантливые девочки и мальчики, которые потом по китайскому ЕГЭ идут поступать в эти два вуза.

На дипломатическую работу в КНР сегодня стало приходить очень много молодых женщин

Конечно, мне не раз приходилось выступать в этом пекинском институте. И, скажу честно, если сравнивать те лекции, которые я читал там лет десять назад, и те, которые я читал совсем недавно, до пандемии – я вижу сейчас абсолютно другое поколение будущих дипломатов. Это совсем другие китайцы. Они отлично говорят на иностранных языках, но, главное, они не боятся задавать жесткие и злые вопросы. Они не просто, как раньше было, тихо сидят и меня слушают – нет, они, например, напористо интересуются, почему многие китайские лозунги не оказывают влияния и не откликаются в сердцах западных людей. То есть это новый тип людей, которые, действительно, хотят прорваться во внешний мир – и агрессивно постулировать там интересы Китая. Они жестко закодированы – на продвижение национальных интересов.

Смотри также Загадочный маршал. Мог бы сегодня Китай быть совсем другим?

– В таком случае очень интересно, а насколько самостоятельны китайские дипломаты, особенно молодые, в своих действиях? То есть у меня есть представление, что, вообще-то, это должны быть покорные слуги ЦК КПК и лично товарища Си Цзиньпина.

– Конечно, в Китае, и не только в дипломатии, а во всей внешней политике, например, во внешней торговле и во многих других вещах, все определяет ЦК Компартии. Есть идеологический отдел ЦК, где принимаются соответствующие решения, есть свой партком в Министерстве иностранных дел Китая, и даже и во всех китайских посольствах за границей есть свои парткомы, о чем не следует забывать, хотя сам Пекин об этом громко никому не говорит. Прежде всего, определяется генеральная идеологическая линия, которую каждый дипломат должен реализовывать. Задача китайского дипломата – быть рычагом КПК для продвижения во внешний мир идеологической линии, которая была выработана не ими. Но каждый дипломат должен подбирать для этого свои методы, в зависимости от особенностей той страны, где он работает.

Иногда китайская дипломатия нам кажется неожиданной и непривычной

Именно поэтому иногда китайская дипломатия нам кажется неожиданной и непривычной. Например, когда в нарушение всех писаных и неписаных законов китайские дипломаты внезапно пытаются прочитать пропагандистскую идеологическую лекцию в зарубежных университетах, или начинают рекламировать труды Си Цзиньпина даже и в средних школах, в других странах мира. И когда им говорят: "Позвольте, ну, у нас так не принято, да, в общем, никто и не будет вас слушать", они не отступаются. Причем я не думаю, что сами по себе эти дипломаты – люди столь твердолобые и недалекие. Всё они прекрасно понимают, в основном это очень хорошо образованные люди. Но просто есть установка ЦК КПК, и они обязаны делать то, что им сказали. И даже не важно, что эти установки не всегда вообще грамотно сформулированы – признаюсь честно, временами мне кажется, что китайские дипломаты, все прекрасно осознавая, что называется, "отрабатывают номер". Им сказано сделать – они делают, и не очень думают о результате. Потому что им нужно отчитаться перед партией.

Смотри также Такие "Друзья" товарищу Си не нужны. Cinema cinema in China

– А как тогда строится в КНР сегодня система международной экспертизы? Что доносят до ЦК КПК? Насколько эта система идеологизированная, могут аналитики и дипломаты, пусть нехотя, но подгонять факты под линию партии?

- Not anymore. Китайская система внешнеполитической экспертизы сильно изменилась и находится сегодня на очень высоком уровне. Если раньше в основном такой экспертизой занималась, например, Академия общественных наук КНР , то сейчас стало понятно, что это очень устаревшая структура, и по своей форме, и по содержанию, по сути работы, которой они там занимаются. Поэтому в Китае с 2010 года начали создаваться формально частные (или, как китайцы говорят, "публичные") аналитические центры, аналоги западных think tanks. В основном там работают бывшие дипломаты или ученые, которым деньги выделяются из различных государственных фондов. И сегодня пять-шесть таких крупных организаций и стали главными поставщиками политического анализа руководству.

Сегодня Китай более чем грамотно оценивает, что происходит во внешнем мире. Но готов ли он реагировать грамотно?

Они издают журналы, хорошо проводят закрытые и открытые семинары, очень часто приглашают, сейчас в онлайне, зарубежных экспертов, имеют целый ряд филиалов в других регионах и странах мира. Например, один такой шанхайский институт открыл свои филиалы по всей Юго-Восточной Азии и даже организовал небольшую исследовательскую группу в США. Сбор информации идет повсеместно и активно. По моей оценке, те их доклады, которые опубликованы в открытом доступе и которые доносятся до ЦК КПК (может быть, в гораздо более полном виде), – это очень профессиональные труды, с хорошими расчетами, с анализом больших баз данных. А самое главное то, что между этими аналитическими центрами развилась конкуренция! Они соревнуются перед партией – кто точнее оценит и подаст более верную информацию. Поэтому как раз сегодня Китай более чем грамотно оценивает, что происходит во внешнем мире. Но остается другой важнейший вопрос: а готов ли он реагировать грамотно?

See also the dragon beats his tail. Turbulent relations in Europe and China

– Насколько авторитетная и самостоятельная, хотя бы относительно, фигура – нынешний министр иностранных дел КНР Ван И?

– Ван И – настоящий политик, а не просто карьерный дипломат, хотя долгое время, практически всю взрослую жизнь, он проработал в МИДе, прошел путь от референта до советника-посланника в Японии, а потом был директором Департамента Азии китайского МИДа. Пост министра иностранных дел он занимает с 2013 года. Ван И очень аккуратно может формулировать мысли. Многие китаисты полагают, что как раз он, наверное, последний из наиболее взвешенных дипломатов Китая. Не исключено, что ему на смену придут люди из плеяды этих "дипломатов-волков", более злые, жесткие. Которые, возможно, будут делать значительно более острые заявления. Но вообще Ван И, конечно, подчинен Постоянному комитету Политбюро ЦК КПК. И внешняя политика Китая определяется не в Министерстве иностранных дел, а, конечно же, на 95 процентов Политбюро. А он – лишь инструмент для выполнения его решений. Я лично считаю, что Ван И – это, может быть, самая оптимальная сейчас фигура для Китая на внешней арене, в нынешней ситуации.