Минобороны РФ и Владимир Путин утверждают, что солдаты-срочники не воюют в Украине. Похоже, это не совсем так

Вот монолог отца, чей сын попал в плен в Украине

Министерство обороны РФ не предоставляет никакой информации о попавших в плен российских военных — но родные могут опознать их на видео, которые начали появляться в сети. В одном из таких роликов российский военнослужащий Дамур Мустафаев рассказывает, что вместо учений его с сослуживцами «обманом» отправили воевать в Украину. На территории Черниговской области танк, в котором находился Мустафаев, сломался; танковая колонна его бросила. Мустафаев пошел «искать своих», но попал в плен. «Медуза» поговорила с отцом Мустафаева. Он рассказал, что его сын — солдат-срочник, хотя Минобороны РФ и Владимир Путин утверждают, что в Украине воюют только контрактники.

Собиржон Мустафаев, отец Дамура Мустафаева, срочника, попавшего в плен

Сын призвался в 2021 году в июне. Он не хотел военной карьеры. Его два или три раза оставляли [то есть не призывали]: по крови были проблемы. Но он пил препараты, лекарства. В прошлом году ему дали добро: «Можешь служить» — и призвали. В итоге отправили служить рядом с Читой, обучали на водителя-механика. После этого в Наро-Фоминск. Вроде потом они начали участвовать в учениях. В Воронеж, в Белгородскую и Курскую область их раскидывали. Я с ним по телефону связывался. Последний раз — 22 февраля. Вроде все нормально было. И 24-го приказ был — и сказали ему: «На учения».

Он был действительно срочник. Я не знаю, что случилось у них. Он говорил, что контракт не подписывал. Но я был удивлен: за них могут подписываться — или что-то такое. Он говорил: «Они сами записали нас в контрактники». Такое было, когда мы говорили 22 числа. Я говорю «Как они могут сами сделать?» Он говорил, что этого требуют. Но сказал, что сам не подписывал. Требует кто-то всеобщий — для всей батальона, роты, части. Я не спрашивал, кто конкретно.

Сейчас, когда видео вижу… Многие, кто в плен попали, так и говорят, что за них подписывались. Они не знали, им сказали, что едут на учения — а попали на войну.

Танк у них сломался. Они ночевали в танке, а потом решили выйти к своим. И где-то по дороге застряли в болоте и их взяли в плен.

Не знаю, что делать, как его выручить, кто был виноват. Вроде президент наш говорит, что срочников нет приказа отправлять — и что срочников там вообще нет (Владимир Путин заявил, что «в боевых действиях не участвуют и не будут участвовать солдаты, проходящие срочную службу». В Минобороны РФ также заявляли, что в «спецоперации» в Украине принимают участие только контрактники, — прим. «Медузы»).

Я в действительности не знаю: что делать, как помогать? Кто тут вообще был виноват…

Я старшему сыну сказал, чтобы он связывался с ведомствами, шел и спрашивал. Сам не могу, ноги болят. Я не знаю, закрытая это [о сыне] информация или нет.

28 февраля он сообщил моему старшему сыну, что 27-го попал в плен. Написал в вотсапе ему. Ему из плена дали написать брату. Он не говорил, когда его отпустят. Сын радуется, что он жив. Говорит: «Меня не бьют они». Они намокли в болоте — с них сняли одежду и сухую одежду надели.

В июне этого года мы его ждали. И, как говорится, всегда ждем.