«Руководство страны меньше чем за две недели уничтожило то, что мы строили последние 30 лет»

«Медуза» публикует истории читателей, потерявших работу из-за войны и санкций

Россия погружается в экономический кризис. Западные кредитные агентства предрекают стране дефолт, с рынка ушло уже несколько десятков западных компаний, в том числе крупнейшие работодатели: автомобильные заводы, магазины и рестораны. Это грозит безработицей для тысяч людей по всей стране. «Медуза» собирает истории читателей, уже оставшихся без работы и дохода. Публикуем их с небольшими сокращениями.

Вячеслав

дизайнер-фрилансер из Новосибирска

Я делал множество самых разных проектов: журналы, фирменные стили, годовые отчеты. Ну и все прочее, что можно напечатать: баннеры, бланки, упаковка и так далее.

Очень большая часть моих клиентов были государственными заказчиками: Росстат, «Росатом», Минприроды, «Роснано». Мы сотрудничали через агентства. Это было примерно 80% моего бюджета. Совсем немного было частных заказчиков — небольшие предприятия, в основном пищевая промышленность.

С 24 по 28 февраля я был в полном ******* [удивлении], не мог ни работать, ни думать, ничего. Только сидеть и смотреть, в какую жопу все катится.

1 марта я разослал всем своим агентствам, заказчикам письмо — о том, что я никогда, ни за какие деньги ни при каких условиях не буду больше работать ни с кем связанным с государством. Если были какие-то авансы — то я их готов отработать, но только для частных заказчиков. Любыми работами — хоть визитки, хоть открытки.

Ну и остался, разумеется, вообще на мели. Но это нестрашно. Важно, что ВСЕ мои заказчики, все контрагенты написали: «Все ок, мы тебя понимаем».

Буду искать новые работы — главное, чтобы не было связи с государством. Еще думаю как сделать оплату «вчерную» (раньше все было через ИП) — чтобы не платить ни копейки налогов этому режиму.

Елена

работала в ИКЕА в Москве

3 марта, нам прислали письмо с приглашением на экстренное собрание. Объявили, что из-за рухнувшей системы поставок ИКЕА приняла решение приостановить деятельность. Нам гарантировали три месяца сохранения зарплаты и рабочих мест, то есть до 31 мая я условно имею работу, но фактически уже понятно, что ее больше нет. ИКЕА не вернется, ей просто некуда возвращаться (как и нам всем, страны, в которой мы жили, больше нет).

Теперь буду искать новую работу. Параллельно подам наконец давно собранные документы для репатриации в Израиль — два года тянула с подачей, очень жалею. Но с этим есть проблема, у моего ребенка запрет на выезд из РФ, который наложил его отец. Отец в настоящее время не отвечает ни на СМС, ни на звонки. Пока не знаю, что делать со всем этим клубком, но буду делать все возможное, вдруг повезет и я смогу уехать сама и увезти сына.

Илья

работал в аутсорсинговой компании по разработке программного обеспечения в Москве

Наша компания существует более 30 лет. Исторически значительная часть заказчиков происходила не из России — как мелких, так и очень, очень крупных. Первые несколько дней [войны] у заказчиков был настрой «мы хотим работать дальше, сейчас юристы изучают детали». На исходе первой недели «спецоперации» началось — у нас произошел массовый отвал контрагентов, ушло около 20% от всего портфеля в течение светового дня в Европе. А через пару часов проснулись в Штатах.

Два дня назад самый крупный из всех заказчиков, который отвечал минимум за 60% выручки компании, заблокировал нам учетные записи и оборудование в пределах своей инфраструктуры и уведомил о разрыве договора на основании форс-мажора.

Российских заказчиков, в силу их платежеспособности, не хватит на то, чтобы генерировать сколь угодно внятную прибыль, — например, того счета, что я выставил на прошлой неделе одной из компаний, едва хватит на зарплаты. Чистой прибыли будет тысяч десять рублей. Думаю, это конец для всех IT-компаний в России. Кто-то отомрет раньше, кто-то позже, но все — и неизбежно. Руководство страны уничтожило все то, что мы строили последние 30 лет, меньше чем за две недели.

Я теперь буду получать гражданство одной из соседних с Россией стран СНГ, где я имею право на упрощенный порядок выдачи — чтобы продолжать работать в своей профессии. Оставаться в этом Мордоре дольше, чем необходимо, не буду ни секунды.

Мария

работала в московском офисе платежной системы Visa

В нашем офисе никто не ожидал таких ответных санкций. С 2014 года было понятно что платежные системы и процессинг платежей — это критичная инфраструктура для государства. И все платежи были переведены на процессинг де-факто государственной НСПК, то есть уже более двух лет, когда вы совершаете платеж картой Visa в России, на самом деле его обслуживает не Visa, а НСПК. При этом Visa продолжала получать комиссии, в том числе и за такие платежи, которые на самом деле никак не проводила. То есть бизнес был достаточно выгодным и уходить из России не было никакого резона: ты практически не тратишь деньги, а получаешь процент с каждой покупки по картам в стране.

Изначально все рассчитывали, что будет простая приостановка работы, обсуждалось, что в текущей ситуации важно сказать, что Visa поддерживает прекращение боевых действий. И первое заявление для российских сотрудников было именно таким — не переживайте, это временно. Нам пообещали шесть окладов вперед и оформление отпуска без содержания.

Но уже на праздниках 7–8 марта, когда в США были рабочие дни, стало понятно что офис будут закрывать. Почему поменялось мнение — никто не объяснил. На 09.03.2022 никаких шести окладов вперед никто не выплатил, сотрудники сидят по домам и обзванивают коллег из других стран — в попытке найти хоть какое-то место работы в зарубежных офисах Visa. Но брать сотрудников из России пока никто не готов, это «токсично», мы получаем дежурные ответы про «мы понимаем вашу ситуацию, но подождите, пока все немного уляжется».

Я буду искать работу за рубежом и переезжать с семьей, благо пока не очень большой.

Павел

фрилансер — звукорежиссер и звукоинженер

Я живу в Волгограде. Перебрав много работ и специальностей, от научного сотрудника НИИ до руководителя личного бизнеса и затем менеджера проектов веб-студии, решил заняться тем, о чем мечтал всегда, — звукорежиссурой. Два с половиной года самообучался, готовил портфолио, тренировался на практике, примерно полгода потратил на раскрутку профиля на Upwork. Только пошли интересные заказы и отзывы — и все, средства не вывести, а Upwork перестал работать с Россией. На других платформах заказов по звуку почти нет, в моем городе тема звукорежиссуры и вовсе мертва.

Честно, не знаю, что теперь делать. Бросать карьеру-мечту не собираюсь, буду дальше улучшать навыки, затем задумаюсь о переезде.

Алина

работала в крупной международной компании в Москве

Моя компания уходит из Российской Федерации. Выдали две зарплаты в рублях, сказали, возможно, создадут российское юридическое лицо, но я не стала ждать, ибо страшно. Теперь всякие ФСБ будут искать врагов народа внутри страны.

Перевела все сбережения в криптовалюты и уехала в Грузию на первое время. Потом не знаю куда.

Алексей

работал в логистике в Челябинске

Мы работали с немецкой компанией. Заказчик потерял возможность оплачивать наши услуги из-за санкций и приостановил работы на неопределенное время. Теперь планирую уезжать из России, в Казахстан.

Олег

работал в небольшой немецкой компании, выпускающей компоненты для систем промышленной автоматизации в Санкт-Петербурге

В конце прошлого года устроился в только что открывшееся представительство компании в России: интересная работа, отличные условия, домашний офис и большие перспективы для развития.

25 февраля у нас прошло экстренное онлайн-совещание с руководством. По перекошенным лицам коллег (я и сам был с таким же лицом, ношу его теперь не снимая) было заметно, что наш австрийский офис, отвечающий за бизнес в России, дико обеспокоен событиями. Я понял, что надеяться мне особо не на что.

Так и вышло! Уже в понедельник, 28-го, мне объявили, что компания уходит из России безо всяких сожалений. Все мои планы на карьеру превратились в тыкву. Ну, из хорошего, что мне на голову не падают бомбы, а это, оказывается, по сегодняшним временам уже большая удача. До чего же мы дожили?!

Хотел было уехать в Европу, но «осторожно, двери закрываются», ничего уже не получится. Так что буду искать работу здесь, выживать, грустить и страдать.

Анастасия

работала бариста в одной из кофеен Томска

Мое заведение закрывается, отчасти из-за экономических проблем. У общепита вообще сейчас кризис, и, думаю, в скором времени будет массовое закрытие. Цены росли и раньше, было сложно сохранять прайс. Зеленый (без обжарки) кофе подорожал еще до «спецоперации». А теперь весь общепит вынужден будет поднять цены и понизить качество, чтобы не работать в убыток. Вот только людям очень скоро будет нечем платить. Будем честны: кофе — не первая необходимость. Но сколько рабочих мест обеспечивает общепит? Многие студенты только там и могут работать, поскольку мало где график позволяет совмещать.

Буду искать новую работу и думать о том, как и куда можно уехать.

Мария (имя изменено)

работала в госкомпании в Москве

В первые дни событий выложила в инстаграме и фейсбуке несколько постов с личными переживаниями и словами, которые нельзя называть (на работе никаких комментариев касательно желательного поведения сотрудников не давали). Уехала в отпуск, а в середине недели позвонили и попросили прислать скан заявления об увольнении. Также сказали, чтобы ничего не писала об этом в соцсетях, «иначе будут санкции». Когда вернулась из отпуска, обходной лист уже был подписан, учетную запись выключили, досидела день до конца и ушла домой с вещами и трудовой книжкой.

Соня

работала в H&M Group в Москве

О том, что компания временно приостанавливает работу, я узнала из СМИ, параллельно с этим уже перестали работать сайты всех брендов. На следующий день сделали официальное заявление, пообещали сохранение рабочих мест и зарплаты. Информации о сроках закрытия не было, но в интернете пишут, что до 31 мая.

С самого начала «спецоперации» было ясно, что ничего хорошего ждать не стоит. В первый же день отменили все командировки, люди экстренно вернулись по домам, остановили все предстоящие открытия новых магазинов. Но полной остановки деятельности я не ожидала, как и многие мои коллеги. Формально мы трудоустроены, получаем зарплату, но де-факто (это личное мнение) работы нет. Я слабо верю в возвращение компании в Россию, хоть от этого и очень горько.

Даниель

создал свою компанию по доставке еды в Тверской области

С осени 2021 года я открыл небольшое дело, доставку еды из «Макдоналдс» и KFC, так как в нашем городе нет служб доставки. Основной поток клиентов заказывает еду из «Макдоналдс», с их закрытием и без того небольшая выручка (из-за снижающейся покупательской способности) упадет до нуля.

На время кризиса собираюсь устроиться на стабильное (относительно, насколько можно вообще называть сегодня что-то стабильным) российское предприятие, магазин, склад, завод, пока ситуация не наладится.

Александр

самозанятый маркетолог из Хабаровска

Работал самозанятым маркетологом, настраивал рекламу в Facebook, Instagram. После блокировки резко перешел работать в TikTok, но через день и его заблокировали (компания временно запретила пользователям из России вести стримы и загружать новые видео, — прим. «Медузы»). Клиенты и бизнесы в панике, так как у многих основной источник входящих заявок именно из инстаграма. Мой доход сократился, так как ушли клиенты.

Пытаюсь освоить «ВКонтакте» и «Одноклассники». Но не каждому бизнесу подходят эти соцсети. Ищу вакансии в зарубежных компаниях, где все работает, пока безуспешно.

Никита

моушн-дизайнер из Санкт-Петербурга

До этих событий работал с украинскими ребятами и иностранными клиентами. Теперь с трудом пытаюсь найти какую-нибудь подработку, так как компании иностранные боятся всеобщего неодобрения, если будут работать с русскими дизайнерами. Украинские проекты заморожены. Работать с российскими компаниями невыгодно из-за курса валюты и повышения цен на оборудование. Подписки на профессиональные программы тоже откатились, что затрудняет работу и вынуждает качать пиратский софт.