Ничего не конфисковано, но все арестовано

Как ЕС и Великобритания будут распоряжаться собственностью россиян, попавших в санкционные списки

По подсчетам сервиса Castellum — глобальной базы данных по отслеживанию санкций, — за две недели «спецоперации» Россия обогнала Северную Корею, Сирию и Иран и стала страной с наибольшим количеством санкций в мире.

Всего по состоянию на 10 марта против России введено около 6000 санкций. И эта цифра растет. Каждый день. Как на счетчике в такси.

Адресаты санкций — от в целом российской экономики (отказ от импорта нефти, ограничения использования криптовалюты, санкции в мореходстве и в сфере высоких технологий) до сугубо конкретных компаний. И еще, конечно, индивидуальные санкции: аресты банковских счетов, особняков, яхт у тех, кто «оказывал материальную или финансовую поддержку лицам, ответственным за принятие решений в России» или публично поддерживал действия российских властей в «спецоперации» — крупные бизнесмены, провластные журналисты, высокопоставленные чиновники.

Это первая в истории масштабная международная санкционная кампания в отношении одного отдельно взятого государства.

СПРАВКА

Что уже арестовано

• ЕС

Яхты российских олигархов, среди них яхта Dilbar Алишера Усманова; яхта Amore Vero, которую европейские власти связывают с именем Игоря Сечина; яхта «Леди М» Алексея Мордашова; яхта «Лена» Геннадия Тимченко. Олег Дерипаска, чтобы избежать неприятностей, успел перегнать свою яхту Clio на Мальдивы, там же пришвартовалась яхта Titan Александра Абрамова. На Карибах стоит одна из яхт (Eclipse) Романа Абрамовича.

• Италии

Арестованы вилла бывшего депутата Госдумы Олега Савченко, две виллы телеведущего Владимира Соловьева и вилла Алишера Усманова.

• Латвия

Заморожены банковские счета и недвижимость банкира Петра Авена.

• Великобритания

Пока в планах — аресты целого ряда объектов недвижимости, принадлежащих российским миллиардерам. Но уже арестованы принадлежащие Алишеру Усманову особняки Beechwood House в Лондоне и тюдоровский Sutton Pace в графстве Суррей. Полностью заморожены счета Абрамовича, Дерипаски, Сечина, главы ВТБ Андрея Костина, президента «Транснефти» Николая Токарева, предправления «Газпрома» Алексея Миллера, председателя совета директоров Банка «Россия» Дмитрия Лебедева. Под угрозой ареста — дом Дерипаски на Белгрейв-сквер. В заявлении английского правительства отмечается, что указанным в списке олигархам, совокупный капитал которых составляет около 15 миллиардов фунтов стерлингов, запрещено въезжать в Великобританию, с ними также не могут вести дела ни граждане страны, ни британские компания, а их собственность в стране также будет заморожена.

Ранее английские власти пригрозили, что оставят российских бизнесменов без каких-либо компенсаций, и то ли в шутку, то ли всерьез сообщили, что в их дома поселят украинских беженцев.

Что означают аресты особняков и яхт с юридической точки зрения, какова вероятность их окончательной конфискации и как санкции согласуются с гарантированным в демократических странах правом частной собственности, «Новая» попыталась разобраться вместе со специалистами.

Сергей Гландин,

к. ю. н., руководитель практики санкционного права и комплаенса коллегии адвокатов Pen&Paper

— Из каких нормативных оснований исходит Евросоюз, уже арестовавший частную собственность?

— Основания арестов — первый регламент о санкциях в отношении России из-за ситуации на Украине от 17 марта 2014 года, с конца февраля 2022 года в него несколько раз вносились изменения и дополнения. При этом термина «конфискация» в нашем обывательском понимании, когда у осужденного человека просто изымают имущество — и всё, там нет. Есть фразы «блокировка» и «заморозка». Поскольку в Европе незыблемое уважение права собственности, то конфискация возможна только по решению суда и только в двух случаях.

• Должны быть какие-то чрезвычайно важные обстоятельства, которые могут сместить фокус с необходимости уважения прав частной собственности.

• Человеку, у которого конфискуют собственность, должна быть выплачена соразмерная компенсация.

— Даже тем, кто под санкциями?

— Да. Европа всегда исходит из Хартии ЕС об основных правах и, конечно, из Европейской конвенции о защите прав человека 1950 года. К этой конвенции есть Протокол № 1, а в нем 1-я статья, она как раз и говорит про уважение частной собственности.

Нельзя просто взять и изъять частную собственность.

В итоге что мы имеем в Европе сейчас по собственности лиц из санкционного списка? Ничего не конфисковано. Яхтам компетентный орган Германии, например, просто запретил выйти из портов, но они по-прежнему пока принадлежат владельцам, просто арестованы. То же самое сделали французы, то же самое сделали итальянцы, арестовав яхты Мордашова, Тимченко и виллы Соловьева.

— То есть тот же Соловьев не может в свои виллы сейчас войти и в них жить?

— Нет, жить может. Правда, он в Евросоюз уже невъездной.

Но представим фантастический сценарий: он приехал на север Италии с ключами. Тогда заходит и живет. Но он не сможет эту собственность продать или как-то еще распорядиться ею.

Ключевой момент санкций — ни условные олигархи, ни условные подсанкционные журналисты своей арестованной собственностью распорядиться не могут. Они по-прежнему будут числиться в государственных реестрах как собственники. И офшорные компании, которые формально владеют яхтами и виллами, тоже по-прежнему продолжат числиться в реестрах. Продать, заложить, отдать в доверительное управление, подарить их не получится.

Сейчас проблема для попавших под санкции возникает еще и в том, что надо все равно оплачивать обслуживание даже арестованных яхт и вилл. За месяц набегает много всяких счетов — налоги, охрана, коммунальные платежи. А как все это оплачивать, если заморожены банковские счета? Наличкой не получится — ты не въездной. Придется искать ходы-выходы. Например,

тому же Владимиру Соловьеву, чтобы оплатить налоги за виллы, нужно написать письмо в национальный итальянский орган власти и попросить: «Уважаемые господа, разрешите мне, пожалуйста, с заблокированного счета перечислить налоги за 2021 год».

Они ему дадут разрешение, он это разрешение отправит в банк, и только тогда банк проведет платеж. Словом, тех, кто попал под санкции, ждет череда трудностей и бюрократических препон. В этом как раз и есть суть финансово-экономических санкций.

— Они пожизненные?

— Нет, есть способы их снятия. Санкции могут снять, если, например, те известные обстоятельства, из-за которых они были введены, больше не имеют места. Но не мне судить, насколько возможен такой сценарий.

Есть возможность частичного снятия санкций. Человек пишет в Брюссель письмо с просьбой снять санкции лично с него. Чтобы Брюссель это сделал, нужны неопровержимые доказательства коренного изменения обстоятельств или ошибочного включения в санкционный список. Например, напишет какой-нибудь олигарх: «Вы меня включили, а я благотворитель, меценат, политикой не занимаюсь». Но одного желания и слов мало. Брюссель будет проверять, что он говорил, а что не говорил, и с кем связан.

Если помните, в свое время предприниматель Аркадий Ротенберг и Дмитрий Киселев, глава МИА «Россия сегодня», пытались европейские санкции, наложенные за события 2014 года, с себя снять. У обоих не получилось.

• Ротенберг не смог опровергнуть тот факт, что является приближенным к Путину лицом и все свои состояния сделал при Путине, постоянно получая заказы от государства.

• А Киселев, требуя исключить его из-под санкций ЕС, писал в своем иске против Совета ЕС: «Да я вообще журналист, имеет место нарушение свободы слова». А ответчик ему в суде показал документы о том, что он не журналист, а высокопоставленный чиновник — глава федерального государственного унитарного предприятия, которого на эту должность назначил лично президент.

Поэтому — да, обжаловать санкции можно. Но нужно доказать, что тебя реально включили туда безосновательно. Суд смотрит мотивировку, изучает обоснование включения в санкционный список. Каждое предложение этой мотивировки должно быть подкреплено доказательствами. Совет ЕС (ответчик) приносит в суд досье, и там по каждой строчке о необходимости включения должна быть какая-нибудь распечатка из СМИ, чья информация проверена.

— И важно, чтобы эти публикации из СМИ не были ранее опровергнуты этими лицами, что попали под санкции?

— Да. Если посмотреть на практику — а я читаю судебные решения по санкциям — при составлении списков и в США, и в Европе пользуются открытыми источниками. То есть нагуглят, найдут что-то важное, заслуживающее доверия, связанное с той или иной фигурой и ею не опровергнутое, распечатают и положат в папку.

Если доказательств из открытых источников нет, человек признается не соответствующим критериям санкционных нормативных актов ЕС, и его исключают из списка.

А если есть доказательства, которые подтверждают, что человек поддерживал публично российские власти в этой «спецоперации» или в признании «ДНР» и «ЛНР», или просто является членом ближнего круга Владимира Путина, — значит, всё: санкции не снять в суде.

— Что касается Великобритании, власти которых пригрозили размещать в арестованных особняках беженцев с Украины, это вообще возможно?

— У любой страны мира, Великобритания не исключение, есть свое законодательство о чрезвычайных ситуациях. Принятие нормативного акта в рамках локальной или общенациональной чрезвычайной ситуации, который наделит власти правом использовать частные особняки для приема беженцев, — это вполне реальная история. И если сейчас в связи с наплывом беженцев или в связи с ситуацией в Украине британский премьер объявит о чрезвычайной ситуации, то тогда могут быть ограничены определенные гражданские права, в первую очередь на владение собственностью теми, кто оказался под санкциями. То есть если власти установят, что есть особняк, в нем никто не живет, он не используется, они в принципе могут объявить этот особняк в качестве временного (именно временного) прибежища для беженцев.

В рамках чрезвычайной ситуации западное законодательство предполагает также, что собственник еще может получить компенсацию за то, что его собственность временно используется не по назначению. И конечно, человек не лишен права обжаловать это в суд, и суд уже будет разбираться, насколько обоснованны и законны действия властей.

Но я не припомню еще таких историй по Британии, чтобы занимали частные особняки, но… все возможно, они там любят прецеденты.

Иван Черкасов,

партнер фонда Hermitage Capital

Иван Черкасов вместе с коллегами в свое время добился введения санкций для должностных российских лиц, причастных к гибели Сергея Магнитского в СИЗО и выводу из бюджета 5,4 млрд рублей, которые Her­mitage уплатил в России в виде налогов (мошенническую схему раскрыл Магнитский).

— В Англии любое действие, тем более в том, что касается частной собственности, должно иметь правовой аспект. Как в нормальном правовом государстве. Не только в Великобритании, но и во всем мире многие российские олигархи и чиновники регистрировали яхты и особняки, как правило, на офшорные компании. И понять, кто стоит за компанией, тем более если она находится в другой юрисдикции (на Виргинских островах, например), где не раскрывается реестр финального бенефициара, было тяжело. И заставить делать по-другому хотя бы в Англии никогда не получалось — не было закона.

Закон принимается только сейчас, в связи с событиями в Украине. Его разработал член британского кабинета министров Майкл Гов и его команда юристов.

Этот закон заставит всех раскрывать финальных владельцев в реестре недвижимости. Закон называется Economic crimes (Transparency and Enforcement) Bill.

Три чтения в палате общин он уже прошел, дальше будет еще три чтения в палате лордов. После этого королева Елизавета должна будет его прочитать, подписать, и он вступит в силу. Думаю, это произойдет совсем скоро.

— А как это будет на практике?

— Смотрите: чтобы что-то арестовать у лиц из санкционных списков, нужно четко знать, кто из них чем в Англии владеет. Не просто огульно взять и арестовать, имея «расстрельный санкционный список». До недавнего времени прописанного механизма ареста счетов и недвижимости лиц из санкционного списка не было. Все трасты и компании, на которые зарегистрированы дома, как правило, обслуживают определенные юристы, риелторы, бухгалтеры. И как только закон будет принят, сотрудники этих трастов и компаний должны будут в течение месяца раскрыть всех финальных собственников недвижимости. И в государственном реестре появятся надписи, кто финальный бенефициар. Все просто.

Причем закон придется исполнять не только со дня его вступления в силу, а ретроспективно — захватывая предыдущие 20 лет. Все, кто приобрел за этот период недвижимость, будут раскрыты. В Шотландии закон будет исполняться с момента присоединения Крыма, то есть с 2014 года. Economic crimes (Transparency and Enforcement) Bill направлен на то, чтобы никто не устранился от его исполнения за давностью лет. Ответственность возложена на юристов, директоров, бухгалтеров, риелторов — всех, кто управляет этой собственностью и сознательно либо несознательно скрывает конечных бенефициаров в сложных цепочках компаний и трастов. Если в течение месяца эти люди не раскроют всю информацию о финальных собственниках, то им грозит 5 лет тюрьмы, а то и больше, если выяснится, что они действовали умышленно. Плюс штрафы.

Этот закон заставляет людей раскрывать информацию. На слуху только крупные олигархи и чиновники. Но они и не скрывали, что владеют здесь собственностью.

А многие свою принадлежность к собственности не афишируют, потому что, например, работают в российских госструктурах. Теперь собственников будет видно.

Еще этот закон вводит режим проверки необъяснимого происхождения денег и богатств — Unexplained wealth orders regime (UWOs). Еще в 2017 году был принят The Criminal Finances Act 2017, который требовал от иностранцев — владельцев имущества в Лондоне и членов их семей объяснять происхождение активов, сумма которых превышает 50 000 фунтов стерлингов. То есть если у вас на счетах в английском банке лежит более 50 тысяч фунтов или дом или машина стоит больше, к вам придут и спросят: «Откуда деньги, Зин?» Причем к вам не только придут, но и заморозят все это, пока вы не объясните.

— Объяснять надо как?

— Не на словах, конечно. Вы должны доказывать все документами. Предупреждаю сразу: липы — фейковые контракты и договоры — не проскочат. Когда-то в Hermitage мы установили, что те, кто выводил деньги из российского бюджета путем двойного возврата НДС, использовали документы по несуществующим компаниям и т.д. Такие липы легко проверяются. Если деньги отмывочные или их источник — коррупция, по липам видно сразу. Если вы такое предоставите, у вас возникнет много проблем.

— То есть если человек, у которого активы в Лондоне на сумму свыше 50 тысяч фунтов, обратится к российским правоохранительным органам за справками о том, что на родине к нему нет претензий, и принесет это в лондонский суд, сопроводив также положительными характеристиками, что состояние он заработал законно, и бумагами из российского банка, — это все равно может не прокатить? Такие справки в испанский суд в свое время принесли лидеры тамбовско-малышевской преступной группировки, которых обвиняли в отмывании денег и создании преступного сообщества. Кстати, процесс, завершившийся полным оправданием основных фигурантов, в частности, на том основании, что российские спецслужбы заявили об их кристальной чистоте.

— В Великобритании это точно не проскочит, тем более сейчас. Ответчикам нужно будет собирать доказательную базу приличное время. Может, не один год. От бизнесмена могут попросить принести контракты, проясняющие, как его предприятие работало, выплачивало ли оно дивиденды. Запросы от проверяющих инстанций могут быть огромными. На это время все активы будут арестованы. Если ответчики не смогут доказать или в их доказательствах вскроются какие-нибудь фейковые контракты и банковские выписки, то будет признано, что это ворованные деньги. И их ждет конфискация активов в Великобритании. Это относится и к российским олигархам, и ко всем остальным высокопоставленным выходцам из РФ.

Словом, режим UWO с марта 2022 года предоставит больше прав государственным органам Великобритании — финансовым, налоговым, правоохранительным — спрашивать у владельцев счетов, недвижимости, дорогих машин об источнике их обогащения. Спрашивать будут и у «пепов» — politically exposed person (PEP). Это в первую очередь иностранные журналисты. Они в данном случае рассматриваются как агенты влияния на людей.

— Как будут происходить аресты собственности у тех, кто находится в санкционных списках, в случае ее обнаружения? Ведь не у одного же Усманова в Англии особняк.

— Когда в реестрах среди владельцев обнаружат товарищей из санкционного списка, то в дело вступает The Crown Prosecution Service (Королевская прокуратура). Она получает ордера от суда — Restriction Order. Это не окончательное решение, не конфискация, арест, естественно, можно обжаловать. Но вряд ли арест снимут, пока человек находится под санкциями.

— Вот некоторые российские тележурналисты в свои арестованные виллы на озере Комо войти могут, не могут, правда, распоряжаться ими, не говоря о том, чтобы приехать в ЕС. А в Англии теоретически кто-то из олигархов или членов их семей может жить в арестованном особняке?

— В Англии нет. На время ареста собственнику не разрешают этим имуществом пользоваться, распоряжаться, продавать и в нем жить. Важно: арестовывают не только дом, стены, но и все, что внутри, — картины-шедевры, статуэтки, яйца Фаберже и всю прочую роскошь. Арест налагается на все ИМУЩЕСТВО, которое есть в особняке. Ведь всегда найдется собственник, который попробует войти и забрать какие-то ценные вещи. Нет, полиция все описывает и не разрешает входить внутрь.

— Грозит ли кому-то конфискация?

— Это решит только суд, после обращения опять же Королевской прокуратуры. Пока же заявления заместителя премьер-министра Великобритании Доминика Рааба, что в особняках лиц, попавших под санкции, разместят украинских беженцев, отдают неким популизмом. Да, по закону после конфискации государство вправе распорядиться имуществом по своему усмотрению. Но проще на деньги от продажи особняков построить дома для беженцев, ночлежки для бездомных, хосписы. Будет больше толку, нежели как после революции 1917 года в России, когда шариковы и швондеры создавали из дворянских особняков коммуналки и дома советов.

— Какие прогнозы по санкциям со стороны Англии?

— Как только королева подпишет Economic crimes (Transparency and Enforcement) Bill, я думаю, мы увидим санкционный список, который будет гораздо шире, чем в ЕС, США и Канаде.