Мы точно не знаем, сколько российских солдат уже погибло в Украине. Но так много за три недели армия не теряла ни в Афганистане, ни в Чечне

Что произошло на фронте за последние дни

Marcus Yam / LA Times / Scanpix / LETA Погибший российский солдат в поле возле села Ситняки. Киевская область, 3 марта 2022 года

В этом тексте редакция пытается оценить боевую обстановку в Украине на основании доступных данных. «Медуза» выступает против войны и за скорейшее возвращение российских войск домой.

Российское наступление вглубь Украины, которое в начале войны выглядело как быстрое продвижение почти на десяти оперативных направлениях, в последнюю неделю фактически свелось к битве за Донбасс. При этом российская армия, несмотря на скромные оперативные успехи, продолжает нести большие потери (если сравнивать со всеми остальными войнами, которые вели Россия и СССР в последние 75 лет).

Краткая сводка с фронтов

Под Киевом российские войска пытаются обезопасить свои фланги, без чего дальнейшая операция по окружению столицы, кажется, невозможна. Украинская армия там же — главным образом к северо-западу от города на длинном фланге российской группировки, вышедшей на трассу Киев-Житомир — пытается контратаковать, но пока малыми силами.
Российские войска форсировали реку Ирпень к северу от одноименного города, ставшего местом ожесточенного сражения в предыдущие недели (без решительного успеха для каждой из сторон). Форсирование Ирпени у села Мощун не привело к обрушению украинской обороны, но открыло новый фронт на северных окраинах Киева. Тут, как и почти везде, украинская армия останавливает попытки продвижения российских войск сочетанием засад легкой пехоты и ударами артиллерии из самого Киева и окрестностей.
На другом берегу Днепра — к востоку от столицы — российские войска пытаются продвинуться на юг, оставив в стороне Бровары и аэропорт Борисполь. В тылу у этой группировки российских войск, мягко говоря, неспокойно: все линии ее снабжения проходят вблизи от позиций украинских войск в осажденных городах Чернигове, Ромнах, Прилуках, Нежине. Вероятно, проблемы со снабжением затрудняют организацию нового наступления и к востоку от Киева.
Под Николаевом российские войска отступили вглубь Херсонской области: сил для атаки на Николаев и, тем более, для наступления на Одессу у российской армии тут нет. При этом украинская артиллерийская группировка в Николаеве продолжала наносить российским войскам потери. В итоге российские войска отошли со своих позиций на окраинах города на 10-15 километров. Одновременно в район была подтянута дальнобойная ракетная артиллерия (установки РСЗО «Смерч», которые несколько дней назад видели проезжающими через Херсон) — вероятно, для продолжения бомбардировки целей в Николаеве и окрестностях. В ночь на 18 марта ракетная артиллерия (а, возможно, и оперативно-тактические ракетные комплексы) нанесли удар по казармам 79-й десантно-штурмовой бригады украинской армии, защищающей город. Точно так же, 16 марта, украинская дальнобойная артиллерия нанесла удар по российской вертолетной базе в аэропорту Херсона, уничтожив около десяти вертолетов. Вероятно, тут обмен ударами с дальнего расстояния продолжится.
На севере Херсонской и Николаевской областей российские войска остановились на границе с Днепропетровской областью. Вероятно, для наступления на Кривой Рог и Никополь у этой группировки недостаточно сил.
Аналогично, фактически прекратилось наступление группировки в районе города Гуляйполя и к югу от Запорожья. Здесь, как и на других фронтах, в тылу российских войск остается множество неподконтрольных городов и сел, из которых действуют бойцы территориальной обороны. Российские войска периодически обстреливают такие населенные пункты, но также договариваются с местными гражданскими администрациями о снабжении населения и его эвакуации (о так называемых гуманитарных коридорах).
Главные усилия российское командование сосредоточило против самой многочисленной украинской группировки в Донбассе: ее одновременно пытаются окружить и раздробить на части. Пока тактические успехи российской армии тут не переросли в оперативные (связанные с решением задачи операции). Наступление со стороны Донецка по нескольким направлениям развивается медленно и тяжело: украинская армия готовила эту линию обороны восемь лет. Наступление на город Курахово и далее на город Покровск — в тыл донбасской группировки армии Украины — может занять недели.
С севера в тыл той же группировке в Донбассе пытаются наступать российские силы со стороны Изюма и Балаклеи. На севере своего оперативного участка они пытаются обеспечить безопасность фланга со стороны Харькова (для чего ведут бои за Чугуев; ситуация в городе пока не ясна).
Южнее российские войска продвигаются на Барвенково (пока не достигли города). Обойдя остатки украинских частей в южной части Изюма и форсировав Северский Донец по понтонным мостам, они начали наступление на Славянск и Краматорск, где располагается штаб всей донбасской группировки армии Украины. 17 марта (это документально подтверждено видео и фото с обеих сторон) бои шли на южном берегу Северского Донца, и российская армия пыталась продвинуться дальше на юг.
Одновременно силы самопровозглашенной ЛНР и российская армия пытается разгромить крупную группировку украинских войск в агломерации Лисичанск-Северодонецк-Рубежное. Последний город 17 марта был занят силами ЛНР (украинские войска после боя покинули населенный пункт).
Пока не ясно, чем закончится наступление российской армии в Донбассе: оно развивается медленно, между войсками в районе Донецка и Горловки и силами южнее Изюма остается брешь в 100 километров. Это направление сейчас явно главное для российского командования: так, на нем производится большая часть (судя по документальным свидетельствам) вылетов боевых самолетов, особенно штурмовой и армейской авиации для непосредственной поддержки войск на поле боя.
Помощь в наступлении в Донбассе могли бы оказать войска, занятые штурмом Мариуполя. 18 марта российские войска и силы самопровозглашенной ДНР заняли часть восточной — левобережной — части города (кроме завода «Азовсталь») и глубоко вклинились в оборону украинских войск в западной части. Если в ближайшее время наступающие войска захватят город, то высвободившиеся силы могут использовать в Донбассе или же для более глубокого охвата украинских войск через Гуляйполе. Но для этого российской армии потребуется нанести последовательные поражения украинским силам в череде боев за города, водные преграды и т. д. Темпы и успех наступления тут будет зависеть от потерь российских войск. Так, потери и сложности со снабжением уже фактически остановили наступление в районе Киева.

Откуда мы все это знаем?

Все современные войны проходят «под наблюдением» добровольцев, собирающих и фильтрующих (в том числе на предмет «фейков» и двойного подсчета) документальные данные — видео и фото. При этом списки абсолютно прозрачные: свидетельство о каждой потере может проверить любой желающий. Один из таких списков (от авторов, «обсчитывавших» все последние войны — в Сирии, Ираке, Ливии, Карабахе, в Донбассе) можно посмотреть здесь.

События последних дней — на нашей интерактивной карте

Каковы на самом деле потери российской армии

Об этом нельзя судить наверняка. Можно только сказать, что счет погибших военнослужащих идет на тысячи.

Телеграм-канал «Горюшко», собирающий данные о погибших военнослужащих из открытых публикаций в соцсетях (как от родственников, так и от региональных властей и командования частей), к вечеру 18 марта имел поименный список около 500 погибших. В канале публикуются ссылки на все сообщения о смертях, которые можно проверить. В списке учитываются только те, про кого точно известно, что он погиб «во время специальной операции». Очевидно, что таким способом можно найти лишь малую часть случаев гибели.
Последняя (и единственная) оценка от российского министерства обороны была дана 2 марта. Тогда министерство признало потерю 498 военнослужащих убитыми и 1597 — ранеными. С тех пор данные о потерях не публиковались. Раненые и часть погибших проходят через закрытую от посторонних систему полевых госпиталей, поэтому по открытым данным вычислить даже порядок потерь не представляется возможным.
Самая свежая оценка разведки США (от 16 марта) — семь тысяч убитых военнослужащих и 14 тысяч раненых. Нужно понимать, что это именно оценка, и разведывательное сообщество не претендует на знание точных чисел. Вероятно, она основана на понимании интенсивности боев, технологий, которыми они ведутся, а также на документальных подтверждениях потерь в технике (частично — на открытых данных).

Что касается интенсивности боевых действий, то она намного выше, чем во всех войнах, которая вела современная Россия до сих пор. В данном случае столкнулись две большие и относительно современные армии. Основное средство поражения с обеих сторон — артиллерия, причем современные технологии разведки и целеуказания (беспилотники, радары и т. д.) делают ее весьма точной. Российская армия несет большую часть потерь именно от артиллерийского огня (это подтверждено фото и видео с характерными повреждениями техники). Этого не было ни в одной войне России (и СССР) после 1945 года. Такой характер боевых действий сразу на многих направлениях и при десятках тысяч задействованных военнослужащих предполагает потери в десятки и сотни убитых и раненых в день. Это значительно больше, чем средние дневные потери во время любых трех недель боевых действий во время войн в Афганистане и Чечне.

Можно попробовать оценить потери в людях через потери в технике. Список потерь техники, собранный из открытых источников (по тем же видео и фото) содержал на вечер 18 марта около 700 полностью уничтоженных единиц. Вся эта техника имела в бою экипаж или операторов: например, танки (93 уничтожено) — три человека; БМП и БТР (175 уничтоженных) — три человека экипажа и до семи человек десанта. Ясно, что при уничтожении техники мог погибнуть не весь экипаж, а часть машин из списка наверняка была сожжена уже после того, как ее бросил вполне живой экипаж — или же она была уничтожена самим экипажем после поломки, чтобы не оставить машину противнику. С другой стороны, сам список потерь в технике далеко не полный. Кроме того, значительная доля военнослужащих могла погибнуть и без уничтожения техники (которую потом сфотографировали и внесли в список).

Если принять во внимание все изложенное, можно считать американскую оценку потерь (семь тысяч убитых) верхним пределом. Однако по мере продолжения войны потери, похоже, не снижаются. Число средних за день (задокументированных) потерь российской техники в результате столкновения с противником не падает, а только увеличивается:

За первые 10 дней в список попали 30 уничтоженных танков и 61 БМП и БТР, 99 грузовиков. Получается в среднем три уничтоженных танка в день и шесть БМП и БТР.
За последующие 13 дней к ним прибавились еще 63 танка (почти пять в день) и 114 боевых машин и бронетранспортеров (почти девять в день).
При этом число машин, брошенных без видимых повреждений, снизилось, что говорит о большей решительности российских частей в бою.