Калужская антифашистка рассказала подробности прошедшего обыска и допроса

Антифашистка из Калужской области Ольга Прошкина рассказала ОВД-Инфо подробности обыска, который прошел в ее квартире 14 марта. Активистка предоставила редакции копию протокола «обследования» гаража, где проходят репетиции музыкальной группы, у участников которой были обыски.

Других документов, подтверждающих произошедшее, у девушки нет. В день обысков с ОВД-Инфо связался близкий друг еще одного антифашиста — Андрея Полякова, к которому тоже приходили силовики. Он тоже передал редакции копию протокола «обследования помещения».

В тот день обыски и допросы также проходили у других активистов: Артем Парамонова, Валерия Богданова и Даниила Штукина. Их отпустили в тот же день, добавила Прошкина.

Известно, что всем задержанным от 18 до 20 лет. В день обысков сами антифашисты и их близкие предположили, что давление может быть связано с музыкальной группой antisocial distancing, где играют некоторые активисты.

Прошкину задержали, когда она была на занятиях в колледже — по словам девушки, в этом участвовали сотрудники ФСБ. «Сотрудники никак не представились, не показали удостоверения. Сразу же отобрали телефон, не дав позвонить адвокату или родителям, также забрали ключи от квартиры», — рассказывает антифашистка.

После этого они поехали в квартиру девушки, в которой она живет со своим молодым человеком Александром Столбиным.

«Первую дверь в квартиру сотрудники открыли моими ключами, затем заставили меня говорить, что я пришла одна, чтобы он открыл вторую дверь. Он отказался открывать, так как понял, что пришли сотрудники — в итоге один из СОБРовцев выбил дверь. Александра силком толкнули к стене, два раза ударили по шее прикладом автомата», — вспоминает Прошкина.

Затем девушку привезли в отдел полиции, спустя три часа туда же доставили Столбина. Активистов стали допрашивать в течение двух с половиной часов.

Прошкина рассказала о том, что происходило: «На допросе сотрудники снова представляться не стали. Их было двое, один из них сидел в медицинской маске и ни разу ее не снял. Также допрос записывали на камеру. Сотрудники позволяли себе нецензурно выражаться, например, перед допросом они переговаривались: «Она будет [врать], не верь ей».

По словам Прошкиной, ни ей, ни Столбину не выдали копии никаких документов, кроме протокола «обследования» гаража. Также активистам не дали подписать протокол обыска квартиры и не показали его.

«Наш репетиционный гараж сотрудники вскрыли — спилили замок — без ведома собственника. Они [силовики] поставили свой замок, ключи отдавать не стали. Их вернули только через сутки. На руках у нас есть только протокол об обыске гаража», — подчеркнула антифашистка.

Силовики не сказали, в рамках какого дела проходили следственные действия и в каком статусе находятся молодые люди. «Предположительно, это из-за нашей музыкальной группы, но больше нам ничего не говорят. Подписок о невыезде никому не давали», — добавила Прошкина.

В день обыска сообщалось, что уголовное дело возбудили по статье об организации экстремистского сообщества (ст. 282.1 УК). Позднее появилась информация, что речь о статье о содействии террористической деятельности (ч. 1 ст. 205.1 УК).