Original Material
Война и мир олигархов. Илья Жегулев об их старом и новом месте в российской системе власти
Горюющий из-за санкций российский миллиардер Михаил Фридман публично обвиняет европейских лидеров в непрофессионализме. Мол, они ошибочно полагают, что российские бизнесмены могут повлиять на Владимира Путина и остановить боевые действия в соседней стране.
«Это означает, что те, кто принимают эти решение, ничего не понимают в том, как устроена Россия. И это опасно для будущего», — говорит Фридман в интервью Bloomberg.
Проходит пара недель и весь мир наблюдает другую картину: другой российский миллиардер, Роман Абрамович, входит в состав делегации по урегулированию российско-украинского конфликта. Представьте себя на месте европейского лидера: «Это они-то не влияют? Да они даже не стесняются лично ездить разруливать конфликты и Путин это согласовывает!» Так что же, черт возьми, происходит и какое место в системе власти занимают так называемые олигархи?
В последние недели я в очередной раз убедился в пролетарском по сути сознании у людей даже либерального толка. После того, как миллиардеры Михаил Фридман и Петр Авен дали интервью о своей жизни под санкциями, их не пнул только ленивый. Ой, бедный Фридман, придется ему самому дом убирать! Неужели Петру Авену придется жить без водителя? Ах, он водить не умеет? Ну, будет просить его подвезти падчерицу, подумаешь, беда какая!
То, что для миллиардеров было действительно шоком — речь, конечно, не о самостоятельной уборке дома, а о том, что давно ставшей привычной жизни пришел конец — для обычных людей, даже представителей среднего класса, было лишь поводом для ехидства и злорадства. «Бедный Михаил Маратович, мы можем как-то помочь?» — стандартная реакция моих друзей в социальных сетях на слова Фридмана о том, что он не может позволить себе ресторан и должен есть дома.
Я видел однажды в Лондоне российского миллиардера, потерявшего все деньги и понимание, как жить дальше. Поверьте, мне совсем не хотелось ни ехидничать, ни злорадствовать, когда я с ним разговаривал. На следующий день после нашего разговора он был найден повешенным. Я не желаю такого конца ни одному из предпринимателей, которых по привычке называют «олигархами».
Но понятно, что когда в городах Украины люди тысячами сидят по подвалам, а в Мариуполе, Гостомеле, Ирпене и Буче — гибнут сотнями, жалобы на то, что кто-то не может нанять уборщицу, звучат как минимум странно, если не дико.
«Это несправедливо. Но я не жалуюсь, когда люди умирают» — догадался сказать Петр Авен после того, как признался, что все, что они с Фридманом и другими предпринимателями и партнерами строили тридцать лет, теперь полностью разрушено.
Фридман говорит, что Европа не понимает, как устроена Россия. Для европейских лидеров сам факт сбора Путиным предпринимателей после начала боевых действий в Украине — уже достаточное основание для того, чтобы считать этих бизнесменов причастными и виноватыми и наложить на них санкции. Однако за те двадцать пять лет, что российские президенты встречаются с предпринимателями, такие встречи в Кремле превратились из действительно значимых — таких, после которых президент мог менять свое мнение и принимать неожиданные решения — в чисто формальные: как минимум — в чисто протокольные мероприятия, как максимум — в раздачу инструкций, обязательных к выполнению бизнесменами под угрозой лишения бизнеса.
Петр Авен (справа) и Олег Дерипаска
Kremlin Pool/Global Look Press
Надо понимать, что когда-то богатейшие предприниматели действительно имели большое влияние и вес в российской политике — и официально, и неофициально. Миллиардер Владимир Потанин был вице-премьером в правительстве Виктора Черномырдина (то есть при президенте Борисе Ельцине) и формировал экономическую политику страны. Борис Березовский и Владимир Гусинский виртуозно пользовались возможностями четвертой власти как тарана — и для помощи власти, и наоборот, для войны с ней. Не говоря уж о знаменитой «семибанкирщине», когда крупнейшие предприниматели России помогли Ельцину переизбраться — и в представлении большинства населения и дальше продолжали управлять страной. Но это было еще в девяностые, а в нулевые пришедший к власти Владимир Путин первым делом стал выстраивать вертикаль, в которой предпринимателям отводилось место молчаливых спонсоров, заложников залоговых аукционов, результаты которых можно было в любой момент пересмотреть.
Но даже те, кто не участвовал в залоговых аукционах, могли серьезно пострадать от действий силовиков, на которых сделал ставку Путин вскоре после того, как пришел к власти. За примерами далеко ходить не надо. Отстроивший с нуля сеть салонов связи Евгений Чичваркин был вынужден бежать из России в Лондон. Там же теперь живет Михаил Ходорковский, которого пресс-секретарь Путина Дмитрий Песков назвал последним олигархом, который стремился к власти. Стремился ли Ходорковский к власти — до сих пор вопрос довольно спорный, однако компанию у него отняли, а из тюрьмы выпустили только спустя десять лет заключения. После посадки Ходорковского у остальных членов списка Forbes уже не возникало мыслей как-то влиять на власть.
Многие считают олигархами не просто богатых российских предпринимателей, а конкретно друзей президента, сколотивших состояния при Путине и благодаря Путину. Геннадий Тимченко, братья Ротенберги, братья Ковальчуки — они одними из первых оказались под западными санкциями. Из них, наверное, наиболее влиятельный — совладелец банка «Россия» Юрий Ковальчук, он же и самый близкий Путину. Да, он доверенное лицо Путина, хранитель его секретов и возможных активов, помощник и советник. Более того, он держатель большинства российских крупных СМИ, в том числе нескольких федеральных телеканалов. Но эти телеканалы напрямую управляются из Кремля, а прислушиваться в последнее время президент предпочитает к силовикам.
Но самой уникальной фигурой для нынешнего политического расклада стал миллиардер Роман Абрамович. Еще когда ему было всего 33 года, его называли «кошельком» семьи президента Ельцина, а корреспонденты НТВ ходили по Старому Арбату и просили уличных художников нарисовать его портрет по единственной известной фотографии — настолько загадочной личностью казался совладелец нефтяной компании «Сибнефть» и партнер Бориса Березовского. Но если Березовский очень быстро потерял все влияние и вынужден был бежать в Лондон, то Абрамовичу удалось не просто остаться в России, но и стать тем человеком, с которым Путин общается по-приятельски до сих пор.
Владимир Путин и Роман Абрамович, 2005 г. / kremlin.ru
Абрамович был и остается близким другом Валентина Юмашева — бывшего начальника Путина в администрации президента, человека, который рекомендовал Борису Ельцину назначить Путина своим преемником. Юмашев уже давно — лишь номинальный советник Путина и встречается с ним крайне редко — например, когда нужно вызволить из тюрьмы очередного предпринимателя. Но Абрамович умудрился сохранить доверие Путина, на дух не переносящего предпринимателей (которых он прямо назвал «жуликами по определению»). Возможно, Абрамовичу помогло его обаяние и последовательное дистанцирование от политики и публичности (ну если, конечно, не считать политикой его губернаторство на Чукотке — оно его откровенно тяготило); возможно, свою роль сыграли гуманитарные проекты, где он опять-таки предпочитал громко не рассказывать о себе как о меценате. Тот же Гараж, Парк горького и Мещерский парк. Так или иначе, Абрамович оказался едва ли не единственным бизнесменом ельцинского призыва, которого до сих пор считают входящим в окружение Путина. «Надо отдать ему должное. Не пожадничал, вкладывал собственные деньги в развитие экономики и в энергообеспечение», — хвалил Путин Абрамовича на пресс-конференции в 2008 году. Редкий бизнесмен добьется такой похвалы от президента.
Не выходя из тени публичности, Абрамовичу удалось закрепить за собой репутацию хорошего переговорщика — в конфликтах миллиардеров он выступал третьей стороной и помогал заключать мирные соглашения. Немаловажную роль в этом сыграл его друг Валентин Юмашев. И в этот раз не обошлось без участия Семьи — спустя 22 года после ухода Ельцина Юмашевы снова пытаются выполнить завет «дедушки» — «берегите Россию». Дочь Юмашева Мария вышла на митинг против войны , а «Ельцин-центр», основанный семьей бывшего президента, выступил с призывом «немедленно остановить военные действия». Семейный вклад — участие Абрамовича в переговорах.
В Украине и среди нынешней украинской власти Абрамович вряд ли хорошо известен, в отличие от того же Фридмана, который родом из Львова, имел бизнес в Украине и годами вкладывался в мемориал в Бабьем Яру. Видимо, поэтому, чтобы показать свое неравнодушие, первым делом Абрамович пообещал потратить все полученные от продажи своего футбольного клуба «Челси» деньги на восстановление Украины после войны. Это не помогло Абрамовичу избежать санкций, однако помогло приобрести доверие Киева. В украинской делегации миссию Абрамовича описывают так: «передавать начальнику нашу позицию понятным языком».
В ситуации, когда члены российского Совета безопасности начинают заикаться при виде президента, элементарная возможность не проглатывать язык и не тушеваться при разговоре с Путиным — уникальное качество, которым не обладает ни один из членов российской делегации. Является ли это влиянием на власть? Если да, то, возможно, Абрамович может стать самым полезным для страны из олигархов нового времени, потому что он явно продемонстрировал деятельное желание достигнуть мира как можно скорей и готовность ради этого рисковать жизнью и здоровьем. Он даже забыл про свое всегдашнее нежелание появляться на публике — Абрамович крайне редко и неохотно дает интервью, и лишнее внимание прессы его всегда раздражало. Если Абрамович поможет остановить войну, то россияне наверняка ему простят обет молчания, а сам он сможет отправиться если не в Великобританию, то хотя бы в более дружественную России бывшую британскую колонию — Индию, на ретрит. После таких нервных дней это могло бы оказаться спасением.
Что еще почитать
Трубовые заслуги. Алексей Миллер как новый символ «человека труда»